Кукловод для леди Морганы

Надо ли упоминать, что этим же вечером Моргана испытала непреодолимое желание прогуляться по парку, тянущемуся вдоль студенческого корпуса, одна и в темноте? Причём путь её проходил не по освещенным дорожкам, а вдоль придорожных кустов и деревьев. Чёрное платье тут было как нельзя кстати, а двигаться бесшумно Моргана умела. Парк производил впечатление мирное и безопасное, адепты кутили в городе или на свежем воздухе, но как можно дальше от бдительного ока руководства. Вот будет конфуз, если на подвыпившего Кристиана из-за цветущих весенних деревьев вдоль дороги выскочит не Мальва, а Моргана! Как бы бедный парень не заболел от такого нервного потрясения. Если повезёт, она увидит всё лично. Главное не показываться на глаза и сохранить собственные реакции. С другой стороны, она так хотела докопаться до истины, что была готова превратиться в грымзу. Ей не привыкать. Ближе к полуночи, когда Моргана, почти не спавшая предыдущую ночь, начала понемногу терять былую сосредоточенность, послышались весёлые голоса. Кристиан возвращался с друзьями в своё крыло. Сколько же энергии в этой шальной юности, подумала Моргана, сколько безрассудства! Наверняка прошлая ночь у ребят была куда оживленнее, чем выдалась у неё, а поди ж ты — свежи, как утренний ветерок. Впрочем, она тоже подозрительно бодра. Что может быть более оживляющим, чем глава Тайной канцелярии, захвативший твои покои утром выходного дня. Она незаметно следовала за ними, стараясь ступать как можно тише и не быть увиденной с дорожки, вынужденная слушать их болтовню. О чём ещё могут разговаривать адепты?.. Перекидывались дурацкими шуточками, хохмили, обсуждали девчонок. Восхищались, как умели, Азалией и её приданым. Представляли, на что могли бы потратить этакие деньжищи. Обсуждали однокурсниц. Типичный разговор юнцов, которые слишком богаты, чтобы думать о чём-то жизненно необходимом, но слишком глупы, чтобы разговор их представлял хоть какой-нибудь интерес. Толкались плечами, хвастались подружками, обсуждали новые приёмы боя на мечах. И ни слова о магии, как будто их жизнь никогда не будет связана с тем, на что они потратили пять лет обучения! Тоска зелёная. И как она сама в прошлом могла довольствоваться этими примитивными радостями? А какие же радости у неё сейчас, внезапно оборвала себя Моргана. Аркканцлер в шкафу? Влепить двойку кому-нибудь типа Кристиана, которому на это глубоко наплевать, потому что родители платят, а вечером его ждут весёлые друзья и подружки? — А Трость вчера опять к Мальве цеплялась, — внезапно сказал один из юношей, Дэйн, одногруппник ненавистной адептки. — Подсадила к Азалии, демона забрала, не дав рассмотреть! Так-так. Трость, говорите. Что-то неприятно кольнуло внутри. Нелепо ожидать, чтобы парни такого сорта почтительно отзывались о строгом требовательном педагоге, болтая между собой, но прозвище показалось довольно гадким. Как, впрочем, и её поведение с Мальвой. Моргана попыталась убедить себя, что ей наплевать. Совершенно всё равно, как её называют двоечники! А юнцу будет трудно сдать экзамен. О нет, Моргана не будет несправедливой. Она останется окончательно, беспросветно, абсолютно беспристрастна к его знаниям по всей программе семестра. Моргана поборола в себе желание выйти к ним и посмотреть на выражение их лиц. — Видно же, Трость ей завидует, — предположил второй юнец. — Ревнует к ректору! — подал голос третий. — Наши бабы все друг друга к нему ревнуют! Глаза повыцарапают, если бы это могло помочь! — С ума сошёл, — хмыкнул Дэйн. — Трость к кому-то ревнует! Она сама как демон, без души! Высохла на этих своих книжонках, оторванных от жизни! Курса. Он расскажет мне всю программу курса в конце года. И никаких поблажек и автоматов за стопроцентную посещаемость. А Дэйн никогда не