навылет
7 ноября 2022 г., 20:40
Примечания:
это должно идти на одном дыхании
монотонно?
зачем ты встаешь с постели, борешься с собственным организмом, зачем тянешься к рукояти пистолета, ты, полудохлый и зашитый вдоль и поперек все еще красноватыми рубцами,
зачем тащишь на себе такого же почти жмурика, отстреливаясь, ешь, пьешь и закатываешь глаза на ту околесицу, что несет ваш динамитных дел мастер хосок, тебе ведь даже не смешно, тебе — плевать,
зачем доверяешь убийце убийц, ты — оплот мести всем предателям, которые вытерли о твою жизнь ноги, ты, сборник подозрения и сканирующего прищура, кладешь свою жизнь на чашу весов, спасаешь женщин, детей и стариков, пытаешься улыбаться солнцу,
зачем подначиваешь сокджина, которому на задании задело нерв, и он больше не может работать в паре…
«…конечностей, если вы понимаете, о чем я», — говорит тот, насмехаясь над своим положением, ты, чонгук, не смеешься, но не потому что жаль, потому что не смешно,
зачем соглашаешься быть заменой сокджина — никогда ведь не станешь, юнги предельно ясно дает понять, ты глухой и упрямый, тупой и никчемный,
зачем язвишь, провоцируешь и выводишь из себя человека, что перебил собственный клан, в котором воспитывался, чонгук, разве обелять кого-то тебя учили,
зачем влюбляешься в «паршивую овцу», которая тебя едва ли за человека держит — это так, тело, несущее голову с «экскрементами вместо мозгов»,
зачем ты накладываешь швы намджуну, смеешься над мрачными шутками информатора-тэхена, зачем строишь глазки подпольному врачу чимину, пытаясь вызвать ревность юнги, которому-похуй-нахуй-чонгук-завались-и-не-отсвечивай-пока-не-понадобишься, где твоя гордость, в какую задницу ты ее засунул вместе со своим языком — ах да, юнги,
зачем пытаешься вытащить его из проблем, которых еще даже нет — ах да, напарник,
зачем ты ежедневно делаешь вид, что живой и способен на что-то большее, чем тянуться за тем, что сильнее и целеустремленнее, каждый день торчишь в тире, чистишь оружие, собираешь и разбираешь, день сурка тебе милее, не правда ли, а, ты же каждый день торчишь на крыше, порываясь сделать шаг вниз — так тебе дорого то, чем ты с у щ е с т в у е ш ь, не живешь,
зачем ты успокаиваешь полумертвого юнги, что еще в сознании, своими никому не нужными стенаниями «я тебя вытащу», твои слова нужны только тебе, потому что юнги сделал свой неожиданный выбор, закрыв тебя, этот злостный убийца убийц, который такой же глухой, как и ты, такой же упрямый, тупой и никчемный,
зачем сносишь черепа, кровь-кровь, везде кровь, разбитое стекло, хруст шейных позвонков, чавканье входящего ножа в плоть, ты помнишь все с самого первого дня и чужое прохладное, но не злое: «намджун совсем ебанулся тащить сюда и детей»,
зачем лезешь на рожон, зачем доказываешь, не переубедишь же этого осла, что вырезал весь свой клан, якудза в перспективе детства, сейчас же убийца убийц, падальщик,
зачем заикаешься о мечтах и звездах — счастье в их конторе ругательное, в поиске счастливой жизни никто не идет вершить перекрученную в мясорубке понятий «справедливость»,
зачем тащишь-тащишь-тащишь и злобное свое «хавальник завали» стежками на ножевые, едва ли совместимые с жизнью накладываешь, улыбка твоя — ложь, ты не хочешь улыбаться, ты и жить-то не хотел, когда у тебя все забрали и ты попал туда, куда попал,
так зачем ты пытаешься отчаянно сохранить то, что у тебя есть,
к о г о тебе дали намджунасокджиначиминахосокатэхенаюнги,
зачем, чонгук?
он, сцепив зубы от боли, — плечо задело пулей — чудом заводит первую попавшуюся и более менее целую тачку, бросив юнги на заднее. видя кривую улыбку на бледном лице, цедит:
— только, блядь, попробуй рот раскрыть, сукин сын. только, блядь, сдохнуть попробуй, уебок. я тебя сам закопаю.
юнги смеется хрипло, с кровью на синих губах. чонгуку почему-то отчаянно хочется жить именно сейчас.
