Дебилы моей общаги

      За окном вновь льёт дождь. Только наступил конец сентября, а синоптики прогнозируют одни лишь ливни, грозы и, конечно же, дожди. А вот в квартире довольно уютно и тепло, в отличии от улицы. Аня вздыхает. Опять отсиживаться дома на выходных, ведь никто из её друзей не выйдет на улицу в такую погоду. А девушка между прочим любит дожди. С детства нравились сильные ливни, раскаты грома во время грозы, сверкающие в небе молнии. Лужи — вот, что Аня любила и любит до сих пор во время и после дождя. По ним она всегда обожала прыгать, бегать, специально наступать, расплёскивая грязные капли повсюду. Для Аня не существует плохой погоды. Она считает, что у людей разные вкусы, вот и говорят, что если дождь, то погода плохая. Погода хорошая, если это не смерчи, ураганы, землетрясение и другие погодные явления, которые приносят за собой только разрушения и смерти.       Аня готовит себе и своей сестре обед, иногда поглядывая в окно, а для удобства сделала себе пучок. Режет аккуратно, непривычно медленно для себя овощи. Столько мыслей в голове, и они совершенно не про готовку, не про блюдо, которое надо приготовить. Её беспокоит в последнее время одно: у Олежи слишком много дел. Очень много. Много настолько, что они стали реже видеться, и Олежа может отменить даже их назначенную уже встречу из-за них. Дела, дела, одни дела и только. А что за дела? Какие именно дела? Откуда они всегда и везде появляются? Аня не спрашивала, но очень сильно желает знать всю правду о них. Но она не задаёт другу вопросы. Не решается, не находит нужное время в переписке, чтобы спросить. В один момент она спросила, но Олежа не ответил ясно, а даже ушёл от вопроса. Так что Аня стала реже задавать ему вопросы насчёт этого. — Аня, я уже салат нарезала. Ты чего опять куда-то смотришь? Что-то случилось или что? — задаёт вопрос Надя, подходя к старшей сестре. Аня вздрогнула и со спокойным взглядом и нежной, доброй улыбкой ответила ей: — Да так, ничего такого. Просто беспокоюсь о друге, вот и всё.. — А с ним что-то случилось? — сразу же следущий вопрос, как конвейер с бесконечным количеством посылок, от тёмноволосой шатенки. — Нет, но.. Но боюсь, что может случиться. — Ну раз с ним ничего пока не стряслось, то и беспокоиться не стоит. — отвечает Надя и кладет на стол прозрачный салатник. — Не накручивай себя, Анечка моя! — заботливо произносит младшая сестра и обнимает старшую за талию сзади, утыкаясь лицом в спину. Аня смеётся и продолжает в своем темпе резать овощи, а следом приступает к мясу. — Хорошо-хорошо. — ответила блондинка, высыпая нарезанные овощи и кусочки мяса на сковородку. — Я не буду. — А спасибо за салат где? — наигранно недовольно спросила Надя, вставая на носочки, чтобы сказать это возле уха сестры. Аня повернулась к шатенке с каре стрижкой и поцеловала её в щёчку. — Спасибо, что сделала нам салат. Чтобы я без тебя делала. — говорит девушка спокойно и продолжает готовить. Младшая довольная отходит от старшой и садится вновь на стул. — Я пожалуй поищу что-нибудь по телеку, а то передача уже кончилась. — сказала Надя и начала щёлкать каналы, быстро просматривая, что за программа на них идёт. На одном из телеканалов, тот, что обычно показывает новости и события, слова телеведущего о Дипломаторе, а в следующие секунды показывают запись с недавнего митинга того самого героя. Девушка положила пульт и начала слушать речь Дипломатора. Аня же сначала не услышала из-за шипения масла на сковородке голос революционера, но когда услышала, то в груди появилось неприятное чувство и она обернулась к сестре и телевизору. — Хах, а чего его речь показывают только сейчас, если его выступление было неделю две назад? — задаётся вопросом Надя и посмотрела на блондинку. Аня слегка нахмурилась и, подойдя за два шага к столу, взяла пульт, и переключалась на другой канал. — Надя, ты же знаешь, что я- — Да, да, не любишь Дипломатора. Знаю-знаю. Уже новости нельзя посмотреть с ним что-ли? — сестра с досадой произнесла свои слова и глянула на старшую, которую перебила. — Во-первых, я не говорила, что не люблю его, я поддерживаю его позицию и все его слова, а во-вторых, у тебя есть замечательная вещь, как интернет, так что ты можешь в любое время посмотреть все новости и статьи о нём сама. Без меня. — Ой, началось. Анют, раз ты его поддерживаешь, чего не хочешь послушать?       Девушка села на свободный стул и опустила голову. Тяжко выдохнув, она заговорила: — Ты же знаешь, Надя, почему я не хочу слушать новости с.. с Дипломатором. — Эх, ну да.. Но вообще я уверена, что там всё хорошо и никто не пострадал. — Ты всегда так говоришь, а в итоге всё оказывается наоборот... — сказала с небольшой грустью и разочарованием Аня. — Ой, не всегда, не ври! — шатенка вздохнула, — Ладно, давай лучше не будем об этом, а поскорее поедим.       Добрякова улыбнулась и кивнула, согласившись тем самым с сестрой.       В глубине души Аня держит это странное отношение к деятельности народного «героя». И опасения насчёт других, а именно — Олежи. У девушки появились подозрения, что друг каким-то образом связан с революционером, но она не может понять как. Слишком подозрительно звучат фразы о делах Олежи, и в это же время проходят митинги у Дипломатора. Совпадение? Аня хочет думать, что да. Но мысли о том, что Душнов может как-то связан с опозиционером, её пугают. Девушка хочет надеяться, что она ошибается, что это просто такие странные совпадения, и Олежа никак не участвует в этом. Но тот факт, что сам парень поддерживает Дипломатора и его позицию, даёт жёсткий стимул на сомнения. А вдруг он всё-таки как-то в этом замешан? Что, если он... Помогает ему? Аня отмахивается от этой догадки. Только не это, всё что угодно, но не помощь Дипломатору. Это слишком опасно и рисковано для Олежи. Мало того, что, если просто прийти на митинг революционера, можно получить от милиционеров и других членов поддержки порядка в столице, так и угодить за решетку не трудно. Сколько уже показывали случаи, когда людей сажали в тюрьму, тем самым портя им жизни. Ане не очень хочется, чтобы с Олежей что-то стряслось подобное или того хуже. Жаль, что до правды ей, наверное, далеко.

Примерно в это же время в

одном продуктовом магазине…

— Дима, положи обратно! Мы не за этим пришли сюда. — прикрикнул малость сердито Олежа, увидев в руках шатена баночку энергетика. Парни пришли в магазин, чтобы купить нужные продукты, а то есть в общежитии им нечего, от слова совсем. — Ой, да ладно тебе! Всего один, пожалуйста. — просит с щенячьеми глазами Дима, подойдя к другу, который держит тележку с их продуктами. — Так, я не собираюсь спасать твою жизнь ещё раз. — Вообще-то ты меня даже не спас! Ты воткнул мне ручку в горло! — юноша указал на свой шрам на шее от ручки. — Сколько раз тебе напоминать: я думал, что ты подавился! Ой, короче.. Я сказал нет. — Ну, Олеж… — Нет. — Душнов смотрит даты и срок годности у молока, — у нас денег не хватит на твой энергетик. Можешь идти и ставить его обратно, на его законное место.       Побрацкий недовольно фыркнул и пошёл обратно к отделу соков, газировок и по совместительству энергетиков. — Доволен? — вернувшись к Олеже, спросил шатен злобно. — Очень. — с ухмылкой ответил брюнет и положил в тележку выбранное молоко, отправился с ею к следующему отделу. Дима идёт за Олежей хвостиком, сердито поглядывая на свои серые, но грязные кроссовки. — Иии тааак... Что у нас там ещё по списку? — задумчиво задаётся вопросом Душнов, останавливаясь, и достал бумажку с их списком продуктов. — А давай дошики купим? Они как раз по скидке, вот, смотри! — Дима дёргает за куртку друга и указывает на стеллаж с дошиками, роллтонами и другой лапшой быстрого приготовления. — Дима, я тебе уже говорил: я не хочу ни себе, ни тебе гастрита. Так что нет. И вообще, для кого мы составляли список? — Ой, опять ты начинаешь.. Список-пиписок! Да давай купим, всего две баночки и всё! От одной гастрита не будет. — Ага, а потом ещё одна и ещё. И таким образом гастрит сам появится в какой-то момент. Нет уж спасибо, я лучше продукты куплю и приготовлю нормальную еду нам. — говорит серьёзным тоном юноша, попутно вспоминая фрагменты из подросткового периода, когда он с отцом ели какие-то полуфабрикаты. — Олеж, знаешь, кто ты?       Олежа поднял одну бровь и бросил на шатена озадаченный взгляд. — Душ-ни-ла! — прямо по слогам, громко сказал Дима, будто хотел, чтобы все в магазине его услышали.       Душнов прикрыл рукой рот друга и замешкался, оглядываясь по сторонам и назад. Благо в отделе, в котором они находятся, людей нет. — Ты чего орёшь так?! — грозно спросил брюнет, убирая свою ладонь с рта приятеля. — А пусть все, хотя бы в этом магазине, знают какой ты душнила! — ответил с ядом в словах Побрацкий. — О, Господи. — Олежа трёт устало глаза. — Дима, я. Послушай. Мы составили список до прихода в магазин, мы с тобой обсудили, что собираемся покупать. Чего ты опять начинаешь это всё? Сначала энергетик, сейчас дошик, что дальше? Сигареты попросишь купить? — Ну, кстати насчёт сигарет ты угадал, в принципе… — шатен как-то стыдливо отвернулся и опустил голову. — Да ты издеваешься?! — злиться Олежа и прикрывает рукой глаза. — Ну я.. эээ... — Я же просил: говори, если тебе надо что-то купить! Я тебя по сто раз спрашивал: «Точно не надо?» Ты отвечал: «Нет!» А сейчас ты хочешь купить сигареты? Чувак, твои сигареты мне уже вот где! — брюнет ладошкой показывает на свою шею. — Если тебе так нужны сигареты, то покупай на свои деньги. Ах да, забыл: мы же скинулись на покупку продуктов, и ты дал свои последние деньги. Поэтому ты не сможешь позволить себе купить пачку сигарет. — со злостью в словах сказал Олежа и смотрит на опустившего глаза друга. Не стоило, наверное, так срываться, но в последнее время они часто ругаются либо по мелочам, либо просто из-за того, что оба раздражённые.       