Поедание жизни

Я застыл, словно ждал сцену бойни. Казалось, я забыл как дышать. Страх сковал мои ноги, не давая ступить и шагу. Я был заворажён парнем, который свисал с ветки вверх ногами, смотря на меня, всё так же ухмыляясь. Луч солнца упал на его очертания и я смог разглядеть его лицо: Волосы цветом сгоревшей коры, расчёсаные ветром, тёмные глаза,в которых казалось не было зрачков, как два бездонных колодца, они смотрели на меня прожигая взглядом. -Мать рыба или язык съел? Он ловким отточенным движением спрыгнул на землю. Волосы его упали ему на плечи ручьями. Медленными размеренными шагами он начал ступать в мою сторону, словно хищник, наметивший свою цель. - Я-я ..н - хотел подать я голос, но тот начал предательски дрожать. Он остановился, с интересом рассматривая меня, и впрочем не с меньшим интересом мои уши. Что показалось довольно нелепо-странно. - Твои родители они... - он казалось не мог вспомнить слово. Хоть по его физиономии было видно, что он пытается. Я же не понимал, к чему он клонит. Покосивший на меня, он выдохнул и попытался начать заново, размахивая рукой, как будто подгоняя свою мысль. -Ну твои родители. Какие они антрофы? Наконец, поняв его вопрос, в голову стали прокрадываться сомнения, которые не позволяли мне открыть рот. Хоть эта информация мало, что могла значить для моего пугающе странного собеседника, я засомневался. Опустив глаза и перебирая пальцами, я покачал демонстративно головой, в знак того, что ответа я не скажу. Посмотрев тревожно из подлобья, я увидел, как он засунув руки в карманы своих летних штанов с лямками посмотрел на меня. Лицо его отражало равнодушие, будто ему самому безразлична эта информация. Словно бы он и вопроса такого не задавал. Это почему-то меня сбило с толку, малость выбесив меня. -Так и понял!- он внезапно рассмеялся и повернувшись ко мне спиной пошёл назад, на дерево, будто в миг потеряв свой бывалый интерес. Я стоял на том же месте, не ступая и шага. Свой монолог он продолжил только когда приземлился на ту самую ветку. -Твои уши. Они как у антрофов-птиц, в то время как глаза змеи...- пробормотавши, будто фраза в принципе предназначалась вовсе не мне, продолжил он. Каждое его слово, каждый косый взгляд вводил меня в ступор. Интерес будоражил, а от того, вкус страха развеялся в воздухе, и я как в роли послушного зрителя продолжал стоять и слушать продолжения. Дальше он произнёс довольно громко,будто я стоял где-то вдали. -Так ты скверн! И что тут тогда делаешь? Конечно возможно ты не знал, но воооон там - эти слова он практически пропел - селение антрофов - пояснил он, указывая пальцом куда-то в сторону. Он взглянул на меня, явно ожидая ответа на свою, как казалось ему, смешную выходку. -Т-так я же не собираюсь идти туда. Я здесь. Его бровь изогнулась, а глаза чуть расширились. Он рассмеялся, оживлённо заюлозив на ветке, что я уже боялся, что тот свалится. -Вот оно как... Просто обычно скверны бояться посторонних. Удивительно даже то, что ты до сих пор здесь–разговариваешь со мной.- его уголки губ изогнулись в самодовольной улыбке. Я замолк. Этот парень, самый странный тип кого доводилось мне видеть. Поток мыслей заполонили головную коробку. Вся эта встреча, пропиталась сильно странной атмосферой, которой не давало покоя. Я решился задать вопрос, который заволновал меня больше всего: - Кто такие скверны? И опять это насмешливое лицо, и глаза-щёлки, которые будто усмехались надо мной. Интересно, как я должен смотреть на таких как ты. Его рот открылся готовый озвучить свою тираду. Я приготовился вкусить ответ. Он успел подать лишь звук перед тем, как возле моего лица резко упала прегарада. -Зунра, вот ты где - отец зажал меня в объятиях. С его хваткой, сложилось впечатление, что тот готов задушить меня. Но меня заботило другое. Я вглядывался за спину отца, тело которого подобно скалам, загораживало весь обзор. Чёрные занавески перьев разделяли меня всего на пару метров от ответа. Когда крылья же наконец сложились за его спиной, я стал метаться глазами по всему дереву в поисках знакомого силуэта, но темноволосый парнишка будто растворился вместе с пылью, который поднял отец. Тот в свою очередь, всё повторял моё имя и то, как боялся меня потерять. Но все его слова превратились в бессмысленный монотонный шум. Внутри меня беспокоило совершенно другое, это непонятное слово, которое заполонила мои мысли вязкими сетями. Домой мы полетели на папиных двоих. Я всё повторял одно и то же слово, прокручивая его в голове, как заевшую пластинку. Одно лишь слово, вводило меня в тревогу, которое будет меня преследовать до того момента, пока кости мои не сотрутся в пыль...