Записная книжка

Начало сентября. Ранняя осень все еще хранила в себе знойное тепло августа, однако уже под вечер начинало тянуть осенним холодом. Листва, что иссушилась еще в конце лета, красиво поблескивала, напоминая вечно желтые холмы Ли Юэ. Она скапливалась в углах, закрывала собой тропинки, а также собиралась детьми в гербарии, которые они с гордостью показывали в школе. Дайнслейф любил это время. Особенно в Монде. Теплое, уютное начало осени, что всегда заканчивалось слишком быстро. Он любил сидеть под деревьями и наслаждаться моментом, когда ничего кроме падающей листвы тебя не волновало. Поглядывая в небо, он щурился от солнца, выискивая тучи, но не находя, заново радостно прикрывал глаза, прислушиваясь. Где-то вдали бегали эти двое. Не привыкший сидеть в такой хороший день Кэйа уже наверняка нарвал листьев всех цветов, нашел яблоко или закатник, а может и желудь. Это был вопрос времени, когда он прибежит обратно показывать свой клад, по-детски рассказывая про каждое необычное дерево, про белок, что видел лишь краем глаза, и ежей, что почти были пойманы, но сбежали в последний момент. Дайн всегда внимательно слушал, не смея поправлять его ни о ежах, что бегают в основном ночью, ни о белках, что предпочитают хвойный лес кленовому. Он даже ждет, когда он вернется, расскажет все, а потом положит голову на плечо, прижимаясь и прося ласку. Рядом с ним обязательно будет Розария. Ее находки будут более спонтанны. Она может принести гриб, приговаривая о начале сезона, может перо, что позже окажется в волосах Кэйи, а может и щенка. Одна такая потеряшка стала полноценной сукой, что уже год живет на винокурне. Дайн не любил собак, однако именно эта шавка стала исключением. Он помнил, как в начале кривил лицо, когда зверенок с довольным писком бежал к нему через все поместье. Помнил, как ревновал его к Розе, что грела мелочь на своих коленях. Однако совсем забыл момент, когда сам с радостью гладил ее после очередной поездки. И вот снова. Позади слышны неспешные шаги и беседы. Его скоро снова обнимут, спросят, не скучно ли ему было, а потом будут рассказывать про свои находки. А когда наступит тишина, они все вместе будут лежать под деревом, щуриться от солнца и признаваться друг перед другом в любви, целуя холодные пальцы.