Дебилы моей общаги

      Осень — чудесная пора! Листья желтеют и красиво падают с веток высоких и не очень деревьев! Солнце всё ещё светит тепло и уютно, хоть и ни как летом, но всё же! Чудеса и только!       Правда, большинство людей приход осени не радует, а скорее наоборот — расстраивает. У кого-то это школа, у кого-то — универ, а у кого-то — вечная работа, пока не наступит старость, или смерть. В выигрыше только маленькие дети, которые радостно собирают опавшие листочки с земли и каштаны, дабы сделать поделки в своих детсадах или первых классах.              Диме скучно. Очень скучно. Настолько, что не хочется ничего делать. На самом деле он может заняться много чем, но ему не до этого в эту субботу. В этот законный и мучительно скучный выходной.       На улице стоит чудесная погода: светит ясно солнце, чистое, с небольшими белыми облаками, голубое небо, а ветра практически нет. Красота, гуляй — не хочу! Но Дима не хочет. Да не то, чтобы не хочет — не с кем, вот в чём проблема. И главная, к сожалению.       Олежа пропадает где-то в очередной раз за последние две-три недели. «Говорит вечно: ”Ой, да я ненадолго. Скоро вернусь!“, а сам возвращается через три-четыре часа. Ага, ненадолго он. Три часа — это недолго?! Вот и сейчас точно так же: ушел ещё ближе к 11, а на дворе уже почти два часа. И где его носит так долго? Вроде не со своей Аней гуляет.. Если бы гулял, говорил б чётко: "Я иду с Аней, увидимся!", и всё..» — думает про себя сердито Дима, поглядывая на время в телефоне. — «Интересно, а сама Анюта об этом знает?»       Вопрос действительно хороший. Поразмыслив мозгами, Дима не пришёл к однозначному, к сожалению, выводу. Может знает, а можно и нет.       Вдруг в голову шатена пришла идея, которую он вынашивал когда-то давно. Он очень хотел сходить в один заброшенный, почти на окраине Москвы, где-то в лесу, дом, но по каким-то причинам ему не удаётся кого-нибудь уговорить с ним поехать туда. Все знакомые и друзья отказываются, называя разные причины. Кто-то говорит, что занят, кто-то объясняет, что много дел (хотя через время Дима видит этого же человека в каком-нибудь баре или подобном таком заведении), кто-то просто отшучивается, говоря, мол, идея слишком детская или что-то в таком духе. Единственный человек, которому он ещё не предлагал — это Олежа, который бог знает где сейчас находится. — Вспомнишь черта — вот он и появится. — сказал в слух Дмитрий с улыбкой, увидев вошедшего студента в комнату. Олежа вопросительно сдвинул брови и растерянно посмотрел на друга. — Ты вспоминал обо мне что-ли? — спросил малость удивлённо брюнет, снимая с себя осеннюю куртку. — Ну, типо того. — ответил парень и сел на кровать. — Слушааай, Олеж, раз наконец пришёл.. Тут такая идея у меня есть. — Мне уже не нравится.. — произнёс под нос Олежа, разбирая свою сумку. — Тут на, ну почти, окраине Москвы, есть лесок, вот. А в лесу есть один дом, заброшенный, и я очень хочу туда попасть и посмотреть, но никто не хочет со мной идти.. — с небольшой досадой сказал Дима и посмотрел другу в спину. — Олеж, братан, может ты хочешь- — Нет. — перебил его на вопросе Душнов своим резким отказом. — Да ну почему?! — вскрикнул с ноткой грусти и обиды шатен и встал с кровати. — Пойдём! Будет здорово! — Ага, здорово! — Олежа развернулся к подошедшему соседу сзади, — Ты хоть знаешь, куда меня зовёшь? На окраину, окраину, Москвы! В лес! Ты, наверняка, даже не знаешь, где точно дом находится. — С чего ты взял, что я не знаю? Знаю! — громко произнёс Дима. — Правда? И где же интересно? — сложил руки на груди юноша, ожидая услышать точные координаты местоположения дома.       Шатен слегка замялся, спрятав руки за спину и опустив немного голову. — А.. Э.. Я так сходу не могу сказать! — он заметил на себе напряжённый взгляд, — Но у меня есть сведения в ноуте!       Дима, толкнув немного Олежа в сторону, открыл ноутбук и включил. Быстро печатая на клавиатуре, студент скоро находит информацию о доме, которую он когда-то нашел благодаря одному знакомому. — Вот! — указав ладонью, самодовольно и громко произнёс шатен и отошёл в сторону, дабы Олежа смог увидеть, что написано на экране. Душнов просматривает напечатанный текст из какой-то статьи, судя по новостям по бокам экрана, и даже подмечает фотографию, довольно старую, двухэтажного дома в лесу. — Ну, ладно.. Информация какая никакая у тебя имеется. — сказал спустя пару минут молчания Олежа. — Но ты же понимаешь, что это довольно далеко от нас? И, тем более, какая есть гарантия того, что этот дом всё ещё там стоит? Его могли давным давно снести. — А вот чел, что прислал про это дом, заявил, что домишка всё ещё стоит! И более того, вокруг этого дома ходят всякие байки, что, мол, в нём есть призраки и прочая херня. — О, ещё лучше! Дом с приведениями! — всплеснул руками юноша и прикрыл рукой глаза. — Дима, ты- — Так, ты спрашивал про то, где этот дом находится, и я тебе ответил. Ты идёшь со мной или как? — с явной и яркой надеждой в глазах спрашивает Дима и испепеляет взглядом Олежу. Брюнет украдкой из-под руки смотрит на друга и, отводя взгляд куда-то вниз, тяжко вздыхает. — Ты всё равно не отстанешь.. — с небольшой досадой сказал Олежа и сложил руки, — Ладно, я пойду с тобой. Но я иду только потому, что не хочу, чтобы с тобой что-то случилось и мне не приходилось доставать тебя из очередной жопы! — Идёт!       Парни с хлопком пожали друг другу руки. — Собирайся, пойдём сейчас. — Хоро- Стоп! Чего?! — вскрикнул от неожиданности Олежа. — Сейчас?! Я-я только пришёл! — Ну не я же виноват, что тебя непонятно где три часа опять носило! — сердито рявкнул Дима, накидавая на себя куртку. Брюнет растерянно взглянул на студента и опустил глаза, спрятав руки назад. — У меня были дела.. — ответил как-то неуверенно Душнов. — Хотелось бы знать, что это за дела такие! — Дима остановился на секунду и повернулся к парню. — Если это как-то связано с твоей Анютой, то мог бы с самого начала мне об этом сказать! — Ч-что?! Нет! — покраснев, сказал Олежа и сложил указательные пальцы. — Это совершенно с ней не связано.. Никак. — Ну раз не Аня, то что это тогда?       