Узлы

Ликорис цветет

При кровавой луне,

Когда все смолкает

От страха, и души

Ведут молчаливо

Бои, но в себе.

Ликорис у зла

Силы черпает, в зле,

Ведь корни его

Греет ад

Даже в стужу.

Ликорис - любовь,

Знак на лбу, на челе.

И адом, мой друг,

Страсть прозвали везде,

А воды -

То нежность и ревность

По суше.

Ликорис цветет

При кровавой луне.

Ночь, окутанная густым туманом, заглушает все звуки вокруг, приковывая ее внимание к серой и безжизненной дороге. Те немногие оставшиеся здесь жители покинули свои убежища, боясь остаться наедине с чем-то опасным, необъяснимым и гнетущим. Маленькие частные домики, выстроившиеся вдоль, были темными, а окна в лучшем случае оказались закрыты либо и вовсе заколочены, чтобы уберечь себя от постоянного чувства тревоги. О ней слагали легенды. Именно поэтому ее появление в отдаленной деревушке, которую местные называли «Ракушкой», могло стать большим событием, ведь кроме того, что она была девушкой-самураем, Гермиона всегда оставалась чужой в этой стране восходящего Солнца. Звук ее тяжелых ботинок эхом разнесся по округе – это был единственный признак того, что хотя бы она здесь была живой. Часы в такие моменты, казалось, тянутся для нее вечно, погрязнув в бесконечном цикле тьмы. В этом месте, как и во многих других, где она побывала за последние пару недель, надежда давно исчезла, а мир теперь напоминает лишь тень себя прежнего, медленно задыхаясь под тяжестью собственного отчаяния. Но все взгляды всегда продолжали обращаться к ней, и сегодня был один из тех удачных дней, когда на пути их конницы образовалось незначительное препятствие – очередной воинствующий клан из соседней деревни, осмелившийся перейти границы дозволенного. Глупцы, будто они не знали, кто за ними идет. Ничтожные потери понесла их сторона, в отличие от соискателей скорейшей смерти, внезапно поверивших в свою победу. Многие ее недооценивали, практически постоянно, но слава давала о себе знать с каждым новым именем, оставшимся позади. Воительниц здесь называют онна-бугэйся – у них была своя императрица Дзингу, которая только недавно возглавила поход на Корею после смерти своего мужа. И был свой бусиду – кодекс, которому следует любая девочка их клана с 11 лет. Они овладевают искусством пользования самурайским кинжалом танто, холодной нагинатой, в ход идут и веревки с цепями – для особых случаев. И вместо того, чтобы платить наемникам за свою защиту, как это делали перепуганные горожанки, девушки-самураи тренируются в бою, чтобы защищать свои общины, где не хватало мужчин-бойцов. Если вы встретите одну из таких, то должны будете знать, что она нанесет вам смертельный удар за доли секунды. Хрупкость, очаровательная беспомощность и грациозность были хорошей уловкой во время начала такого боя. Ей же оставалось лишь нанести первый и последний выпад. Но Гермиону опасаются и по другой причине. Ее душа, как разгневанный дух, разрушает все на своем пути. И цель у нее лишь одна – месть. Месть тем людям, что причинили боль ей и ее семье. Для этого у нее всегда будет достаточно сил. Ей ничего не стоит быстро и легко убить человека. Так о ней говорят. Для ее гнева не существует конкретной причины. Она хочет лишь одного – уничтожения. И эту жажду было невозможно утолить. Но настоящее удовольствие она получает от преследования очередной жертвы, всячески отравляя ее жизнь и наблюдая за мучениями. Именно поэтому Гермиона обрела здесь свое заслуженное имя – онрё. За ней охотились целые кланы и организации, как Кисацутай, считая ее воплощением мстительного духа. И независимо от того, насколько сильно она была запятнана кровью, однажды ей пришлось бы искупить свои грехи. Она это заслужила. И выбирает такой путь, чтобы пройти через собственный ад. Это было непростой задачей, поскольку все вокруг жаждут ее смерти. Даже сама смерть уже как год протягивает ей свои руки. Но воины, борцы и другие самураи видели лишь ее, идущую в белом кимоно, с длинными темными волосами и бледной кожей, с искаженным выражением гнева на лице. Чаще всего ее белый был окрашен кровью. А ее лицо было последним, что они помнили перед смертью. Гермиона любила подражать онрё из тех самых японских мифов, смеясь в ответ боли. Некоторые боялись даже к ней приближаться. И на это тоже была своя причина. Круто