Can't help falling in love

      Проходит немало дней, состоящих из пламенных дискуссий обо всём в галактике, пьянящей близости, чтения мудростей ситхов и их обсуждения, прежде чем Кайло и Рей начинают новый этап в отношениях. Переезд. Съёмная квартира на Корусанте. Для начала — их новой жизни, их новой истории, их новых отношений — в самый раз.       Нет, их не выселяет тот политик по причинам отдачи долга. Нет. Они даже с Армитажем познакомились, спокойно пообщались в командной рубке. Хакс — внешне ничем не примечательный политик, не любящий постоянство в обычной жизни, поэтому и живёт на корабле. Рыжий и похож на кота. Однако его ораторские способности запоминаются надолго, как и некоторые идеи воссоздания политического режима из прошлого. К счастью, его сторонников не так много — всё внимание забирает Рен. И прогресс, который он несёт.       И «спасибо», которое он хочет сказать всей вселенной. За них. За безмерную доброту. За каждый шанс что-то создать и исправить. За каждую боль, что сделала сильнее. За каждый шаг, что сделал их лучше, чем они были вчера.       Новое жильё. Им обоим нужно больше места, чем одна спальня — тогда Рей сможет попробовать себя в новом занятии-хобби, а её возлюбленному будет недалеко лететь до места работы. Они собирают вещи, и кто бы мог подумать, что у Кайло их столько. Одних плащей штук сто и масок столько же… Когда Рей очутилась в этой спальне, у неё не было ничего. Сейчас она бережно складывает платья и туники. Любой цвет. Любой аромат: фруктовый, цветочный или древесный. Всё, что угодно.       За несколько дней в их комнате собираются горы из коробок, коробок и коробок. Их так много, что вдвоём не справиться, поэтому скоро прибудут рыцари Рен, чтобы помочь им. Но пока…       Они бороздят вместе космос, проплывая между бесчисленным количеством звёзд, планет и систем. И пусть там вечная ночь… После неё всегда наступает рассвет. И закат. И новый день, что наполнится лишь романтикой, тёмной страстью и разговорами, после которых с каждым разом становится всё легче.       Всё чаще и больше они познают свои тела и то, что приносит им нескрываемое удовольствие. Поцелуи. Игривые. Чувственные. Дразнящие. Щёки горят каждый раз, и не важно, куда придёт поцелуй, чего он коснётся — желанных губ, шеи, плеч, бёдер. Неважно, что он сотрёт — слезинки от безмерной радости, влагу от возбуждения. Неважно, что исцелит — старые шрамы на руках и рёбрах. На лице. На душе. Старые травмы, мешающие быть счастливыми…       Но не сейчас. Сейчас сердце оглушающе стучит, кровь приливает к низу живота. Желание охватывает с головой, концентрируется внутри, бурлит, заставляет гореть и быть зависимыми от касаний. Не каждое умелое, но волнующее и душу, и плоть. Приятные. Вожделённые. Дурманящие. Искушающие. Вызывающие…       …Мурашки по коже…       … Стоны… Мелодия страсти. Мелодия космоса, запечатанного в них. Голос хрипит от стонов и криков. Каждая частица в теле напряжена, но это напряжение такое сладкое. Желанное. Наслаждение закручивается спиралью, тягучей, обжигающей, звенящей…       То, как глубоко он входит в неё, безумно сладко. Безумно пылка и Сила, наполняющая, связывающая их. Пьянящая. Пронзающая насквозь. Заставляющая мелко и часто вздрагивать, закатывать глаза и видеть свет перед глазами.       Хорошо.       Дыхание тяжёлое, сердце всё ещё не может успокоиться.       Идеально.       Подушки, простыни и их тела запачканы. Но они довольны. Они счастливы. Они ложатся рядом, осторожно целуют друг друга в губы — напоследок, и переплетают пальцы. Кайло всегда первый нарушает тишину:       — Я не причинил тебе дискомфорта? — Он всегда заботится о ней, волнуется за неё, за то, что в процессе он не причинил ей боль.       — Нет, всё было… Безупречно. Ты замечательный любовник. Знаешь об этом? — зевая, спрашивает Рей.       — Конечно, дорогая.       