Олежа молчит. По нему видно, что отвечать он не очень хочет. — Олеж? Ой, дай угадаю, ты не хочешь мне рассказывать, да? — Дима начал ходить по комнате туда-сюда, — Я то думал, что мы друзья и можем доверять друг другу! А оказывается вот как! О каких-то делах он не хочет рассказывать! Эти дела какие-то супер важные и секретные, да? — Если я скажу да, ты перестанешь задавать вопросы? — резко вопросом на вопрос сказал Олежа крайне грустным и тихим тоном, в отличии от тона приятеля. Дима остановился и то смотрит на самого Олежу, то куда-то в сторону. — ..Ладно, перестану. — более спокойным голосом сказал Побрацкий. — Только последнее спрошу: Аня хоть об этом знает? Ну, о твоих "делах" этих?       Олежа, не смотря на друга, отрицательно помахал головой. — Нет, Аня не знает. — брюнет сжал рукав рубашки. — И я думаю, что она не должна знать.. По крайней мере, ей это знать не обязательно.       Дима поджал губы и сквозь зубы выдохнул. — Ладно, ты собирайся, а я пойду на улицу, перекурю что-ли. — Дашь мне 15 минут? — Без б, братан. — подмигнув, сказал с улыбкой шатен и вышел из комнаты. Ещё больше стало вопросов в голове Побрацкого: почему Аня не должна знать? Разве она не близка с Олежей? Или он что-то скрывает и от неё, и от самого Димы? Дима на пару секунд остановился и обернулся назад, посмотрев мимолётно на дверь. А ведь похоже на то. Неужели это что-то такое, что Олежа не хочет рассказывать ни ему, и тем более Ане? Что же он такое скрывает от всех?       У Димы заболела голова от всех этих вопросов, и он пошел дальше, пытаясь выбросить назойливые мысли из головы. Но осадок внутри остался с этого разговора. И не самый приятный...       Только-только докурив сигарету (причем последнюю в пачке), Дима увидел Олежу, который в довольно скором времени вышел из общежития. Брюнет взял с собой зелёный портфель и объяснил это тем, что там аптечка первой помощи, мало ли что случится, и фонарики. — Вот фонари нам точно пригодятся! — с улыбкой сказал Дима. — А откуда они у тебя, к слову? — Да так, давно покупал.. Уже не помню по какой причине, честно говоря.. Но я проверил, и оба работают! Так что беспокоиться не о чем.       Шатен недоверчиво посмотрел Олеже в спину, но пожал только плечами и пошёл за ним, а в следующее мгновение уже Олежа идёт за ним, ведь только Дима знает дорогу.       Пришлось парням ехать на попутках. Благо деньги есть, правда только у Олежи; у Димы на первом автобусе деньги закончились, только пять рублей осталось в кошельке, если не меньше. Олежа крайне зол на своего друга и не удивлён отсутствию денег у него.       Спустя три с лишним часа они доехали до леса, выйдя из десятого, скорее всего, автобуса, рядом с какой-то деревушкой. — Приехали, теперь надо идти в лес. — заявил Дмитрий и уверенным шагом пошёл в сторону леса по тропинке. Олежа тяжко вздохнул и последовал за ним. — Ты точно знаешь дорогу? — спросил юноша, догнав наконец его. — Олежа, я тебе уже сто раз говорил: знаю я дорогу! — раздражённо ответил шатен, глядя то на телефон, то на дорогу. — Направо! — громко крикнул он и резко свернул налево. — Ты налево пошёл.. — сказал Олежа, остановившись. — Вот теперь направо! — заявил Побрацкий, вернувшись обратно и повернув направо. Брюнет усмехнулся и пошёл следом.       Лес дремуч, словно из сказок: одни высокие и тёмные деревья, всякие кусты, и много тропинок, ведущих куда-то своей дорогой. Дима поворачивает непредсказуемо, то два раза направо, то три налево, то вообще тупо прямо. — Ты точно той дорогой идёшь? — спрашивает, сомневаясь в том, что правильной дорогой они идут. — Ты столько делаешь поворотов, и мы уже 20 минут идём, хотя ты говорил, что идти минут 10, не меньше! — Да той я иду, замолчи! Тут ещё пару поворотов осталось и мы придём. — Мне кажется, мы кругами ходим, — он повернул голову и указал рукой на пенёк с большим белым грибом, — я этот пень уже 5-ый раз вижу! — Тьфу ты! Внатуре... Надо сейчас тогда налево повернуть. — произнёс Дима и пошёл дальше, повернув налево. — Дима! Мы так до утра то направо, то налево будем сворачивать! Признайся, что ты не знаешь дороги! — вскрикнул Олежа, когда шатен обернулся назад. — Да знаю я дорогу, заебал ты меня уже! — кричит в ответ на юношу студент и протягивает вперёд руку с телефоном. — Раз такой умный, держи! Посмотрим, как ты разберёшься с картой и дорогой к этому особняку. — Я с удовольствием проведу, раз ты предлагаешь мне это сделать! — злобно согласился и грубо и резко схватил телефон товарища. Его лицо с уверенности сменилось быстро на шок и непонимание. Дорога, обозначенная красной линией, и вправду запутанная, со множеством количеством поворотов. Благо указаны стороны света. Но от этого не становится легче. — Ну, что, умник, поведёшь? — с наглой улыбкой спрашивает Дмитрий, видя непонимающее лицо дорогого друга. — А.. — Олежа неловко протянул ему телефон, — веди лучше сам.. — Хах, я так и думал. — Побрацкий взял телефон и повернулся в сторону тропинки. — Ещё выёбывался: "Дима, ты той дорогой идёшь? Дима, мы так до утра ходить будем! Дима, ты-" — Да понял я тебя, понял! — перебил его Олежа, — Молча лучше иди.. — сказал он более спокойно, но сердито и с ноткой стыда. Дима хмыкнул и замолчал, лишь вздохнул. Через мгновение шатен падает и катиться вниз колбаской с небольшого обрыва с громким криком. — ДИМА! — вскрикнул из-за неожиданности Олежа и остановился на краю обрыва, наблюдая, как бедный дружище скатился колбаской и врезался в дерево животом. Брюнет представил, как ему больно, и зажмурился в момент удара. — ТЫ ТАМ ЖИВОЙ? ДИМАС?! — кричит в надежде на