Демоны Москвы

Микроавтобус медицинской службы Пик прильнул к тротуару и остановился, подчиняясь полученному от человека на мотоцикле приказу. Человек остановился перед ним и, спешившись, подошёл к открывшейся со стороны тротуара двери. Из неё вышел санитар. — Глаз здесь? — флегматично спросил мотоциклист, держа руки в карманах синей куртки. — А кто ты такой, чтобы об этом спрашивать? — хрустнул кулаками плечистый подчинённый Дока. — Тебя это ебать не должно. Зато ты должен знать, что действую я по поручению Босса. И Глаз должен быть у него, так что съебался в сторону, если не хочешь быть выебан раскалённой кочергой. — свои аргументы бандит подкрепил вытащенным из кармана пистолетом, направленным в живот собеседнику. Тот отступил. — То-то же, блядь. — прокомментировал этот факт мотоциклист и, убрав пистолет обратно, залез внутрь микроавтобуса. Раздался выстрел. Мотоциклист осел на стенку и сполз по ней. Из его лба вниз по лицу потекло несколько струек крови. — Не шевелись! — Глаз, немного пошатывающийся от сотрясения, наставил свой пистолет на застывшего от окрика санитара, собиравшегося тоже залезть внутрь и помочь с переноской. — Если ты дёрнешься, то клянусь Богом, я убью тебя. Но я этого не хочу. — снайпер медленно подходил к выходу, всё ещё удерживая голову санитара на мушке. — Поэтому, если ты будешь делать то, что я говорю, то ты выживешь. Понял меня? Кивни, если понял. Медик нервно кивнул. — Отлично. Теперь медленно отойди на три шага назад. Отлично. Глаз, придерживаясь за дверь, вышел из микроавтобуса. — Вот и всё. Прощай, приятель. С этими словами Глаз повернулся и бросился за ближайший угол, скрываясь от возможных выстрелов. Однако их не последовало. Санитар недовольно сплюнул и залез обратно в машину. Теперь он собирался выбросить тело и сказать сидящему за рулём коллеге продолжать путь. К его невероятному удивлению, внутри его ожидало вставшее тело, перематывающее себе голову. — Па-па-па-па-па... Херово. Точно в лобешник. Засранец меткий. — Ч-что? К-к-как? — Сука, ещё и ты нарисовался. Вот ничего личного, ладно? Несмотря на пулю в черепе, мотоциклист оказался весьма метким. Поймав начавшего падать санитара, зажимающего пробитое горло, он дёрнул его на себя и уложил на дно микроавтобуса. Следом он, немного прицелившись и подняв пистолет над головой, прострелил водителю затылок так, что пуля после выхода из головы пошла вниз, к ногам. Пробитое лобовое стекло, забитое мозгами, привлекало бы слишком много внимания, а босс попросил действовать потише. А ещё он посоветовал не оставлять лишних свидетелей. Лежавший в салоне Кабан, разбуженный выстрелами, заворочался и попытался встать, но мотоциклист прострелил ему голову. После чего вышел из микроавтобуса, захлопнув за собой дверь, и вытащил из багажника своего байка зелёный мотоциклетный шлем. Надев его, он стукнул по замаскированной кнопке и вышел в эфир. — Красный-три на связи, приём. — Как цель? Приём. — Подстрелил меня и свалил. Я не видел, куда. Приём. — Состояние? Приём. — Херо... То есть, частично боеспособен, приём. — Красный-два, со мной на перехват в больницу. Красный-четыре, доставь Красного-три в госпиталь и присоединяйся к Красному-пять. Красный-пять, стережёшь квартиру. Приём. — Красный-два понял. — Красный-три понял. — Красный-четыре понял. — Красный-пять понял. — Красный-один, конец связи. *** На такси Глаз быстро добрался до больницы. Забежав внутрь, он зацепился взглядом за двух мужчин, поднимавшихся наверх. Один из них показался ему странно знакомым. В памяти вспыхнуло его лицо. Этот человек однажды сопровождал Танка. По поручению Босса? Вот дерьмо! Быстро, не остановившись