Сердце всегда сдаётся первым

Джейсон Хижина пастухов 0731 Еще некоторое время оба стояли в тишине, боясь пошевелиться и разомкнуть объятия. Считанные минуты казались бесконечностью, разрывая связи с реальностью и наполняя воздух теплом тел. Теперь только они остались друг у друга — единственные выжившие, чьи надежды на спасение не были напрасны. К сожалению, они не и представить не могли, какие испытания еще впереди. Следующая глава их жизни напрямую зависит от слаженной работы и, как бы то ни было прискорбно, может привести к не самому хорошему исходу. — Койот-два Ястребу два-один, как слышно, прием, — Рейчел тут же отстранилась от Джейсона, незамедлительно отвечая на вызов. — Это Ястреб два-один, слышу хорошо, что у вас там, прием. — Транспорт в трех часах лету от вас, докладывайте любые изменения текущей ситуации, прием. — Принято. Докладывать любые изменения, конец связи. — Похоже нас все-таки спасут, — саркастически улыбнулся Колчек. — У вас были сомнения, лейтенант? — Рейчел сию секунду приняла невозмутимый вид, будто это не она только что искала в Джейсоне успокоение. — Никак нет, мэм, — Колчек понял причину смены общения на более формальную и умело подыграл. Рейчел легко кивнула головой, будто выставляя новые, точнее старые, личные профессиональные границы. Какая-то часть нее не могла простить ту минутную слабость. О чем она думала? И думала ли вообще, когда разрешила так непростительно близко подойти Колчеку и обнять себя. Но противиться сердцу так и не смогла, хоть и ранее никогда не позволяла неформальности в свой адрес. С Джейсоном все было иначе — в нем она видела последнего, кто уцелел из ее команды — последнего, чье плечо она будет чувствовать под натиском ЦРУ и ЦКВС. — У меня плохое предчувствие, Джейсон, — начала Рейчел. — По поводу? — Всего. Всей этой… «спецоперации», — она сделала особый акцент на последнем слове. — И что же именно тебя настораживает? — Колчек понимает, что Рейчел действительно встревожена. — Не знаю, просто интуиция подсказывает. — Интуиция? — Джейсон открыто ухмыльнулся, — Рейчел, то есть, мэм, не стоит делать поспешных выводов, основываясь лишь на интуиции. — Что-то не сходится, Джейсон, — она даже не обращала внимания на его замечания, — я не могу понять что. Вся эта операция, неизведанная местность, новая разработка системы спутников… Вдобавок ко всему, смена руководства. Почему именно сейчас? Почему Эрик? Почему он без предупреждения приезжает на базу и перенимает командование? Тебе не кажется это странным? — Не знаю, мэм, как по мне, вы тревожитесь о лишнем, все-таки ЦКВС тут всем распоряжается — им виднее, — Колчек даже не пытался скрыть свой скепсис. — Быть может, ты прав, — Рейчел немного отступила от своих навязчивых мыслей, — надеюсь, я ошибаюсь. — Вам надо отдохнуть, — он неспеша заходит в хижину, осматривая комнату, — я посторожу снаружи, вдруг что случится. Побуду тут до прилета вертушек, а вы хоть немного поспите. Рейчел аккуратно переступает порог, немного пригибаясь от низких потолков. Комната совсем не располагает размерами, но вполне подходит, чтобы перевести дух на пару часов. Она присаживается на кровать, бросая быстрый взгляд на интерьер. Джейсон перекладывает винтовку в положение боевой готовности и двигается в сторону выхода. — Джейсон, — Рейчел сама не поняла, что заставило окликнуть его. — Да, мэм? — Останься, — она говорит почти шепотом, словно опасаясь, что кто-то их услышит. — Никак нет, мэм, я должен следить за безопасностью объекта и вести постоянное наблюдение. Мы на территории врага, — эти слова дались ему нелегко, ведь они были откровенной ложью, но он строго решил для себя