Я превращусь в его раба для утех взрослых

Этот молодой учитель по информатике просто с ума меня сводит. Ну вот как, скажите, пожалуйста, как можно быть таким… Моя жизнь полностью перевернулась с ног на голову, после появления в школе Арсения Сергеевича. Помню, как я его увидел впервые… Тогда ещё не было занятий и были каникулы. Мы пришли в библиотеку получать книги на учебный год, а он в этот момент из нее выходил. Сначала, я даже не понял, что это преподаватель. Уж очень молодо он выглядит для своей профессии и работы в школе. Высокий, симпатичный, харизматичный, молодой и горячий… В кожанке незнакомец выглядел так брутально и стильно, словно после этого идёт давать концерт со своей рок группой и наверняка он гитарист. Он ещё так улыбнулся мне и прошел мимо. Я просто посмотрел в глаза брюнета, и признаться, утонул. Вот тогда все это и началось… Я и так довольно влюбчивый парень, который не может сопротивляться обаянию красивых мужчин. Да, я гей. Не знаю, как это вышло, но я это принял в себе, пускай не сразу. Мои мысли о таинственном рокере старшекласснике, который оказался вовсе не учеником, заполнили весь разум и заставили ждать первое сентября, чтобы увидеть его в школе снова. До этого момента я никогда не ждал начала учебного года, в жизни не бежал на линейку и в школу. Но этот молодой человек заставил поменять мои прежние привычки. Когда люди влюбляются, они становятся другими, иногда меняются до неузнаваемости. Но на линейке, посвященной дню знаний, голубоглазого брюнета не было. Я расстроился и стал придумывать различные варианты. В одной версии было, что он просто знакомый библиотекаря, и мы с ним никогда больше не увидимся. Но я не планировал опускать руки и расстраиваться. Я ждал встречи ещё больше, зная, что она обязательно произойдет. Так подсказывало мое сердце. И она случилась! Можете представить мое удивление, когда я его увидел в официально деловом стиле, с ноутбуком в руках и когда услышал, что теперь он будет вести нам уроки? Я так обрадовался! Но и заволновался! Аж руки задрожали, ладошки мокрыми стали. Я так долго ждал этой встречи, чтобы хоть раз взглянуть на него, а теперь узнаю, что впереди целый год таких встреч. Но он учитель, никакой не старшеклассник... — Меня зовут Арсений Сергеевич! Этот год я буду вашим учителем! — улыбаясь, сказал он. Арсений тоже разглядывал всех учеников, изучая и запоминая. Потом он предложил познакомиться и стал перечислять список. Когда слышали свою фамилию, учащиеся вставали. Хоть в первый раз мы видели друг друга от силы несколько секунд, уже тогда я отметил себе невероятную красоту его голубых глаз. Сейчас я могу получше рассмотреть его. В рубашке и брюках педагог выглядит иначе. Намного горячее и сексуальные… Ох уж эта моя тяга к белым рубашкам. На урок он пришел в очках, в первую встречу которых на нем не было. Ну нельзя такую красоту прятать очками! Я очень любопытно стал разглядывать учителя. Мне было неловко смотреть на преподавателя, но я просто не мог оторваться. Мне хотелось запомнить каждую деталь его внешности, запечатлеть в своей памяти. Чтобы потом воспроизвести его ночью и помечтать… И это я скромно говорю… Однозначно, теперь информатика — мой любимый предмет. Но дело-то только в преподавателе. И в моей влюбленности к нему. Вы до сих пор не верите в любовь с первого взгляда? Зря. На него сразу обратили внимание все девчонки, что меня, естественно, задело. Мне бы хотелось, чтобы Арсений обращал внимание только на меня. Только вот знаниями в его предмете я не блистал и не блистаю, но и из этого можно сделать плюсы. Подойти после урока и спросить, попроситься на дополнительный, позвать помочь. Из меня такой себе соблазнитель мужчин. Девушкам намного легче в этом плане. Юбочку покороче, пуговку на рубашке приоткрыли и все готово. А что придумать такого сексуального мне, я не знаю. Ничего лучше вечных просьб о помощи я не придумал и мне пришлось действовать по такому глупому плану. Оставалось только надеяться, что Попов будет помогать и что его не интересуют девушки. Арсений Сергеевич любезно помогал мне с написанием кодов и прочего, чего я никогда не понимал. Мне очень нравится, когда он кладет свою руку поверх моей на компьютерную мышь и управляет мной. Это так интимно. Вот бы мы начали встречаться, и он постоянно бы держал мою руку. Если мы начнем отношения, то и не только за руку держаться будем, а ещё много чего интересного. Я, как заворожённый, смотрю на его руки, когда он быстро печатает. Ох уж эти пальчики. Такие изысканные и ловкие, вот бы он мне их… Кхм-кхм… Не сейчас об этом… Я