на окрик вахтёра, Глаз бросился вперёд, к лестнице, на бегу доставая пистолет. Второй этаж. Коридор. Этот путь снайпер знал наизусть. Знакомая дверь. Приоткрыта. — Девочка, тебе придётся немного с нами прокатиться... — доносится из палаты. Эти ублюдки... Резким движением Глаз распахивает дверь. Пистолет взлетает в воздух и прилипает к головам подчинённых Медведа. Оба застыли, как соляные столбы, обернувшись на звук. — Не дёргайтесь, блядь! — проталкивает Глаз сквозь зубы. Немного подрагивающий пистолет смотрит то на одного, то на другого. — Ты быстрее, чем я ожидал. — говорит один из них. — Но хватит ли тебе духу стрелять в нас? Промахнёшься, и твою девочку могут и не выта- Он дёргается в сторону от просвистевшей над ухом пули. На стене по штукатурке расползаются трещины пулевого отверстия. — А я не промахнусь. Отошли от неё! — Папа, что происходит?! — Потом объясню. Я не буду повторять в третий раз! Отошли нахуй к окну! — сердце Глаза стучит где-то в горле, но пистолет всё так же точно прилипает к целям. "Красные" переглядываются. Увизарий приказал им притащить к нему Глаза. А ещё он сказал работать потише. Не говоря уже о том, что свидетелей их сил он приказывал убирать. А расстрел больных в частной клинике — это очень громко. — Считаю до трёх раз! Два! — Ладно-ладно, не заводись. — спокойно прервал его "Красный-один". — К окну так к окну. Не слишком торопясь, оба Слуги отошли к закрытому окну. Глаз же встал между ними и дочерью. — Папа, что тут происходит?! — практически истерично спросила Лиза. — Они хотят взять тебя в заложники, чтобы схватить меня. А я хочу, чтобы этого не произошло. Подробнее я объясню позже. А пока поднимайся. — Глаз заслонил дочь собой, продолжая удерживать врагов на мушке. Лиза схватилась за выставленную руку отца и с трудом поднялась с кровати. Она уже давно не пользовалась ногами. — Вот, хорошо. Выходи из палаты. — Папа, не убивай их! — вскрикнула она. Глаз недовольно взглянул на стоящих у окна бандитов. "Первый" насмешливо улыбнулся. — Ладно. Но всё равно выходи первой. А вы двое, стойте здесь. Не дай Бог вы высунетесь в коридор — потому что это будет последнее, что вы сделаете. Стойте здесь и останетесь живы. Глаз спиной вышел из палаты и закрыл дверь. Бандиты взглянули на окно и снова переглянулись. — Нет. Я очкую. — Не очкуй, я сто раз так делал! — Ну вот ты и делай. — Базара зиро! Смельчак, распахнув окно, перепрыгнул на карниз и соскользнул вниз. Его осторожный товарищ смахнул грязный след и закрыл окно. Глаз же где-то в середине коридора, где их не смогли бы прострелить сквозь стену, скинул с себя пальто, перехватывая пистолет свободной рукой, и протянул одежду Лизе, следующей за ним в больничном халате и тапочках. — Теплее нет, но нас там ждёт такси. Быстро доберёмся до дома, там переоденешься. — прокомментировал это снайпер. — Пап... Ты в самом деле собирался их убить? — робко спросила Лиза. Глаз вздохнул и повернулся к ней. — Лизонька. Я убил достаточно много людей. Делал я это ради того, чтобы найти как-нибудь для тебя деньги. В итоге я смог положить тебя в эту клинику. Но я не смог спасти тебя. Прости меня. Глаз утёр выступившие слёзы. — Я убивал ради тебя. И сейчас, если это будет необходимо, я сделаю то же самое. В последний раз. Ты простишь мне это? — Да. Но когда всё закончится, ты сходишь в церковь и исповедуешься. Хорошо? — Хорошо, Лизонька. Хорошо. А теперь поторопимся. На лестнице Глаза попытались остановить охранники. Но, увидев пистолет и взвинченные глаза, они решили, что, в целом, он имеет отцовское право вести свою дочь куда угодно, и они не вправе как-то вмешиваться в эту ситуацию. Так что