необъяснимую живучесть друга Душнов и пытается найти нормальный и безопасный способ спустя вниз. Но везде крутой обрыв и тропинки вниз никакой нет. Придётся спускаться одним путём — через сам этот обрыв, похожий на трамплин. Хотя, на деле так и есть, только это лесной трамплин. Олежа аккуратно старается спустя, но теряет в следующие секунды равновесие и тоже катиться вниз, почти так же, как Дима, только чуть не сделал кувырок и упал на бок, недалеко от Димы. Брюнет тихо простонал от боли и приподнялся, смотря на лежащего шатена. — Ты живой?.. — спрашивает второй раз парень, пытаясь встать. — Наверное, нет.. — произнёс Дима тихо и больше съёжился от боли в животе, и обхватил брюхо руками. Олежа встал и отряхнулся. На слова друга он лишь улыбнулся, понимая его боль — Давай руку, Дим. — улыбаясь и немного нагнувшись, юноша протянул ему руку. Дима, крехтя как старый дед, сел на траву и взял товарища за протянутую руку. Еле поднялся с земли парень, но в итоге смог. — У меня есть обезболивающие, тебе дать? — спрашивает Олежа, смотря на лицо Димы, которое прямо говорит, что ему больно. — Да не, не надо.. — покашлев, отказался шатен и пошёл дальше, держась за живот одной рукой. — Нам дальше надо идти.. — Да ты еле стоишь, Дим. Давай я дам тебе одну таблетку. — О боже, ладно, давай. — прогудел Дима и вытянул ладонь, дабы ему дали таблетку. Запив таблетку, парень пошёл дальше и попытался выпрямиться, но внезапная боль в животе не дала этого сделать. Так он шёл практически до самого конца их пути к дому. — Пришли! — крикнул Дима и повернулся к Олеже, который шёл сбоку. — Да неужели? — с небольшой радостью и большой усталостью произнёс Олежа. — Да, смотри! — шатен отодвинул ветки деревьев и перед ребятами представилась поляна, окружённая лесом, а по середине стоит большой двухэтажный старый дом. Душнов потерял дар речи, а его друг тоже был поражен зрелищем, но решил не показывать вид. — Погнали! — толкнув Олежу в плечо, пошёл вперёд Дима. — Ладн-! — в лицо Олежи прилетела неожиданно ветка, которую отпустил Дима. — Ай! Блин..       Шатен обернулся и засмеялся от увиденного, а брюнет недовольно взглянул на него и прошёл вперёд, отодвинув от себя ветки.       Парни дошли до заброшенного дома. Особняк сделан из очень тёмного дерева, что очень выделяется посреди большой поляни в виде круга, вокруг зелёно-жёлтого леса. Огромные двери заколочены досками, а возле входа много всякого мусора, в частности стекла. — Двери заколочены, Дим. — произнёс спокойно Олежа, глядя на то, что Дима пытается оторвать заколоченную доску от дверей. — Без тебя знаю! Я просто подумал, что их можно будет руками оторвать, но походу нет, нельзя. — он отряхнул руки от старой древесины, которая осталась на ладонях. — Плохо думал: они на старых гвоздях намертво заколочены. — Олежа быстро провёл глазами по дверям и доскам, — Да и к тому же голыми руками всё равно бы ты не отодрал. — пожал плечами юноша. — Да я уже понял, умник! — прогудел недовольно Дима и почесал затылок. — И как нам попасть внутрь? — Хороший вопрос. — кивнул Душнов и огляделся вокруг. — Можно попробовать через окно, но я думаю, что- — Точняк! — крикнул воодушевлённо Дима и спустился миром по ступенькам с крыльца. — ..Что окна все так же заколочены. — договорил свою мысль брюнет и уставше вздохнул, спускаясь с крыльца дома. — Ты — направо, я — налево! — скомандовал шатен и побежал в левую сторону дома, скрывшись за поворотом. Олежа покачал головой и пошёл направо. Обойдя и идя уже по правой стороне особняка, парень проглядывает все окна и они все либо разбиты, либо заколочены досками, либо и то, и другое. Вдруг он об что-то спотыкается, но не падает. Этим "что-то" оказался лом, причём не такой уж и ржавый, а наоборот, будто бы новый. Олежа этой находке удивился и поднял инструмент, и внезапно услышал голос Димы. — Олежа, иди сюда! — кричит Побрацкий из другой стороны дома.       Олежа прибежал к Диме и увидел его довольного и стоящего напротив окна. — Что такое? Ты что-то нашёл? — задал вопрос юноша, подойдя к другу. — А вот! — шатен показал рукой на окно, которое не было заколочено. — Одно единственное окно без досок или чего-то там ещё. Через него мы и попадём внутрь. Правда, нам нужно чем-то разбить стекло.. — Дима призадумался и заметил в руках Олежи лом. — О, а это откуда у тебя? — указал пальцем шатен на находку друга. — Я на той стороне его нашёл, — малость улыбнулся Олежа, — я и сам удивился, что он там лежал. Так ещё он не выглядит старым, а как будто его только купили. Непонятно только, что он там делал... — Ну это сейчас не так важно! — выхватив из рук лом, сказал Дима. — Нам в дом надо попасть! — Да, но.. — Олежа указывает на окно. — Окна расположены довольно высоко. Как ты предлагаешь нам разбить окно? — Хмм.. — шатен призадумался, — ну есть одна идея. — Мне уже не нравится.. — Душнов вздохнул. — Ну, выкладывай. — Ну, короче.. Я залезу на тебя и выбью окно, и- — Ты же в курсе, что я тебя чисто физически не подниму, и если даже подниму, то не удержу? — перебил его юноша, скрестив руки. — А.. Э.. — Дима положил руку на шею, рассматривая телосложение друга. — Ну, блин, это да.. — Ну, слушай, идея хорошая, только давай лучше ты меня поднимешь, и я разобью окно? — предложил парень и тянется к лому. — Хммм.. — протянул Дмитрий задумчиво, прикрыв ненадолго глаза. — Ладно, давай так. — согласился в итоге он и отдал приятелю ломик.       