Я прощу, но не забуду

Сегодня в Ли Юэ довольно солнечно. Люмин и Тарталья гуляли по улицам города и смеялись со всяких шуток друг друга. Они смотрелись очень мило вместе, и Чайльд уже давно принял этот факт. Ему очень нравилась путешественница, но говорить об этом он не стал. Чувства могли быть невзаимными, да и ей скорее всего не нужны были отношения. Все же главной задачей для неё является найти брата и вместе с ним уйти в следующий мир. От этих мыслей юноше стало даже немного грустно. Хоть сейчас Люмин и была рядом, но ведь вскоре ей придётся отправится дальше — в Сумеру, а там уже до самой Снежной. Как он хотел познакомить её со своей семьей! — Тарталья, ты чего? Что-то случилось? — Из мыслей его вывела Люмин, которая заметила измену настроения своего друга. Она также переживала за него, как и он за неё. — Нет, принцесса, всё хорошо — Чайльд широко улыбнулся ей, отогнав все сомнения на свой счёт — О, кстати, может прогуляемся вне Ли Юэ? — Он указал на гору Тяньхэн, у подножия которой находился сам город. Люмин хоть и была там уже много раз, но все же согласилась пойти. Сегодня Паймон осталась в номере, без вопросов и причитаний отпустив подругу гулять с ходячим кошельком. Так что путешественница была даже рада, что её спутница поменяла о нем своё мнение. — А зачем нам на гору? — Спросила у него Люмин, когда они подошли к горе. — Оттуда открывается просто потрясающий вид на Ли Юэ! Да и тем более, может приглянется какое-нибудь интересное место, куда сходим в следующий раз! — Аякс улыбнулся своей спутнице, а она лишь посмеялась. Её смех сводил его с ума. Он хотел вечно его слушать. Только ее смех, голос и шёпот. Тарталья не хотел видеть ее слёзы. Больше не хотел. Это делало больно не только ей, но и ему. Он всегда упрекал себя в том, что не смог ей помочь. Что он причина ее слез, а не очередное ранение. — Хахах, ну хорошо — Посмеявшись сказала путешественница и начала карабкаться. Гора была довольно высокой, они даже успели выдохнуться не добравшись до вершины. — Что, принцесса, устала? Хахах, нам ещё немного осталось — Окликнул её Тарталья. Когда Люмин повернула к нему голову, он скакал словно ужаленный. Будто не сидел только что и не испускал дух от усталости! Но путешественница лишь снова посмеялась и, встав с земли, пошла к Чайльду. Они наконец забрались на вершину. Солнце уже садилось, и Ли Юэ окрасился в закатный огненно-красный цвет, как и небо. Облаков почти не было, на море гладь, а вдали светится Великий Храм Наруками в Инадзуме. Но с момента возвращения оттуда, Люмин не покидало чувство того, что за ней кто-то следит. Даже сейчас. Она оглядывалась по сторонам, но никого не замечала. Сидящий рядом Чайльд заметил некое смятение у подруги и запереживал. — Миледи, что-то случилось? Ты так засуетилась — Просто такое чувство, что за мной кто-то следит.. — Задумавшись сказала Люмин, на что Тарталья просто пожал плечами. Он не придавал этому особого значения, хотя для ее безопасности стоило бы. Они посидели ещё немного и вскоре спустились обратно в Ли Юэ, разойдясь по своим домам. Люмин проснулась довольно поздно. Феечки не было, она ушла в свой мирок, предупредив путешественницу небольшой запиской, любезно оставленной на тумбочке. Девушка прочитала ее и, тяжело вздохнув, отложила ее обратно. Странное чувство до сих пор не покидало её, а сегодня она должна была гулять одна. У Тартальи было много работы, так что времени на подругу выделить он не смог. Как бы ему этого не хотелось, но все никак не вышло. Глубоко вздохнув, девушка вышла на улицу. Сегодня было не так жарко, как вчера. Людей на