Недетский разговор

      — Кабуто! — посреди ночи Орочимару нашёл ответы на все вопросы по поводу техники. И, как это случалось ранее, позвал помощника, который всегда был рядом на протяжении последних лет. Но, когда ответа не последовало ни через минуту-две, Саннин осознал, что он один. А обрывки воспоминаний о Кабуто, что верно служил ему с ранних лет теперь являлись каким-то наваждением. У него никогда не было близких или дорогих людей, привязанностей тоже, но ассистент долгое время являлся неотъемлемой частью его жизни.              Несмотря на случившийся с ним инцидент, Орочимару был доволен, тем, что всё-таки решил изучить дополнительные материалы. Ничего категорически нового, связанного именно с пространством и временем, он не нашёл. Зато наткнулся на другую запись с достаточно интересным содержанием, которая могла решить их проблемы почти сразу же, как они вновь попробуют деактивацию. Но присутствовал один нюанс. Однако его можно было легко решить с помощью Цунаде.              За те два дня, что Саннин лежал в больнице и восстанавливался под неусыпным контролем Хокаге, он взвесил все «за и против», прикинул риски и понял, что всё может сложиться вполне удачно. Пора говорить о своей задумке Цунаде.              Во время очередного осмотра Орочимару заговорил не только из-за того, что ему надо было отвечать на вопросы медика о самочувствии, а ещё и потому, что пора наконец покончить с Акацуки и их пребыванием в этом мире.              — Цунаде, я знаю, как завершить действие техники. На этот раз точно, — последнее добавил для того, чтобы предотвратить дюжину ненужных вопросов. Хотя понимал, что их всё равно будет очень много.               — И как же? — женщина решила пока не наседать и выслушать, но смотрела на товарища с неким нетерпением. Нельзя было сказать, что предыдущие дни прошли для неё спокойно и размеренно.              — Технику нужно деактивировать именно мне. Дело в том, что только моя чакра может закончить действие дзюцу. Это что-то вроде своеобразного контракта, который расторгнуть может лишь заключающий его. Но поскольку сейчас в моём распоряжении мизерные запасы, то нужен кто-то кто будет поддерживать уровень чакры в норме. Лучше всего с этим справишься ты. В целом, ничего сложного, я готов хоть сейчас.              Цунаде была довольна результатом исследований Орочимару. Да, можно рассудить, что вся ситуация с Акацуки растянулась, а ответ, оказывается, находился на поверхности. Она осталась довольна честностью товарища, ибо тот мог не сознаваться в деянии и пытаться самостоятельно решить проблему. Разумеется, без его верного помощника в виде Кабуто всё было бы во множество раз сложнее, но всё ещё есть много множество шиноби, которые хотели бы стать приспешниками Орочимару. Цунаде не стала озвучивать свои мысли и сдержала эмоции. Пусть и хотела выразить похвалу, ибо Саннин продолжал искать ответ, несмотря на то, что ему было положено лишь отдыхать.              — Не сейчас. Ближе к ночи. Мне надо предупредить лагерь, — Хокаге вздохнула. Собравшись уходить, кивнула на свитки, лежащие рядом с кроватью. — Они тебе не нужны? Котецу, отнеси их туда, откуда взял.              