О ней

О ней. Эта история о девушке, которая хотела, но каждый раз что-тот мешало ей получить желанное. А когда она получала это, оставалась разочарованной. Разочарованной жалостью, которую источал каждый, кто прикасался к ее телу… Был день ее совершеннолетия, она сидела у окна и смотрела на деревья, которые раскачивались в такт ветру. Капли дождя медленно стекали вниз. Она провела рукой по ледяной поверхности, и мурашки осыпали ее руки, ноги. Она смотрела на ветки деревьев, которые уже избавились от большинства листьев. Они качались то в одну сторону, то в другую. Вперед, назад, вперед… и так весь вечер. В одинокой и пустой комнате, лишенной всякого намека на яркий цвет, она сидела на кровати и смотрела на голубую стену. Голубой она была раньше, теперь же это грязный оттенок, вызывающий отвращение. Правой рукой она медленно провела по лицу, и опустилась к шее. Зажмурила глаза от волнения и с дрожью вздохнула. Ее рука спускалась ниже к груди, сжимая нежную кожу с силой. В этот момент послышался громкий стук. Она задержала дыхание и дернулась от испуга. В окно кто-то постучал. Два карих глаза смотрели в упор на нее. Она была без одежды; старая пижама валялась на полу. Это был сторож, доживший уже до благородных лет, но еще способный на легкую работу. Он крикнул: - Открой окно. Девушка молча встала и задвинула шторы. Сторож еще немного постоял, а потом ушел. Она снова осталась одна. Вернувшись на свое место, бросила взгляд на стену и продолжила гладить живот. Она опустила руки ниже и издала легкий стон - тело содрогнулось от возбуждения. И снова стук. На этот раз в дверь. - Пора принимать лекарства. Ну выходите же скорее! Она наскоро оделась и открыла дверь. Тучная женщина в платке стояла с подносом и протягивала ей порцию белых пилюль. - Как обычно при мне. Девушка взяла бокал воды и запила таблетки. Немного покашляла, когда они задержались в горле, и проглотила их. - Умница, остальные перед сном. Она легла на кровать, стянула с себя пижаму, и на этот раз, взглянула на белый потолок. Она произнесла без звука: «идите к черту, хватит на меня смотреть». Рука снова скользнула между ног. Стало достаточно влажно, и палец легко скользнул внутрь. Сначала один, затем второй. Она закрыла глаза и предалась наслаждению. В одном углу, напротив кровати, стоял человек с пакетом яблок. Возле двери – женщина с плюшевой куклой в руках. А на полу лежала маленькая девочка с длинными волосами цвета застывшей глины. Девушка встала с кровати и наклонилась к девочке. Она схватила ее за волосы и начала слегка тянуть, и затем отпускать. С каждым притяжением волос маленькой девочки, у нее внутри загоралось тепло, разносящееся по всему телу. Девочка не плакала, она смотрела на нее своими маленькими блестящими глазками и не улыбалась. Когда волна удовольствия прокатилась по телу, девушка отпустила волосы и встала. Подобный акт самонасилия уже не в первый раз повторился в этой комнате. Она долго смотрела на мужчину с яблоками. У него была огромная лысина на голове, и эти ужасные очки, которые вышли из моды, не успев даже в нее войти. Она взяла на тумбочке расческу и подошла к нему. Дикая ярость и ненависть горели в ее глазах. Она ударила мужчину по лицу зубчиками расчески. И еще раз. Сделала глубокий вдох, швырнула расческу в мужчину и направилась к женщине. Прошептала одними губами: «Не смотри на меня так», и вырвала куклу из рук. На лбу у куклы синей ручкой был нарисован паук. Она посмотрела на его лапки и швырнула детскую игрушку на пол. Затем она бросила на семью безразличный взгляд и легла в кровать. Интересно, какой сон она увидит сегодня. Зажмурив и снова открыв глаза, она оглядела комнату. Никого не было. Видимо, ушли по своим жалким делам. Провалилась в тьму; сон был достаточно ярким. Она видела его уже не в первый раз, и безусловно, не в последний. «Прозвенел звонок. Она училась во вторую смену, была поздняя осень и рано темнело. Она вышла из школы, попрощалась с подругой и пошла домой. От тяжелого рюкзака болела спина, а до дома идти еще долго. Девочка остановилась в парке и села на холодную лавочку. В кармане лежал леденец, который ей подарил мальчик с параллельного класса. Красное сердечко красиво блестело в свете фонаря. \Он увидел девочку в белой куртке, которая села на соседнюю лавочку. Ее косички красиво двигались из стороны в сторону, когда она легонько двигала маленькой головкой. Свет фонаря слабо освещал ее миловидное лицо. Что-то внутри запылало, медленно обжигая живот, и спускаясь вниз. Он встал и подошел к девочке, миротворно улыбаясь. \Она увидела мужчину в черной кепке, которой приближался к ней. Он спросил: «ты здесь одна?». Она не ответила. Когда он подсел к ней, резко запахло машинным маслом. Девочка не смотрела в его сторону, но увидела, как он протягивал руку к ее голове. \Ее волосы такие мягкие и нежные, пахнут цветами, словно свежий цветочный луг. Он гладил ее по голове и улыбался: «какая ты хорошенькая, хочешь я подарю тебе куклу? У меня дома есть одна, на тебя похожая». Молчит, чертовка. Нижняя плоть заметно напряглась, стало жарко, и он снял куртку. \Девочка собиралась уходить, но этот странный мужчина схватил ее за руку. Она молчала. Вокруг не было ни одного человека, только ветер качал ветки голых деревьев. Он сказал: «Да подожди, садись ко мне на колени». Потом усадил ее на себя и начал поглаживать худые бедра. Что-то твердое уперлось к ее юбке. Он начал дышать возле ее уха, издавая странные звуки. \Как сладко она пахнет, такая чистая и невинная. Он уже не мог сдерживать свой порыв, он хотел ее прямо сейчас. Мужчина неуклюже спустил ее колготки и провел пальцем между ног. Девочка молчала, страх парализовал ее. Он расстегнул ширинку и посадил ее прямо на себя. \Стало очень больно внизу, дяденька прикасался к ней там, где мама запретила ее себя трогать. Он гладил ее живот, протягивая руки выше. Раньше папа тоже сажал ее на колени, она подпрыгивала: «в ямку бух, а там петух», она летела на пол, но отец сразу хватал ее. Этот дядя делал также, только она не падала, но было больно. Она подпрыгивала вверх и вниз, пока он громко дышал. \Еще немного. Немного! По телу пробежалась волна. Он похлопал ее по голове: «ну все, приходи сюда завтра, хорошенькая, буду ждать». \На следующий день она пришла туда снова. Холодный ветер трепал ее волосы, она почувствовала запах масла, а чьи-то тяжелые руки обхватили ее сзади…»