выдерживать профессиональные отношения. По крайней мере так долго, сколько сможет. А сможет недолго — он сам это прекрасно понимал. — Хватит, Джейсон, — показывать раздражение у нее больше не было сил, однако его слова знатно ее позлили, — хотя бы 5 минут. Это приказ, — в ее интонации снова читался командный тон. Рейчел поняла, что сейчас только так он сможет ее послушаться и составить компанию. Она внезапно поймала себя на мысли, что отдавать приказы этому человеку ей больше не доставляет такого удовольствия, как прежде. Скорее даже наоборот — хочется, чтобы он прислушался к ней из личного желания, а не потому, что обязывает должностное положение. Джейсон еще какое-то время стоит неподвижно, но в итоге перекидывает винтовку за спину, подходит к кровати и опускается на пол прямо возле изголовья, облокачиваясь спиной. Рейчел вытягивается, кладя свою голову неподалеку. — Ты же знаешь, тебе не обязательно было мне приказывать, чтобы я остался, — Джейсон развернул голову так, чтобы боковым зрением немного наблюдать за Рейчел. — Ты же знаешь, что по-другому не смогла бы заставить тебя наслаждаться своим обществом, — последние слова звучали с неподдельным сарказмом. Колчек это оценил, отчего и немного улыбнулся. Между ними воцарилась тишина, но они слишком хорошо друг друга знали, чтобы принять то, что им хочется просто помолчать. Рейчел пристально рассматривала потолок, визуально соединяя каждую трещину, в то время как Джейсон разглядывал узоры на ковре, мысленно представляя, что это лабиринт. Оба выжидали момент, когда кто-нибудь не выдержит эту «игру в молчанку» и решит первым разбавить напряженную атмосферу. — Я слышу твои мысли, — Джейсон сдался первым, — рассказывай. — Я не могу перестать думать о «Целусе», — она повернулась и теперь уставилась в широкие плечи лейтенанта. — Черт, зачем я вообще спросил, — Колчек немного покачал головой. — Ты думаешь, что у меня паранойя? Посмотри сам, это не похоже на сбой системы спутников. Это не похоже на Эрика, он не мог так ошибиться. — Быть может он и не ошибался. — О чем ты? — Может он знал, что ждет нас внизу, — Джейсон по-прежнему винит Эрика в провальной операции, но пытается как можно тактичнее поддерживать разговор, чтобы не задеть Рейчел. — Он бы не стал подвергать нас такой опасности. Он бы не рисковал мной, — она тут же откинула вероятность достоверности слов Джейсона. — Может быть он и не знал, ты права. Но ты уверена, что должность полковника ВВС это его единственная работа? Не думаешь, что он мог работать на кого-то еще, кто был заинтересован в чем-то больше, чем изъятие химоружия Саддама? — Колчек сам поразился, как смог выстроить такую логическую цепочку. — Например? — Я не знаю, Рейчел. Но что если его этот «Целус» — разработка вовсе не для идентификации химоружия? Что если его наняли, чтобы найти именно этот шумерский храм, поэтому и передали командование ему? — Поздравляю, Шерлок, — она недовольно фыркнула, — и у кого теперь паранойя? — Я лишь строю догадки. — Ага, — Джейсон затылком почувствовал, как она закатила глаза, — вот только все твои догадки сводятся к тому, чтобы обвинить Эрика. — Я его не обвиняю, Рейчел. Я допускаю, что его самого могли не осведомлять о настоящих целях этой операции, — он легко пожал плечами. — Он бы сказал мне о сво… — она тут же прерывается, будто вспомнив что-то важное. — О чем сказал бы? — неожиданное молчание Рейчел заставило его полностью к ней развернуться. — Да нет, ничего такого, пустяки, — она снова легла на спину, — у меня это… После таких разговоров у самой скоро начнется паранойя, — она нервно хихикнула, кладя одну руку на лоб, словно проверяя