снайпер смог пройти на улицу без препятствий. До такси оставалось всего ничего, пара десятков метров. Как вдруг из-за припаркованной неподалёку машины выскочил выпрыгнувший из окна смельчак. Быстро сократив дистанцию, он влетел плечом в грудь не успевшего поднять пистолет Глаза. Под крик Лизы снайпер упал на асфальт, а его противник, восстановив равновесие, с силой наступил на держащую оружие руку. С нехорошим хрустом она разжалась. Глаз схватил врага под колено и дёрнул на себя, но бандит легко вырвался из хватки и пнул пытающегося подняться Глаза в лицо. Тут же он несколько раз опустил ногу на грудь упавшего противника, пока его не прервали. — Эй, приятель... — бандит обернулся на голос. — А НУ СЪЕБАЛ ОТ НЕГО! Удар в лицо заставил бандита отшатнуться, споткнуться об растянувшегося на асфальте Глаза и рухнуть рядом. — Чё за херня?! — злобно спросил "Красный-два", поднимаясь на ноги. Подшагнувший к нему посторонний парень без лишних слов провёл ему апперкот. Прямо в горло. — А что, не очевидно? Ты определённо злодей, раз избиваешь человека под женские крики! А значит я, как герой, не имею права стоять в стороне! Красный-два, более известный под прозвищем "Гриб", недоумевающе взглянул на представшую перед ним херню. Херня же, закончив речь, бросилась на ещё не откашлявшегося бандита. Выдержав несколько ударов, Гриб снова упал. Обрушив на него несколько ударов ногами, "герой" наконец успокоился. — На твоё счастье, больница недалеко. Сам доползёшь. Глаз с кряхтением поднялся на ноги, бережно придерживая правую руку. Хотя и обошлось без перелома, трещина невероятно болела. Пистолет он припрятал в карман от греха подальше. — Чего он на тебя напал-то? — спросил Павел. — Не знаю, зачем, но им нужен я. Помоги нам! Мы свалим из города туда, где они не достанут! — Глаз схватился за соломинку. В таком состоянии он мог рассчитывать только на помощь со стороны. "Герой" просиял. Он наконец-то сможет сделать хоть что-то полезное! — Что мне нужно сделать? — спросил Павел, пытаясь не демонстрировать своего восторга. — Мы доберёмся до дома на такси. Там соберём вещи и деньги. Но там тоже может быть засада. Можешь сопроводи- — Конечно! Нельзя терять ни минуты! Где это такси? *** — Красный-один на связи. Красный-два выбыл. У цели подкрепление — какой-то парень, не вооружён, но неплохо владеет кулаками. Едут к дому цели. Приём. — Красный-четыре понял. Можно пострелять? Приём. — Да, можно. Но не заденьте цель — он нужен живым. Красный-два его неплохо отделал, так что угроза от него минимальна, приём. — Понял тебя. А что будешь делать ты? Приём. — Перехвачу цель, если вы облажаетесь. Он собирается валить из города. На самолёт он не сядет без билета. А раз он торопится, то выберет ближайший вокзал. Там я его и встречу. Конец связи. *** Глаз с трудом вывалился из такси. Оглянувшись вокруг, он не заметил во дворе ничего примечательного. Похоже, от них отстали. Убедившись в безопасности окружения, он позволил выйти дочери. "Герой" же выскочил первым и неумело вертел головой в поисках опасности. Из необходимого подъезда доносился разговор каких-то мужиков. Скорее всего, пьющих: что ещё можно делать в подъезде в час ночи? — А ты на "Цоя" собираешься идти? — Какого ещё "Цоя"? — Ну, музыкант, "группа крови на рукаве"... — Я знаю, кто такой Цой! Только вот не слышал, чтобы у него на ближайшее время были запланированы концерты. — Да бля... На фильм. "Цой". Сегодня премьера была. Я не попал. — Похуй. — Поясни. — Сам посуди. Если о фильме я узнаю от тебя, то на рекламу у фильма денег нет. А если фильм себя не рекламирует, значит, он редкостное говнище. А я Цоя слишком уважаю, чтобы