Провал революции и яндере-садистка.

Тацуми стоял на высоком холме, и отсюда открывался прекрасный вид на заснеженную и богом забытую деревню. Снегопада не было, и ничто не мешало обзору. С этого холма до деревни - всего две тысячи ярдов. Однако, Тацуми вовсе не обрадовался. Деревня стояла на том же месте, все те же деревянные домики, однако... Тацуми что-то тут не нравилось. Он ощущал какое-то непонятное давление внутри себя, внутри сердца... "Что это? Страх? Само моё нутро не желает туда идти? Почему? Мне же больше некуда идти... почему я не должен идти туда?" - думал Тацуми, вглядываясь и фокусируя взгляд на деревне. И вдруг он понял: - Дымоходы... почему из дымоходов не идёт дым? Сейчас же такая холодная погода, они сейчас должны жечь дрова, чтобы не замёрзнуть... И тут Тацуми охватила паника. Он как с цепи сорвался, и безумно побежал по крутому заснеженному холму. Внезапно - он споткнулся, и покатился по холму, собирая снег вокруг себя, формируя снежный шар. Уже у подножия холма, огромный снежный шар ударился об землю. И из кучи снега вылез Тацуми. Но, несмотря на холод, боль и снег у него за шиворотом, он продолжал бежать в сторону своей деревни, надеясь, что все в порядке. Тацуми, обесиленный и уставший, упал на колени прямо возле входа в деревню. Он посмотрел наверх и увидел каменные ворота, напоминающие чем-то японские синтоистские Тории. Открыв второе дыхание и поднявшись, Тацуми пробегает эти ворота, и перед его взором открывается абсолютно пустая деревня. Тут не было ни души - ни ребятни, играющая в снежки, ни взрослых, что работают непокладая рук для выживания деревни. Никого. Уже было утро, и в деревне хоть какая-то активность должна быть. Тацуми в панике: - Э... э, все что, в домах позакрывались, да?.. В деревне что, эпидемия какая, да?.. Тацуми подбежал к ближайшему дому, который, как он помнит, принадлежал старому охотнику. Он сразу же начал стучать в дверь и говорить: - О-откройте! Это я Тацуми! Вы же помните меня, да? Помните же?! - Тацуми с говора перешёл на крик отчаяния, однако, не услышав ничего в ответ, он упал на колени прямо у двери, правой рукой ухватившись за ручку. Тут же он понял, что дверь вовсе не заперта, а открыта, что странно, так как жители деревни всегда закрывают двери, поскольку в таёжных землях часто орудуют монстры и разного рода грабители. Тацуми встал на ноги и приоткрыл дверь. Дома было абсолютно темно. Зайдя в него, старые доски заскрипели. Тацуми выяснил, что в этом доме еще и холодно. Не думая ни минуты, он тут же сходил в дровяник, и, взяв оттуда несколько поленьев, он подошел к печке и, аккуратно сложив туда эти поленья, расположив между ними бересту, он растопил печь. Вскоре, в доме стало тепло, и наконец Тацуми мог согреться спустя дни мучений. - Что ж тут вообще происходит... где же все? Может, их угнали разбойники? Пленили республиканцы, или, что еще хуже, имперцы?.. - на слове "имперцы" Тацуми вспомнил Эсдес. - Эсдес... Эсдес... а что Эсдес? Что Эсдес то, а?! - Тацуми действительно начал орать на самого себя. - С катушек полетел, все... - Тацуми сел на кровать и вновь погрузился в свои мысли. "Булат, Надженда, Челси, Акаме, Леоне, Лаббок, Шелли и... Майн. Все они умерли, и лишь я один, последний Член Ночного Рейда позорно бежал в родную, пустую деревню. Я... я во всем. Если бы не я, все они были бы сейчас живы... почему же я... тогда не умер? Почему я еще жив, дышу этим проклятым, зловонным воздухом прогнившего государства? Что я вообще могу сделать?!" Тацуми резко встал с кровати и начал ломиться во все дома подряд. Однако, никто не отвечал. Все дома были открыты и пусты. Выйдя на деревенскую площадь, он упал на колени, посмотрел на небо и пустым взглядом разглядывал медленно текущие по воздуху облака. - Вам... там хорошо?.. Правда же?.. Вам там лучше, чем тут, верно? Я же... не виноват?.. Тацуми встал с колен, отряхнулся и побрёл в тёплый растопленный дом. Брёл он так, брёл и бац - под ногой что-то хрустнуло. - Что это... лёд? - Тацуми посмотрел вниз и увидел небольшое скопление льда под слоем снега. Убрав снег, он увидел непонятные ледяные осколки. Они были довольно крупные, и вполне можно было собрать из них какую-нибудь ледяную скульптуру. - Стоп... это действительно похоже на ледяную скульптуру... по форме. Так, сейчас соберу...

Тем временем в столице.

Во дворце творился сущий кошмар. Летящие по всей канцелярии важные документы, передающиеся из рук в руки. Офицеры и разведчики, что каждый раз докладывают лишь плохие новости на фронте. - На западном фронте без перемен! - На юге большие потери, требуется срочное подкрепление. - Натиск на севере нам не сдержать, нам придется отступить и сдать часть тайги республике... Премьер-министр, глубоко задумавшись, тихо сидел на своем месте. Император Макото, не понимающий, что вообще происходит, спрашивает у премьер-министра со слезами на глазах: - Скажите... я плохой правитель, да?.. Я допустил войну, и сейчас мои подданые страдают... - Нет, Ваше Императорское Величество, вовсе нет... вы великолепный правитель, просто враждебно настроенные государства решили бросить нам вызов... они пожалеют, будьте уверены. - спокойно произнёс премьер министр. - Но... а как же республиканцы? Они же мои подданые... им не нравится, как я правлю? - Нет-нет, вы что, республиканцы - те же враги, что и за границей, просто они шпионы! - Да? - Да, они все шпионы, и задумали свергнуть Вас, чтобы уничтожить наше государство! Давайте продолжим сопротивление? - ДА! - Император Макото воодушевился, наивно думая, что он - важная персона, от которого все зависит. Премьер министр же продолжил тихо сидеть, подозвав к себе одного из генералов. - Эй, товарищ генерал. - сказал Хонест. - Да, премьер министр Хонест? - спросил генерал, подойдя к нему. - Где эта девчён... кхм, генерал Эсдес? Вы нашли ее? - нервозно спросил Хонест. - Никак нет, сэр. Пару дней назад она покинула фронт, утверждая, что у нее уважительная причина. - Вот чёрт... куда она пошла, вам известно? - Никак нет, сэр. Никто не знает, куда исчезла генерал Эсдес. - Понятно... свободен. - Есть! - произнёс генерал, и, отдав честь, развернулся и пошёл. "Эта Эсдес... стоило ей исчезнуть и все сразу пошло наперекосяк. Неужели моя власть... буквально держится на ней?!"