Шиноби с готовностью делает шаг вперёд, как вдруг чувствует, что его нога об что-то спотыкается. За тот миг, что Котецу находился в падении, перед его глазами мелькает вся жизнь — грустные и весёлые моменты, коих было больше в разы. И зачастую всё это происходило с его лучшим другом. Теперь же Котецу в мгновенье представляет, как будут проходить его похороны. Во всяком случае он умрёт, прославившись. Ибо мало кому досталось такое счастье в виде пусть и мимолётного, но прикосновения к груди Цунаде-сама. Для себя парень решил, что насладится последними минутами жизни сполна, а на то, что будет потом — плевать. Жаль лишь Изумо, что будет рыдать во время его похорон. Он едва ли не стал ему родным, как брат. Сейчас же Котецу с готовностью налетел лицом прямиком на грудь Хокаге. Понимая, что в следующий миг его существование прекратится.              Цунаде, первые несколько секунд, не могла понять произошедшего. Стояла в ступоре. Но как только осознание настигло женщину, сразу сообразила, что вот он — выход для накопившейся за всё это время злости. Слишком много раз за эту миссию её выводили из себя эти юнцы. А так же видели слишком и слишком много лишнего. Пусть это будет предупреждением о молчании для обоих. Даже несмотря на то, что получил шиноби лишь один удар. Вложив в него всю немалую силу, что у нее имелась, и не меньшее количество эмоций, Цунаде удовлетворённо потёрла кулак.              На самом деле, всё это произошло не просто так. Котецу много раз за эту миссию подставлял Изумо. И тот пообещал себе, что отомстит товарищу. На протяжении этих дней придумывал много ухищрений, различных планов, но всё ему не нравилось. И лишь сегодня, в одно мгновение к нему пришло озарение: посчитал, что классика в виде незаметной подножки будет наилучшим вариантом мести, особенно, если рассчитать правильно, когда Котецу налетит прямиком на бюст Цунаде. В любом случае ответный удар удался на славу. Учитывая ярость Хокаге, шиноби улетел достаточно далеко. Но, увидев такую эмоциональную реакцию со стороны Цунаде, Изумо пожалел о деянии, потому что, если друг всё-таки умрет, он останется один в этом бренном мире, а его шутки больше никто не поймёт.              Женщина мысленно несколько раз прибила «этого недоумка», а после и вовсе придумала гениальную идею.              —Как с такой неуклюжестью можно было стать шиноби? Отправлю-кая их в страну Железа перед тем, как уйти с поста Хокаге. Некий подарок перед уходом, пусть охладят свой пыл с помощью морозов. Первого, потому что провинился, а второго за компанию. Они же как неразлучники, ей-богу, — это мысль, пришедшая в момент гнева, ей очень даже понравилась.              Орочимару, молча наблюдавший за этой сценой, заметил абсолютно всё и сразу понял, что к чему. И то, что Изумо подставил подножку другу, и даже то, что вышел сухим из воды. Однако выдавать его не собирался. Он, в целом, неплохой парень, столько раз спасал его от позорных падений, в отличие от Котецу, который был невероятно халатным, не мог сдержать своего интереса и, не переставая, говорил и творил глупые вещи. Сейчас больше интересовало лишь то, куда прилетит провинившийся. По траектории куда-то очень далеко от госпиталя. Интересно, найдут ли его в пределах Конохи? А, может, даже долетит до убежища Акацуки?              Орочимару только из научного любопытства было интересно, что сейчас могло там происходить. Цунаде немного ему рассказывала. Проявляли ли его бывшие «коллеги» какие-либо черты своих личностей? Как хорошо с ними справлялись? Оставалось ещё много вопросов о том, почему случилось так, а не иначе? Почему дзюцу подействовало именно так? Но, так как вопросы очевидно останутся без ответов, прервал поток мыслей. Так или иначе скоро всё закончится. И шиноби стоит быть начеку. Вряд ли кто-то из них сильно расстроиться. Только если Саске-кун. Он ещё не знает, что в ближайшее время будет новое расставание с братом. Что он делает сейчас?                     