На удивление Душнова Дима ничего не сказал в ответ, а молча пошёл дальше, к кассам. Олежа почувствовал, что задел всё-таки друга и подумал извиниться, но не решился делать это сейчас.       Они расплатились за покупки, точнее, это сделал брюнет, ведь все деньги были у него. В любом случае парни уже выходили из магазина, как Диму заинтересовал игровой автомат с зловещей клешнёй. Олежа уже сложил все продукты в два пакета и посмотрел в сторону, и увидел друга, который начал пытаться достать игрушку. — Дима, ты серьёзно?.. — вздыхает Душнов, сложив руки на груди, — Эти автоматы — один сплошной лохотрон. Не стоит даже пытаться, ты игрушку с этой клешнёй не достанешь. — А я попробую!       Олежа прекрасно знает Димино: «Я попробую!» — оно прямо означает, что пока он не достанет желанную игрушку никуда не пойдет, или у него закончатся деньги, и ему придётся сдаться. Брюнет закатил глаза, даже не пытаясь отговорить друга. Он знает, что это бесполезно. Дима — азартный, зараза, человек. И упрямый до невозможности. Такие автоматы и требуют к себе таких людей. Либо дураков, которые потратят много времени и денег, чтобы достать одну маленькую игрушку, с размером с ключи.       Юноша наблюдает за шатеном, который отчаянно пытается достать маленького плюшевого тюленя. Олеже он приглянулся, милая мордашка у него. Брюнет представил, как эта очаровательная игрушка будет в руках радостной Ани, и, немного смутившись, дёрнул Диму за куртку. — А можно я попробую? — Олежа стал нащупывать в карманах мелочь. — А? Да пожалуйста! — Дима отошёл, уступив приятелю место.       Олежа достал двадцать рублей монетками и вставил в автомат. Таймер начал отчитывать время: на всё у него одна минута. Дёргая джойстик, клешня движется в нужном направлении. Брюнет смотрит со всех возможных сторон, чтобы понять, так ли стоит «железная рука» и, убедившись, нажал на кнопку. Клешня схватила тюленя и подняла вверх, и.. Донесла до дырки, куда он падает и оказывается снаружи автомата! Олежа приятно удивился, а Дима стоит в полном шоке, мягко говоря. Душнов взял игрушку и повернулся к другу. — Один только вопрос: КАК, БЛЯТЬ, ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?! — Побрацкий взял брюнета за плечи и малость тресёт. — Как?! — Дииима! Не треси меня! — со смехом просит Олежа, и шатен перестаёт. — Я просто вот так сделал и всё. — неловко улыбнулся он и посмотрел на плюшевого тюленя в своих руках. — Да я видел, как ты сделал, но как? — всё равно не понимая, как другу удалось с первого раза достать игрушку, задаёт тот же вопрос Дима. Брюнет смущён и отмахивается, говоря, что как-то вот так вышло и что это, скорее всего, просто удача.       Но друзьям пора выдвигаться обратно в старую, но уже такую родную общагу. Положив тюленя в пакет, Олежа с Димой идут по улице. Как им повезло: дождь успел закончиться за время, пока они были в магазине. — А чё с игрушкой делать будешь? — спрашивает шатен, глядя на друга. — Нууу.. Я думаю, что отдам её Ане. — спокойно ответил юноша и посмотрел на Диму. Тот ехидно улыбнулся и закатил глаза. — Поняяяятно. — растянул Дима, улыбаясь, словно он кот, который что-то специально сделал плохое, но довольный результатом. Олежа знает это взгляд и не удивлён ему, но он его заставил слегка покраснеть. — Ты можешь хотя бы один раз не смотреть на меня так, когда мы говорим о Ане? — спросил брюнет, сглаживая свои волосы назад, чтобы убрать выпавшие из причёски волосинки. — А смотреть так — это как? — продолжая нагло улыбаться, вопросом на вопрос спрашивает юноша. — Забудь. — Олежа не стал пытаться объяснить другу, ведь тот прекрасно понимает, о чём идёт речь. Дима тихо посмеялся и закатил глаза.       Как бы ребята не ругались, но успевают забыть обиды, грубые слова, которые сказали друг другу, да даже не то, чтобы забыть, а прощают это. Просто не всегда выходит попросить прощения у обоих, но они понимают, что один или второй, или оба хотят извиниться, но молчат. Но какая-то обычная вещь заставит их объединить усилия и помочь другу, не смотря ни на что.

Немного позже

      Солнце вышло сквозь серые тучи, заглядывая скромно своими лучами в окно. Аня вяжет крючком, сидя на диване в зале, включив до вязания телевизор чисто для фона. Процесс не самый быстрый, но девушка не спешит, ведь она хочет, чтобы вещь получилась хорошей, а не абы как, но и не самый разнообразный. Приятное в вязание то, что это не так уж и сложно, как может показаться, ещё и время может быстро пролететь. Правда, Аня уже почему-то устала и перестала вязать, уставившись не на программу по телевизору, а куда-то в окно, как будто она только сейчас заметила вышедшее солнце.       Вдруг раздался звонок в дверь. Девушка удивилась и, отложив работу, встала открывать неизвестному. Она понятия не имеет, кто к ней явился. Надя ушла гулять и, скорее всего, пойдёт после гулянки домой, к родителям. Не задавая вопрос «Кто там?», Аня, не посмотрев в глазок, открыла входную дверь. Перед ней стоит Олежа и приветливо мило улыбнулся ей. — Здравствуй, Аня. Я надеюсь, я не побеспокоил? — он ведёт себя немного нервно и прячет руки за спиной, будто что-то скрывая за нею. — Приветик! Да нет, не побеспокоил, я и ничего не делала такого сейчас. — она заметила его спрятанные руки, — А что ты прячешь? — с улыбкой спрашивает она. Олежа замешкался и неловко посмеялся. — Да я тут это.. Я с Димоном в магазине были, всё уже купили, а ему захотелось игрушку из автомата вытащить, ну ты знаешь эти автоматы. У него не получалось что-то, и я решил попробовать, ради интереса.. И в общем... — он ненадолго прикусил губу и достал из-за спины того самого плюшевого тюленя. Аня ахнула и прикрыла обеими руками рот. — Он мне кажется довольно милым, но он мне не так сильно нужен, и я подумал, что лучше отдам его тебе.. В-ведь ты говорила, что тебе нравятся плюшевые и милые игрушки, так что... — скромно произносит юноша, уже явно покраснев, и протягивает игрушку вперёд, к Ане. Девушка берёт тюленя в руки и смотрит в его вышитые чёрной ниткой глазки, и, умиляясь, улыбается неожиданному подарку. — Оууу, Олежа... — Аня тронута милым тюленем и тем фактом, что друг знает и, главное, помнит о её любви к таким игрушкам. Олежа трёт шею, расплывшись в улыбке, смотря в сторону. Блондинка резко обняла юношу за шею. Душнов покраснел больше, но попытался сохранить спокойствие хотя бы внутри, и ответил на объятия взаимно, сделав шажок в сторону девушки. — Спасибо большое, Олежа! Он такой.. Миленький и такой мягкий на ощупь. — Аня отпустила Олежу и рассматривает тюленя, всячески того трогая и щупая. — Я рад, что он тебе понравился. — искренне улыбаясь, более спокойно, но при этом радостно, сказал брюнет. Девушка улыбнулась в ответ. — Ну, ладно. Я пожалуй пойду- — Постой! Олеж, а ты не хочешь зайти ко мне, чай попить? — спрашивает Аня, приглашая жестом парня в гости. Олежа похлопал глазами. — Я бы с радостью, Ань, но мне надо за водой сходить и, наверное, мусор вынести, если Дима не вынес.. Так что, прости. В другой раз зайду. — Ах, вот как.. Ну хорошо, буду тогда ждать. — сказала Аня, обнимая тюленя. Олежа уже развернулся к лифту, но резко обернулся вновь к девушке. — Аня, погоди, я кое-что хотел спросить!.. — брюнет быстро подошёл и взялся за дверь. Добрякова подняла брови и немного наклонила в сторону голову. Юноша замялся и положил руку на шею. — Ты.. свободна завтра? — спрашивает с надеждой в глазах он, больше краснея. Аня малость покраснела и широко улыбнулась. — Олеж, ты меня прям обижаешь. Конечно, я завтра свободна! — радостно ответила девушка и убрала внезапно выпавшую прядь за ухо. Олежа хмыкнул с улыбкой, и ребята постояли пару секунд в неловкой тишине. — Хорошо, мы тогда спишемся, когда выйдем. — сказал Душнов и потёр шею. — Кстати, тебе очень идёт пучок.       Аня засмущалась и скромно улыбнулась. Ей самой так удобно ходит иногда и по дому, и на улице, но не всегда выходит по разным причинам. — Ой, спасибо большое. — довольно робко сказала девушка. Олежа шире улыбнулся и хотел было уже окончательно уходить, но Аня взяла его за руку и притянула к себе, и нежно, но быстро поцеловала в щёчку. В груди заколотилось сердце. Юноша глупо заулыбался и, чуть не упав на холодный бетонный пол подъезда, пошёл к лифту.       Проводив друга глазами, Аня закрыла дверь и вновь посмотрела на очаровательного плюшевого тюленя. Девушка не сдержала радостный и умилительный писк и чуть не завизжала, уткнувшись лицом в игрушку. Она довольная дошла до своей комнаты и упала на неё вместе с тюленем, и, не долго думая над кличкой или именем для него, решила: — Назову я тебя, очаровашка моя, в честь того, кто тебя подарил. — с улыбкой сказала вслух Аня и смущённо хихикнула себе под нос.       