love me, love me, love me

День рождения Минхо было принято отпраздновать в их новеньком доме — всё-таки гонорар Феликса с неожиданно популярного романтического фильма оказался достаточным, чтобы они смогли позволить себе небольшой домик на берегу океана. Джисон пытался не сжечь пиццу, пока Чан и Чанбин шутили над тем, что даже спустя четыре года совместной с Минхо и Феликсом жизни он был не настолько хорош в готовке, как его парни. Джисон на это показывал им язык, втайне мечтая, чтобы Чонин и Сынмин поскорее пришли и спасли его, потому что уж кто не умел готовить, так это два певца, с которыми их компания познакомилась, когда лейбл решил выпустить их совместную песню в прошлом году. Сейчас же он мог только сказать: — Твой парень тоже не умеет готовить. — Зато он не пишет сотню песен про любовь, когда грустный, — шутит Чанбин и прижимает Хёнджина ближе к себе. — Не слушай его, детка, мне нравится, как ты заказываешь еду, это очень сексуально. Чан и Джисон тут же прыскают от смеха, а Феликс, как раз входящий в кухню и попавший только на последние слова, нахмуривается. — Минхо скоро приедет, он украл с работы какую-то настолку, сказал, что будет весело, — говорит он и переводит взгляд с парней на духовку, из которой уже начинал исходить аромат подгоревшей пиццы. — Не удивлён, что он сказал, что именно украл, а не одолжил, он точно её не вернёт обратно, — шутит Чан, но Феликс не смеётся, он в очередной раз чувствует колкую ревность, а секундой после и вину перед Минхо. Опять он всё портит. Столько лет прошло, а он опять ревнует. Это чувство не испарилось ни после ужина с друзьями, ни после игры, и даже ни после того, как они все вместе убирают за собой. Хёнджин в очередной раз хвалит их выбор новой посуды — белой с голубыми узорами, а Чонин то и дело тычет Чана в его очаровательные ямочки на щеках. Феликс как всегда всё портит, он так чувствует, даже если это не так. Поэтому он делает глубокий вдох и отшучивается, что забыл полить растения на заднем дворе, чтобы получить причину выйти на улицу. — Всё в порядке? — спрашивают у него из-за спины, и Феликс вздрагивает, когда понимает, кто вышел следом за ним. Это мог быть кто угодно — его возлюбленные, любой из друзей, но почему-то это был именно Чан. Чан, которого Феликс до сих пор так и не мог полностью назвать своим другом. Просто потому, что ревнует. — Нет, — честно отвечает Феликс и разворачивается. На его лице отчаяние и разочарование, но не в том, что за ним вышел именно Чан, а в самом себе. Феликс так разочарован в самом себе. Он хочет сделать предложение Минхо в следующем году в пятилетие их знакомства, он даже обсуждал это с Джисоном, который на сто процентов поддержал его идею и предложил несколько вариантов организации, но как он может, если всё ещё ревнует одного из своих возлюбленных к его же лучшему другу? — Минхо рассказывал, да? — догадывается Чан, на что Феликс только кивает. — Ты ревнуешь? — Да. Почему-то даже спустя столько лет не получается не видеть в тебе угрозу, хотя у нас всё замечательно, — признаётся Феликс и кивает на скамью в дальнем углу заднего двора. — Проблема здесь только во мне, не в тебе и не в Минхо. Мне так жаль, прости, Чан. Тот молчит несколько минут, пока они доходят до скамьи и садятся, несколько минут наблюдая за тем, как небо теряет свои розовые оттенки и становится более синим. — Я его всё ещё люблю, — спустя некоторое время говорит Чан и громко сглатывает. — Мне тоже очень жаль, прости, Феликс. Тот опускает голову, чувствуя, как его глаза наполняются слезами. — Но Минхо любит тебя и Джисона, чему я очень рад. Он не был так счастлив в Корее и не был так счастлив здесь до того, как встретил вас. Я принимаю это и пытаюсь разлюбить, но как же это тяжело, когда он такой, — нервно усмехается и протягивает дрожащую руку Феликсу. — Я не мешаю и не буду мешать, Ликси. Может, мы сможем подружиться когда-нибудь? Феликс тоже нервно усмехается, но кивает, пожимая чужую ладонь. — Может, — и поднимает взгляд на улыбающегося Чана. — Мне нравится твой голос, не хочешь записать песню? Четыре с половиной года им понадобилось для того, чтобы дойти этого момента. У них ещё много времени впереди, чтобы смириться со своими чувствами — Феликс обязательно перестанет ревновать, а Чан перестанет смотреть на Минхо с грустью в глазах. А ещё они точно подружатся. Если говорить начистоту, они станут лучшими друзьями. Просто не сейчас. — Ликси! — слышат они голос Минхо и оборачиваются в сторону дома. — Мы идём! — откликается Феликс и напоследок снова сжимает руку Чана в своей, прежде чем отпустить и тихо сказать. — Хочу.