Enfant Du Feu

Дазай Осаму нервничал. Дазай Осаму сердился. Дазай Осаму, стереть улыбку с лица которого было сродни армагеддону, уже битый час расхаживал по комнате и напряженно хмурился. Рюноскэ, сосредоточенно уткнувшийся в учебник по зельеварению и готовящийся к предстоящему уроку, искренне старался не взорваться, ведь равномерный стук каблуков его безумно отвлекал. — Ты только подумай, Рю. Из-за какого-то дурацкого падения с метлы он всё ещё меня игнорирует, хотя я трижды на этой неделе подходил и просил извинений! По-твоему это справедливо?! Акутагава, особо не вникая, качает головой. Далеко не у каждого в этом замке утро начинается с кофе. Ежедневно в течение последней недели после событий на уроке полётов Осаму продолжал жаловаться на Накахару, который, будучи разумным человеком, просто перестал обращать на него внимание. И кому, как не Рюноскэ приходилось выслушивать друга. Без сомнения, каждый живущий в этой комнате теперь был его должником, ведь именно он принимал на себя удар, когда Осаму вновь пускался в меланхоличные рассуждения о своей несчастной личности, лишённой внимания рыжего гриффиндорца, с которым он от силы пересекался несколько раз. Ситуация после случайного конфликта заметно накалилась, студенты двух небезызвестных факультетов продолжали косо смотреть друг на друга и периодически цапаться в коридорах на радость завхозу, которому не терпелось поручить наказанным отскребать котлы в подземельях. Чуя повёл себя невероятно мудро, стараясь не поддаваться на провокации и лишний раз не влезать в споры с Осаму, который, казалось, только этого и ждал. То ли темперамент рыжеволосого гриффиндорца пришёлся ему по душе, то ли ему было откровенно скучно, но перепалки его явно забавляли. Рюноскэ с треском захлопнул книгу и обернулся к Осаму, который открыл было рот для очередной длиннющей тирады. — Так, достаточно. Иди-ка прогуляйся, надеюсь, ты в состоянии думать о чём-то ещё, помимо Чуи. Я поговорю с ним, скажу, как ты, бедный-несчастный, убиваешься здесь без прощения человека, с которым ты даже не общаешься. Наверняка это его расстрогает до слёз. Глаза Дазая победно сверкнули, словно весь этот спектакль изначально был его хитроумным планом, который должен был привести именно к этому. — Какой же ты добрый, Рю! Акутагаве красивым театральным жестом послали воздушный поцелуй. В Осаму прилетела книга, удара которой он, однако, сумел избежать, скрывшись за дверью. Из гостиной ещё долго раздавались радостные верещания. На это Рюноскэ только тяжело вздохнул. Он обязательно перехватит Чую между уроками.