Олежа залез на Диму и сидит на его плече, а Дима в свою очередь держит друга одной рукой за талию, в другой за ноги. Брюнет замахнулся ломом, держа его в обеих руках, и ударил в старое окно. До конца стекло не разбилось, пришлось ещё пару раз ударить и убрать с деревянной рамы все осколки, дабы не пораниться, когда они будут залезать внутрь. — Ну ты всё? — спрашивает шатен как-то уставше, хотя он всё время держал просто Олежу на себе. — Да, вроде.. — немного неуверенно ответил юноша и осмотрел всю раму. — Осколков я, по крайней мере, не вижу. — Ну тогда лезь первый, а ты мне руку протянешь. — сказал Дима, медленно подойдя ещё ближе к дому и разбитому окну. — Как скажешь. — с улыбкой согласился Олежа и бросил в окно лом, дабы освободить руки. Он схватился за рамы обеими руками и оперся ногами за доски дома. Сделав прыжок, брюнет смог встать на раму ногами и аккуратно попытался спрыгнуть с неё на пол, что в целом получилось. Хорошо, что разбитое стекло на полу не проткнула обувь насквозь, а то было бы очень плохо. — Олеж? Олежа! — зовёт по имени Дима друга, не видя его из окна уже несколько минут, вдобавок внутри очень темно. — Я здесь, что такое? — наконец выглянул Олежа из окна и спросил. — Дай я залезу! — прогудел недовольно шатен. — Да, сейчас! Я просто стекло убирал, чтобы никто из нас не пострадал. — произнёс, улыбаясь, спокойно Душнов и протянул руку. Дима усмехнулся и взял друга за ладонь. Олежа не думал, что его товарищ будет таким тяжёлым, но ничего поделать нельзя — нужно тащить его на себя, чтобы он смог залезть в дом. Юноша тянет друга за руку со всех сил на себя. У шатена скользит обувь, поэтому ему трудно сделать какие-либо движения ногами. В итоге Олежа смог затащить Диму внутрь, и Дима упал вместе с Олежей на пол. Брюнет в который раз благодарит самого себя, что убрал стекло с поля подальше от окна. — Ты в порядке? — спрашивает, приводя дыхание в норму, Душнов и встаёт. — А-ага, вроде.. — отвечает юноша, вставая как черепаха с пола.       Они оба оглянулись вокруг. Сплошная тьма. Из окна попадает слабый свет и освещает малую часть, и то где стоят сами парни в данный момент. — Темно, что хоть глаза выкалывай. — говорит Олежа, всматриваясь в тьму. — Это точно.. Ну, доставай фонарики! — вытянув вдруг руку в сторону друга, произнёс громче и с улыбкой шатен. Брюнет вздохнул и начал искать фонарики в своём рюкзаке. — Держи, только смотри — не потеряй. — достав фонарик, сказал спокойно Олежа, чувствуя, что с фонариком что-то точно случится. — Не потеряю, вот увидишь! — с ехидной улыбкой произнёс Дима и огляделся. — Короче, ты туда, а я сюда. — Побрацкий указал другу идти вперёд, а себя назад. — Может вместе пойдём вперёд? — предложил парень, закрывая молнию рюкзака, держа во второй руке фонарь. — Одному страшно идти что-ли? — Вовсе нет! Просто.. — Олежа посмотрел назад и посветил фонарём. — Там тупик. — А ну тогда.. — Дима встряхнул фонариком. — Пошли вместе вперёд что-ли. — Ты про дом знаешь больше чем я, разве не так? — Ну, да, просто я точно не помню как сам дом устроен. Но! — шатен резко развернулся к другу. — Я знаю, что здесь есть второй этаж и подвал. — Ну про второй этаж я сам догадался, дом не маленький и видно, что есть второй этаж. — произнёс Олежа, продолжая идти вперёд. Пол очень старый, и складывается ощущение, что доски под ногами вот-вот сломаются и можно будет провалиться в подвал, о котором сказал Дима чуть ранее. Парни пришли из коридора в большую комнату и, судя по всему, это главный вход, исходя по большим дверям по середине комнаты. — Помимо досок снаружи здесь ещё наставлено вещей. — сказал брюнет, посветив в направлении главного входа. — М-да, если мы начнем их убирать, то уберём всё до вечера, если не до ночи. Значит обратно уходить будем через окно. — рассудительно произнёс Дима и пошёл дальше, светя фонариком и осматривая всё вокруг. — Как скажешь, Дим. — улыбнувшись, сказал Олежа и заметил странную картину. Она вся в тёмных тонах и непонятно, что на ней изображено. — Олежа! Иди сюда! — крикнул вдруг друг, зовя приятеля к себе. — Что такое? — спросил юноша, придя к другу. — А вот и лестница на второй этаж! — указал рукой с фонарём на узкую лестницу, ведущую наверх, Дима и довольно улыбнулся. — Как-то ступеньки не вызывают у меня доверия, если честно.. — Олежа посветил на ступени, в которых были дыры и большие, и маленькие. — Это да, ещё проблема в том, что нас она вряд-ли выдержит. — произнёс шатен с небольшой досадой. — Из нас двоих только ты нормально сможешь пройти, да и по весу ты не такой тяжёлый, как я, так что.. — Намекаешь мне идти на второй этаж? — сложив руки, спросил Олежа с нахмуренными бровями. — Я даже не намекаю, а прямо говорю. — с улыбкой произнёс Дима. — Я на первом похожу, тут ещё вот дверь есть, она наверняка ведёт в гостиную, а ты на второй. Там комнат тоже тьма. — И все закрыты будут. — со сарказмом сказал Олежа, отводя взгляд. — Не проверим — не узнаем! Давай иди туда, а я сюда. — шатен слегка толкнул друга вперёд, к лестнице, и сам пошёл дальше в противоположную сторону. Брюнет нахмурился и вздохнул. Выбора особо у него нет. Придётся подниматься по этим дырявым ступенькам.       Олежа аккуратно поднимается вверх по хлипкой старой лестнице. Вроде подниматься две минуты минимум, а по ощущениям уже прошло минут 5-6, не меньше. Наверное, это всё из-за того, что все ступеньки с дырками и могут сломаться, если неправильно наступить на них. Да и вдобавок на пути стоят различные комоды и ящики, мешающие нормально пройти. Кто их поставил, с какой целью? Непонятно. Олежа еле пролез между очередным ящиком и стеной, и наконец понял, почему Дима предложил ему идти на второй этаж, а не например вместе или самому — Олежа намного худее, чем Дима, и это логично, что пролезет и нормально пройдёт только он. «Повезло родиться худым, однако,» — подумал про себя Олежа, поднявшись наконец на второй этаж. Он огляделся вокруг, светя фонариком: комнат и вправду впереди видно много, ведь он уже насчитал три двери. Парень сделал глубокий вдох и пошёл дальше.       