О новых друзьях.
10 июля 2022 г., 23:54
Любовь на расстоянии, как искра на ветру — слабую она гасит, а сильную разжигает.
Кларк взлетела по лестнице своего многоквартирного дома, сверкающие стразы её платья качались на груди, ибо она торопилась, подпрыгивая на ступенях и расстегнув пальто по пути. Она выбрала свои самые теплые сапоги утром, так как погода была по-зимнему холодной и была рада, что не прогадала. Кларк опаздывала. Сегодня на работе она познакомилась с новым художником, который будет представлен на их предстоящей выставке. Он был новичком для их команды, но тем не менее невероятно талантлив. Он больше походил на профессиональную модель, чем на художника, но она восхищалась его творческим подходом в течение нескольких месяцев — в его работах была глубина, эмоциональность и все же эфирная красота звездных фантазий, которыми Кларк не могла не восхищаться. Возясь с ключами у двери, она топнула ногой, проклиная про себя холодную погоду. Когда пальцы ловкого художника наконец нашли правильный ключ, она открыла дверь бедром. Квартира Кларк была уютной, наверное — все же не хватало главного — её. Стены были окрашены в теплые земляные тона и украшены некоторыми из старинных карт на стенах, а мебель была изношенной и в основном винтажной, но не потому что она была коллекционером, а лишь из-за того, что они с Лексой стали любителями субботних распродаж, однажды попав на одну из таких. Когда она сняла сапоги, Фиш выбежал из спальни, уже виляя хвостом. Она закрыла за собой дверь и наклонилась, чтобы дать собаке несколько ласковых почесываний. — Рыбка, я должна подготовиться к разговору с Лексой! Она не опоздала, но у нее было не так много времени, как ей бы хотелось на подготовку к этой «встрече». Она хотела бы принять душ и надеть что-то симпатичное для своей девушки, чем ее рабочий наряд — может быть, даже что-то из специальной коробки! (Которая пылится в их шкафу уже слишком долго). Но сейчас у нее не было бы на это времени. Кларк поставила свои сумки рядом с дверью и бросилась на кухню, где увидела кота, принявшего форму буханки на металлическом холодильнике. — Привет, Любомур! Уже проголодался? — сказала она, поднося руку к лицу кота, в ожидании, когда тот укусит. Этого не произошло. Он моргнул и замурчал не сопротивлялась, когда она гладила его мягкий янтарный мех. — Давай вначале накормим нашу Рыбу, а затем вас, мистер «Я люблю Whiskаs». Она кормила двух животных так быстро, как могла. Любомур был избалован и ему разрешили поужинать на столе, вдали от вмешательства Фиша (в основном), но и без того, он соглашался на еду только после того, как докажет свое превосходство за счет укусов и царапин, щедро подаренных Кларк. Так он получал несколько минут внимания и ласки — ему нравились почесывания между ушами и глазами, под подбородком и вниз по позвоночнику после обязательной экзекуции. Она не смогла привязать к себе этого кота так, как его хозяин и коллега Лексы — Джон Мерфи, но он однозначно стал более покладистым за последние десять недель. Десять недель, подумала Кларк, вздыхая. Слишком долго. Она вымыла руки и разогрела лазанью, которую Октавия и её маленькая дочь Аня принесли позавчера на вечер кино. Кларк знала, что Октавия в той же ситуации, что и она, но по крайней мере, у неё была маленькая частица любимого человека рядом — Аня, в силу возраста, не давала скучать матери. У Кларк было всего двенадцать минут до звонка, поэтому она ела так быстро, как только могла, а затем побежала в ванную комнату и подкрасила глаза и губы, чтобы не казаться настолько усталой, на сколько реально себя чувствовала. К тому времени, когда она скользнула на свой яркий темно-изумрудный диван и нажала кнопку включения ноутбука, у нее оставалось две минуты. Она подождала и снова попробовала кнопку питания, но ничего не произошло. Холодный страх поселился в ее груди. Нет, нет, нет, нет — глупый ноутбук должен был работать! Она не могла пропустить свой единственный запланированный видеочат с любимой девушкой на сегодня! Застонав от разочарования, Кларк вскочила и помчалась за зарядкой, а после мучительно долго ждала, пока компьютер медленно загрузится. Однажды, эта старая