идти на посвящённое ему говнище. — А если не говно? — Тогда ты мне об этом расскажешь. Под этот разговор Глаз дошёл до подъезда. В нём, как и всегда, было несколько разбитых бутылок и какие-то пакеты. Спорщики сидели у стенки на корточках и обсуждали кино. Глаз рефлекторно дёрнулся к пистолету и отшатнулся наружу. У пьющих мужиков не было ни бутылки. А кроме распития спиртного в час ночи у подъезда можно заниматься лишь одним делом: подкарауливать кого-то. — Засада! — крикнул Глаз, отходя от подъезда. Разговор о кино тут же затих. Повисла напряжённая тишина. Павел подобрался и приготовился к драке. Лиза испуганно спряталась за отца. Глаз со всей силы сжимал левой рукой ребристую рукоятку спрятанного в кармане пистолета. — Чё ты параноишь? Какая засада? Мы тут сидим, пиво пьём, проходи! — донеслось из подъезда. — Только вот пива я у вас не видел! — выкрикнул в ответ Глаз. — Ладно. Мы здесь за тобой. — ответил ему после небольшой паузы фанат Цоя. — И у меня есть для тебя предложение. Выбор. Ты можешь пойти с нами и за всё ответить. И никто больше не пострадает. Или ты можешь всё равно пойти с нами, но потом мы выкинем труп твоей дочери в канаву. Решать тебе. — Я предлагаю третий вариант! — выкрикнул Павел. — Вы идёте нахер, а они оба живут! — А. Ещё этот долбоёб. Я не знаю, кто ты и откуда ты вылез. Поэтому я не могу пообещать ничего конкретного. Но когда кто-то опознает твой труп, мы заявимся на похороны и перебьём всех присутствующих. Ты этого хочешь? "Красный-пять" хотел запугать Павла, заставить его сбежать. Однако добился он прямо противоположного: недо-герой с диким криком ринулся прямо в подъезд. Раздалось два выстрела, что-то шмякнулось на бетон. — Минус один. Моё предложение всё ещё в силе. — всё так же спокойно отметил "Красный-пять". Глаз вытащил пистолет из кармана и направил его в сторону подъезда. Сдаваться он не хотел — едва ли кто-то отпустил бы его дочь. Так что он был готов бороться до конца. — Ладно. Не хочешь — как хочешь. Из подъезда вышел мужчина в чёрном пальто. Глаз тут же нажал на спуск. Мужчина содрогнулся и вскинул руку с пистолетом. Глаз выстрелил ещё раз. Противник дёрнул головой и выстрелил в ответ. В бедро будто бы вбили раскалённый штырь. Глаз застонал сквозь сжатые зубы и упал на колено. Его пуля прошла сбоку, врезавшись в стену. В плечо врезался свинец. Пистолет упал. Лиза, онемев от шока, смотрела на развернувшуюся перед ней картину. Её папа стонал на асфальте, а вышедший из подъезда человек, направив пистолет на неё, зажимал щёку. — Выхди давай, шшыкло! — прошипел он. Из подъезда вышел второй, в жёлтой куртке и шапке-гопарке. — Чё это с тобой? — удивлённо спросил он. В ответ раненый просто убрал руку, демонстрируя напарнику разорванную щеку. — Ясненько. Я перевяжу его, чтоб не помер. — флегматично ответил тот. Механ кивнул и подошёл к Лизе, пытающейся дрожащими от холода и шока руками поднять отца. — Шлышь. Вштавай. Йдш ш нами. Лиза уставилась на возвышающегося над ней бандита, как кролик на удава. Второй в это время наклонился над Глазом и, отложив десять сантиметров от раны в плече, перетянул руку жгутом. — Ты слышш мня? Вштавай. — Нет. — тихо прошептала Лиза. Второй начал перетягивать ногу Глаза. — А? — Механ нагнулся ближе. — Нет!!! — Лиза вскинула пистолет и, зажмурив глаза, выстрелила. Ещё раз. Ещё. Вдруг что-то ударило её в лицо. В ухе зазвенело. Девушка уронила отцовский пистолет и упала на спину. Сапог Механа с силой опустился ей на живот. Из его голени сочилась кровь. Бандит навёл ствол пистолета точно на голову девушки. Раздался выстрел. "Красный-четыре" остался лежать на Глазе, заливая его кровью из