Дима тем временем ходит по первому этажу и из-за любопытства заглядывает, открывает ящики комодов и дверцы шкафов. Но внутри оказывается либо ничего, либо куча неинтересных газетных кусочков годов 80-90х. Шатен уже расстроился, что ничего интересного из старого дома он не найдёт, как вдруг он открывает ещё один ящик и видит серебряный ключик, который слегка пыльный. Достав его, Дима разглядел узор на головке ключа в виде жёлтой звёздочки. Он призадумался, ведь ключик крайне мал, что ни к одной двери не подойдёт, значит этот ключик открывает что-то другое, например шкатулку или что-то такое, небольшое само по себе. Но никаких шкатулок шатен не находил пока что. Будет очень обидно, что ничего подобного ни он, ни его друг, который сейчас ходит по второму этажу, не найдут.       Олежа дёргает за ручку двери и она, конечно же, не поддаётся. Тяжко вздохнув, юноша недовольно цыкнул и пошёл к следующей двери, уже ожидая того, что и эта дверь не откроется. Вдруг неожиданно ручка поворачивается, и дверь со скрипом открывается во внутрь. Олежа приятно удивился и заглянул в комнату. Удивительно то, что в комнате есть свет, и лучики солнца попадают сквозь старые, погрызанными молью, шторы, если их ещё можно так назвать. Комната довольно светлая сама по себе, так и ещё в ней не навалено каких-либо вещей, а всё предельно чисто и уютно, хоть и чувствуется, что здесь что-то не так. Олежа проглотил и слюну, и это странное чувство, и зашёл внутрь, убрав фонарик в карман толстовки. Пол очень громко и неприятно скрипнул под ногой. Вообще, в отличии от этой комнаты, в коридоре тоже светло, ибо там окна не сильно заколочены досками, и сквозь большие щели свет всё-таки попадает через них.       Ещё пугающе в этой комнате оказался тот факт, что по всей, да, по всей комнате, были фарфоровые куклы. На кровати, на полках, на верхушке шкафа, везде эти куклы. По спине парня пробежали дружным строем мурашки, и ему стало конкретно не по себе. Воспоминание из детства всплывает в голове, и этот странный страх заставляет коленки трестись, как осенние листья в ветреную погоду. Эти куклы ужасают тем, что они будто смотрят на тебя, или прямо тебе в душу. Вот и сейчас — они смотрят словно на него, своими кукольными глазками. Олежа отвернулся от них и увидел перед собой, в пару шагов, туалетный столик. Но больший акцент приобрело зеркало, в котором юноша увидел своё отражение. Юноша немного успокоился и улыбнулся самому себе, и подошёл ближе, дабы разглядеть, что есть на столе. На столе ничего такого интересного: деревянная расчёска, какие-то грязные и старые листы бумаги, и шкатулка. А вот последнее Олеже приглянулось, и он взял её в руки. Шкатулка небольшая, такая же деревянная, как и многие вещи вокруг. На крышке изображён необычный рисунок в виде ночного неба, а рядом с ключевой скважиной, по бокам, нарисованы солнце и луна. Причём солнце красно-оранжевое, а луна то ли тёмно-синяя, то ли чёрная, Олежа так и не понял. Пожав плечами, он решил слегка потрясти находку. Что-то загремело внутри. Юноша малость обрадовался, что в шкатулке что-то да есть, правда ключа он не видит на столе. Посчитав, что ключ наверняка где-то в комнате, убрал её в портфель. Подняв глаза вновь на зеркало, он увидел помимо себя девушку, которая мало того, стоит сзади него, так ещё выглядит крайне жутко: бледно-серая кожа, чёрные длинные, до локтей, волосы, а глаза словно неживые, ужасающие. Она вдруг улыбнулась как-то по-злобному, неестественно.       Олежа вскрикнул от ужаса и резко обернулся. Сзади никого не оказалось. Сердце бешено стучит в груди. Ещё и куклы теперь кажутся более жуткими, будто они и вправду смотрят на испуганного парня. Олеже стало не по себе полностью и он с опаской ходит по комнате, постоянно оглядываясь назад. Ноги дрожат, ладони вспотели, сердце барабанит громко в ушах. Юноша роется в шкафу — нет ключа, в комодах рядом с кроватью — тоже нет; остаётся проверить лишь туалетный столик. Олеже страшно подходить. Он машет головой, списывая увиденное на недосып, но тут же ловит себя на мысли, что хоть у него недосып — довольно частое явление, но чтоб видеть каких-то людей в зеркалах, да при этом крайне жутких — такого никогда не было у него. Беря волю в кулак, Олежа подошёл к столику и начал более тщательно осматривать его, и лазить по ящичкам. К сожалению и здесь ключа никакого не нашлось. Он неосознанно поднимает взгляд вновь на отражение в зеркале, но благо никакой девушки сзади не оказалось на этот раз. «Всё-таки показалось..» — подумал про себя с маленькой улыбкой на лице Олежа и развернулся.       Девушка, что показалась в отражении, внезапно оказалась вновь, только теперь она стоит прямо перед ним. Юноша крикнул от ужаса и попятился назад, но споткнулся об доску, торчащую из пола. Девица, убрав свои чёрные локоны с лица, натянуто улыбнулась. Её улыбка с мёртвыми тёмными глазами выглядит устрашающе. Олежа понял — перед ним самый настоящий призрак!       Дима безусловно слышал крики Олежи, но ничего поделать не может. Ни каких средств, чтобы связаться, у них нет, кроме телефонов, но друг не отвечает ни на сообщения, ни на звонки. Шатен посчитал, что приятель испугался просто чего-то, вот и кричал от испуга.       