улицах стало намного меньше, чем было обычно. Но это даже хорошо, ведь в магазинах не будет очередей, или в ресторанах намного больше свободных столов и заказы быстро сделают. Хоть от этого настроение путешественницы чуть улучшилось. — Хей, Люмин, сегодня без своего дружка? — Путешественница дернулась из-за внезапного голоса позади себя. Повернувшись, она увидела странного парня в огромной шляпе. Это же.. — Скарамучча! Что тебе нужно? — Зло спросила его Люмин. Она прекрасно помнила все то, что было в Мондштадте и Инадзуме. До сих пор она злилась и ненавидела его за ситуацию с Теппеем и глазами порчи. — Ох, я просто решил проведать давнюю знакомую! Неужели ты не рада меня видеть? — Противным для неё голосом спросил парень — Я ведь все время следил за тобой, могла бы и поблагодарить — Язвительно улыбнулся тот, смотря на ничего непонимающую девушку. Ах, как же она прекрасна! Так хотелось забрать ее себе в качестве трофея и для того, чтобы злить своего ненавистного коллегу Чайльда. Скарамучча прекрасно знал, что тому неравнодушна героиня. — Не переживай, я здесь не для того, чтобы чем-то насолить тебе — Он устремил свой взгляд прямо в глаза Люмин, в которых читался страх — Что это? Неужели наша смелая героиня так меня боится? — Скарамучча положил свою руку на ее щеку, от чего девушка дернулась. Она точно не ожидала такого. По крайней мере, не от него! — Убери от меня свои руки — Грозно сказала путешественница, отпрянув от него — Либо говори что тебе надо, либо проваливай — Она разозлилась. Как раз то, что ему и нужно было! — Ооо, какие мы злые. Прям страшно стало! — Он залился своим противным смехом, все ещё смотря на Люмин. Она с недопониманием смотрела на него, пока не почувствовала что-то странное в груди. Постепенно мир в ее глазах начал превращаться в темноту. Девушка схватилась рукой за грудь, падая вперёд. Ещё немного, и она упала бы прямо на плитку, но парень, что стоял прямо перед ней и смеялся, поймал ее и поднял на руки. Наконец-то она у него! Девушка очнулась в неизвестной ей комнате. При любой попытки движения, ее тело словно сковывало тысяча оков. Она даже голову не могла приподнять, оставалось только беспомощно мотать ей из стороны в сторону, чтобы осмотреться. Вокруг не было ничего, даже окон. Она сидела на полу вся связанная какими-то странными веревками, которые не давали ей сделать и малейшего движения. Паника охватила ее. Где она? Почему она здесь? Где Чайльд и Паймон? — Вижу, ты уже очнулась — Раздался голос откуда-то из угла. Такой до жути знакомый голос, который словно через тело бил электро, распространяя его повсюду. От кончиков волос до самых ног. Девушке стало настолько жутко и страшно, что слёзы снова хлынули из ее глаз. Сейчас ей никто не поможет. Никто ее не спасёт. Скарамучча может сделать с ней все что захочет, только почему-то не очень торопится. — Хей, не плачь, пожалуйста — Он подошёл к ней чуть ближе, чтобы рукой мог дотянутся до ее щеки. Вытерев большим пальцем её слёзы, он посмотрел в ее глаза, что словно сгорали от страха. Она сидела на полу связанная, беспомощно смотря на него. Люмин не хотела причинять никому вреда. Даже такому, как Скарамучча. И если он попросил прощения, она бы просто его простила. — Зачем я тебе нужна? Отпусти меня — Пыталась умолять его путешественница, но парень лишь усмехнулся. — Отпустить тебя? Нет, ты теперь моя. Слышишь? Ты.Теперь.