пробитого горла. Несмотря на сверхъестественную прочность его тела, выпущенную в упор пулю оно выдержать не смогло. Сам Глаз с трудом мыслил: сотрясение, усугублённое болью почти во всех конечностях и в рёбрах не позволяло ему даже понять происходящее. Механ покачнулся и рухнул на спину. Под его головой начало расползаться кровавое пятно. Лиза потерянно приподнялась и повернулась в сторону выстрела. Со стороны выезда из двора шёл какой-то человек с сумкой на плече. Двигался он не слишком уверенно, но вполне целенаправленно. Лиза поднялась на ноги и ринулась к отцу. Немного оттащив навалившееся на него тело, она нащупала жгут и затянула его. Загадочный спаситель подошёл ближе. Его лицо было затянуто белой марлей. Лиза читала о нём в новостях. Призрак. — Что здесь произошло? — голос у Призрака оказался достаточно молодой. — На моего отца напали! Прошу, помогите! — Лиза чуть не плакала. Призрак наклонился на Глазом. Бронежилет, да? Он присел на колено и положил руку на его бок. Глаз рывком раскрыл глаза. Увидев над собой марлевую маску, он тут же запустил правую руку в карман в поисках пистолета. — Что... произошло? — тихо спросил он, не нащупав оружия. Тёплая кровь на теле и странное ощущение в руке и ноге были снайперу совершенно непонятны. — Папа! — Лиза обняла отца за шею, всё ещё плача. Призрак вытащил нож и наклонился над ногой Глаза. — Они чуть не убили нас, но Призрак вмешался! Что происходит? Почему они тебя преследуют? — Мне бы тоже интересно было бы послушать. — холодно отметил линчеватель, перерезая жгут. — Я не знаю. Я ничего не делал, но они пытаются убить меня. Всё, чего я хочу — обезопасить тебя. Больше мне ничего не нужно. — Глаз тоже обнял дочь. — Призрак, прошу! Спаси её! — Не торопи события. Мне не потребуется её спасать. — с усмешкой сказал Алексей, пропихивая нож под жгут на руке. — Ты и сам с этим справишься. А я помогу, почему бы и нет. В чём план? — Добраться до квартиры, переодеться, захватить мои сбережения, на них купить билет хоть куда-нибудь и свалить из города. — Окей. В таком случае маска только помешает. — сказал Призрак и стянул марлю. Под ней оказалось достаточно бледное молодое лицо. Линчеватель выглядел уставшим, как будто чем-то вымотанным. — Поднимайтесь. Я постерегу тут. Глаз с неожиданной для себя лёгкостью поднялся на ноги. Боли, ещё недавно терзавшей его, как будто бы и не бывало. Что за чертовщина здесь происходит? Когда Глаз с дочерью скрылись, Алексей наклонился над телом своего контрактора. Дарованная ему сила не помогла выжить. Единственное, чем смог так и оставшийся для демона безымянным парень помочь этим двоим — подать Алексею сигнал своей смертью. — Я не знал твоего имени, но знаю о твоей храбрости. Твоя смерть не была напрасной. Я спасу её. Спи спокойно. — тихо произнёс демон небольшую эпитафию, закрывая телу глаза. *** Сменив окровавленную одежду на чистую и хорошенько укутав Лизу, Глаз вместе с не представившимся Призраком добрались до ближайшего вокзала — Восточного. Не зная, сколько врагов и где они, снайпер торопился как мог. С трудом выкупив у какой-то женщины билет Москва — Белгород за переданные линчевателем тридцать тысяч рублей, — увидев наспех спрятанный пистолет, она моментально прекратила препираться, — Глаз торопливо втолкнул Лизу внутрь и собрался идти сам, но вдруг на его плечо легко опустилась рука Призрака, привлекающего внимание к себе. — А ты ничего не забыл? — с намёком спросил его линчеватель, держа вторую руку в кармане. Глаз непонимающе уставился в лицо Призрака. Тот незаметно стрельнул взглядом на свой карман и выпирающий сквозь ткать пальто ствол пистолета. Глаз горько