Призрак подлетел ближе к лежащему парню на полу. Душнов отползал назад, но упёрся в столик. В горле застрял комок, не дающий издать ни звука. — Хочешь поиграем? — продолжая страшно и по-своему злобно улыбаться, спросила девица и наклонила сильно в сторону свою голову. Она смотрит своими бездушными глазами, не моргая. Олежа чувствует, как стекает по лбу пот. Он не может выдавить из себя ни слова. Конечно, играть он не хочет! Сейчас она предложит сыграть в игру, где он в конечном итоге умрёт! Это же типичный исход для героев в таких историях. — Давай в "Догонялки", я чур во́да. — показав зубы, сказала с улыбкой она и отлетела немного назад. В голове что-то щёлкнуло, и Олежа мигом встал и выбежал из комнаты. Призрак засмеялась и полетела неспеша следом, заставляя парня бежать по хлипкой лестнице ещё быстрее. — Олежа? Ты чего кричи- — ДИМА, БЕГИ! — перебив друга, который оказался на пути, крикнул юноша и продолжает бежать к окну. Дима озадаченно посмотрел в сторону, куда убежал его друг. Тут он почувствовал холодок и обернулся. Девица, жутко улыбнувшись, положила руку на его плечо. Её пальцы были с длинными ногтями, или когтями, и они были чёрными, как углём испачканные. — Хочешь жить — беги вслед за дружком. — произнес призрак, и её глаза сверкнули красным блеском. Дима закричал трёхкратным матом и побежал изо всех сил. Шатен выпрыгнул из окна и упал на колени. Олежа остановился и подбежал к другу, поднимая того с земли. — БЕЖИМ ОТ СЮДА СКОРЕЕ!!! — кричит брюнет и убегает в сторону, откуда они пришли. Дима бежит следом. Сердце стучит в ушах, а ноги начали подкашиваться. Доктор говорил Диме: много нельзя ему бегать. А тут ситуация такая — бежать надо! Шатен споткнулся и чуть не упал, и всё-таки решился посмотреть назад. Из-за наступившего заката и тени дом казался более тёмным и устрашающим. В окне на первом этаже он заметил этот мёртвый и злобный взгляд, и ужасную кривую улыбку. — БРАТАН, НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ! — кричит Побрацкий в страхе от увиденного другу, догнав его. — Я И НЕ СОБИРАЛСЯ! — кричит в ответ Олежа и побежал быстрее.       Парни бежали долго. Олежа мало останавливался, а вот Дима делал этот переодически. Из-за проблем с сердцем. Каждый раз, когда он останавливался, он ловил себя на мысли, что лучше бы он не пил энергетики так много.       Ребята сами не поняли как выбежали из леса и прибежали туда, откуда приехали. — Дима.. — Олежа выдыхает и опирается ладонями о колени. Он не слышит ничего в ответ и со страхом оборачивается. Дима еле идёт к другу, переставляя очень медленно свои ноги. По парню ясно видно, что он вымотался. Олежа подбежал к приятелю и тот чуть не упал на землю лицом, но он поймал его. — Дима! Ты в порядке? — переживая за друга, спрашивает брюнет, продолжая его держать. — Да.. Просто.. — Дима закашлял и попытался встать на ноги. — Вух бля.. Сердце стучит жесть.. — Нечего энергетики было пить! — Олежа сказал это с осуждением, но тут же стал добрее — сейчас Диме не до нравоучения. — Ладно, всё уже позади. Сейчас обратно поедем. — Ага.. Поскорее бы.. — произнёс шатен в полголоса и уселся на скамью на автобусной остановке. Олежа хмыкнул и понял, что автобуса они вряд-ли дождутся, ибо банально расписания на остановке нет. Юноша заглянул в кошелёк: денег на такси хватит, но останется очень мало. Тратить большую сумму не очень хочется. Остаётся один вариант и не самый лучший, для Димы. — Дим, слушай.. — брюнет сел рядом с другом. — Автобус вряд-ли приедет. А вызывать такси — дорого. — И что ты предлагаешь? Идти пешком? — спрашивает Дима, восстановив наконец дыхание. — Нет. — юноша мнет руки. — Я могу позвонить Антону и он- — Ой боже только не он! Нет! Иди в жопу, я лучше пешком дойду, чем с ним поеду! — Дима! Ты не дойдёшь, ты понимаешь? — Олежа всплеснул руками. — Да и я тоже.. Я устал и я прекрасно вижу, что и ты тоже! У нас с тобой выбора мало.       Дима сердито фыркнул и скрестил руки, и отвернулся. Олежа хотел было что-то ещё сказать, но не стал, и, вздохнув, достал телефон, чтобы набрать Антону.       Антон в это время едет в машине. Тут он видит звонок от Душнова. — Да? — Антон, здравствуй. — говорит Олежа, отходя медленно от Побрацкого. — Здравствуй, Олегсей. Что-то случилось? — спросил Звёздочкин спокойным тоном, остановив машину на красном свете. — Да тут такое дело.. — юноша ходит туда-сюда. — Мне неудобно такое просить, нооо.. Ты не мог бы приехать на почти окраину Москвы и подвести до общежития меня и Диму?       Антон не ожидал такой просьбы и поэтому замолчал ненадолго. Олежа за эти несколько секунд уже успел передумать и хотел сказать, что если тот не может, то не стоит, что они сами справятся. — Я, пожалуй, даже спрашивать не буду о том, что вы забыли на окраине Москвы.. — произнёс спустя секунд 10 после своего молчания шатен. — Хорошо, я скоро приеду. — А.. Спасибо! Я тогда сейчас скину геолокацию. — сказал брюнет и сбросил трубку. Скинув Антону, где именно находятся они, Олежа вздохнул с улыбкой и повернулся к Диме. По шатену ясно видно, что тот крайне недоволен тем фактом, что скоро приедет их забирать Звёздочкин. — Скоро домой поедем. — произнёс с радостной ноткой в голосе парень, сев рядом с другом. — Да, но есть одна проблема — за нами приедет Антон! Гандон.. — Дима! — Что Дима? Говорю как есть. — Дима больше скатился вниз. Олежа нахмурился, глядя на полулежащего приятеля. — Что тебе такого Антон сделал, скажи мне, пожалуйста? — спрашивает брюнет, облокачиваясь назад. — Всё. — Всё.. в каком смысле? — Родился, вот, что он сделал. — Дима! Нормально отвечай! — не выдержав, крикнул сердито Олежа.       Дима отвернулся от парня и больше ничего ни сказал, ни издал ни звука. Душнов сначала был немного зол на друга, мол, по какой такой причине он оскорбляет Антона, который только лучше для всех старается делать, и даже не может назвать причины своей неприязни. Но вскоре понял, что Дима не очень хочет об этом говорить. «— Наверное, он не рассказывать по каким-то причинам.. А может просто не хочет говорить, ведь я ему тоже не рассказываю, где меня носит...» — подумал про себя Олежа и слегка загрустил. — Не хочешь говорить, да? — решил всё-таки спросить, хоть и смысла он в этом не видит, Олежа и посмотрел на спину Димы. — Ну ты же нихера не рассказываешь, с чего я должен тебе что-то говорить? — подтвердив мысли Олежи, ответил вопросом юноша, и всё так же не поворачиваясь к приятелю. Брюнет не стал ничего говорить, лишь вздохнул и отвернул голову от шатена, смотря на дорогу. На улице уже успело стемнеть, только небо стало тёмно-синим с фиолетовым от не до конца скрывшийся солнца за горизонтом. Машин практически не видно на дороге, только изредка, да и то, не