Моя — Он улыбнулся чуть ли не до ушей, вызвав у Люмин большую волну страха и непонимания. Что он собирается делать?.. — Я подумал.. Если ты будешь беременна, то уже не сможешь сбежать или искать своего никчёмного братца — Все еще бешено улыбаясь говорил Скарамучча — Никто не спасёт тебя. Ты сама виновата в том, что вышла на улицу одна. Зная, что за тобой следят — Комната разразилась смехом. Люмин хоть и раньше слышала его, но сейчас он звучал словно сумасшедший. Быстрыми движениями Скарамучча начал развязывать веревки, которыми было связано ее тело. Путешественница даже не пыталась вырываться. Она прекрасно понимала, что это бессмысленно. Если она попытается вырваться, то ей причинят боль. Гораздо сильнее, чем она могла себе представить. — А ты хорошая собачка, раз не пытаешься гавкать и вырываться — Прошептал ей на ухо парень, от чего Люмин стало больше не по себе. Наконец разобравшись с веревками, парень принялся за ее одежду, которая так мешала ему сделать то, чего он давно хотел. Ему было даже не жаль свою «жертву», ведь свои желания он привык исполнять любой ценой. Ненавистная ткань валялась на полу, открывая взору прекрасное нагое тело. Такое любимое, нежное и желанное тело. — Ты так прекрасна, Люмин. Ну же, посмотри на меня — Он взял ее за подбородок и поднял ее голову, чтобы его глаза встретились с ее. И как бы Люмин не старалась отвести взгляд ничего не получалось. Она обречена. — Я буду с тобой максимально нежен — Он снова улыбнулся, но параллельно с этим медленно в неё вошёл. Когда он успел раздеться? В прочем, сейчас это не так важно. От его движений и действий девушке было и приятно и больно. Стараясь не возбуждать его сильнее, она сдерживала такие сладкие звуки, прикрыв свой рот рукой. Но Скарамучче было все равно. Он был зациклен на своей цели — присвоить путешественницу себе. Постепенно наращивая темп, стоны уже не могли сдерживаться, наполняя всю комнату. — Заткнись, сучка. Или ты хочешь, чтобы нас услышали? — Парень ударил ее с размаху по щеке, от чего девушка вскрикнула. Все же закрыв рот рукой, она также прикрыла глаза. Слёзы текли по её щекам от боли. Не только душевной, но и физической. Сказитель вдалбливал в неё со всей силы и скоростью, с которой только умел. Она потерялась во времени. Сколько уже это длиться? Она не знала и не хотела знать. Люмин жаждала конца этих страданий. И словно услышав ее желание, парень излился прямо в неё, положив конец этим страданиям. — Я могу тебя отпустить, но если ты кому-то расскажешь о случившемся, то будешь пенять на себя — Скарамучча расплылся в улыбке, быстро одевая на себя штаны. Люмин не была ему безразлична, но сказать об этом он не мог. Хотел, но не мог. Не знал, как правильно. Сейчас он хотел попробовать, но боялся, что после всего этого она пошлёт его. — А, и, кстати, я хотел сказать тебе.. — Он повернулся к Люмин, что пыталась встать с пола и начать одеваться. Парень помог ей с этим, смотря ей в глаза, что горели любопытством, обидой и болью — Ты.. нравишься мне, Люмин. Я понимаю что после всего этого ты просто пошлёшь меня, но- — Он не успел договорить. Девушка просто его ударила по щеке с той же силой, что ударил ее он. Ей было просто противно смотреть на него, даже слышать его голос. Она возненавидела его и себя за медлительность. Она могла просто убежать тогда, но опешила. В частности во всей ситуации была виновата Люмин. Сейчас она хотела только одного — поскорее отсюда уйти и больше никогда не попадаться ему на глаза. — Я тебя понял. Что ж, можешь идти. Но если кому-то расскажешь, тебе не поздоровится — С этими словами он отпустил путешественницу и та, в свою очередь, помчалась по дому на улицу, а оттуда уже в свой номер. Снова закрывшись ото всех, даже от самой себя. «Я слишком добра ко всем. Был бы здесь Итэр, он бы меня защитил..»