Вскоре она засыпает. Кайло ещё некоторое время любуется ей, а потом, как всегда, поднимается с постели и ищет пульт от кондиционера по всей комнате. Он точно должен быть среди коробок. Он точно необходим им именно сейчас — в спальне воздух горячее, чем в пустыне. Ещё немного и загорятся испачканные простыни, и Рей захочет проснуться. Нет, чудный сон возлюбленной стоит поберечь. Вскоре Кайло включает освежитель воздуха и приятный ветерок уносит всё плохое.       Но через минуту кожу начинает покалывать от холода. Кайло вздыхает — как ему найти баланс? Может, почитать о датчиках настройки температуры в комнате? Усмехается. Раньше бы он разнёс всё до основания, наказал бы виновного… А сейчас он хочет решить всё мирно. Во многом благодаря Рей, что сладко стонет во сне и ворочается, и он решает накрыть её одеялом. Ложится рядом, под бок, и шепчет:       — Рей, я люблю тебя. Я позабочусь о тебе, прошу, будь моим счастьем… И я буду твоим. Буду твоей опорой, тьмой в самом светлом дне и светом в самой тёмной ночи…       Кайло верит, что она спит, поэтому беззаботно и без опасений признаёт свои чувства. Но Рей знает и помнит всё, что он сказал. Его слова как шепчущее эхо, как самая сладкая правда, как самая высшая мера для счастья в её голове. Повторяется снова и снова. Пока миры сталкиваются, крошатся и исчезают.       — И я тебя. Спи, Кайло. — Она целует его в лоб, а он улыбается. Незаметно, но так тепло…       Их урок заново быть с кем-то рядом собой сдан на «хорошо». Быть рядом и не душить излишней опекой, не заковывать в цепи ревности и не лишать свободы — на высший балл.       Корабль огромный, Рей часто ходит, бродит и часто путается в нём. Впрочем, это ей на руку — она может подумать обо всём, пока Кайло нет в апартаментах. Или пока он спит. Она ждёт, когда он проснётся. Ждёт, когда он позовёт её по имени. И она непременно услышит. Снова и снова. И Рей придёт к Кайло. Вместе с его друзьями-телохранителями. Ведь сегодня тот самый день — их переезд.       Она проверяет ещё раз: все ли вещи собраны. Даны ли пилоту-Рену координаты? Поступила ли оплата за жильё? На все вопросы один ответ: «Да». Всё идет по плану… Рей мечтательно улыбается, смотря на открытый космос. Кайло, только что присоединившийся к возлюбленной, смотрит на неё и ощущает себя очень странно. Легко и на своём месте.       Им обоим это ощущение незнакомо, но оно кажется им очень приятным.       — Где ваше счастье, магистр? — спрашивает один из рыцарей Кайло.       — Оно уже давно здесь. — Он указывает на свою грудь. Туда, где расположено сердце. — Это Рей, это всегда была и будет она…       В этот момент Рей отлучается, чтобы попрощаться с Армитажем, и поэтому не слышит его слова. Но как только она возвращается, то сразу замечает странную улыбку Кайло — в присутствии доверенных он может снять маску. Вскоре они вылетают и ещё быстрее оказываются на крыше своего нового дома. Они живут на верхних этажах в двухуровневой квартире. На первом кухня, просторный кабинет и гостиная, на втором — спальня и ванная.       После переноски всех коробок Рей первым делом отправляется в спальню, осмотреть кровать, которая заслуживает отдельной похвалы… Кайло, словно почувствовав замыслы возлюбленной, отсылает своих рыцарей и поднимается к ней.       — Хочешь её испытать? — спрашивает он, на что получает довольную ухмылку.       — Конечно! А вдруг мне не понравится, дорогой? Вдруг нам нужно будет её заменить?..       — Я не против.       Матрас беззвучно прогибается под их весом, чёрная ткань простыни приятно холодная и шелестящая. Но они оба недолго наслаждаются постелью — в неизвестность летят мантия и всё, что под ней. Первым полностью раздевается Кайло, пока Рей возится с туникой. Он помогает ей её снять, а она смотрит на его тело.       Мужественное. Красивое. Возбуждающее. Один только его вид способен вызвать мурашки, жар, стремительно бегущий в её крови. Стремительно расползающийся по телу огненной змеей. Сначала по щекам — они алеют, как и всегда, потом к сердцу, что бешено стучит, и вниз.       