с той стороны они едут. Тихо, вдалеке, в лесу, скорее всего, чирикают ночные пташки, будто напевают какую-то старую добрую песню. На вечернем небе появились первые две звёздочки. — Когда этот хер приедет? — спрашивает недовольно Дима и повернулся к Олеже, который смотрит наверх. — Должен скоро приехать. Сам знаешь: в Москве одни пробки, в любое время года и суток. — спокойно ответил юноша, не смотря на друга. Дима решил посмотреть тоже на небо, чисто из-за мысли: а что такого друг там увидел? Подняв глаза наверх, шатен красивую и одновременно простую картину неба: звёзд стало куда больше, и крупных, и маленьких, цвет неба, словно его нарисовали тёмно-синей с каплями фиолетовой красками, просто великолепен. — Вау.. — не сдержав восхищение, произнёс Дима вслух. Олежа лишь улыбнулся, бросив на приятеля быстрый взгляд. Но не долго длилось их наблюдение за вечерним небом — машина остановилась рядом с автостоянкой, где сидели наши герои. Из неё вышел как никто иной, как Антон. — Здравствуйте, Олегсей и Дмитрий. — сказал Звёздочкин спокойным тоном и медленно шагает в их сторону. По его одежде сразу стало понятно — он был на каком-то мероприятии, ведь одет был в чёрный строгий костюм, а на груди свисал красный, практически бархатный галстук с желтыми крапинками. Антон немного улыбнулся, но улыбка была уставшей. Ясно видно, что улыбаться даётся с трудом, и то видно, что улыбка не такая уж искренняя. Скорее всего, улыбнулся он в знак вежливости и приветливости. Хотя, все троя устали, но стараются этого не показывать. Вот Олежа первым встал с скамьи и подошёл к Антону, а в след за ним и Дима встал, начал отряхиваться от грязи на джинсах. — И тебе здравствуй, Антон. — поприветствовал в ответ брюнет с улыбкой. Он так же улыбнулся не то, чтобы от радости, а скорее так же — для вежливости. Дима не стал улыбаться — а зачем? Притворяться, что всё хорошо? Да не так уж и плохо всё, просто день оказался немного необычным и всё. Дима встал рядом с Олежей и с недовольным лицом смотрит на Антона, и даже не поздоровался. — Ну что ж.. — начал говорить Антон, — поехали? — спросил он, продолжая улыбаться, и указал рукой на свою машину. — Да, конечно. — согласился тут же Олежа. — Ага.. — в пол голоса и как-то неохотно произнёс Дима. — Дим, я вижу ты устал, давай ты сядешь назад. — остановил брюнет друга в момент, когда тот хотел сесть на переднее сиденье. — Ааарр! — прорычал недовольно Дима и дёрнул плечом. — Ладно, только фальшивую улыбочку эту убери, аж тошнит.       Олежа с непониманием и ноткой грусти посмотрел в спину Диме и тяжко вздохнул. С лица сразу же спа́ла улыбка. — С ним всё хорошо? — спросил Антон у Олежи после того, как шатен сел в машину. — Я думаю, что да. Он просто устал, как и я, в общем.. — усмехнувшись, ответил юноша и сел быстро в машину. Антон посмотрел мельком на небо и залез в машину самым последним.       Ехали они все молча, в гробовой тишине. Да в такой, что, кажется, на самом кладбище умершие куда общительные, чем эти трое. Каждый не хотел разговаривать по своим причинам: один сильно устал и следит за дорогой, другой перебирает мысли в своей голове, а последний в принципе хочет поскорее доехать до общаги и лечь спать. Антон изредка смотрит то на задумчивого Олежу, то на полулежащего Диму, который каждый раз, когда Звёздочкин смотрит на него, хмурится и отводит взгляд. Олежа обратил внимание на то, что на руках шатена красные пятна, словно он дрался. Так же возле глаза видно тусклое алое пятно от помады. Душнов вздохнул и кивнул Антону головой, словно молча спрашивая его об этом. Антон малость озадаченно посмотрел и качнул головой вбок, пожав плечами. Такой диалог длился минут пять, пока Диму это не выбесило.       Олежа и Дима вышли из машины, и только первый поблагодарил Антона, а второй молча стоял рядом и смотрел куда-то в сторону.       Парни наконец зашли в комнату и оба упали на свои кровати. — Ураааа, как я рад вернуться сюда!.. — радостно и уставше сказал шатен и лёг на спину. — Как же я устал! — И не говори.. — с маленькой улыбкой говорит Душнов. Вспомнив неожиданно о найденной шкатулке, Олежа встаёт с кровати и, усаживаясь за стол, достаёт её из рюкзака. Дима, заинтересовавшись тем, что делает приятель, неохотно слез с места и подошёл сзади. — О, а это откуда? — задаёт Дима вопрос, увидев шкатулку. — От верблюда. — ответил юноша. — Ладно, если серьёзно, то я в особняке нашёл.. — воспоминания о призраке и о старом доме заставляют парня вздрогнуть. — Но я не нашел ключа, чтобы её открыть..       Дима призадумался, и спустя несколько секунд, или даже минуту, вдруг говорит Олеже: — Я находил какой-то ключик, может подойдёт?       Шатен роется в карманах куртки и достаёт маленький ключик. Они переглянулись, и, кивнув друг другу, Дима вставил его и повернул в сторону. Что-то щёлкнуло, и крышка шкатулки немного преподнилась. Парни вновь посмотрели друг на друга. Олежа, решив не ждать, открывает крышку. Они вдвоем заглядывают внутрь шкатулки. На дне лежит кулон с каким-то камнем и записки, и ещё пару разноцветных камушков. — И это всё?! — с досадой говорит Дима, осматривая один камушек и кладя его на стол. Олежа в свою очередь вздохнул, выражая в этом тяжёлом и уставшем вздохе разочарование. С другой стороны а что там могло быть другого? Какие-то деньги? Ценные вещи из прошлого века? Украшения? Возможно, но здесь оказалось совершенно не то, о чём думалось. — Ну хоть кулончик красивый. — сказал брюнет, достав кулон и осматрев его. А ведь это правда: кулон и в самом деле красивый, да и синий камень в серебряной оправе выглядит волшебно. — Да, но чё нам с ним делать? Даже продать нельзя.. — грустно произнёс Дима, взяв у Олежи кулон. — Не обязательно его продавать. — выхватив находку, сказал брюнет. — Можно на память оставить. Тем более, этот кулон наверняка кому-то из того особняка принадлежал, раз в шкатулке лежал. — Спасибо, капитан очевидность. — с сарказмом хмыкнул Дима и зевнул. — Я лучше пойду умоюсь и спать лягу. — Давай только не долго, а то я тоже хочу помыться. — с улыбкой произнёс Олежа, глядя в спину Диме. — Окей, я и не собирался долго там торчать.       