штуковина подведет её. Ей очень нужен был новый ноутбук (или Лекса рядом). Ей действительно нужно было перестать выключать его, но это был практически динозавр, и он не мог справиться с тем, чтобы его все время оставляли включенным. Она действительно должна была включить его раньше, пока она подкрашивала свои глаза. Кларк ахнула, когда видео звонок, наконец, зазвенел по квартире, и при характерном звуке лицо Лексы появилось в поле зрения. — Лекса? Прости! Мне так жаль, что я долго. Компьютер не включался, видимо, батарея села. Я уже покормила кота не будучи поцарапанной и, кстати, собаку тоже, так что нам никто не будет мешать. Конечно, мне может позвонить тот новый художник, о котором я писала тебе, он приехал сегодня, и я целый день провела с ним, показывая ему всё, но я могу просто игнорировать свой телефон! Привет… — Привет… — сказала Лекса улыбаясь и прожёвывая тост, и Кларк улыбнулась в ответ. — Я хотела встать пораньше, чтобы закончить есть к твоему звонку, но, как видишь… — Да, — сказала Кларк с бредовой улыбкой на лице. Ее голос смягчился сам по себе. — Так приятно тебя видеть! Как дела? Лекса выглядела также прекрасно, как обычно, кроме того она не немного загорела и ее кожа была отполированной бронзой, а ее волосы были заплетены в косы и убраны назад, как всегда, когда она на выезде; ее глаза выглядели усталыми. Но, в общем, она выглядела счастливой, и Кларк была рада этому, но что-то в груди болело оттого, что они так далеко друг от друга. Это откидывает её в памяти назад — в то время, когда Кларк уезжала домой, чтобы быть с матерью, а Лекса каждую минуту искала возможности продолжать быть с Кларк. Сейчас всё так же — ну, почти, — у них обеих не так много времени на написание сообщений, но вечерние (для Лексы утренние) рандеву в скайпе теперь их маленькая традиция. — Всё хорошо. Здесь безумно жарко, в остальном нормально, — сказала она, снова тепло улыбаясь Кларк. Она вытерла лицо салфеткой и наклонила голову, глядя на свою девушку с теплой улыбкой. — Я так скучаю по тебе, детка. — Я знаю, — сказала Кларк, ее голос был отягощен внезапными эмоциями, но она не может себе позволить зареветь сейчас. Так было каждый раз последние пару недель, и Кларк ничего не могла с этим поделать. — Я тоже скучаю по тебе. Как все остальные? Джон? Линкольн? — О, они в порядке. Наша работа идет очень хорошо, поэтому мы должны завершить примерно еще через двенадцать недель. Точно по расписанию, как я и говорила. Она звучала настолько уверенно, что Кларк не может не визжать от восторга внутри себя. Она хотела, чтобы ее девушка вернулась; она хотела, чтобы ее друзья вернулись. У нее были Октавия и маленькая суровая копия Линкольна — Аня здесь, и они были замечательными, но она хотела, чтобы Джон, Линкольн и Лекса тоже вернулись. — Итак, расскажи мне о новом чуваке-художнике, — сказала Лекса, отложив свою тарелку в сторону и вытирая лицо в последний раз. Лекса растянулась на своей маленькой кровати, приложив к лицу некачественную камеру ноутбука. — Ты сказала, что его работы будут на следующей выставке? — Да, это так! Значит, его зовут Финн, и он, как супермодель — великолепен. И кажется, мы подружились. Он забавный и умный и его работы просто потрясающие… — Мммм. Насколько он великолепен? — спросила Лекса, её брови нахмурились так, как она вдруг резко показалась Кларк недовольной. — В начале он был совсем не дружелюбен, а потом немного расслабился и мы поладили. Сегодня он показывал свои работы — ну, он казался нервным, и кажется сильно переживал, — сказала Кларк с пожиманием плечами. Она ухмыльнулась и подняла брови. — Ты ревнуешь? Лекса рассмеялась. — Понятия не имею, о чем ты говоришь, детка. — Да, конечно, — сказала Кларк с усмешкой. — Финн новичок и пока не имеет друзей в городе. Он здесь меньше недели и я вынуждена буду его познакомить с городом на этих выходных… — Да, конечно, кто кроме тебя? — Ты можешь быть на тысячу процентов уверена, что он не имеет никаких намерений в отношении меня, потому что ты больше в его вкусе, и он изъявил желание написать тебя, но я не намерена делиться своей музой! — Кларк не знает смеяться над реакцией Лексы на заставку на её