***

                    Бессмысленная прогулка по лесу утомляла. Саске то и дело терял из виду либо Итачи, либо Дейдару, которые играли в догонялки с другими ребятами. В глазах уже начинало рябить от этих разноцветных макушек, что шныряли между деревьями. Ино почти выгнала их из лагеря, затеяв уборку и оставив себе в помощники только Шикамару. Сакура, воспользовавшись возможностью, подробнее изучала местную флору и попутно собирала какие-то травы, Наруто лениво перемещался по деревьям, ведя наблюдение сверху, Гай со своими учениками снова унёсся в неизвестном направлении.              Саске, почувствовав на себе чей-то взгляд, повернул голову. На секунду он поймал зрительный контакт с Сасори. Но мальчишка тут же отвернулся и продолжил рассматривать что-то в траве, как ни в чём не бывало. Не сказать, что Саске волновали их взаимоотношения, но они становились всё хуже с каждым днём. Был ли он сам этому виной или его подопечный Дейдара, который тоже отнимал много внимания Сакуры, можно было только догадываться.              Да, Сасори однозначно очень ревностно относился к окружению его сокомандницы. Он продолжать водить за нос Наруто и Рока Ли, побыстрее отваживая их, но только плохо у него получалось отгораживать Сакуру от него. Прерывать лечение он тогда бы не решился, а в остальном их общение не было частым. Однако нутром чувствовал, что именно он насолил больше всех. Недаром сейчас время от времени конкретно его прожигает недовольным взглядом.              Вздохнув, Саске еле заметно ухмыльнулся. До чего он докатился, что намеренно злил этого мальца. Это с самого начала казалось ему глупостью, а сейчас он даже немного чувствовал себя виноватым. Это просто ребёнок, который хочет получать внимание от взрослого, который ему дорог. Стоило бы поставить точку в этом абсурде.              Саске неспеша двинулся в сторону Сасори, снова заметив его взгляд. Как ни странно, он тоже направился в его сторону. Не прекратив движения, всё думал, что он ему скажет, чтобы успокоить и перестать быть угрозой в его глазах. Никаких нормальных мыслей не было. Слишком спонтанно он принял решение. Когда между ними осталось несколько шагов, то оба остановились. Молчание длилось несколько долгих секунд.              — Попробуй, — Сасори первый нарушил молчание и протянул к нему руки, раскрывая их, — я собрал их для тебя.              Саске удивлённо вскинул бровь и опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с ребёнком и протянул раскрытую ладонь. Мальчик, сделав ещё шаг, нерешительно пересыпал небольшие синие ягоды в предложенную руку. Он очень удивлялся всему, что сейчас происходило: Саске первым начал подходить к нему, не задавал никаких вопросов, присел, чтобы не смотреть свысока и без вопросов забрал угощение. Это всё начало сеять сомнения в его плане.              — Спасибо, — это было слишком странно. И очень подозрительно. Но, может, Сасори тоже решил с ним помириться, а не враждовать. Но чутьё шиноби кричало ему о подвохе. — Знаешь, хочу сказать, что не делаю что-то нарочно, чтобы привлекать внимание Сакуры, — Саске немного покривил душой, припоминая случай с его настойчивостью в дальнейшем лечении. — Хочу, чтобы ты это знал и не волновался о подобном. Сакура очень дорожит тобой и не променяет на кого-либо. Ты для неё несомненно очень важный человек.              Сасори вскинул на него удивлённый взгляд. Подобного он уж точно не ожидал. Это его какой-то новый план, чтобы втереться в доверие и подставить? Или он это искренне?              — Кстати, Сакура зовёт тебя, — Саске посмотрел через плечо ребёнка и потянул ладонь ко рту, всё же решаясь попробовать угощение.              Сасори быстро обернулся, убедившись в словах взрослого.              — Тогда не ешь, — мальчик сильно покраснел и быстро ударил его по ладони. Ягоды рассыпались на траве. Ребёнок уже со всех ног убегал от него.              Саске хмыкнул. Что ж, не зря эти ягоды показались ему подозрительными. Подозрительно знакомыми даже. Если он не ошибается, то они мгновенно вызывают расстройство кишечника и обеспечивают проживание в туалете около суток. Да, это точно они.              