Кукловод для леди Морганы

— И что с ним будет? — обеспокоенно спросила Моргана, глядя на ректора, который поднялся на несколько ступеней к Мальве, а затем неспешно и крайне плавно для такого огромного и внушительного воина подал ей руку. Та после секундной заминки грациозно вложила свои пальчики в его сильную ладонь. Музыка ускорилась, гости расступились, освобождая центр зала. — Сверху виднее, — послышался спокойный голос Клода из-за спины. — Пойдём на балкон, оказывается, он свободен. Он вышел через чёрный ход, поднялся на второй этаж, потом нырнул под портьеру и уже по узкой пыльной лестнице миновал два дополнительных пролёта. Затем приглашающе распахнул дверь. Лестница вела на старые хоры, которые успели спасти от ветхости, но не задействовали: широкая площадка была пуста, за исключением составленных у стены ваз с цветами, которые отбраковали при украшении зала. Все гости остались на предыдущем этаже. Оркестр располагался прямо напротив площадки, но у другой стены. Музыканты совсем не смотрели по сторонам, они играли слаженно и сосредоточенно, но мелодия была незнакомой, как будто… Ими кто-то управлял. Моргана подошла к перилам и посмотрела вниз. Прямо перед ними, на отражающем волшебные огни паркете, обнявшись, танцевали ректор и Мальва. — Может быть, мы ошиблись, Клод? — успокаиваясь, спросила Моргана. — Вдруг они сейчас объяснятся и всё… будет близко к развязке? — Принц остался внизу и с нами не пошёл, — заметил Клод. — Ну, остался. И что?.. — Там всё ещё пустое пространство. Погляди! Моргана наклонилась чуть ниже, желая увидеть больше зала у ниши. Люди не заполняли стихийно возникший коридор. — К нашей прекрасной адептке вышел кавалер, — немного нервно усмехнулся Клод. — Вышел, да не тот, кому всё предназначалось. Сказка сделала, что могла, но она не может заставлять людей вести себя неестественно без пристального внимания Мальвы. Принца-то она не увидела за колоннами, его не вытащило к ней! Ах мерзавец, он наверняка специально спрятался подальше! Музыка закончилась, пара разошлась. Дракон остался стоять на месте, а Мальва пошла в сторону ниши, заглянула внутрь… — Ты уже поговорил с ней? — Моргана поёжилась: в зале похолодало. — Да. Поймал на входе. Она мне отказала. Я был настойчив, но она повторила отказ. С некоторым усилием, надо признать. Положа руку на сердце, я опасался её согласия. Уполз зализывать сердечные раны к тебе. — Ты считаешь себя настолько неотразимым, аркканцлер? — Разумеется, но ты, похоже, всё никак не можешь к этому привыкнуть. К тому же, в нашем мире всё не так просто, как кажется, — вздохнул тот, и Моргана почувствовала новую волну раздражения: опять этот невыносимый глава Тайной канцелярии, обладающий более полной информацией, говорит загадками! Музыка полилась вновь заново, и они снова посмотрели на зал. То, во что превратился танец Мальвы и юноши в берете, не шло ни в какое сравнение с предыдущим: они кружились так легко и свободно, что, казалось, принц знал движения всю жизнь. Цветные искорки заблестели вокруг ярче, заметнее, быстрее. Юноша как будто даже стал выше, он и сам казался немного другим. Музыка заполняла всё пространство, проникала под кожу, будоражила и, кажется, уносила куда-то ввысь. Пара действительно поднялась над полом, все дальше и дальше, вверх по воздуху, в вихре мерцающих огоньков. Практичная Моргана понадеялась, что на Мальве подъюбник с десятками нижних юбок, а не кринолин с кольцами, а то вышло бы пикантно, но не эстетично. Пара кружилась почти на уровне Клода и Морганы. Принц и Мальва смотрели друг другу в глаза, улыбались и, казалось, были абсолютно, беспросветно счастливы. Принц что-то сказал на ушко девушки. Та закивала и расплакалась. Музыка ускорилась, пара тоже, подчиняясь ритму… На сияющем паркете, прямо у колонн, статуей замерла Вильгельмина, сосредоточенно следящая за чужими движениями. Она даже зачем-то сняла перчатки, будто собиралась колдовать. Моргана взглянула на Дарка, оставшегося внизу. Тот неотрывно смотрел на Мальву. Кожа его начала сильнее светиться изнутри: алые чешуйки проступали насквозь, складываясь в сложный узор, просвет между ними становился острее, резче, будто дракон горел изнутри. Люди, успевшие собраться вокруг, чтобы поближе увидеть Мальву, отодвинулись, не глядя на него: скорее всего, от него начал исходить ощутимый жар. Скоро огонь усилится, станет нестерпимым, и дракон начнёт перерождаться. Клод прошептал что-то, наверняка чисто южное неприличное слово, которое стыдно произносить при дамах, и бросился к лестнице: — Не позволяй никому им помешать, пока танец не закончится, — проговорил он. — Они должны объясниться, что бы вокруг ни происходило! — и скрылся из виду. Музыка стала менять темп с быстрого на волнующий и плавный, особенно пронзительно запела скрипка, Мальва с принцем продолжали парить в воздухе, а аркканцлер вышел на сверкающий паркет, растолкал всех, подобравшись к Дарку, и попытался положить ему руку на плечо. Отдёрнул, как будто дотронулся до горячего, заговорил на ухо, явно стараясь перекричать окружающий шум. — Вот она, — негромко произнесли за спиной. Если бы не вернувшаяся магия, обострившая чувства, вряд ли Моргана смогла это расслышать. Она резко