телефоне или наслаждаться тем, как её девушка заметно расслабляется, глядя на их совместное фото. Она прекрасно помнит тот день, когда они обнимались, лёжа на кровати после тяжёлого дня. Это был первый рабочий день для Лексы. Она была в таком восторге, что Кларк передалось её воодушевление. Лекса тараторила без остановки о своём музее, все время перебивая Кларк и она не нашла лучшего способа, чтобы остановить её, как начать целовать: вначале в щеку, бровь, уголок губ и так далее, а потом они смеялись и Кларк не удержалась от того, чтобы не запечатлеть этот момент. — Я не хочу говорить о нем. Расскажи, как идет работа? Как ваши руины? На неделе ты сказала, что Мерфи нашёл эту действительно классную штуковину или что-то старое и уникальное… что-то в этом роде, верно? И когда Лекса начала рассказывать историю своей археологической работы с Линкольном и Джоном, Кларк прищурилась сквозь зевоту и улыбнулась. Лекса всегда была так привлекательна, когда её глаза светились — она оживлялась разговорами о своей работе, и Кларк любила наблюдать за ее волнением, когда она старалась уместить весь свой восторг в пятиминутный рассказ. Любомур примостился у Кларк на коленях, тогда, как Фиш, опасаясь острых когтей кота улегся в ноги (Кларк знала, что он напомнит о вечерней прогулке стоит голосу Лексы раствориться в тишине их дома), но мягкий янтарный мех и мурчание кота, как и их любимый пес, не облегчили кавернозную боль в груди от того, что они не могут сейчас быть вместе. *** — Итак, это моя студия, — сказала Кларк, проводя рукой по волосам и сбрасывая противную влагу от подтаявшего снега на пол. Несмотря на вчерашний разговор со своей девушкой, Кларк чувствовала себя ужасно подавленной и никак не могла сегодня взять себя в руки. Финн, очевидно, заметил это и после долгого завтрака — они преимущественно пялились на падающий снег из окон кофейни — он предложил отложить экскурсию по городу и посмотреть их мастерские. Она улыбнулась своему новому коллеге; его симпатичные карие глаза осматривались в просторной комнате. В студии был беспорядок. Кларк арендовала свое студийное помещение в течение почти четырех лет, и было очевидно, что уже приросла к этому месту. В некоторые дни, когда Лекса задерживалась допоздна, она не уходила домой, предпочитая вместо этого заснуть на утопленном одеялом диване, спрятанном в дальний угол, недалеко от подоконника, где несколько небольших растений изо всех сил пытались пережить зимние морозы. Там были кружки и тарелки, всевозможные художественные принадлежности, два массивных стола, несколько мольбертов и много открытого пространства в центре, где базировался ее текущий проект. — Это прекрасно, — согласился Финн, и его глаза обратились к огромному холсту с портретом Лексы, занимавшему центральную часть комнаты, где работала Кларк. — Спасибо, что поделилась этим со мной. Могу ли я посмотреть, над чем ты работаешь? — Конечно! Вот почему мы здесь — я надеялась узнать твое мнение. Финн слегка улыбнулся ей. Он не совсем закатывал глаза, но это было близко к тому. Гриффин поражалась откуда в молодом парне столько амбициозности, но его уверенность шла вперёд него, и Гриффин ему немного завидовала. — Да, я понял. Ты беспокоишься, что твоей девушке это не понравится, верно? — Да, я думаю, — сказала Кларк, легко двигаясь вперед по студии, в то время как Финн осторожно обогнул мольберт. — Что-то не так в этом портрете, понимаешь? Прошло две недели, и я не могу избавиться от этого чувства. Мне нужно мнение со стороны! Свежий взгляд! — Я был бы удостоен чести, — лучезарная улыбка мужчины озаряет зал. Они стояли рядом пока Финн поворачивал голову то в ту, то в другую сторону, а Кларк вздыхала, глядя на картину. — У вас какие-то проблемы в отношениях? — спросил Финн. Его брови были вздернуты таким образом, и Кларк не могла не думать о Лексе и том, что она выглядела так же, выпрашивая что-то у Кларк; она не могла не думать обо всех способах и уловках, которые заставляли её смеяться и делать большего (второго, очевидно, было много), обо всем, что подтверждало, что они идеально подходили друг другу. У них проблемы: это навряд ли, просто сейчас они слишком