прогуливал занятия, пусть и учился очень средне. Сидел, тихонько скрипел пером на задней парте, рвения не проявлял, отторжения тоже. Его тетради были аккуратными, действия старательными, но не более. Так любой исполнительный человек ведёт себя со скучным и неинтересным заданием, которое просто необходимо выполнить, чтобы двигаться дальше. — Говорят, она вчера убила семь демонов одновременно, — сказал юноша номер два. Старшекурсник, его имя Моргане было неизвестно. — Враньё, — отозвался третий, тоже из старших. — Десять демонов! Пятеро из них умерли от разрыва сердца, когда она объявила, что они бездари и им необходимо явиться к ней на дополнительные занятия! Прямо в опочивальню! Парни с готовностью заржали. "И тебя я запомню, шутник, — решила Моргана. — Никто не отменял выпускные экзамены, на которых я тоже присутствую." — Вот и пришлось ей забрать одного, полудохлого, пока сам не помер, — поддержал второй. — А Крис был у неё в покоях, — разошёлся старшекурсник номер три и ткнул локтем в бок Кристиана. — Ну и чё ты там делал, признавайся! — Книжки читал, — придав голосу побольше загадочности, ответил тот и на всякий случай огляделся вокруг. Явно вспомнил её угрозы. Моргана едва успела нырнуть за ближайшее дерево и решилась выйти, только когда юнцы отошли шагов на пятнадцать. Фраза про книжки вызвала новый хохот. Книги и Кристиан сочетались не больше, чем Моргана и Мальва. Кто-то хлопнул незадачливого адепта по спине, кто-то предположил, что Кристиан молчит из скромности. — Парни, давайте быстрее до корпуса, а? — попросил Кристиан, вглядываясь в темноту перед собой. — Боишься Морганы? — тут же отреагировал Майнио. — Преследует со своей тёмной любовью? Прохода не даёт, а? И какая она вне занятий, Кристиан? Игривая? — Вполне, — небрежно ответил тот. — Выдумщица и проказница! — Приводи к нам, — предложил Майнио. — Мы такие же! — Чем докажешь, что она не задавала тебе головомойку за очередное нарушение? — спросил третий. — С тебя станется наболтать всякого! — Докажу, — небрежно бросил Кристиан. — Вот ещё, будет она меня пугать! Не на того нарвалась, варварка с Севера. Отец любого за меня порвёт, а он — сильнейший маг Империи! — Она опасная, — напомнил Дэйн. — На занятиях её боятся пуще демонов! — С адептами строгая и повёрнутая на дисципилне, как мой папаша, — согласился Кристиан. — Ну так папаша тоже тёмный маг! Он тоже три шкуры сдерёт, пока правильный ответ не услышит. Была бы четвёртая — содрал бы четвёртую! — Все они, тёмные, одиночки жестокие, — согласился Дэйн. — У них такое вывернутое представление о справедливости. Когда в этой справедливости нет любви. Поэтому лучше быть стихийником — так хотя бы человеком остаёшься. Пусть и не займёшь высоких постов, зато можно людям помогать… Мальва так и не появилась. Моргана проводила юнцов до входа в крыло Кристиана. Придётся идти к ректору несолоно хлебавши: совершенно невозможно понять, кто говорит неправду и кто на кого воздействует. У тропинки к женскому корпусу Моргана увидела знакомый силуэт: аррканцлер шёл по направлению к главной аллее, явно скрываясь от посторонних глаз. Недовольный и задумчивый, он был едва заметен в тени, практически не видимый в своём чёрном камзоле, с чёрной папкой в руках. Не осторожничай Моргана сама, вряд ли она обратила бы внимание. — Нагуливаете аппетит перед ужином, аркканцлер? — поприветствовала она Клода, когда он подошёл совсем близко. — Как и вы, леди Моргана, — устало ответил он. — Судя по выражению вашего лица, мы оба сегодня ужинаем без удовольствия. Надеюсь, в разных зданиях, мрачно подумала Моргана. Клод повернулся к покоям преподавателей (выход с территории Академии был в прямо противоположном направлении) и взял курс в сторону академического сада. Большую часть пути они проделали в полной тишине, пока