Олежа, когда взглядом попрощался с подругой и зашёл в вызванный им лифт, прикрыл лицо ладонями. Прислонившись к стене, он немного скатился вниз, но лишь самую малость. Убрав от лица руки, парень невольно улыбается. Через мгновение он это замечает в своём отражении в зеркальце в лифте. Смущённо юноша встаёт перед ним и смотрит на самого себя: лицо наполовину красное, на губах нелепая улыбка, а в глазах какая-то странная искра. Олежа дал себе по лбу и отвернулся от зеркала, вновь облокотившись спиной о стенку. Трепетное чувство в груди не даёт покоя, а все мысли только о ней. Он отвергает эти идеи и мысли, что мол, стоит немного попытаться и, может быть, всё получится. Нет, ничего не выйдет! Так он считает, но в глубине души, где-то в уголке и так разбитого сердца Олежа надеется, что она…       «— Нет! Она ни за что не будет со мной вместе! Я ведь такой. Зануда, душнила, задрот, неудачник… Этот список можно долго продолжать, но суть предельно ясна: я ей не пара…» Олежа тяжко вздыхает, смотря на свои руки. Сжимает их и опускает, закрывая веки. От этого чувства становится хуже, чем от сильного удара по́ носу. Да и с чего он вообще начал размышлять о том, будет ли он вместе с ней или нет? Парень же не влюблён даже! Ведь так? Олежа невольно краснеет. Он не уверен уже в своих чувствах к ней. Влюблённость ли, симпатия ли, любовь ли это? Что это, чёрт возьми? Хотелось бы ему самому знать.       Ехать осталось не так долго, и вот уже Олежа приехал на первый этаж и выскочил из лифта, направившись к выходу из подъезда как можно скорее.       Как назло начался дождь, благо не сильный, но всё равно какой-то неприятный. Накинув на себя капюшон толстовки, брюнет быстрым шагом направился обратно в общежитие. Самое обидное, что ему придётся идти за водой, а на дворе идёт дождь. Так ещё и почему-то стало холодать. В последние дни синоптики передают так же упадок температуры, что не очень приятно.       Дмитрий только что вынес благополучно мусор, как и обещал своему дорогому другу, и вернулся в комнату. Он хотел было уже снять с себя куртку, но вдруг зазвонил телефон. — Да? — спрашивает шатен, ответив на звонок от Олежи. — «Дима, слушай, можешь из моей чёрной куртки достать мелочь? Там должно хватить на воду, и сами канистры вынеси, пожалуйста, а то подниматься не охото.» — просит юноша друга.       Дима вздыхает и спокойно соглашается. — «Замечательно! Куртка в шкафу висит, и в правом, по-моему, кармане лежит вся мелочь..» — подсказывает Олежа, но в словах чувствуется маленькая неуверенность, но студенту как-то всё равно на это. Он привык, что его верный товарищ неуверенный в себе.       Парень открыл дверцу шкафа и свободной левой рукой шарит в чёрной куртке друга, ища там ладонью мелочь. Но ничего не находит. — «Нашёл?» — с надеждой интересуется притихший на пару секунд Олежа. — Неа, нету в правом кармане. Щас левый чекну. — сразу говорит Дима и тянется к левому карману. — «Если что есть ещё внутренние карманы, ты в них тоже загляни, вдруг там, не дай бог, мелочь лежит.» — Как скажешь. — говорит юноша и нащупывает наконец-то что-то похожее на монетки. Вытащил всё, что смог, и в ладошке оказалось пару пятоков. Не густо, но тоже неплохо. Осталось внутренние карманы проверить. Дима расстёгивает молнию на куртке и роется в правом кармане и нащупывает что-то для себя неожиданное. Он отказывается верит в это, но с опасением достаёт то, что случайно обнаружил. В руке Дима держит пачку сигарет. Он потерял дар речи, а до этого он жаловался на то, что ему попалась неприятная бабка по дороге к мусорке. — «Дим? Дима?» — доносится голос Олежи из трубки, но шатен в шоке, чтобы ответить что-либо. Он не думал, что его друг может курить. Да, сигареты, конечно, дешёвые, но всё же это сигареты! Дима старается переварить то, что увидел и узнал, и положил пачку обратно, и быстро порылся в левом кармане, но в нём оказался мусор в виде обёртки от конфеты. — Прости, я просто задумался что-то… Тут не очень много монет я нашёл, всего рублей получается.. Пятнадцать. А на воду надо где-то... — «Эх, где-то сорок пять, насколько я помню. Ладно, я нашёл пару десяток в кармане, пока ты искал. Надеюсь на одну хотя бы хватить, если что на крайний случай купим новую, а то боюсь у одной ручка отвалится.» — Дима по голосу понял, что Олежа усмехнулся и, наверняка, улыбается. Но, к сожалению, у шатена переменилось настроение в противоположную сторону. Не сказать, что он разочарован в друге или что-то в этом роде, но Побрацкий всегда считал, что его лучший друг очень прилежный и «правильный», потому что он ни ругается матом (почти не ругается), ни пьёт алкоголь, ни курит, ничего такого не делает, а тут он внезапно находит пачку сигарет. Дима всё ещё пытается это принять и осознать, что это не сон или какой-то глюк.       Шатен вышел из общаги и перед ним стоит слегка промокший Олежа, который сразу же обернулся к нему лицом. — Ты что-то долго. — сказал брюнет, беря из рук друга две канистры и мелочь. — Да, сорян.. — Дима старается не выдавать свой шок. — Что-то в последнее время то туплю, то будто засыпаю, ну ты, надеюсь, меня понимаешь? — Да, я знаю это чувство. Ложиться надо нормально, а не в телефоне или в ноуте до поздней ночи сидеть. — словно мать произнёс Олежа своё предложение с ухмылкой. — Ой, началось! Ты прям как мама говоришь. — отмахнулся шатен и улыбнулся на это. — Хах, ладно, я за водой и обратно.       Дима на это кивнул и пошёл обратно в общежитие. Зайдя вновь внутрь, он тяжело выдохнул, будто нагло соврал милиционеру о том, что он не причастен в краже, а сам на самом всё украл. Но благо, Олежа не мент, и практически никого не обманывал. Просто решил не говорить о том, что узнал. Дима подумал, что лучше потом об этом спросит.       Спустя 15-20 минут Олежа вернулся в комнату с двумя канистрами, правда вторая наполовину полная. Дима же сидит на кровати и смотрит куда-то в пол с момента, когда вернулся сюда. — Вух! — выдохнул облегчено брюнет, поставив под стол (который рядом с холодильником) канистры, — Еле дошёл до нашего этажа. Так ещё и устал ходит то к Ане, то за водой..       Душнов обратил внимание на то, что друг никак не реагирует и не отвечает. Его это насторожило. — Дим? Что с тобой? — прямо спрашивает Олежа, думая, что что-то случилось. — А? — откликнулся спустя пару секунд Дима, — А, ты уже вернулся? Сорян, я просто завтыкал в пол.       Эта была правда, но у этого есть причина — он всё думает, как бы начать про это говорить. Как бы спросить. С какой стороны подойти. — Хах, на тебя не очень похоже. — улыбнувшись и успокоившись, что всё хорошо, сказал Олежа и повесил куртку, оставшись в толстовке.       Дима наблюдает за приятелем и нервно перебирает руки, пытаясь мысленно продумать вопрос. Но как только он ловил на себе взгляд парня, отводит глаза, смотря себе под ноги. — ..Ты хочешь что-то сказать, Дим? — спрашивает спустя пять минут молчания Олежа, кладя в шкаф толстовку. — Эээ.. Ну, ваще… Это.. — Дима малость замялся. — А ты случаем не куришь?       Брюнет ответил не сразу. — А.. Да нет, а что такое? — спокойно говорит Олежа, поворачиваясь к парню. Шатен резко начинает сомневаться. А вдруг сигареты не его? А вдруг он, может быть, кому-то должен отдать их? Да нет, звучит как бред. Дима думает точно так же, и решает встать. — Да тут просто такое дело... — решив, что перейдёт сразу к доказательствам, Побрацкий подходит к открытому ещё шкафу и роется в той самой чёрной Олежиной куртке. — Э-эй! Что ты делаешь? — брюнет не ожидал такого действия от друга, поэтому удивился.       Дима показывает Олеже из кармана пачку сигарет марки «Парламент», которая, между прочим, уже открытая. — ...Что делают у тебя сигареты в куртке?       Олежа остолбенел, словно дикий заяц, увидевший вдалеке опасного хищника. Он потерял дар речи и не может что-то сказать. Хочется сквозь землю провалиться. Парень думал, что пачки там нет, но ошибался.       Дима, понимая друга, вздыхает и опускает руку с сигаретами. — Олеж, братан, я всё понимаю. Ты вот только объясни — как ты умудрился начать, а? Ты же у нас такой.. Ну бля, правильный? Хороший до невозможности? Да чёрт возьми, ты такой, что смотришь и думаешь: «Нет, он точно не курит и уж точно не пьёт алкоголь!» А тут вот как получается…       Олежа смотрит себе в ноги и мнет закатанные рукова своей рубашки. — Я.. Я, честно говоря, не хотел, просто.. Ах, я даже не знаю, с чего начать… — Да с чего угодно, Господи! Как ты ваще вот начал?       Дима видит по Олеже, что ему не хочется рассказывать, но он понимает, что надо. Но и давить юноша не хочет на друга, всё-таки уважает его чувства.       Брюнет тяжко вздохнул и направился к кровати соседа, в последствии сев на неё. — Я всегда предвзято относился к сигаретам, если быть честным.. Папа курил, сколько себя помню. Курил сигары, а не сигареты. Считал, что они для бедных, не для таких, как он. Считал, что они не дают такого эффекта, как его сигары. — голос Олежи звучал с нотками обидами и отвращением в глазах. — Ну и в общем, у меня как-то никогда и не было ни причин, ни желания даже пробовать… Но…       Парень остановился в своём рассказе. Видимо, появился комок в горле, не дающий говорить.       