Да уж, нечто подобное он всё-таки ожидал. Весёлый малый. И очень умный.              Главное, что всё-таки смог наладить с ним контакт, судя по тому, что его передумали травить.              Но не у всех в их компании получалось создать дружеские взаимоотношения между взрослым и ребёнком.              Кисаме устал от неугомонного Гая. И Рока Ли, который по каким-то неизвестным причинам недолюбливал его и не раз показывал своё превосходство. По большей степени Кисаме было всё равно на это, но порой мальчика подобное отношение к себе всё же задевало.              И вот сейчас, когда Гай наворачивал круги на своей коляске, а его верный ученик следовал по пятам, прохаживаясь на руках — это было привычной тренировкой для Зелёных зверей Конохи — Кисаме сидел под деревом и ел онигири, лишь изредка замечая на себе странные взгляды. Впрочем, ничего удивительного, наверняка шиноби вновь придумали какую-то «крутую» тренировку, в которой будет по сотне подходов и тысяче упражнений.              Мальчик задумчиво отправил оставшийся кусочек онигири в рот и уже было вновь принялся жевать, как почувствовал кратковременную пульсирующую боль и жжение во рту. Выплюнув рис, заметил пчелу, которую едва не съел, чем собственно и поплатился. Язык мгновенно начал опухать. Кисаме знал, что, если отёк распространится на горло, он попусту может задохнуться, надо срочно звать взрослых, которые ничего вокруг, кроме себя, до сих пор не замечали.              — Гай-фенфей… — говорить было сложно, а, учитывая столь долгое обращение, которое он говорил только на зло Року Ли, так вообще.              — О! — Гай услышал голос Кисаме, но всë так же продолжил наворачивать круги. — Ты будешь моим новым учеником!              Мальчик устало вздохнул. Почему у всех нормальные «родители», а у него эти двое идиотов? Хоть раз бы отнеслись к нему серьёзно. Мысленно обидевшись и уже уйдя от них навсегда, Кисаме сидел, насупившись и раздумывая, что же делать. Надо идти к Сакуре или Ино. Ему сейчас сможет помочь только кто-то из медиков.              Он уже встал и направился в сторону недалеко расположившегося лагеря, как перед ним резко появился Рок Ли.              — Ты недостаточно усердный! Ты недостоин быть учеником Гай-сенсея! — шиноби как обычно говорил с чувством и эмоциями.              — Не дофтоин? Лок Ри, да ты фто… — эта парочка вконец вывела из себя прежде спокойного Кисаме. И ему хотелось насолить им как можно больше. А в особенности этому «Локу Ри», чьё имя он намеренно исковеркал. А вот нечего его постоянно обвинять в том, что пытается забрать место лучшего ученика.              Рок Ли пару раз открыл и закрыл рот и, так не найдя, что же все-таки сказать, вновь ушëл к учителю — продолжать тренировку ещё усерднее. Кисаме же, в свою очередь, отправился к «нормальным» взрослым за помощью. Ино и Сакура хоть относились к нему хорошо. А на Гая и Рока Ли он был смертельно обижен. Даже смотреть на них стало тошно.              ***              «Сегодня. В одиннадцать часов».              Ино испытала двоякие чувства, когда прочитала короткое сообщение от Хокаге. Грусть в равной порции смешались с облегчением. Грусть от скорого расставания с ребятами, к которым так привыкла, с приятной суетой и чувством того, что в тебе непосредственно нуждаются. Облегчение от того, что прекратилось мучительное ожидание. Эти двое суток она была как на иголках. Знала, что Цунаде-сама сдержит слово и предупредит. Но что, если Орочимару сделает что-то самовольно и дети исчезнут в один миг?              Подошедшему Шикамару Ино просто показала письмо. Он испытал от этой новости только положительные эмоции, не позволив ни одной из них отразиться на лице. Ободряюще похлопал подругу по плечу и воодушевлённый ушёл собирать хворост для костра.              Ино начала с самого сложного для себя: рассказала о сообщении Сакуре, а потом и Саске. Как ей казалось, именно им двоим будет очень непросто расстаться со своими подопечными. Лицо Сакуры тут же выдало её настроение. Она прекрасно ладила с Сасори и совершенно не видела в нём безумную куклу, коим он стал. Заботилась, как об обычном ребёнке, и он отвечал ей взаимной привязанностью. Саске будто бы не отреагировал никак, кивнул и мельком глянул на Итачи. В одном этом движении уже было скрыто много смысла.              