закрученные лепестки, напоминающие языки пламени традиционной японской живописи, уже несколько месяцев причиняли ей особую личную боль. Ни одно лекарство не могло остановить течение яда в ее крови. Она уже слышала о болезни раньше. Скверна. Деструкция. Дисгармония. Ханахаки. У ее болезни было много названий. Это была редкая мифическая форма заболевания, при которой больной откашливает цветы из-за неразделенной или далекой от нее любви. Ей было жизненно необходимо находиться рядом с объектом своих страданий. О ханахаки знали и раньше, но Гермиона отличилась и здесь. Ее личным убийцей был цветок – ликорис. Даже простое его цветение уже веками убеждало местных, что ликорис относился к миру мертвых. Хиганбана, как японцы ее называли, считалась растением из самой преисподней. Поэтому мало того, что Гермиону прозвали онрё, слухи о ее смертельной болезни распространились еще быстрее. И отвращение, которое к ней испытывали кланы, отчасти объяснялось простым цветком. И, возможно, тем фактом, что он был ядовит. Луковицы смертельной лилии завезли в Японию несколько веков назад, чтобы высадить у рисовых полей в надежде отпугнуть диких животных. Или же – убить местных жителей, что в итоге и случилось. Чем занималась и сама Гермиона, зараженная этой болезнью несколько месяцев назад. Но объект ее страданий, ее генерал, считал ханахаки и сами убийственные ликорисы чем-то мистическим, мрачным, агрессивным и провокационно эротическим. Так он сказал ей во время их последней встречи. Казалось, именно поэтому она стала его личной одержимостью. И после каждого из крупных сражений генерал появлялся на поле боя, любовался грудой окровавленных трупов, сраженных ее острым касанием, с явным удовольствием втягивая в себя тяжелый воздух вокруг нее. Забирая затем один из цветков ее красной лилии с собой. Медленным и спокойным шагом верхом на коне Гермиона путешествовала от деревни к деревне. Никто не мог изгнать ее. Она же пыталась защитить себя, используя свою дурную славу, свое проклятье как силу. И даже возвращаясь во дворец генерала сегодня, чтобы залечить свои раны, она не получила бы лишней минуты отдыха. Гермиона уже не знала, сколько месяцев прошло с тех пор, как она приступила к его миссии. Как стала личным палачом. И продолжит выполнять его работу до тех пор, пока ее личный приговор о смерти не будет исполнен. Пока она сама не умрет. Только тогда ее грехи будут наконец-то искуплены. Сейчас же в столь отдаленном регионе из-за близости океана с каждым дуновением ветра холод пробирает ее до костей. Дом уже был виден издалека, сквозь облако тумана, густо лежавшего практически на уровне глаз. Когда-то это место можно было назвать красивым и даже престижным, куда стекались разные семьи и торговцы, но теперь оно стало еще одним пустынным убежищем для одного лишь великого клана. И пока север голодал, здесь, на юге, люди жили в достатке. Конечно, дело было в нем. Говорили, что он значительно продвинулся по служебной лестнице и получил большое признание после того, как тысячи солдат под его предводительством одержали победу в битве при Хогвартсе – что бы ни значило это странное название в японской глуши. Он сражался с таким рвением, что даже противники восхищались его техникой боя. Его особый клан носил название «Пожиратели смерти» за соответствующую славу, черный цвет доспехов и маску, схожую с черепом, которую надевали все его воины во время боя для устрашения противников. И за гору трупов в местах, где бы они ни присутствовали. Он безжалостен и беспощаден – так говорят о нем практически все. Выдающийся воин, отличный стратег, его личность стала еще более запоминающейся после получения прозвища «Темный Лорд», что Гермиона до сих пор считает просто позерством. Уже будучи генералом, названный Темный Лорд клана «Пожирателей смерти» смог завоевать репутацию и стал по праву считаться лидером близлежащих деревень. Произошло это после того, как он развязал кровопролитную бойню, чтобы очистить соседние регионы от тех, кто отказывался подчиниться. Поговаривали, что он следовал какой-то идеологии, в которую посвящал только самых преданных воинов, именно поэтому здесь оказалась и она. Она была той, кто выполнил одно из крайне опасных его заданий. И сегодня Гермиона пришла получить свою награду.