Побрацкий тем временем медленно подходил к своей кровати, продолжая смотреть и слушать своего приятеля. — Но вот где-то год назад я.. Я решил попробовать. Ну знаешь, большинство парней в нашей общаге и в универе курят, а я не очень-то общительный… Интроверт… А поболтать с кем-то хочется порой, не смотря на то, что мне и одному хорошо. — Олежа взглянул на подсевшого рядом Диму, — Н-нет, не подумай, Дим! Я рад, что я встретил тебя, и Аню! Без вас мне было бы очень тяжело, уж поверь… Я просто.. Дурак, подумал, что если начну курить, то может.. Может друзей заведу… Но, как оказалось, я нашёл их без сигарет.. — с улыбкой произнёс юноша, смотря на друга. Дима в ответ тоже улыбнулся. Но он его понимает прекрасно. Шатен сам начал курить, как только поступил в университет — чтобы влиться в компанию, да и в не самую хорошую, как позже оказалось. Конечно, сейчас Дима в ней не состоит, но курение не бросил. Стал зависим от них, тяжело бросить. — ..Я, когда впервые попробовал, долго кашлел, и мне так не понравилось, что подумал, что больше не буду ни за что эту гадость в рот брать… Хах, кто ж знал, что вот спустя время меня начнёт мучить стресс. И единственное средство от него — это проклятые сигареты. По крайней мере, оно для меня самое доступное. Мне дешёвых хватает, на дорогие жалко деньги тратить. Да и я думал, что не появится зависимости, но… Каким же я идиотом был! Мне хватало пачки на месяц, но стресса становилось всё больше, и пачки спустя время стало не хватать. Но я перед встречей с тобой я не курил наверное месяц или два, а после знакомства с Аней так вообще забыл про существование сигарет на 4 месяца… Но вот к сожалению вернулась дикая тяга к сигаретам, что аж выть хочется, если не покуришь. — То есть ты однажды попробовал, тебе не зашло, но из-за стресса ты всё-таки начал курить. Но ещё позже ты познакомился со мной, а также с Аней, из-за чего ты не курил довольно долго, а сейчас ты вновь хочешь курить и поэтому куришь? — Да, всё верно. — Олежа перебирает руки, иногда смотря на свои ладошки, рассматривая линии на них. — И ты скрывал это… Так долго. Ну ладно от меня, но Аня.. Она хоть знает? — с надеждой смотрит Дима на друга, что пусть он хотя бы ей сказал об этом. Брюнет стыдливо посмотрел на парня и отрицательно закивал. — Н-нет, я не рассказывал. И, знаешь, что самое ужасное? Я ей соврал. — Да ну нет!.. — Да, я ей сказал, что не курю и вообще не пробовал никогда. Я знаю, я полный идиот, но я знаю, что делать! — Олежа резко встал с кровати. — Я собираюсь бросать. Я брошу, и Аня никогда не узнает, что я курил.       Дима малость расстроенно смотрит на юношу и вздыхает. Душнов понимает, что друг ему не верит, по крайней мере, он понимает, что рано или поздно правда вскроется. — Олеж, ну ты лучше бы мне соврал, чем ей.. — Да знаю я.. Знаю. Это случайно как-то получилось. Она просто однажды так внезапно вопрос задала про курение, что я растерялся и соврал. Я хотел сразу же ей признаться в обратном, но момент был упущен, и я не мог всё сказать ей правду. А время идёт, и я думал, что я лучше брошу, и Аня ничего не узнает. — М-да… — спустя пару минут молчания произнёс Дима. — И что делать будешь, если она узнает? — Я понятия не имею… — Олежа пожал плечами. В молчании они провели пару минут. — Может, признаешься ей, пока не слишком поздно? — прервав тишину, предложил Дима другу. — Я.. не могу. — Олежа сложил руки сзади. — И почему же? — Я слишком.. слишком долго ей вру об этом. Если я признаюсь, она… Она меня точно осудит, если не хуже… Да и знаешь, Аня ненавидит, когда ей врут, ненавидит ложь. Я конечно не знаю, может она догадалась, но если и догадалась, то сказала бы хоть что-то, но она ничего не говорит. — Почему я чувствую, что это плохо кончится? — риторически спросил шатен и лёг спиной на кровать. — Не каркай, всё нормально будет. Я надеюсь. — неуверенно заявил юноша и подошёл к окну. — Надеется он.. Ты врёшь человеку, который ненавидит ложь. И ты знаешь, что с тобой может быть после того, как он, то есть она сделает! — Дима резко вскочил и подошёл к другу. — На твоём месте я бы вовсе не врал! — Я не хотел!.. — Но сделал! Эх, ладно, делай, как считаешь правильным, но знай: рано или поздно Анюта узнает. Я тебя уверяю. — Не смей ей говорить! — вскрикнул Олежа грозно и повернулся к студенту. Дима застыл от неожиданности. — Прошу.. — более спокойно произнёс брюнет, — не рассказывай об этом никому. Пожалуйста, Дим. Особенно Ане.       Душнов умоляюще смотрит на шатена. Дима вздохнул как-то уставше и похлопал приятеля по плечу, оставив там руку. — Ладно, я — могила. — шатен улыбается и подмигивает. — Я твой должник. — с благодарностью отвечает Олежа. — Ой, ладно тебе! Это меньшее, что я могу сделать. — пожав плечами, произнёс шатен и отошёл от друга. Олежа улыбнулся и немного успокоился.       Дима в глубине души понимает, что добром это не кончится, но ему хочется верить и надеяться, что всё будет хорошо. И он будет молчать об этом, ради Олежи, ради друга.

На следующее утро

      Душнов со вчерашнего вечера по переписке договорился о встрече с Аней, а договорились они на пять часов: встретиться, обсудить, что давно хотели, сходить в кино и в целом хорошо провести время вместе. Он так соскучился по этим встречам и прогулкам. Олежа словно на иголках ждёт этой прогулки, что аж переделал всё, что можно в общаге.       Парень взял себя в руки и сел на кровать. На дворе пошёл 4 час дня, а значит скоро придёт время собираться и идти к Ане на встречу. Олежа приятно взволнован, и уже не может сидеть на месте, и решает пойти искать одежду.       Дима в свою очередь спокойно смотрит что-то в ноутбуке, сидя за столом. — О! Олеж, посмотри сюда! — вдруг попросил шатен друга глянуть на экран. — Что такое? — спросил Олежа, роясь в шкафу. — Тут Дипломатора показывают!       Брюнета словно током ударило, и он резко обернулся, чтобы посмотреть. И вправду: на экране компьютера идёт прямая трансляция по генеральному каналу, в которой народный герой громко, на большую публику, говорит свои острые речи и слова. — Это.. Это же прямой эфир, да? — решает уточнить Олежа. — Ага. — Дима усмехнулся, — я думал, что его больше не будет по телевизору, а тут вон как.       Душнов молча кивнул, когда друг взглянул на него. Он не знал, что Антон устроит митинг, поэтому, услышав про Дипломатора, сильно удивился. Хотя обычно Звёздочкин предупреждает о митингах, но в этот раз почему-то не сделал это.       Но смотря на экран, Олежа чувствует, что всё идёт хорошо, и вот революционер покидает сцену, уходя прочь. — Эх, а я хотел узнать, что он всё-таки скажет!.. — с досадой сказал Дима, легонько стукнув кулаком о стол, из-за чего брюнет тихо посмеялся. — Будем надеяться, что он скажет на следующем митинге. — спокойно произнёс Олежа и похлопал по спине парня. Шатен кивнул и начал искать что-то другое, ведь смотреть новости, где осуждают и грозят тюрьмой его кумира, он не хочет.       Спустя время (а точнее минут 40) Дима замечает, что Олежа собирается и ходит по комнате, будто что-то ищет. — Куда-то собираешься? — задаёт вопрос шатен, подпирев щёку рукой. — Ну да, а что? — Да не, я просто спрашиваю. А то я заметил, ты то туда, то сюда ходишь по комнате. — произнёс парень, пожимая плечами, но продолжая улыбаться. Брюнет вздохнул и с улыбкой хотел что-то сказать, но не смог из-за внезапного звонка. Олежа вынул из кармана джинс смартфон и посмотрел на экран. Лицо из слегка удивлённого изменилось на шокированное в очень плохом смысле. — Ч-что-то случилось? — спросил насторожено Дима, видя испуганное лицо приятеля. Душнов же промолчал и быстро вышел из комнаты.       Шатен похлопал глазами ему в след. Из-за непривычного любопытства, он подошёл тихо в двери и прислонился ухом к ней, стараясь услышать хоть что-то. — Алло? — спрашивает беспокойно Олежа, зная, что ему звонит Антон. Студент боится узнать, почему он ему звонит. — Олегсей.. — хрипло произносит герой, тихо кашлея. — Мне.. Мне нужна помощь…       Юноша сжал кулак и смотрит вниз. Деваться некуда, нужно бежать к нему. — Куда мне идти? — прямо задаёт Олежа уже более решительно. — Я на улице Академика Курчатова.. В переулке рядом с небольшим продуктовым магазином… — Я понял. Скоро буду. — и брюнет сбросил трубку. Дело плохо. Нужно бежать к Антону как можно скорее.       Дима сразу отошёл от стены и быстро сел обратно. Как и ожидалось, Олежа резко вошёл обратно и начал собираться, но к тому же проверяет зелёный рюкзак.       Шатен хотел сказать что-то и спросить, но друг как вошёл, так и быстро ушёл (словно и не заходил). Да даже не ушёл, а убежал прочь, не закрыв за собой дверь. Дима понял только одно, что что-то не так, но надеется, что Олежа побежал к Ане.       