Кайло наклоняется ближе к ней и дыхание опаляет кожу Рей. Жарко. Нестерпимо жарко. Она зарывается рукой в его волосы, пока он ласкает её. Нежно скользит по коже, оставляет приторно-сладкие поцелуи на шее, ключицах, ареолах, бёдрах. Всё так осторожно…       Рей нетерпеливо ёрзает в руках Кайло, кладя ладони на его плечи. Что-то не то в её чувствах, не то в ощущениях. Что-то не то она хотела бы получить именно сейчас, чего-то не хватает… Не страсти — её предостаточно, она почти захватила разум, одурманила душу. Не уверенности и не желания — она хочет, она чувствует, как всё мокро снизу, но нужно что-то добавить. Невыносимые мысли не дают ей ни покоя, ни наслаждения.       — Стой. — Рей сильнее сжимает плечо Кайло.       — Ты не готова? Что-то не так? — Он тут же останавливается, поднимает взгляд на неё.       — Готова. Просто… Ты собираешься быть мягким, нежным со мной. Не надо, прошу. Я не хочу так. Ты никогда не прикасался ко мне грубо, жестоко, хотя именно я взорвала тот корабль. Ограничивала твой круг общения, ревновала… Понимаю, твои чувства ко мне остаются светлыми даже на тёмной стороне… Но давай попробуем что-то новое в сексе? Если не понравится, то больше не будем.       — Ты уверена? Мы никогда не пробовали нежно, как и… Грубо. Знаю, как надо, но не хотелось быть безжалостным по отношению к тебе.       — У нас будет время всего мира. Но просто не сейчас.       — Без проблем.       Кайло сжимает, выкручивает сосок, и это заводит её сильнее. Гораздо сильнее, чем простые ласки, полуоттенки нежности и намёки на плавность действий. Нет, ей хочется резкости, чувственности. Он проникает в неё одним движением и шепчет что-то на ухо. Про её тьму. Про её страсть. В другое время это польстило бы Рей, но сейчас им обоим нужно быть ближе.       Ещё глубже.       Кайло целует её бессердечно и жадно. Интимно. Будто в последний раз. И она отвечала ему тем же — яростно царапает спину, громко стонет на ухо, когда он входит особенно глубоко. Настоящее тёмное удовольствие — с искорками безумия, почти неощутимой болью и весьма ощутимой остротой каждого касания.       Всё ощущается ярко, ослепляюще ярко, до предела отчетливо. Его движения внутри то замедляются, то ускоряются. Бешено. Горячо. Жёстко. Грубо. Кайло играет с ней, растягивая удовольствие на долгие моменты. Рей задерживает дыхание, и без этого тяжелое, царапает его лопатки, так, чтобы следы остались, чтобы он помнил. Кусает его до крови, до приближающегося оргазма и почти ощутимой эйфории.       Он тоже стонет и успевает покинуть её тело, прежде чем кончает на одеяло. В голове лениво проскальзывает мысль о нормальной защите… Но, прежде, Кайло помогает возлюбленной кончить. Он стимулирует её клитор и Рей с громким стоном откидывается на подушки. Хорошо. Им так хорошо вместе…       Им требуется несколько минут, прежде чем выдохнуть одновременно, смотря друг на друга и чувствуя что-то тянущее, тягучее в сердце. Любовь. Сладостную и порочную, но крепкую, непобедимую… Любовь. Улыбаются. Постепенно возвращаются мысли, одни на двоих, и самая яркая — «Это было потрясающе!»       — Прости, если перестарался.       — Я удовлетворена во всех смыслах. А ты?       — Тоже.       — Мне не нравится быть хрупкой, Кайло. Такое чувство, что я роза, выросшая в тепличных условиях. Но это ведь не так? Я жила в пустыне не один год, была мусорщицей, работала с тяжёлыми запчастями. У меня никого не было. Ты прокладывал карьеру в политики с нуля… Всё равно жизнь закалила нас обоих. К чему вся эта осторожность? Да, мы не до конца окрепли…       — Ты права, Рей. Но давай хоть иногда будем нежными друг с другом? — Ответом ему служит улыбка и тёплые объятия, поцелуй в висок и невнятный шёпот о самом дорогом.       Внезапно приходит осознание — снова одно на двоих — им потребуется ещё много времени, чтобы залечить шрамы. Чтобы забыть те семьдесят лет несчастий. Чтобы отпустить кошмары… Может, они даже обратятся к специалисту, однозначно разберутся в себе и своих поступках. Потребуется время, чтобы залечить все пробоины в душе. Но Кайло готов помочь ей в этом, научить её силе, научить её жить в этом мире. Рей. (это всегда был и будет он)