свое здравомыслие. — И все же? — Да нет, забудь, — она быстро окинула его взглядом, разглядев искренний интерес и в тоже время встревоженность. — Рейчел, ты же понимаешь, что если наши домыслы верны, мы в еще большей опасности, чем там внизу? Ты же знаешь, что происходит с людьми, когда те узнают то, что им не следует знать? — Я прекрасно знаю, Джейсон, — она тяжело выдохнула, обрывая его на полуслове. — Поэтому я спрошу еще раз, что он тебе сказал? — теперь он и вправду обеспокоен их дальнейшими судьбами, ведь до прибытия спасательной группы осталось менее 3 часов, но, находясь на вражеской территории, это было единственным шансом на выживание. — Когда случился обвал, мы с Эриком долго ходили по пещерам, пока не спустились в большой зал. Тот самый, который мы потом забаррикадировали, выбираясь из расселины. И… — она сделала паузу. — Рейчел, что он тебе сказал? — Джейсон всем видом показывает свое нетерпение. — Мы говорили о личном. О том, что год, который мы провели порознь, помог нашим карьерам. Он похвалил меня, что я получила звание старшего офицера, а сам… — она снова остановилась, не желая продолжать, потому что догадывалась, как отреагирует Джейсон. — Что сам, Рейчел? — он устал уже вытаскивать из нее каждое слово. — Сам ничего не сказал. Я знала, что он получил повышение до полковника. Он все время рассказывал, как усердно старался над своей новой разработкой, что это ключ к будущему и все в таком духе. Быть может, ты прав, и он умолчал от меня, на кого действительно работает. Тогда я не придала этому значения, просто удивилась, почему он не захотел тоже упомянуть о своем карьерной прорыве, — она прикрыла лицо рукой, словно не желая признавать и верить, что теперь общая картина складывается из маленьких кусочков. — Рейчел, боюсь, что мы в серьезной опасности, — Колчек по-прежнему не отворачивался, рассматривая Рейчел. — Я так хочу ошибаться, Джейсон, — она убрала руку с лица и снова уставилась в потолок. — У нас менее трех часов, чтобы придумать план, — он тоже отвел взгляд и начал продумывать возможные исходы. — План? — у нее вырвался маленький истерический смешок, — очнись, Джейсон, какой план? Через три часа нас заберут и будут допрашивать, как каких-то преступников и… — Не знаю как ты, Рейчел, но я не собираюсь ставить крест на своей карьере и жизни. И тебе не советую. — Единственным нашим спасением будет делать вид, что мы ничего не знаем. Нужно сделать так, чтобы они поверили в нашу неосведомленность. Мы просто выжившие после провальной спецоперации. Не более. — А как же допрос? Ты же понимаешь, что нас будут допрашивать по одному и малейшая несостыковка в показаниях даст им повод усомниться в достоверности, — Джейсон мысленно перебирает возможные расклады, — а как же все погибшие? Что насчет них? Тут солгать вряд ли получится, ведь причину смерти никак не скрыть. — Черт, — она снова закрыла лицо руками, немного зажмурившись. — Нам придется сказать правду, Рейчел, — Джейсон звучал довольно решительно. — Это верное самоубийство, Колчек. — А что ты предлагаешь? Как ты думаешь скрыть все то, что мы там видели? Если здесь и правда замешаны высшие структуры, то и об исчезновении археологов они знают не первый год. Наше лжесвидетельство только усугубит ситуацию. — Черт, Джейсон, я думаю. — Тут нечего думать, Рейчел. У нас не получится это скрыть, — он знает, что Рейчел не переубедить, но отчаянно пытается это сделать, — сама посуди, что они увидят, когда спустятся туда? Мы не можем умолчать о смерти наших товарищей. Они не для того отдали свои жизни, чтобы память о них канула в Лету. Мы должны рассказать им правду. — Ты ничего им не