Каплей дождя становится всё больше и больше. Задыхаясь, брюнет бежит, стараясь не останавливаться. Получается с трудом, но он мчится вперёд. А смартфон как назло трезвонит и не прекращает уведомлять о новых сообщениях. Олежа быстро смотрит на экран и видит, что абонент, который ему звонит и пишет, это Аня. Но он не отвечает, и убирает с тяжёлым вздохом обратно. Душнов сделал выбор с момента, как выбежал из общежития, но правильный ли? Он не знает, но знает одно: если не придёт на помощь Дипломатору, то всё будет очень плохо. А Аня в безопасности. Да, он, возможно, испортит и обидит её этим действием, но если бы она знала, почему он пришёл и не отвечал, то она поняла. Точно поняла бы его, и, может быть, поддержала.       Олежа останавливается лишь потому, что очень устал и сил бежать уже нет. На душе настолько тяжело, что появляется ощущение, что грудь вот-вот разовьёт от «боли». А она болит не только от его действия, но и от долгого бега. Но парень не даёт себе нормально передохнуть и бежит дальше. Ему нельзя терять время.       Внезапно Олежа слышит, что что-то упало. Он тут же смотрит назад и видит свой смартфон на мокром асфальте. Быстро схватив его обратно и оглядев экран на надежду, что с ним всё в порядке, положил Душнов телефон в куртку. Правда он почему-то не включился, но студент вспомнил, что заряда батареи было очень мало и он, видимо, разрядился. Его это сейчас, конечно, мало волнует, но и на этом спасибо, что не разбился, а отделался трещинками на стекле (и стекло то защитное).       Юноша забегает в переулок и ищет глазами народного героя. Он не решается выкрикивать его имя, поэтому молча и уже пешком шагает дальше, надеясь его вскоре найти. Запахло сыростью от дождя и мусором, причём настолько ужасным, что закладывает нос и начинает тошнит. Олежа прикрывает на миг рот, и, заходя за кирпичную стену, видит знакомый силуэт. Приглядевшись, он понимает, что это Дипломатор. — А-Антон! — обеспокоено вскрикивает юноша, садясь на колени на грязный асфальт от дождя и чужих ботинок. Шатен кашляет и полуприкрытыми глазами смотрит на пришедшего Олежу. Брюнет замечает окровавленную левую ногу, точнее тёмно-красное пятно под коленкой. Так же у героя на руках видны царапины, а на правой щеке виднеется небольшой синяк. И как он умудрился спустя час после выступления попасть в передрягу? Олежа не сильно удивлён. Ситуация могла быть и хуже. — Что.. произошло? — спрашивает брюнет, осторожно поднимая серые штаны снизу, дабы посмотреть на рану. — Долгая история.. Но, если спрашиваешь, то сейчас расскажу. — Антон ненадолго жмуриться, когда Олежа достигает рану. — Я после своего удачного однако выступления вспомнил про одного бизнесмена, который сотрудничал с одним чиновником. Я знал точно, кто чиновник, но кто именно этот бизнесмен — нет. Но благодаря этому чиновнику я узнал, кто он и где находится его дом и предприятие.       Олежа внимательно слушает на удивление спокойный голос Антона и отрабатывает рану, приготовив заранее бинт. Рана не страшная, есть очень маленькая будто дырка, не от пули, а чем-то ткнули, или герой чем-то напоролся ногой, а по краям маленькие царапины и ссадина. — Я знаю, что я не занимаюсь бизнесменами, но уж слишком подозрительно и много говорил чиновник про него, да и сам чиновник типичный взяточник. Мне это сразу не понравилось, и я решил наведаться к этому таинственному мужчине, но.. — шатен остановился на миг, когда брюнет начал забинтовать рану. — Но я и пришёл. Очень тепло меня встретили, пришлось бежать.       Душнов закончил перевязывать ногу, а Дипломатор свой рассказ. Олежу некоторые моменты оставили вопросы, но ему надо отвести Антона домой. — Давай я помогу тебе встать. — говорит юноша, аккуратно беря шатена за спину и руку. Звёздочкин никак не протестует и принимает помощь. Но в то же время не наваливается на Олежу и старается идти практически самостоятельно, не опираясь не в коем случае на больную ногу.       Путь будет относительно долгим, но по крайней мере Олежа не придётся тащить Антона на спине.

Немного ранее…

— Пожалуйста, ответь… — Аня вновь набирает номер Олежи, но без толку. Она слышит гудки и монотонное «Абонент не отвечает. Перезвоните позже». Страх охватывает всё тело и разум, и девушка тонет в нём, не находя себе места. Она оглядывается и смотрит в сторону общежития. Но его не видать. Аня от страха дошла до самого общежития, смотря в надежде на железную дверь, откуда должен выйти Олежа. Но он не выходит. «— Где же ты, Олежа?..» — Аня грустно глядит на окно комнаты друга. Постояв пару минут и написав ещё сообщений, блондинка с тяжелым вздохом и камнем на плечах села на скамейку. Она прикрывает лицо руками, оставляя телефон в стороне. Ужасные мысли захватывают её голову всё больше и больше. — Аня? — донёсся голос Димы слева неожиданно. Девушка, убрав руки, подняла голову и увидела удивлённого шатена. — Дима?.. — Аня не думала его встретить и она резко встала. — Ты случаем не знаешь где Олежа? — Я думал, ты с ним гуляешь… — Мы должны были пойти сегодня гулять, но.. — у девушки навернулись слёзы. — Но он не пришёл и не отвечает! — и она прикрыла ладонями лицо. Дима запаниковал и не знает, что делать. — Анюта! У-успокойся, пожалуйста! Я уверен, с ним всё хорошо. Просто он.. — шатен поджал губы. Он и сам понятия не имеет, где носит его друга сейчас. — Я-я попробую ему позвонить! Может он мне ответит. — Побрацкий быстро достал свой телефон и набрал Олеже. Аня с надеждой смотрит на Диму, а Дима надеется, что Олежа возьмёт трубку. Но к сожалению он слышит, что абонент не доступен. — Абонент не доступен. — расстроено сказал Дима, опустив смартфон, и посмотрел на Аню. По ней видно, что она очень переживает за Олежу. — Ну-ну, Анюта, не плачь, пожалуйста.. — Дима старается подбадривать её, ведь он сам волнуется за друга, ещё тогда, когда ему позвонил неизвестный. Шатен посадил девушку на скамейку, утешая её тем, что медленно гладит по плечу. — Почему… Почему Олежа не отвечает?.. — Аня говорит сквозь слёзы. Дима печально глядит на неё и отводит глаза. Хотелось бы ему знать. — По какой-либо причине он не отвечал, это.. это некрасиво. — решает хоть как-то ответить на вопрос девушки шатен. Блондинка смотрит на него, но ничего не говорит. — Прости за такой вопрос, но вы же с ним давно не виделись, да? — Да... Он приходил ко мне вчера где-то в три, подарил милого плюшевого тюленя и спросил: «свободна ли я завтра?», я ответила, что да, и мы вечером списались, во сколько. А нам всё не удавалось погулять, он говорил, что у него дела… — Он.. мне тоже самое говорил! — ошарашенно произнёс Дима. Аня малость удивлённо на него взглянула, но сразу же опустила голову. — Может.. Эти дела так важны для него?.. — расстроено сказала Аня. — Настолько важны, что.. важнее, чем встреча со мной?.. — Анюта, ну что ты! — Дима резко встал. — Ты не представляешь, как ты важна дня него! — он взял её за руку. — Ты.. ты правда так думаешь? — с надеждой спрашивает девушка. Шатен искренне улыбается. — Ну конечно! Господи, он о тебе столько говорил в последнее время! Он очень сильно хотел с тобой увидеться. Я по нему сам видел, как ему хреново.. без тебя. — парень говорит всё по правде. Так и есть: Олежа очень хотел встретиться с Аней, и иногда говорил об этом, но больше это выражалось в его действиях и в его самом.       Аню эти слова тронули, и она даже немного засмущалась. — Ты только это.. Ему не говори, что я тебе сказал. — произнёс чуть тише Дима, смотря по сторонам. — А то, ну мало ли, он потом на меня будет: «вот зачем ты ей это сказал!» — шатен попытался спародировать голос друга, из-за чего блондинка засмеялась. — Очень даже на него похоже было. — сказала Аня, вытерев остатки слёз. Дима хмыкнул и рад, что смог поднять немного настроение ей. — А, Дим.. Ты никуда не шёл? — А? Да нет, я думал сиги себе купить и обратно. Да уже не охото идти за ними. — сказал спокойно шатен, садясь обратно рядом. — Может завтра схожу. — Оу, понятно. Просто я думала, что ты куда-то шёл, но остался из-за меня...       Дима смотрит на Аню и в груди всё равно сжимается сердце. Олежа и вправду некрасиво поступил, конечно, никто не знает, куда и зачем он ушёл, но всё же! — Слушай, Анют.. А вы куда с Олежей собирались идти, если не секрет? — А.. Ну, мы хотели в кино и в парке погулять. Может в кафе, но это уже как получится. По крайней мере мы так договаривались.. — А может пойдем тогда и прогуляемся? — предлагает Дима, вставая со скамейки. Аня хлопает глазами, смотря на него. Шатен неловко мнёт руки. — Ну, просто раз такая ситуация, то чего ты будешь сидеть и грустить, а? Тем более, ты сегодня такая красивая, чего же твоей красоте пропадать? — с улыбкой произносит Побрацкий. Девушка тихо смеётся и приковывает щёки руками. — Ой, не смуйщася! Олежа для тебя постоянно прихорашивается. Вот даже сегодня тоже, оделся во всё чистое. И сам чистый. — Ахаха, правда? — А ты что сама не знаешь? — Я всегда считала, что он просто ухаживает за собой, а не ради меня делает. — Не, ну он это делает и для себя тоже, просто каждый раз, каждый, перед гулянкой с тобой, он моется и реально прихорашивается! Даже не смотря на то, что он там мысля вчера, он всё равно моется!       Аня вновь кротко смеётся, и Дима тоже решает посмеяться. — Ну, ладно, пойдём? — шатен протягивает руку. — Ну пошли.. — девушка с улыбкой берёт его руку и встаёт. Они вместе идут в сторону ближайшего парка.       На душе у Ани стало немного легче, но внутренние переживания никуда не делись.