В обед детей ожидал сюрприз в виде разных вкусностей после основной обязательной порции. Сакура и Ино сговорились до этого и отправили пару клонов под Хенге в Коноху. Их передвижения никто не заметил, и поэтому сейчас они могли наблюдать довольные лица ребят. Как мало в детстве нужно было для счастья.              Уже много раз Ино отгоняла от себя вопросы: какими Акацуки были в детстве, кто или что каждого из них сделало безжалостным убийцей, уничтожить которого было задачей каждой из скрытых деревень? В жизни Учиха Итачи много неизвестного для обычных шиноби Конохи, и Саске тоже не рассказывал ничего. Но что-то непохоже было, чтобы он так просто простил брата, который убил клан, родителей, чтобы узнать свою силу. Такова была официальная версия. Много раз она видела этот извиняющийся взгляд, много раз замечала, что Саске совершенно не испытывает никаких негативных чувств к брату. Про Сасори узнала от Сакуры, что его родителей на одной из миссий убил Сакумо Хатаке. Бабушка Чиё не уделяла ему достаточно времени, и он вырос почти что в одиночестве. И уже в пятнадцать лет сбежал из деревни. О детстве Дейдары, Кисаме, Хидана и Какузу ей вообще не было ничего известно.              И сейчас им не особенно повезло с временными «родителями». Только Дейдара крал порции заботы у Сасори своими тренировками с Сакурой. Вот к остальным трём она и привязалась больше всего: к Кисаме, который смирился с короткой памятью Гай-сенсея и недолюбливающим его Роком Ли; Хидану, что справедливо обижался на пассивно-агрессивное отношение к нему Шикамару и желал получать внимание хоть плохими выходками; Какузу, страдающему от беспечности Наруто и устававшему от его бесконечной энергии и разговоров.              Время до отбоя пролетело слишком быстро. Ближе к десяти часам вечера дети уже успели наиграться, устать и теперь зевали, иногда потирая ладонями глазами. Когда Сасори подошёл к Сакуре, чтобы пожелать «спокойной ночи», она крепко обняла ребёнка, не желая осознавать, что через час его здесь уже не будет.              — Почему мне кажется, что ты со мной прощаешься? Что-то случилось? — серьёзные карие глаза смотрели на неё с беспокойством. Он всё время был к ней очень внимателен и естественно не мог не заметить её состояния сейчас.              — Нет, всё хорошо, — Сакура была восхищена своей выдержкой. Она чудом сдерживала слёзы. И только для того, чтобы не расстроить Сасори. — И дальше всё будет хорошо, — представить свои дальнейшие будни без него было сейчас невозможно.              — Обещаешь? — мальчик улыбнулся. А потом серьёзно сказал. — Знаешь, я чувствую иногда, что нам надо будет расстаться. Только не понимаю когда. Пообещай, что ты не будешь грустить из-за этого. Пообещай, — повторил ещё раз требовательнее.              — Обещаю. Всё будет хорошо, — Сакура улыбнулась через силу, ещё раз обняла ребёнка. — А теперь иди спать, Сасори. Пусть тебе снятся самые лучшие сны. Я буду рядом.              Сасори тоже улыбнулся, обнимая в ответ, и ушёл, чтобы занять своё место в палатке. Нужно было уснуть раньше Дейдары, который потом начнёт ворочаться и закидывать руки-ноги на своих соседей. Как обычно, ещё стукнет несколько раз ненароком или попытается утянуть чужое одеяло. Хорошо, что сейчас он где-то задерживается.              А Дейдара задерживался не просто так. Он стоял недалеко от Ино, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь осуществить задуманное. Но, собравшись с духом, стремительно подошёл к девушке и быстро обнял её, пока она ещё сидела на лавочке, на которой взрослые дежурили около их палатки по ночам.              — Спасибо, Ино-сан, — Дейдара смотрел под ноги смутившись.              — За что? — в интонации было неприкрытое изумление. Такого проявления благодарности она точно не ожидала.              — Сакура-сан тренирует меня, ага. И у меня уже получается, — мальчик гордо вскинул подбородок. — Это потому что вы тогда помогли уговорить Сакуру-сан, хм. Спокойной ночи, — протараторил Дейдара и побежал на своё место, видя, что привлёк много любопытных взглядов. Не хватало ещё, чтоб Хидан начал дразнить его. Ну, ничего, теперь он точно может ответить ему. Да и ещё как.              