усмехнулся. — Чёрт. Спасибо, что напомнил! — снайпер развернулся к дочери. — Лизонька, я забыл кое-что очень ценное. Я доберусь до тебя следующим поездом. Возьми, — он протянул свой мобильник, — я на него позвоню. Вот, возьми ещё деньги... — отец протянул ей и пакет с наличностью. — Ну, удачи. Дай, обниму тебя напоследок. До свидания! Прощай... Лиза слабо улыбнулась. Шок от убийства и близости смерти всё ещё отложился на её лице, но теперь на безэмоциональной маске появилась небольшая солнечная трещинка. — Только не забудь своё обещание! — игриво-строго сказала она, обняв отца в ответ. — Конечно. Прости... Ну, ладно. Не будем остальных задерживать. В добрый путь! Забудь обо мне. Живи счастливо! Отойдя от входа в поезд, Ромеев с грустной усмешкой посмотрел на линчевателя. Тот всё ещё целился в него из пистолета. Когда поезд отошёл от перрона, бывший бандит боролся с желанием побежать ему вслед. Но всё же он не стал провоцировать Призрака. Ромеев уже приготовился лишится жизни, но не хотел, чтобы это видела она. Линчеватель подошёл к затравленно оглянувшемуся на него мужчине. — Пройдёмся? — негромко спросил он. — Куда ж я денусь. — в тон ему ответил Ромеев. Они вышли с вокзала и зашли в какую-то подворотню. Призрак шёл позади, держа спину приговорённого под прицелом. — Ты никогда не думал о том, что однажды правосудие тебя всё-таки настигнет? — неожиданно спросил его линчеватель. — Думал. Редко, правда. — Так почему не прекратил? — Ради неё. В наше время есть только один способ монетизировать свои навыки стрельбы, оставаясь в одном городе. — А других навыков у тебя нет, что ли? — Нет. Я умею только убивать людей. Вылетел из универа, армия, контракт, и вот я здесь. — Ясно. Скажи, ты жалеешь о сделанном? — Ты всё равно меня убьёшь. Какая тебе разница? — Да... Всё равно... Но всё же? — Нет. Это спасло жизнь Лизе. Без этих денег она бы не дожила. — А что с ней? — Кончай мне в душу лезть. Убей меня уже. Так, чтобы не опознали. Пусть я просто пропаду. — Хорошо. Пусть будет так. — немного печально обрубил Алексей, доставая пистолет из кармана. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел. От головы не осталось практически ничего. Крик "Сука!" Из-за спины. Выстрел. Выстрел. Алексей развернулся. Какой-то мужик с пистолетом проследовал за ними и начал стрелять. Демон разворачивается, прицеливаясь и в него. На спине саднит синяк. Две пули в грудь преследователю. Одна в живот Марикаля. Попала неожиданно удачно. Пальто снова окрасилось кровью. Ещё одна пуля врезалась демону в грудь. Хрустнуло ребро. Стрелок же получил в плечо. Ещё две пули в грудь Алексею. Боль роняет его на спину. Пистолет не стреляет: патроны закончились. Стрелок недовольно уходит, матеря Алексея. Похоже, посчитал его мёртвым. Демон собирает силы, кое-как восстановленные в ночлежке для бездомных. Слабые контракты, которые не продержатся и дня, немного скрепили разрывы на его душе и дали немного сил. Но часть была истрачена на исцеление бандита. Остатки Марикаль пускает по своему телу, чтобы вылечить раны. Бессмысленно. Одна закрывается, выдавливая из себя пулю, но остальные две продолжают кровоточить. А веры не осталось ни капли, ни искорки. Алексей бессильно раскинул руки. Вот и конец его истории. Бессмысленной борьбы с симптомом проблемы. Так всё и будет. Глупо было рассчитывать на другое. А теперь вновь в Яму. В глазах темнеет. Сил нет. Душа горит вскрывшимися нарывами. Перед лицом встаёт мираж каменного лица. Нассазар склоняется над телом старого друга. Из-за его спины выходят ещё две фигуры. Кто это? Глаза Марикаля закрываются. Сознание покидает тело, облекаясь в бескрайнюю тьму.