18:33 этого же дня

      Олежа вместе с Антоном дошли до квартиры второго, и брюнет усадил Звёздочкина на диван. Молча принеся чистые вещи, парень положил их рядом с шатеном и снял рюкзак. — Антон, можешь подсказать, который час?       Антон поднял рукав свитера и посмотрел на свои часы. — Грубо говоря, без двадцати 7 вечера. — Твою мать!.. — Олежа прикрыл руками лицо. Он только сейчас осознал, что никак Аню не предупредил, не отвечал на звонки и сообщения, и вообще поступил ужасно по отношению к ней. Они (для друг друга) давно не виделись, а он не пришёл! — Что-то случилось? — шатен, сняв с себя свитер и надев футболку, озадаченно смотрит на напарника. — …Да. — юноша опускает руки и смотрит куда-то в пол. — Я должен был ещё в пять часов пойти с Аней гулять… Мы относительно давно не виделись и вот договорились. Но ты позвонил и попросил о помощи, так что. У меня не было выбора, и я…       Антон грустно смотрит на парня и отводит взгляд в сторону. — Но ты мог бы оставить меня и- — Н-нет, Антон! Я не мог! Ты взял и позвонил, я должен был прийти, и я пришёл. — Но при этом ты оставил Анну одну.       Олежу это предложение ударило очень сильно, и он опустил голову. Юноша и вправду оставил её одну, ничего не сказав и никак не предупредив, ни её, ни Диму. — Ты хотя бы предупредил её?.. — Звёздочкин продолжает смотреть на парня. Брюнет отрицательно качает головой. — Олежа… — с досадой произносит имя приятеля Антон и вздыхает. Он замечает свой телефон на журнальном столике и берёт в руки. — Если бы я мог позвонить ей, но.. но мой телефон разрядился. — с грустью сказал Олежа, украдкой посмотрев на шатена. — Ты можешь позвонить с моего. — говорит сразу Антон ему. — Что? — Что слышал. Позвони ей. — парень протягивает смартфон стоящему студенту. — Антон, я.. Я не.. — Олегсей! — вскрикнул внезапно Антон. — Прости, что закричал, но ты должен ей позвонить. Она наверняка переживает за тебя. — Но я даже не знаю, что ей говорить! Я не хочу ей врать, но, похоже, выбора у меня опять нет… — Хм... — шатен призадумался, смотря на свой телефон. — Я знаю, что делать.       Антон набрал номер Ани и прислонил смартфон к своему уху. Олежа смотрит на него, и в полной тишине в квартире, слышит гудки, из-за чего волнение становится ещё больше.       Аня и Дима примерно в это же время гуляют, и шатен рассказывает очередную историю с тусовок, на которых он когда-то был. — Ахах, ну и он короче потом. — юноша остановился, ведь у Ани неожиданно зазвонил телефон. — Ой, интересно кто это? — задалась вопросом девушка, доставая смартфон из сумки. — Может, Олежа?       Аня взглянула на экран и увидела, что это Антон, и немного удивилась и в то же время расстроилась, что это не Олежа. — Нет, это Антон. — Антон?! — Дима сразу изменился в тоне. — Который.. Звёздочкин этот?!       Блондинка кивнула и ответила на звонок, прислонив телефон к уху. — Алло? — Здравствуйте, Анна. Я надеюсь не помешал вам своим звонком? — «О нет, Антон! Всё хорошо, я просто гуляю с другом..» — Как мило. — Антон смотрит на Олежу. — Вы, наверное, думаете, почему я Вам звоню, и я с радостью скажу. Я знаю, что Вы должны были с Олегсеем пойти вместе на прогулку, но он не пришёл. — А-Антон! С Олежей всё хорошо? С ним что-то случилось? — вскрикнула со страхом Аня, боясь, что опасения были верны. Дима сам испугался такого, ведь слышит их разговор, стоя рядом с девушкой.       Звёздочкин малость растерялся. — Нет-нет! С ним всё в порядке, уверяю Вас. Он здесь, со мной, у меня дома. — он услышал облегченный вздох Ани и продолжает смотреть на Олежу, который в свою очередь перебирает руки. — Я хочу перед тем, как дать трубку Олегсею, вот что сказать: простите меня.       Все были в шоке, и Аня, и Дима, и Олежа. — Антон... — сказал в пол голоса, пристально смотря на героя. — Я прошу прощения за то, что из-за меня Олегсей не пришёл на назначенную встречу. Я прекрасно осведомлён тем, что эта встреча очень важна так и для него, так и для Вас, Анна. Вы давно не виделись… Мне очень жаль, что из-за меня вы не смогли встретиться. Мне нужна была помощь Олегсея, и я позвонил ему, попросив об этом. Если бы я заранее знал о встрече, то не стал бы беспокоить его, но.. Но я не знал. Простите, пожалуйста, и не вините Олегсея в этом. Он, как верный товарищ и замечательный друг пришёл ко мне на помощь.       Олежа тронут этими словами и невольно начал улыбаться. Он поражён тем, что Антон назвал его другом. Его слова прозвучали так искренне, что даже не верится. Звёздочкин сказал как есть, и никак не соврал. Да, умолчал о Дипломаторе, но это и не стоит говорить.       Аня стоит в шоке, смотря ошарашенно на Диму. Побрацкий сам в шоке и пожимает растерянно плечами. — Антон, я.. — девушка запинается и вздыхает. — Я не сержусь, конечно, но.. — «Я понимаю, мне следовало Вас предупредить, раз Олегсей этого не смог сделать. Мне жаль, правда. — Антон сделал маленькую паузу. — Прошу прощения, что перебил.» — О, всё хорошо! Я хотела сказать, что я просто очень переживала за Олежу, поэтому.. Я не находила себе места, звонила и писала…       Звёздочкин немного грустно посмотрел на Олежу, слыша этот грустный и более тихий голос Ани, но тут же расплывается в улыбке. — Я дам вам трубку Олегсею. — Антон встал и протянул Олеже свой телефон. Брюнет растерялся и взял его в руки. — А-алло? Аня? — заговорил с небольшим страхом парень, немного отходя от шатена. Антон в свою очередь сел обратно на диван, ибо долго стоять он, пока, не может. — Олежа! Я так рада тебя слышать! — закричала радостно Аня, услышав голос друга. — Я-я так переживала за тебя!.. — И не только она! — крикнул в трубку Дима (Аня поставила звонок на громкую связь).       Олежа неловко посмеялся. Как стало приятно от этих слов, но и одновременно очень стыдно, ведь его действия заставили волноваться чуть ли не самых родных (но не по крови) ему людей. — Простите меня, пожалуйста... — «Олежа, всё в порядке, правда! Главное, что с тобой всё хорошо.» — сказала явно с улыбкой Аня. — «Вообще-то ты, Анюта, очень боялась за него, что аж заплакала. Я бы на твоём месте требовал извинений в живую.» — произнёс каким-то серьёзным тоном Дима. Внутри что-то сжалось. Из-за него Аня плакала? Олежа почувствовал себя полнейшим мудаком. — А-Аня.. Ты?.. — «Да я просто запереживала, вот и пустила слезу! Я просто такой человек, что может накручивать себя на пустом месте. Можешь спросить хоть Вику: она это подтвердит.» — девушка будто старается этими словами как-то успокоить Олежу, но он чувствует себя ещё больше. — «Мне тут немного осталось. — спустя несколько секунд молчания сказал Олежа. — Я скоро вернусь обратно.» — Давно пора! — злобно сказал Дима. — Дима, перестань. — сказала блондинка парню, ткнув его рукой. — «Н-нет, Аня, всё нормально. Он имеет право на меня злиться, собственно как и ты должна.» — Я вовсе не злюсь и не злилась на тебя, Олеж.. — Но мы так давно не виделись, и ты так желала, чтобы сегодняшний день настал и мы наконец встретились!.. А я.. А я просто не пришёл, заставив тебя волноваться за себя. Ты не представляешь, как паршиво я себя чувствую. — Олежа тяжело выдохнул, смотря в окно. — На твоём месте я бы злился…       Аня не нашла слов, чтобы ответить, поэтому с досадой вздохнула и посмотрела на Диму. Дима же развёл руками. — Я скоро вернусь, ребята. Обещаю. — сказал немного радостнее брюнет и сбросил, не дождавшись от них ответа. Он глубоко выдохнул и повернулся к Антону, который всё время разговора молчал, не издав ни звука. — Антон, я- — Ты можешь идти. — перебил его Звёздочкин очень резко и неожиданно. — Ч-что?.. — Олежа удивлённо хлопает веками. — Антон! Я не могу оставить сейчас тебя одного. Тебе нужна моя помощь. — Я справлюсь, ты должен идти к ним. — уголки его рта приподнялись, показывая улыбку. — Тебе лучше поскорее возвращаться обратно, пока дождь не начался опять.       Олежа малость нахмурился, и внезапно прогремел снаружи гром. Он повернулся к окну, чтобы посмотреть, что происходит на улице. А там вновь начался дождь. — Олегсей.. — Антон, я.. — Олежа сложил руки, повернувшись обратно к товарищу. — Хорошо, я пойду. Только, пожалуйста, никаких митингов, чиновников и «геройства» в целом, пока нога не заживёт. — Клянусь. — Звёздочкин приложил руку к груди, а вторую поднял. Брюнет помотал головой, и пошёл к входной двери.       