расскажешь, Колчек, — голос Рейчел звучит холодно и отчужденно. — Тогда как ты себе это представляешь? Как ты им объяснишь, что там случилось с твоей командой? — Думаешь, я без тебя не знаю, какой разговор меня ждет? — раздраженно отрезала Рейчел, — я сама прекрасно понимаю, что скрыть не получится. Директор ЦРУ меня наизнанку вывернет, пока я ему не расскажу все в мельчайших деталях, — она тяжело выдохнула, — там и ЦКВС, и РУМО подоспеют. — Мы сделаем только хуже, если начнем им врать, Рейчел. Ничего хорошего из этого не получится. — Ты прав, — она кивнула после продолжительной паузы. — Как думаешь, что они с нами сделают? — Колчек все же поднял этот болезненный вопрос. — Понятия не имею. Для начала узнают, как много нам известно, затем, я предполагаю, установят соответствующий гриф секретности объекта и уже дальше будут смотреть, как ограничить нас на конституционном уровне и… — Попроще, Рейчел, не налягай со своей высшей математикой, — Джейсон немного зажмурился от такого словесного потока. — Одним словом, ничего хорошего, Колчек, нас не ждет, как бы мы себя не вели, — она все также лежала и, не моргая, рассматривала потолок, — припишут госизмену, рассекречивание конфиденциальной информации, нарушение воинской дисциплины, сбор сведений для иностранных спецслужб — они могут это вывернуть как угодно, а потом упрячут за решетку лет так на 20 или еще что похуже. Ну что? Все еще хочешь рассказывать им правду? — Звучит весьма обнадеживающе, но я не вижу другого выхода. — Я тоже не вижу. Ложь только вызовет подозрения и подтвердит их опасения на наш счет, — Рейчел выдержала паузу, словно придумывая что-то, что может придать им обоим ценности в глазах государственных структур. — Сведения, — Джейсон ее опередил, — у нас есть данные, которые могут им пригодиться. Если они и правда знали обо всем, что творилось там внизу, или даже если не были в курсе, наше преимущество — это информация. — Мы можем попробовать договориться о сотрудничестве, тем самым лишим их возможности шантажировать нас. Но сведения надо преподносить аккуратно. Я знаю наше руководство — оно будет психологически давить и прощупывать, что нам известно. Нельзя потерять наш козырь, поэтому говорить буду я. — Не доверяешь мне? Думаешь, я солью всю информацию и выйду сухим из воды? — Джейсона немного задело то, что Рейчел взяла инициативу на себя. — Тут дело не в доверии, Джейсон. На кону стоит больше, чем наши жизни. Мы ступим на опасный путь государственных тайн, где буквально любое отступление от законодательства — и ты покойник. — Мы не по своей воле оказались заложниками этой ситуации и всех этих интриг, Рейчел. Мы вообще пострадавшая сторона. — Это никого не волнует, Джейсон, распространение сведений такого уровня секретности влечет за собой летальные последствия. Поэтому наша информация — ключ к свободе и неприкосновенности. — Вас понял, мэм, — он снова отвернулся и облокотился на кровать. — Это лишнее, Джейсон, — Рейчел знала, что ему самому иногда нравились эти формальности в их общении, отчего невольно улыбнулась. — Вам надо отдохнуть, у нас менее двух часов до прибытия, поспите немного, — Джейсон неспеша начал подниматься, как вдруг почувствовал легкое прикосновение к своей руке, которое заставило его повернуться. — Джейсон, — Рейчел крепче сжала его руку, — когда нас доставят на базу, будь на моей стороне, — в ее глазах читалась молящая просьба, — ты нужен мне. — Я буду, — твердо и решительно заявил Колчек. — Это обещание, лейтенант? — Так точно, мэм, — он накрыл второй рукой ее руку, а затем направился к двери, — я буду снаружи, — и переступил порог, чувствуя спиной взгляд Рейчел.