далеко. — Я думаю, что это потрясающая работа, Кларк и ты слишком придираешься к себе. Кларк оглянулась на ее подарок для дня воссоединения с Лексой. На данный момент ей нравились острые углы и бледная рябь в левом нижнем углу, и ей очень нравилась цветовая композиция, но что-то в волнообразной ряби недалеко от центра её настораживало. Она сняла сапоги, погрузив ноги в мягкие в меру изношенные тапки, и подошла к ближайшему столику, где последняя палитра терпеливо ждала ее возвращения. — Лекса уехала десять недель назад и потребуется еще по крайней мере двенадцать, чтобы она вернулась. — Кларк печально взглянула на картину. — Я просто хочу, чтобы всё было идеально, разве это так плохо? Финн уже снимал свое причудливое пальто и закатывал рукава своего замысловатого серого шерстяного свитера, чтобы поближе рассмотреть холст, стараясь не коснуться его, хмыкнул. Кларк восприняла эти жесты как решительное «да». Кларк смешала краски, и к тому времени, когда она обернулась к парню, Финн сидел на её любимом стуле, анализируя центр картины с хмурым взглядом, его пальцы постукивали по подбородку и он что-то напевал, буквально копируя Элтона Джона в его манере. Да, похоже, он гей подумала Кларк с усмешкой, Мерфи нужно встретиться с этим мужчиной. — Прекрасная текстура, — сказал он, глядя вверх и коротко улыбаясь, — но мне интересно, не предпочтешь ли ты больше контраста с затенением? Передача цвета замечательная, ты однозначно вложила сюда душу. Ты сильно её любишь, правда? — Да, — кажется, Гриффин покраснела. Это согрело грудь Кларк, услышав эти слова и то, что это заметно: дорогого стоило. — Ты думаешь, что я могла бы осветлить здесь, в центре? — спросила Кларк, указывая на области, которые ее беспокоили. — Я так и сказал, — ответил Финн, задумчиво кивнув. Финн молчал в течение нескольких минут, и Кларк потратила это время, чтобы пошевелить пальцами, подготовить кисть с краской и проверить несколько мазков. Она обычно включала музыку, пока писала, но в присутствии Финна было что-то успокаивающее. Он наблюдал, пока она рисовала, и через несколько минут тишины заговорил. — Я уверен, что ей это понравится даже если в твоей голове это будет далеко от совершенства. Тебе кажется, что это плохо лишь потому что единственный человек, который может сказать, что это не так, это не я. — Кларк продолжала рисовать, пока Финн наслаждался разглядыванием её работ. — Подумай лучше вот о чем: когда мы принимаем недостатки, мы начинаем дышать легче. Это очень напомнило ей Мерфи, и ее грудь снова болела. Она хотела, чтобы ее друзья вернулись. Она хотела грубых объятий Линкольна, постоянных улыбок и нытья Джона и идеальных поцелуев Лексы. Она хотела, чтобы ее жизнь вернулась в нормальное русло, и она хотела, чтобы Финн встретился с ними. — Я думаю, что она тебе понравится. Лекса. И друзья мои, её, наши! — сказала Кларк с улыбкой. Она выгнула бровь. — Особенно мой супер симпатичный друг Джон. — Финн посмотрел на нее, выражая абсолютное сомнение, и Кларк засмеялась. — Он немного экстравагантен и очень красив, как и ты, но, к сожалению, он улетел вместе с Лексой и другим нашим другом Линком, работающими над этими археологическими раскопками. Он их геофизик и ужасно умный, хоть и не приспособлен к жизни в пустыне. — О, правда? — Да! Лекса — археолог, Линк — антрополог, а Джон — геофизик. Все они очень умны, но Мерф — единственный в своём роде. Ты хочешь увидеть их фотографии? И так продолжалось более двух часов, Кларк рисовала, говорила и показывала Финну фотографии своих друзей. Она показала одну особенно красивую фотографию Джона из похода, который они совершили прошлой осенью, где он был завернут в теплые одеяла, с Любомуром на шее и смеялся рядом с Линком и Октавией, как будто никогда не был счастливее, чем в тот момент — и Кларк не пропустила, как глаза Финна мерцали при взгляде на это. У Кларк было множество историй, некоторые веселые, а другие более серьезные, и к тому времени, когда они проголодались, она чувствовала себя намного лучше. Кларк улыбнулась недавно нарисованным волнам, довольная прогрессом. — Что ты думаешь? — Это замечательно, Кларк. Я уверен, что Лексе это понравится.