не сошли с опасной главной аллеи. Моргана открыла садовую калитку заклинанием-шифром и пропустила Клода вперёд — судя по всему, он не собирался прощаться, и очередных ночных гостей ей не избежать. Всё ещё надеясь, что он свернёт к покоям Дарка, и не желая вести светских бесед, она отстала от него на пару шагов. Аркканцлер миновал поворот к ректору. — Я думала, мы расстанемся сегодня вечером, — напомнила она. — Увы, не могу. Сегодня я снова опоздал и вынужден злоупотреблять вашим гостеприимством. Того, что я искал, не оказалось там, где оно могло бы находиться… Не договорив, Клод поднял вверху руку, призывая остановиться. Поднёс палец к губам — молчим! Неслышно перетёк в тень и жестом пригласил Моргану следовать за ним. В глубине сада свет полной луны казался необычайно ярким. В мягких серебристых лучах были отчётливо видны и старенькая синяя мантия, и льняные кудри. Мальва, не таясь, сидела на скамейке, недалеко от покоев дракона, и что-то увлечённо записывала в маленькую книжечку. Книжка, совсем небольшая — примерно в полторы ладони длиной и не больше двух мизинцев в толщину, лежала на коленках. Наверное, дневник, в раздражении подумала Моргана. Сидит тут, в преподавательском саду, как у себя дома! Ух, так бы и наподдала ей! Картина была мирной и даже трогательной: юная прекрасная адептка доверяет дневнику свои переживания под светом полной луны. Возможно, переживания в стихах. Если бы Моргана не была уверена в полном отсутствии воображения у девчонки, то посчитала бы, что стихи должны быть милы и в рифму. Мальва сильно увлеклась, и, скорее всего, даже не услышала их неосторожной беседы минуту назад. И всё-таки врезать бы по девчонке чем-нибудь откровенно смертельным, — внезапно отчётливо подумала Моргана и тут же устыдилась: рано делать выводы, вполне может быть, что Кукловод играет и Мальвой, просто смотрит на мир её глазами, а личная неприязнь и вовсе не повод убивать адепток. Не сговариваясь, Моргана и Клод поглядели друг на друга и как можно тише отступили назад, за деревья. Так же не сговариваясь, они неслышно и быстро прошлись по траве к двери, не выходя на шуршащий гравий дорожек и стараясь не потревожить ветвей. Клод обошёл последнее дерево на границе парка и, не сбавляя шага, поднял с земли что-то большое и явно тяжёлое, похожее на корзину для пикника. Моргана позволила себе выдохнуть только после того, как закрыла входную дверь на самый обычный ключ. Пронесло! Увидь её девчонка при аркканцлере, беды не миновать. Мало ли каких проблем она смогла избежать! Ну а Клод почему-то выглядел куда более счастливым, чем пятнадцать минут назад. Рад увидеться с Мальвой? Или тому, что сумел её избежать? В ответ на вопросительный взгляд Морганы, он пожал плечами: — Того, что я искал, и не могло быть там, где я искал. Зато теперь я, возможно, знаю, как оно выглядит.

* * *

“...Ночь была тиха и чудесна. Лёгкий ветер доносил ароматы сирени и черёмухи, стрекотали цикады. Звёзды, такие яркие, что под их светом можно было писать, делали природу вокруг романтичной и чрезвычайно волнующей. Я снова сидела в саду, воспользовавшись любезным приглашением ректора гулять там в любой час, и поджидала аркканцлера для серьёзного разговора. Тянуть незачем, он должен смириться с моим решением. Дарк объяснял, что по вторникам они совместно разбирают дела Академии, и Клод обязан явиться на приём, пусть и предпочитает ночное время. Я так устала от этой недосказанности, так переживала из-за платья, так хотела сложить с себя хоть часть этих невыносимых обязательств, честно исповедав ему свои чувства, что готова была сидеть до утра! Я достала свой дневник и успокоилась только тогда, когда подробно описала события ближайших дней, пусть для этого и пришлось немного повздорить с тем, кто меня так настойчиво опекал.”