Антон решил проводить парня и встал, медленно шагая к нему. Он наблюдает за тем, как Олежа обувается. — Ты можешь взять зонт из второго ящика. Потом вернёшь, если что. — произнёс шатен с явным предложением взять зонт. — Да нет, я думаю, что так дойду. — сказал спокойно брюнет, завязав шнурки и встав в полный рост. — Ну, смотри. Я предлагал. — он ненадолго замолчал. — Слушай, Олегсей.. А ты не влюбился ли в Анну?       Олежа покраснел и развернулся к парню. Он явно не ожидал этого вопрос от слова совсем. — Я-я.. — парень замялся, перебирая пальцы между собой. — Н-нет, с чего ты так подумал? — Не знаю, просто твои слова, твоя речь, твой взгляд при разговоре с ней говорят мне об этом.       На лице Олежи румянец стал сильно заметен, и он прикрыл лицо рукой. — Я не понимаю, о чём ты говоришь. — говорит юноша, накидывая на плечи рюкзак и пытаясь звучат серьёзно, но из-за смущения не выходит. Антон хмыкает и продолжает улыбаться по-иному. — Не хочешь признавать это, не так ли? — задал конкретно вопрос шатен. Душнов, который взялся уже за ручку двери, остановился в своих действиях. Это вопрос поставил его в тупик очень сильно и неожиданно. — У-увидимся, Антон. — попрощался Олежа с полностью красным лицом и выбежал из квартиры мигом.       Антон покачал головой и закрыл дверь. — Какой же он безнадёжный. — вполголоса произнёс шатен и улыбнулся.       Биение сердца стучит в ушах настолько громко, словно это любимый трек на максимальной скорости. Настолько громко, что слышен чётко бит и ритм этой «музыки». Олежа бежит, почти не останавливаясь. Ему хочется поскорее добежать до дома Ани, до самой двери квартиры и на коленях просить прощения. Джинсы и так грязные, что уж там бетонный пол подъезда, правда?       Сложно уловить глоток воздуха, но у Олежи получается это делать время от времени, чтобы не останавливаться и отдыхать. Право останавливаться у него нет — он сам так решил. Бежать до конца, как бы не хотелось и как бы трудно это не было.       Капли дождя вновь намокают волосы, одежду, лицо, всё на нём. Лужи, что так и не высохли, а их стало ещё больше, оказываются под ногами везде, под каждым шагом в беге.       Ноги Олежи подвели и остановились сами по себе, говоря всеми силами, что остались, что они устали так долго бежать. Облокотившись о стену из кирпича какого-то дома, парень узнал двор, и понял, что он совсем рядом с домом Ани. Это осознание дало ещё сил и энергии, и Олежа рванул дальше. Бежать стало легче и быстрее.       Вдруг его взгляд привлёк цветочный магазин. Он остановился и прочёл ещё раз надпись красивыми розово-фиолетовыми буквами «Цветочный магазин для вас!». Олежа не замечал этого заведения раньше. Юноша не понял, как оказался внутри, но ноги сами вели к милой продавщице лет сорока. — А.. Здравствуйте. — Олежа обвёл быстро взглядом цветы за её спиной. — У вас не найдётся букет с оранжевыми тюльпанами?       Аня одиноко смотрит в окно, сидя на стуле в кухне, медленно попивая чай. Они с Димой разошлись после звонка Антона, потому что начался опять дождь. Девушка вновь переживает за Олежу. Уже думает, не попал ли он под такой сильный дождь.       Раздался звонок в дверь. Аня вздрогнула и пошла открывать незваному гостю. — О-Олежа?.. — девушка не ожидала его увидеть перед собой. Промок, всё-таки. Все волосы мокрые, одежда тоже. — Аня, я.. — Олежа решает пока не доставать подарочек и свободной рукой чешет стыдливо переносицу. — П-прости меня, пожалуйста...       Аня растерянно смотрит на него и хочет сказать, что всё хорошо, не стоит вновь извиняться или простить прощения, но ей не удаётся это сделать. — Я правда очень хотел встретиться с тобой, но я.. Но мне пришлось идти к Антону, и я... — Олеж, всё хорошо, правда. — Аня ласково взяла Олежу за руку. — Я простила тебя уже, не извиняйся больше, прошу.       Олежа покраснел и невольно улыбнулся. Сердце и так стучит чуть ли не во всём теле от столь долго бега, так ещё и от тёплого чувства в груди. Такими темпами и инсульт скоро словить можно. — И ещё кое-что… — брюнет скромно отводит взгляд и медленно достает правую руку, держащую букетик с жёлтыми тюльпанами. — Э-это тебе..       Девушка обомлела и прикрыла рот руками, увидя цветы. — Не подумай, что я решил вот загладить свою вину цветами, я просто.. Я просто подумал, что.. А почему нет? Ахахах, знаю, звучит тупо и я-       Олежу резко обняли, из-за чего он чуть не выронил букет и не упал назад. Аня крепко обвила его шею руками и прижалась к нему всей грудью, на носочках стоя ещё на границе квартиры. Олежа покраснел ещё больше и обнял её свободной рукой. За углом зала он заметил выглядывающего Семёна, который аж наклонил свою маленькую пушистую голову, наблюдая за ними. — Олежа.. — Да? — Ты дурак.       Олежа не удивился этой фразе. Он уже смирился с этим фактом и ничего поделать не может. Дурак он, ну и ладно. Дурак, но не мудак, верно?       Аня кротко смеётся, когда отстраняется от его плеча, и смотрит ему в глаза. Её тёплые, если не горячие, ладони всё так же обхватывают его холодную шею, из-за чего мурашки по его спине давно пробежались дружным строем пару раз. Она проводит без всякого стеснения по его щеке, а он расплывется в улыбке. — Может, посидишь у меня? А то там ливень.. — девушка малость трогает его волосы, убирая мокрые пряди с лба. Олежа берёт её за ладонь и нежно целует её. — Если ты настаиваешь..       Аня немного краснеет и тихо смеётся. Брюнет сам не понял, зачем поцеловал её руку, и тоже засмущался. Он неловко протянул ей букет, и Аня его взяла. — П-прости, оранжевых не было.. — Ах, ничего страшного! Я и жёлтые люблю. — блондинка аккуратно прикоснулась по одному цветку, трогая мокрые лепестки. Олежа шире улыбнулся, видя как она рассматривает букет.       Аня заходит обратно в свою квартиру. Оттуда идёт мягкий желтоватый свет. Олежа чувствует вновь этот приятный запах. Запах корицы и домашнего уюта, словно он вернулся в прошлое и пришёл к себе домой, где мама готовит пирог с корицей и яблоками, Оля играет в зале с куклами, а отец уставше читает новую газету, выкуривая сигару и сидя на балконе. Только запаха дыма нет, но это мелочь. Так даже и лучше. — Ты идёшь? — звонко звучит голос Ани, вырывая Олежу их воспоминаний. — Д-да!.. — ему становится неловко, и он наконец перешагивает порог. Начав разуваться, Олежа увидел, насколько грязные у него кеды, и ему стало совестно. Он, конечно, не виноват, что начался ливень, но всё же. Брюнет тяжко выдохнул и аккуратно поставил обувь и снял куртку. — Хочешь чаю? Ты, наверное, замёрз. — Аня встаёт с дивана и вновь подходит к юноше и трогает его руки. — У тебя руки просто ледяные, Олеж!       Олежа тихо смеётся. Уж слишком она добра к нему. И заботлива. И мила. И честна. — Я от чая, пожалуй, не откажусь.       Аня отпустила его руки и с яркой улыбкой на своём личике пошла на кухню. Олежа смотрит на свои ладони и замечает для себя жёлтый букетик в прозрачной вазе на столике. Он улыбается и идёт на кухню к Ане. Парень садится на стул, наблюдая за девушкой, как она достаёт чашки и ложки и смотрит на чай. — Тебе какой чай? — Можно какой-нибудь зелёный?.. Или просто ромашковый. — говорит юноша с лёгкой усталостью. Он почувствовал резко себя сонно, видимо бег дал о себе знать.       Аня это заметила и подошла к нему. — Всё хорошо? — она наклонилась к нему, щупая ладонью его лоб. — Д-да, всё в порядке! Я просто. видимо устал и всё. — Олежа раскраснелся и отвёл взгляд, дабы не посмотреть ниже её лица ((⁠ ͡⁠°⁠ ͜⁠ʖ⁠ ͡⁠°⁠)), ведь случайно взглянул, но всего на миг! — Ох, извини, я просто что-то через чур переживаю сегодня. — Аня отошла и сложила руки на груди. Юноша почувствовал этот слегка грустный тон в её голосе и встал с места, и взял её за руку. — Прости, в этом я виноват… — Н-нет! Это я не должна была себя накручивать. Я просто.. Я не могу поделать с собой, когда мои родные и близкие люди не отвечают. Я всегда переживаю и волнуюсь, словно маленький ребенок... — Но если бы я ответил, ты не переживала бы за меня.       Девушка взглянула на него и малость загрустила, отводя глаза в сторону. Он прав. Определённо прав. — Но я здесь, с тобой. — продолжил Олежа, кротко улыбаясь и сжимая чуть сильнее её тёплую ладонь. Аня тоже начинает улыбаться и сжимает в ответ его холодную руку. — Да . И я очень этому рада. — девушка шире улыбнулась, из-за чего сердце юноши подскочило внутри, будто на батуте. — Олеж, я всё хочу спросить. Нет, узнать: ты можешь рассказать про свои дела? — слова Ани прозвучали более серьёзным тоном, что немного напугало парня. — Я знаю, что я не должна лезть в твою личную жизнь, но я являюсь твоей подругой и я хочу знать!       