***

Первые несколько уроков зельеварения были исключительно теоретическими. Профессор Мори, будучи по совместительству деканом Слизерина, оказался сущим дьяволом во плоти, заставляя студентов зубрить огромные параграфы самых ключевых правил, не делая поблажек даже собственным подопечным (к великой радости гриффиндорцев). Чуя успешно справлялся со столь лёгким для него заданием и с нетерпением ждал практической стороны предмета. Первым признаком того, что сегодняшний урок обещает быть именно практическим, стали подготовленные чистые котлы, которые потеснили привычные парты. Неожиданное изменение сразу же вызвало всеобщий живой интерес, то и дело были слышны споры на предмет того, какой котёл кто хочет занять. Пожалуй, это превратилось бы в полноценную перепалку, не окажись на месте профессора Мори, которому стоило лишь слегка взмахнуть палочкой, чтобы висящий над дверью в кладовую колокольчик зазвенел и призвал студентов к тишине. После того, как все места были привычно заняты, профессор наконец приступил к занятию, практически сразу начиная с объяснения поставленной задачи. — Все вы знаете о существовании невероятного количества зелий, состоящий из разнообразных ингредиентов, классификацией которых мы с вами успешно занимались на теоретических занятиях. Я долго думал, какое же зелье взять на первый раз, чтобы суметь заинтересовать. Пожалуй, для вас это будет несколько трудно, потому что выбранное мной зелье студенты на первом курсе готовят только во второй половине учебного года. Вы приготовите так называемое Болтливое зелье. Его ни в коем случае нельзя путать с Болтушкой для молчунов, ведь они создают два совершенно разных эффекта. Болтливое зелье изменяет голос человека, делая его писклявым. Но если дать человеку слишком много этого зелья, он может начать какое-то время нести полную чушь. Зелья с подобным эффектом безобидны и отлично подходят для новичков. Если у кого-то из вас на самом деле получится безупречное зелье, то мы даже сможем его испытать. Профессор сделал ещё один взмах палочкой, и на доске появился подробный рецепт, а также страницы учебника, на которых можно было найти пояснения. Акутагава неуверенно поднял руку. — Профессор, мы будем работать парами? Мори слегка улыбнулся. — Чуть не забыл об этом. Спасибо, что напомнил. Он внимательно оглядел класс, подолгу задерживая взгляд на некоторых ребятах. — Студенты Слизерина будут работать со студентами Гриффиндора. Пожалуйста, Накаджима с Акутагавой, Дазай с Накахарой, Достоевский с Тачихарой... Профессор продолжил называть фамилии, пока весь класс не был разбит по парам, и очень скоро на Рюноскэ злобно поглядывали некоторые однокурсники, которые явно не были довольны своими компаньонами. Услышав собственную фамилию, Чуя нахмурился. Даже здесь его преследует этот настойчивый Осаму. Накахара взял свои вещи и перебрался поближе к нужному котлу. Многие, как и он, своими парами были совершенно не довольны. Зато Накаджима с неожиданной охотой сразу пересел к Рюноскэ и заговорил с ним. Кажется, его вовсе не смущал тот факт, что Акутагава на обращенные к нему фразы лишь угрюмо мычал. По лицу Дазая практически невозможно было прочитать, рад ли он обществу Чуи. К подготовке ингредиентов оба приступили в полной тишине. Накахара заставил воду в котле кипеть. Пока всё шло довольно неплохо, Осаму никак не приставал к нему и действовал чётко по инструкции. Через некоторое время зелье приобрело розовый оттенок, Чуя снял его с огня, чтобы остудить. За работой он разгорячился, волосы из-за пара завились кольцами и напоминали настоящую огненную гриву. Даже галстук из-за духоты пришлось немного ослабить, после Чуя его и вовсе снял, чтобы не мешался. Спустя ещё множество манипуляций зелье снова было разогрето, уже до оранжевого оттенка. Дазая наградили выразительным взглядом. Тот лишь закатил глаза, высыпая в котёл измельчённую мяту и немного уменьшая огонь с помощью магии. Вот бы и неприязнь Чуи к нему можно было также легко уменьшить. Зелье приобрело зелёный оттенок, Чуя принялся его помешивать. Осаму невольно засмотрелся. Когда Накахара занят делом, от него и правда не отвести взгляд, это как будто расслабляет. Лохматый Чуя напоминает забавного львёнка. Углубившийся в эти мысли Дазай даже не сразу заметил ответный взгляд исподлобья. — Ты че на меня пялишься? Накахара был весьма озадачен подобным поведением напарника. Осаму неопределённо качнул головой. В зелье была добавлена измельчённая серебряным ножиком тушёная мандрагора, после чего оно стало совершенно красным. Чуя уверенным движением опрокинул в котёл бутылочку с сиропом чемерицы. Осаму на это красноречиво хмыкнул. — Ты собираешься всё делать сам? Его наградили уничтожающим взглядом. — Ты мог бы помешивать зелье, пока не закипело, неужели не видишь, что до жёлтого оттенка ещё далеко. Накахара сказал как отрезал. — Кто-то совершенно не умеет общаться с людьми. Почаще бы обращал на меня внимание, может и научился бы. Дазай притворно вздохнул, наклоняясь над котлом и начиная активно помешивать варево. Не будь в классе профессора, Чуя обязательно искупал бы эту наглую физиономию, стоило только немного подтолкнуть сзади. Практически вылетевшему изо рта ругательству помешали лишь искры, выпущенные готовым зельем. Профессор Мори подошёл исключительно вовремя, чудесным образом предотвратив назревающую драку. Осмотрев чудом не опрокинутый котёл, он вынес свой вердикт: — Зелье выглядит превосходно, по двадцать баллов Гриффиндору и Слизерину. В конце занятия мы проверим правильность его действия, в случае успеха добавлю ещё несколько баллов. Услышав такую высокую оценку их труда, Чуя немного приободрился. Осаму огляделся кабинет. Тачихара с Фёдором едва не дрались, их зелье едва напоминало нечто стоящее. Николай и Акико, казалось, соревновались, кто мельче нарежет ингредиенты. Зато у Ацуши и Рюноскэ работа шла отлично, хотя последний и выполнял все действия молча большую часть времени. К счастью, урок подходил к концу, уже скоро профессор успел обойти каждую пару и проверить результаты работы. Оставался один вопрос, ответ на который многим не терпелось узнать. Куникида решился поднять руку. — Профессор, на ком мы будем испытывать зелье? Глаза Огая блеснули хитрыми огоньками. — А есть желающие? Желающих, как ни странно, не оказалось. — В таком случае, я выберу пару, которая приготовила одно из лучших зелий. И это будут Чуя Накахара и Осаму Дазай. Чуя скривился. Кто бы сомневался. Ему и Осаму были вручены две чайные ложки. Профессор счёл необходимым дать пояснение. — В одну ложку войдёт количество зелья, рассчитанное ровно на пять минут действия. Чуя зачерпнул ложкой зелье из котла и быстро проглотил её содержимое. Осаму возился немного дольше. Вкус был довольно странным, зелье немного щекотало горло. Тем не менее не произошло ровным счётом ничего. Чуя долго прислушивался к своим ощущениям. Ничего не обычного. — Профессор, а зелье точно действует? Милый писклявый голос заставил стоящего рядом Осаму засмеяться. Смех был точно таким же, голос стал совсем тонким. От этого стало ещё забавнее, совсем скоро весь класс заливался смехом. Даже профессор позволил себе усмехнуться. — Теперь вы знаете, что можно сделать с человеком, который сильно вам надоел. Хотя не советую использовать зелье в качестве развлечения, это может караться съёмом баллов у факультета. А сейчас я добавлю ещё по пятнадцать баллов Гриффиндору и Слизерину. Ученики радостно загалдели. Ещё бы, за один урок их факультеты заработали такое количество баллов, да ещё и задание было интересным, а результат испытания зелья всем явно пришёлся по вкусу. Осаму немного поразвлекался с новым голосом, вернувшийся после обычный показался ему необычайно низким. Урок он покидал в приподнятом настроении. Профессор Мори действительно прекрасный учитель и человек, Слизерину явно повезло с деканом. А сейчас время близилось к обеду, только дурак не обрадуется великолепному пирогу с патокой. Дазай улыбнулся собственным мыслям и стал тихонько насвистывать, перепрыгивая ступеньки. Лишь вечером, будучи в спальне и разбирая сумку, он обнаружил завалившийся между учебниками алый гриффиндорский галстук.