Знаешь, пошёл я к чёрту, если чёрт этот — ты

Сэм совершенно наглейшим образом кладёт свои ноги к Дину на колени и продолжает с непричастным видом есть дальше. Дин ловит его взгляд на долю секунды — Сэм тут же отворачивается — и шепчет сквозь зубы: — Сучка такая, — щипает за щиколотку. Сэм вздрагивает, а потом ухмыляется и с милейшим из своих лиц хлопает ресницами: — Но твоя же. Ног он так и не убирает. Дин усмехается: — Но твоя же, а теперь здрысни отсюда. Тот делает вид, что не услышал последнего, наклоняется и шепчет: — Под которой ты стонал совсем недавно так крышесносно, что у меня даже кружилась голова. Дин вскидывает брови: — У тебя фетиш новый появился, чувак? — Как самый послушный мальчик в мире, а помнишь, что ты стонал? — Ой, заткнись. — «Сэмми, пожалуйста, дай мне кончить, я умоляю, Сэ-эм.» — младший старательно кривляется. Дин сверлит его взглядом и молча показывет средний палец. Мелкий ублюдок задушенно ржёт и потягивается, будто нечаянно толкая Диновы ноги и вынуждая их чуть разьехаться в стороны. Дин позволяет ему и это, хоть и взглядом метает молнии а кончики ушей жжёт. Сэм подмигивает. Дину сносит крышу. Кусок в горло больше не лезет и он тянется за водой. Сэм понимающе и будто сочувствующе кивает, а потом учтиво хлопает Дина по спине, потому что тот давится: — Было бы здесь меньше людей, я бы стал на колени и отсосал тебе. Лицо Дина вмиг красное, и выходит не голос — жалкие попытки заговорить нормально: — Ты — что? — Отсосал бы тебе, прямо здесь. Хотя я могу это сделать и сейчас, а потом ты сотрёшь записи с камер видеонаблюдения, как думаешь? Фрэнк Деверо в гробу бы перевернулся увидев, как ты пользуешься полученными знаниями. — Не смей, чёрт тебя подери! Сэм картинно вздыхает и цитирует: — Знаешь, пошёл я к чёрту, если чёрт этот — ты. Дин обречённо стонет и прикрывает рукой лицо: — Господи, я ненавижу тебя. Младший смеётся и пересаживается к Дину на диванчик, не обращая внимание на Диново ворчание, он пихает его к стене. Кладёт руку на загривок — глаза у Дина тёмные-тёмные — шепчет: — Я сейчас собираю тебе отдрочить, а ты будешь моим послушным мальчиком и не привлечёшь ничьё внимание, понял? Дин открывает рот, хмурясь и готовый его обматерить, но тут Сэм его целует — кусает губу, касается языка — и тянется к джинсам. Дину воздуха не хватает, он закидывает голову назад и шумно дышит. За что тут же получает щипок за задницу и почти-приказ, от которого член дёргается: — Детка, я сказал не привлекать внимания, помнишь? Он торопливо кивает и пытается сесть нормально. Сэм закрывает его от прохода — но никак не от зрелища, как расстёгивается ширинка и приспускаются штаны вместе с бельём. Дин прикусывает губу и отворачивается в сторону. Глазами впивается в деревянный стол, а руками — хватается за край. С губ рвётся немой стон когда почтивставший член накрывает ладонь, Дин с силой сдавливает переносицу и сипит задушенно «Господи-господи-господи» Сэм двигает ладонью пыточно-медленно. Дин сам не замечает как начинает дрожать и жалобно изламывать брови, прокусывая до крови губу. Он почти начинает умолять, как подошедшая официантка — девушка лет восемнадцати — охает, закрывает ладонью рот и начинает извиняться. На них начинают оглядываться. Сэм чарующе улыбается и вытаскивает — к счастью, не той ладонью, которая была у Дина в штанах — купюру, вдвое больше суммы за весь заказ: — Сдачи не надо. Та молча и всё ещё ошарашенно кивает, неуверенно берёт деньги из Сэмовых пальцев, оглядывается на Дина и торопливо сбегает подальше. Сэм только безбашенно усмехается, хватает Дина за запястье и тащит к выходу. Дин послушно идёт за ним на подгибающихся ногах, чтобы потом лежать на заднем сиденье Импалы, самозабвенно трахать Сэмов кулак, жмуриться до выступивших слёз и хныкать, прося больше.