Олежа чувствует, что ему придётся врать. Врать человеку, который ему верит, который ему доверяет, который волнуется, чёрт возьми, за него каждый раз, когда он не отвечает вовремя. Ему так не хочется этого делать, не хочется ей врать, лгать. Но выбора у него просто нет. Он не может рассказать, что эти дела связаны прямо с Дипломатором. Просто не может. Об этом нельзя знать никому, ни ей, ни Диме, ни даже Оле. Он держит их тайну в большом секрете, которую уже трудно скрывать. Раньше всё было проще. Раньше не было их — Ани и Димы. Но сейчас всё иначе, и без них он сейчас не может. — Аня, я.. — Олежа не знает, что говорить. Лгать человеку, который относится к нему с такой любовью и искренностью, в то время как другие относятся к нему, словно не мусор и просто ходячая ошибка. Лгать человеку, который заботится о нём и хочет, честно желает, чтобы у него всё было хорошо. — Я не могу сказать... — Олежа старается смотреть ей в глаза. — Я, правда, не могу, прости меня, прошу. — он говорит это по самой настоящей правде, положив вторую руку на её. По крайней мере, он не будет чувствовать угрызения совести по ночам, но желание всё рассказать будет терзать до самой смерти, если не дольше.       Аня расстроено вздыхает. Не то, что она ожидала услышать, но другого, видимо, и не стоило ждать. — Аня, я правда хотел бы рассказать, но.. Я просто не могу! — Олежа резко отпускает её ладонь и всплёскивает руками. Его и правда злит тот факт, что из-за одного обещания он не может рассказать самому близкому человеку.       Девушка малость этого действия пугается и ошарашенно смотрит на друга. Юноша, более успокоившись, неловко кладёт руку на шею и кашляет. — Прости, я не хотел пугать тебя.. Просто, мне самому тяжело. Я тебе доверяю, но я просто не могу...       Он опускает голову. Ему всё ещё совестно, что не может сказать как есть, но ничего поделать с этим не может.       Аня ласково берёт его за щёку. — Я понимаю тебя.. Только ответь мне: это не что-то.. это не что-то опасное или.. противозаконное? — Н-нет, Аня, что ты!       Если вспомнить, что присутствовать на митингах Дипломатора и расклеивать с ним плакаты где-либо карается тюрьмой, или штрафом, в лучшем случае. А Олежа является его союзником и товарищем, который мало того всячески помогает со стороны обычного человека, так и ищет информацию в интернете, то это более, чем незаконно.       Аня облегчено вздыхает и мило улыбается, продолжая держать парня за щёку. — Ну хоть и на этом спасибо.       Олежа понимает, что лучше и не говорить правду. Так будет лучше для всех.       Ребята мило и спокойно провели небольшую часть вечера вместе и вновь договорились встретиться. Олежа честно обещает прийти, и ему ничто не помешает это сделать.       А дождь успел за это время пройти, только с крыш капли падают с необычным ритмом. — Может зонтик возьмёшь? А то вдруг он вновь начнётся? — предлагает заботливо, подавая Олеже куртку, Аня и наблюдает за ним. Юноша хмыкает с улыбкой, услышав опять эту фразу. — Да мне тут идти минут 5, Ань.. Я, если что, добегу спокойно. Не волнуйся ты так, я не заболею. — Олежа малость смеётся. Уж слишком приятно видеть такую заботу в его сторону.       Аня вздыхает и поправляет слегка капюшон парню. — А вдруг простынешь? Кто лечит будет? Дима? — Ахаха, я и сам справлюсь, если вдруг заболею. — он ненадолго замолчал. — А Дима скорее меня в могилу сведёт, чем помогать будет во время болезни. — Так! Что я тебе говорила про шутки про смерть? — злобно и сердито спрашивает Аня. — Больше так не шутить, по крайней мере при тебе.. Н-но я даже не шутил сейчас! Он и вправду меня в могилу сведёт, рано или поздно.       Олежа видит очень злой взгляд Ани и понимает, что лучше ему замолчать, что он и делает. — Ох, ладно.. Просто, будь аккуратнее, хорошо? — блондинка заботливо проводит по его щеке. — Даю слово! — с улыбкой отвечает юноша и невольно краснеет от её действия.       Её лицо стало добрее, и Аня опускает свою руку, провожая гостя ласковым взглядом. — Завтра увидимся, обещаю. — говорит Олежа на прощание, улыбаясь. — Хорошо, буду с нетерпением ждать. — спокойно отвечает Аня и самую малость кивает. Юноша махнул рукой и вышел из квартиры, схватив перед уходом свой рюкзак.       Она закрыла за ним дверь, и улыбка сошла с губ сразу же. Ей должно стать лучше, и это правда, но в глубине души Аня чувствует маленькую тревогу. Но зайдя в зал, на глаза попадается яркий жёлтый букет, и внутри все страшные мысли уходят.       Дима одиноко глядит в окно, наблюдая за тем, как капли стекают по ту сторону стекла вниз. Уже стемнело настолько, что видно лишь еле заметные светящиеся окошки вдали, и то чем дальше, тем сложнее разглядеть.       Вдруг парень замечает в отражении стекла Олежу в проходе. Дима оборачивается и правда видит его там, в дверном проёме. Сзади него горит мягкий жёлтый свет лампочки с коридора.       Шатен начал к нему идти. Он смотрит на него, не злым, ни добрым, никаким взглядом. — Дим, прост-       Олежа не договаривает, потому что оказывается в объятиях друга. Брюнет не ожидал такого и сначала растерялся, но после осторожно, боясь притрагиваться к спине приятеля, обнимает его в ответ. — Не извиняйся. Окей? — Окей..       Они продолжают так стоять. Они не чувствуют никакого смущения или стеснения. Они и не обнимались никогда до этого момента. Только если на половину, но не так, как сейчас. Сейчас это прямо таки самое настоящее объятие. Олежа не думал, что ему нужно объятие. От него. От Димы. — Не говори об этом никому, ладно? Не хочу, чтобы какие-либо слухи пошли и так далее.. — Дима отпустил его и сделал шаг назад, неловко положив руку на шею. Олежа улыбается и тихо смеётся. — Я — могила. — произносит брюнет, продолжая улыбаться, и подмигивает. Дима улыбается в ответ. На душе становится куда лучше. — Ну что? К Анюте ходил, ааа? — шатен самодовольно протягивает букву «а». Олежа, переодеваясь и складывая свои уличные вещи в шкаф, оборачивается к нему. — Ну, кхм.. Да. Это по-моему очевидно? — на его лице краснеют щёки, и он делает свой «милый» жест, который с самого детства стал вредной привычкой. — Ну да, просто.. Считая с момента звонка, то ты был у неё долго. — Дима подозрительно смотрит на друга, нахально улыбаясь. — Щас уже стукнул девятый час, если не больше. — Д-Дима!! — вскрикнул юноша, раскрасневшись ещё больше. — Мы ничем таким не занимались! — Оу, правда? — продолжая улыбаться, спрашивает шатен, наклонив голову в сторону. — Да! — малость сердито сказал Олежа.       Дима хотел было сказать матное слово, которое идеально сочетается с «да», но не стал. — Ладно, если серьёзно, то ты извинился? — Разумеется! И более того, завтра я точно пойду с ней гулять. Никакие дела завтра не помешают мне встретиться с ней! — с полным энтузиазмом произнёс Олежа. — Лучше бы сегодня с таким настроением пошёл с ней, а не к этому Звёздочкину..       Душнов посмотрел на немного сердитого Диму и вздохнул. Дима прав, но он был нужен Антону, поэтому пришлось идти к нему. Ему всё ещё совестно, но завтра он искупит свою вину перед Аней. — Я пойду спать.. — заявил неожиданно брюнет, убирая со своей кровати покрывало. — Девять часов, чувак! Ты серьёзно?! — Я устал за это день, а завтра мало того, что гулять идти, так ещё и на учёбу. — Олежа протяжно зевнул. — Мне силы нужны на весь завтрашний день. Может посплю нормально этой ночью.       Юноша удобно лёг под одеяло, поставив перед этим телефон на зарядку. — Спокойной ночи.. — сказал сонно Олежа и закрыл глаза, повернувшись лицом к стене. Дима почесал затылок, смотря на друга. — Доброй ночи. — пожелал шатен в ответ, услышав в ответ «угу». Он невольно улыбнулся и, быстро переодевшись ко сну, выключил свет на столе. В комнате стали темно, но благо фонарь с улицы хоть как-то, но освещает Диме дорогу до кровати, и он ложится под одеяло, взяв телефон в руки. Спать всё не хочется, а чем-то заняться надо. — Дим? — Да, братан, что такое? — А ты сходил в магазин, как я тебя сегодня утром просил?       Дима осознал, что он не ходил в магазин, потому что забыл от слова совсем. Он держал эту мысль в голове, но вся эта ситуация с Олежей и Аней выбила её напрочь. — Ээээ.. Нет. Сорян. — Дима, блин.. Ладно, сам завтра схожу. — Олежа более накрылся одеялом.       Шатен смотрит краем глаза на него вздыхает. Не смотря на духоту и строгость, Олежа остаётся очень добрым и верным другом. Даже когда уставший или сонный, он находит решение любой проблемы. Дима считает, просто осознаёт, что ему очень повезло с ним.