обернулась. Двое мужчин в масках, высокие и складные. Один из них, в белом плаще и костюме рыцаря из Западных земель, указал на неё другому. Что-то виденное ранее почудилось в его движениях. Второй, в чёрном, был ей совершенно не знаком. Серебряная полумаска с острым загнутым клювом, короткие тёмные волосы, седые на висках, пышные и зачёсанные назад, отлично скроенный камзол и серый плащ на одно плечо. Костюм ястреба? Очень нескромно. — Меня ввели в заблуждение, сказав, что вы лишены магии, — приглядываясь к Моргане, низким глубоким голосом произнёс он. — Впрочем, так даже проще. Внезапный чёрный вихрь, мгновенно окутавший мужчину на манер плаща, заплясал, расширяясь и множась, длинный чёрный хлыст отделился из окружающего мрака и явно привычно лёг в правую руку. Моргана колоритно выругалась и быстро задрала юбки слева, оголив ногу до бедра. Кажется, маг ожидал от врага чего угодно в момент нападения, но только не вида женской ножки. Он сбился, на секунду замолчал, и тьма вокруг него отступила. Хлопнула резинка подвязки, от резкого движения пошёл стрелкой дорогой шёлковый чулок, и вот уже в руках Морганы её любимая трость. — Не стесняйтесь, продолжайте, — разрешила Моргана, одёрнув юбку. Она мгновенно скинула с рук перчатки, извлекла клинок из ножен и сжала его в руках, встав в боевую стойку, спиной к перилам балкона. — Какая храбрая девочка, — с явным одобрением заметил ястреб. — Жаль, не слишком достойный противник. Но я рад, что не пришлось выманивать тебя из толпы. После антидота Моргана ощущала необычайный прилив энергии. Она пыталась понять, с кем ей приходится иметь дело, но голос и вид соперника были ей незнакомы. Судя по энергиям, скапливающимся вокруг мужчины, сил у него оказалось много, пугающе много. Возможно, куда больше, чем у Морганы. Она не была в числе самых сильных магов Империи, все они отправлялись на границы… Или во дворец. Моргана была хороша в преподавании и могла бы стать одной из лучших, через годы усердных тренировок. Спутник нападавшего, явно не желающий участвовать в дуэли, достал из кармана что-то белое и начал неспешно чертить круг прямо на полу. Чёрный маг взмахнул хлыстом и большую часть балкона, с кругом и противниками, накрыла защитная сфера. Моргана оказалась внутри. Единственное, что она успела сделать — столкнуть вниз, на гостей, полный бокал Клода. Моргана на миг обернулась к танцующим, безучастным ко всему, кроме друг друга. Нет, юноша явно выше, чем казался, когда находился рядом. Что-то с ним не то. Продержаться бы ещё чуть-чуть, до окончания сказки, и можно пытаться звать на помощь. Что видят на хорах люди, находящиеся снаружи сферы?.. То, что захочет им показать хозяин положения, её противник. Кто из сильных магов пользуется хлыстом? Если подумать, их не так уж и много. Если как следует подумать, опальный из них только один. — Зачем тебе это, Кристиан? — обратилась она к Рыцарю, и по тому, как на секунду замерла маска с мелом в руках, поняла, что не ошиблась. — Только не говори, что ты опустился до такой примитивной мести! — Разумеется, никто не хочет мстить, — ответил за него ястреб. — Возможно, не пострадает почти никто… Кроме тех, чья смерть будет мне выгодна. Мальчик сильно ошибся, поставив на неверного игрока. Очень сильно ошибся, как и я. Но я это исправлю! Он молча наблюдал, как Моргана то так, то эдак пытается прорваться за защитную сферу изнутри. Она прекрасно понимала, что со стороны похожа на маленького щенка, треплющего взрослого пса молочными зубками: также бесполезно и не менее жалко. Верховный маг даже не тратил усилий на отражение её атак. Возможно, он мог лечь спать, не опасаясь за прочность своих чар. Рыцарь проворно начертил круг и перешёл к символам. К нему Моргану тоже не пускали, и это раздражало больше всего. — Ты же говорил, она лишена магии, — спокойно обратился Ястреб к Кристиану. — Но она полна сил. Вон как бьётся об экран! — Здесь же дракон, нечувствительный к тёмной магии и сжигающий всё на своём пути! Чего вы хотите добиться, кроме собственной смертной казни? — Моргана пыталась отвлечь их внимание, разговорить и протянуть время. Все попытки подействовать на чужие чары были бесполезны. — Дракон слишком занят своей Избранной. Настолько занят, что легко забыл об обязанностях, — равнодушно сказал бывший Архимаг. — Какой из него воин? Им управляет глупая девчонка из другого мира! Кто там ещё остался из сильных тёмных, не отправленных к западным рубежам или не стоящих на страже возле Императора? Этот поросший мхом сыч Октопус? Я просто хочу вернуть своё, доказать, что без меня Империи не выжить. Не оставлять же нашу великую страну на таких зелёных неумех, как ты! Музыка лилась, снизу послышались овации и радостные крики. Кажется, промедление становится опасным, надо обратить внимание ректора или господина Октопуса. Она вздохнула поглубже, желая вложить в удар все силы, которые у неё оставались, вот только крепкие мужские руки вырвали у неё трость и зажали рот: тёмные маги умеют передвигаться мгновенно и бесшумно, никакие старательные выпускницы, даже три года практикующие в стенах Академии, даже с красным дипломом, не в состоянии так быстро среагировать на противника, проведшего в боях несколько десятилетий.