Дима, как и говорил, ушёл мыться, а Олежа всё продолжает рассматривать и читать записки из шкатулки. Записок оказалось четыре, и это даже не записки, а рисунки. Бумага старая, некоторые листочки уже полностью жёлтые, другие только по краям желтоватые. Сюжеты рисунков разные: на первом листе нарисовано яркими карандашами дом, семья из четырёх человек(мать, отец, две девочки, одна выше второй) с собакой и улыбающееся солнце в углу; на втором уже красками показано звёздное небо, и подчеркнул "художник" жёлтой линией и точкой падающую звезду; на третьем же листе нарисованы двое девочек, которые грустят, и странные резкие линии над ними, а на последнем, четвёртом листочке закрашено практически всё пространство и написано очень корявым почерком красным карандашом "Я осталась одна". От последних двух у Олежи осталось неприятное чувство. Связи между рисунками юноша не смог найти, но единственное, что их объединяет, это то, что сначало всё было хорошо, но потом что-то произошло в семье или со семьёй, и тот, кто написал на последнем листе, остался один. Олежа сложил аккуратно рисунки и положил обратно в шкатулку. Кулон одиноко лежит на столе. Юноша улыбнулся — ему украшение напомнило о его сестре. У Оли тоже есть похожий кулон, тоже с синим или голубым камнем. Появилась идея — подарить ей его, но зачем? У неё уже есть похожий на этот кулон. Пусть останется на память. А вот шкатулку можно и отдать: а что? Красивая, небольшая, но вместительная, вдобавок ремонтировать не надо — она в полном порядке и выглядит неплохо. Рисунки Олежа решил выкинуть, ни ему, ни тем более Диме они не нужны. Выбросив листы, на душе стало как-то легче. Рисунок, или просто запись на черном фоне, Олежа смял и порвал на кусочки, чтобы не видеть из ведра эти красные строки. Вместе с этим и тревога ушла окончательно. За окном горит фонарный столб своим оранжевым и немного жёлтым светом.       Осень — чудесная пора, но чудес в ней мало. Да и чудеса в жизни либо встречаются, но редко, либо не встречаются вовсе. А вот любовь штука странная — тоже либо встречается в жизни, либо разбивает душу в дребезги.       С Димой недавно случилось первое. Повстречалась ему одна девушка, которая покарила его сердце одним своим взглядом и улыбкой.       Дима вторую неделю после случая с домом в лесу ходит с вечной улыбкой на губах, не спорит, ни ругается, даже не разбрасывает вещи по комнате. Олежа сначала не понимал, что произошло вдруг с соседом, почему тот ведёт себя совершенно по-другому. — Дим, с тобой всё в порядке? Ты какой-то.. другой. Ты головой не ударялся нигде? — спрашивает брюнет, когда они сидят за столом, занимаясь учебой. Ну, как занимаясь, Олежа только занимается ею, а Дима наполовину лежит на столе, уткнувшись носом в руки. — Нет, всё хорошо. Я просто.. — шатен приподнял голову и подложил руку под щёку. — Да тут такое дело.. Девушка одна есть..       Олежа понял наконец в чём причина странного поведения друга— он влюбился. Это ни могло не заставить юношу улыбнуться. — Она такая.. Ой, ты не представляешь, какая она! — с радостью и воодушевлением говорит Дима и вновь ложится на стол. — Такая чудесная... — Понятно всё с тобой. — улыбаясь, спокойно произнёс Олежа и похлопал по спине парня. С одной стороны он искренне рад за друга, но с другой стороны.. Как он мог понравиться девушке? Нет, Дима хороший человек и парень, но характер.. Довольно сложный, если так можно выразиться. Олеже и то потребовалось подгода, чтобы получше узнать Диму и свыкнуться с его характером и личностью, и то даже спустя такое время бывает трудно найти общий язык и понимание. Хотя они смело друг друга называют друзьями, и так оно и есть. Дружба, конечно, не идеальная, да и началась относительно недавно, но какая никакая, а присутствует. Ладно он, но девушка? Как ей быть? Вопросы эти не покидают Олежу, но он старается не сильно думать об этом. Это не его проблемы, в конце концов. — И когда же вы начали общаться? — поинтересовался Олежа. — Да вот вторую неделю как общаемся. — отвечает сразу Дима и подпирает обе щеки кулаками. — Ходим гулять там, в кафе, или просто в парк, например.. Ах, она такая красивая и хорошая! — шатен прикрыл руками лицо. Олежа заметил, что друг покраснел, да и давно уже. — Хорошо, приятель, я уже понял, что она замечательная девушка, не стоит об этом так много говорить. — сказал брюнет, который уже устал слышать комплименты в сторону девушки, которой здесь нет. — Прости, просто она такая.. — Дима! — Молчу. — глупо улыбнувшись, произнёс Дима и замолчал.       Олежа от части понимает его. Ему тоже хотелось бы говорить о том, какая Аня потрясающая девушка, и вообще она ему дорога как никто другой, но он старается не говорить это вслух кому-либо. Парню легче об этом думать. Но порой сложно молчать и хочется об этом не то, чтобы рассказывать, а больше кричать, да так, чтобы весь мир услышал. Но Олежа держит себя в руках и молчит, скрывает это, но когда-нибудь.. Он скажет это самой Ане. А может... Она и сама знает об этом. Может она чувствует тоже самое. Тоже хочет говорить об Олеже, и только хорошее.       Он в этом сомневается, но ему хочется надеяться, что может на пару минут Аня его вспоминает, думает о нём, хотя бы на один миг. С нежной, искренней улыбкой думает и вздыхает, сидя дома на своей большой кровати. Совершенно одна. Только она, её кот и мысли о нём.       Олежа прикрывает руками лицо. О чём он таком думает?! Сдался он ей.. Но, если ей не всё равно на него(а ей не всё равно), то может и думает? Хотя бы немного?       Безусловно, она думает о нём.