Наруто опустился рядом на деревянную скамейку между Ино и Сакурой, заставив их потесниться.              — Этот малец только к вам так уважительно обращается, — парень закинул руки за голову и посмотрел на проявляющиеся на тёмном небосклоне звёзды. — Держу пари, что Саске он до сих пор ни во что не ставит. Этот идиот никогда не умел общаться с детьми.              На его слова совершенно никак не отреагировали. Наруто так и предполагал. Ему тоже, в принципе, было немного грустно от того, что уже завтра бубнящего и часто недовольного Какузу не будет рядом. Однако плюсов в этой ситуации у него вырисовывалось намного больше: от возвращения в родную деревню до возможности сходить в Ичираку.              — Я вам плед оставлю, — мягкая ткань заняла его место. — Сейчас уже холодно вечерами.              Девушки кивнули, и Наруто пошёл в свою палатку. Он был уверен, что Ино и Сакура будут сидеть возле детей до того момента, как они исчезнут восвояси. Шикамару, скорее всего, спит уже давно, Гай-сенсей и Толстобровик тоже. Всё дело в том, что они, сговорившись, решили не сообщать Гай-сенсею о скором исчезновении подопечного, потому что тот каждый день видел его будто впервые. Сказали только Року Ли, попросив сохранить в секрете, и тот очень сильно обрадовался скорому устранению конкурента. Саске занял какое-то промежуточное положение, сидя опираясь на дерево возле своей палатки, но имея возможность частично видеть детей.              Спустя примерно полчаса тишина нарушалась только тихим сопением и потрескиванием едва горящего костра. Сакура и Ино сидели, опираясь друг на друга, укутавшись в плед. Безоблачное небо уже полностью было усеяно звёздами, временами дул лёгкий прохладный ветерок. После одиннадцати секунды отсчитывались биением сердца, что начало ускорять ритм. Орочимару и Цунаде-сама понадобилось две с половиной минуты, чтобы деактивировать технику.              Одеяла в общей детской палатке беззвучно опустились на образовавшуюся пустоту. Пропала обувь, игрушки, небольшая кружка, забытая в месте, где они обедали. Не осталось ничего, что могло бы напоминать о детях. Всё исчезло так же резко, как и появилось, оставляя только массу вопросов. Ино вздохнула, а Сакура положила ей голову на плечо, обнимая. Да, случилось то, что должно было случиться. Завтра они снова продолжат жить как ни в чём не бывало, а сегодня им было разрешено грустить.              Костёр, в эту ночь ненужный, догорал последние минуты. В дежурстве надобность отпадала тоже. Даже если кто-то решится напасть на них (что слишком маловероятно), рефлексы шиноби сработают быстрее, чем они успеют подумать.              Саске, Ино и Сакура разошлись по палаткам ближе к полуночи. Уже на рассвете их ожидает ранний подъём, сборы и дорога в родную деревню. Там они все разойдутся по своим делам: Ино в цветочный магазин, Сакура в госпиталь, Шикамару и Наруто в резиденцию Хокаге, Гай и Рок Ли на тренировочные полигоны, Саске отправится на очередную миссию. Всё будет так, как прежде.       Об этом они и думали, преодолевая расстояние до дома, погружённые в задумчивость. Не вынести каких-либо уроков из этого происшествия было невозможно.              — О чём думаешь? — Ино переместилась ближе к подруге. Молчание начинало её удручать.              — О том, что хочу открыть реабилитационный центр или психиатрическую больницу для детей, — Сакура отозвалась почти сразу же.              — Ого, это отличная идея! Я тоже хочу в этом участвовать, — эта мысль нашла большой отклик в её душе. — Особенно сейчас, когда после войны прошло не так много времени. И на миссиях даже в мирное время слишком часто случаются трагедии.              — Ты права, — Сакура улыбнулась. — Рада, что нашла поддержку в твоём лице. У нас будет много трудностей, в том числе бюрократических, но я готова всё преодолеть. Цель стоит того.              Ворота Конохи уже были видны издали. Впереди их ждало ещё много встреч и расставаний. Главное — уметь выносить из этого опыт и становиться лучше.