О ней

Она резко проснулась, холодный пот стекал по лбу. Беззвучное рыдание вырвалось из груди. То самое воспоминание из детства, момент, когда ее жизнь сменила направление прямо в эту комнату с мерзкими голубыми стенами. Была глубокая ночь, спать особо не хотелось. Она вспоминала как приходила в тот парк каждый вечер. К его запаху и холодным шершавым рукам привыкла быстро, а боль в промежности сменилась на нечто более приятнее. Так продолжалось довольно долго, пока однажды мужчина не привел ее в свою комнату, точнее коморку. Он жил в сыром подвале, набитом всяким хламом. Он положил ее на матрас и долго целовал в губы, проникая своим языком прямо ей в рот. Это было довольно неприятно, изо рта у него пахло тухлой рыбой и сигаретами, но она молчала. Потом он снял с нее всю одежду и начал фотографировать на старую мыльницу. Он говорил ей встать то в одну позу, то в другую. Когда он закончил делать фотографии, разделся сам и лег рядом с ней. - Теперь ты будешь жить здесь со мной. Домой больше не пойдешь, только если надоешь мне, понятно? Она молча кивнула, он улыбнулся и лег прямо на нее. Дальше как обычно воткнул в нее то, что было у него между ног. Она уже читала об этом в учебнике по биологии, и примерно представляла, что это такое, но название вылетело из головы. Хотя, может ей просто было стыдно. Перед сном он заварил дешевую лапшу и накормил ее. Спали они вместе на одном матрасе, он пах также, как и сам мужчина. Он так и не спросил ее имени, и она не знала, как зовут его. Интересно, будут ли родители скучать по ней? Наверно, нет, они ведь и не любили ее никогда. Особенно отец. Он называл ее плохой девочкой, когда бил по попе в наказание за непослушание. Он шлепал ее несколько минут и дышал также, как этот мужчина рядом с ней. - Сегодня я научу тебя новому, и ты будешь делать это каждое утро. Он лег, положив одну руку за голову, а второй взял ее и опустил вниз. Туда, где и был его отросток. Она впервые увидела это, похоже на большого червя. - Открой рот. Пришлось открыть рот широко, он держал ее за волосы и толкал то вниз, то вверх, приговаривая как нужно это делать. «Зубами не касайся, языком работай, вот так, хорошая девочка». А папа говорил, что она плохая девочка. Так какая же она на самом деле, может все-таки хорошая? Она издала звук, который происходит при рвоте, челюсти ужасно болели, а его отросток был ужасным на вкус, потом стало тепло и во рту появилась жидкость, такая же вонючая, как и он сам. - Что хочешь на завтрак? Лапшу или может купить тебе яблок? Она просто кивнула, по щекам текли слезы. Снова стук в дверь - принесли таблетки. На этот раз женщина не улыбалась. - Быстрее давай, у меня много дел. Таблеток стало больше, и она подавилась. Откашлявшись, посмотрела на женщину. - Сегодня придет доктор, он осмотрит тебя. Возможно, тебя выпустят, или отправят куда-то еще. Неужели она выйдет наружу? Конечно, она всегда могла открыть окно и выйти, но, если бы она это сделала, ее тут же схватили бы, сторож ждет не дождется, когда сможет прикоснуться к ней, да и высокий забор помешал бы. Забор отличался высотой, закаты наступали на час раньше, а восходы позже. Она стояла у окна, когда послышались шаги доктора. Зашел худой мужчина, от которого пахло дешевым мылом. Оба ряда его зубов были в брекетах, он ужасно шепелявил. - Как шамочувштвие, леди? К вам кто-нибудь приходил? Наверно, ваши родители? Девушка кивнула и села на кровать. - А шны? Вы видите шны? – спросил доктор, получив кивок в ответ. – Жамечательно. Он достал какой-то прибор из кармана и протянул его ей. Это был пульсоксиметр. Он измерял уровень кислорода в крови. Она просунула в него палец и прибор начал негромко пищать, появились цифры. - Не вщё так плохо. До шкорого, леди. – дописав что-то в тетради, он вышел из комнаты, послышался лязг ключей в замке. Она подбежала к двери и начала стучать обеими руками, издавая гортанные звуки, похожие на крик подбитой птицы. Руки начали болеть, и она прекратила. После легла на кровать и начала прикасаться к себе.