каждый раз любовался этими венками на руках, что не меньше кружили мне голову и дарили мечты о ласках этими руками. Вот бы он прикоснулся ко мне, как-нибудь слишком интимно, чтобы я от касания потерял способность говорить и мои щёки горели румянцем от огня в крови и стыда, что я так жажду прикосновений его рук и так мечтаю отдаться им. Мне стыдно, что мои фантазии коснулись преподавателя и я думаю, как бы его соблазнить и получить желаемое, а не о том, как прекратить думать такие пошлости и как его разлюбить. Я тону в своих развратных думах. Он мне и снится и вижу его почти каждый день в школе. Арсений Сергеевич заполнил собой все мое пространство. Все мысли лишь о нем. Я так болен. Держи меня ночью, мама, а то я сбегу к нему в ночи. Прям в его объятия упаду, как со скалы в обрыв и выбраться не смогу. А если отказ получу, то точно с собой что-то сделаю. Ужасно сложно бороться с чувствами. Может все из-за того, что я подросток? Я не знаю. Я просто влюбился. Опять мысли, что я плохой из-за своей особенности, что мне нет места на Земле за свой выбор любви. Непонятна моя любовь никому, но я люблю. Ни гормоны, ни любопытство до взрослой жизни тут не при чем. Я просто люблю. Мы даже с ним наедине не говорили и пяти минут, а я уже сердце свое отдал и тело бы свое позволил ему взять на сладостные развлечения, если бы попросил… Но он не просил. Вел себя как и полагается преподавателю. Хотя иногда мне взгляд дарил, наполненный нежностью и чувствами. Я чуть лужицей от него не расплывался. Я молил, чтобы этот взгляд был не просто так, а на самом деле были чувства. Хоть симпатию, хоть что-нибудь положительное ко мне чувствует. Я был бы самым счастливым, если бы узнал, что это все не просто так и глаза его наполнены любовью ко мне, но он прячет это, мастерски скрывает из-за нашего положения. Не было бы счастливей меня на всем свете, если б истинной было. Иногда мне казалось, что я не безразличен ему. Но это не отменяет того факта, что он — учитель, а я — ученик. Я в очередной раз попросил его помочь, только потом пожалел. Он немного прижался ко мне, как обычно положил руку поверх и начал тихим шепотом, прямо мне на ушко объяснять. Чистое издевательство, но такое желанное. Сладкие пытки устроил мне прям на уроке. Наверняка же догадывается о моей любви и пользуется этим. Смешно ему наблюдать, как я дрожу от касаний и краснею перед ним. Можно и не говорить, вы сами все понимаете… Я так завелся от такой близости. Мурашки побежали от его голоса, он его ещё и ниже сделал. Нотки его голоса такие бархатные, соблазняющие. Вот бы он ещё мне что-то двусмысленное такой интонацией сказал. Ой, лучше не надо… Я боюсь представлять, что случится от такого. От арсовой фразы в штаны я ещё не спускал… Его прикосновение обожгло мою руку. Рука поверх мышки, но я представляю, что он так держит меня и пальцы переплетает, пока трахает в кровати, попадая каждым движением по простате, чем срывает громкий стон с губ. И голос мой уже хриплый, я его сорвал ещё в предыдущий раз, когда Арс довел меня до оргазма. Я ещё тот извращенец, раз раздуваю свои фантазии до такого масштаба. Попов же просто управляет мышью, ну и за компанию моим больным воображением. Ещё раз прошу прощение за свои мечты. Поймите, о чем ещё может мечтать юный парень. Все думают про будущее, а я о том, как Арс ебёт меня до потери сознания, как я кончаю под ним и прошу ещё. А он хищно смотрит на меня, глазами своими голубыми меня пожирает и опять входит, и долбит. Целует меня, меняет позу и опять трахает. Потом спускает мне в жопу сперму. Её так много. Он ещё пару раз двигает тазом, (там все хлюпает, как меня возбуждают такие пошлые звуки, но больше этого нравится только шлепки его яичек об меня) и вставляет в меня анальную пробку, приказывая ни капельки не пролить. После этого на колени ставит и просит его член хорошенько вылизать и если я справлюсь с задачей, то и он меня вылижет. Может даже на лицо позволит сесть… Но сначала я должен хорошо ротиком поработать, как он любит. Его большой орган в семени, я с жадностью припадаю к нему губами и хорошенько обсасываю. Проникаю язычком в уретру и завожу за щёчки, потом насаживаюсь ртом на него до середины, втягиваю щёки, но я должен взять все. Арсений берет за волосы меня и проникает глубже, держит крепко волосы и трахает в рот. Попов стонет от удовольствия, может ещё кончит даже, я же хорошая сучка у него, могу подарить своему папочке несколько оргазмов за раз. А я и член его полностью взять готов и сперму его глотать и на лицо умолять кончить, чтобы потом пальчиком белое семя собирать и в ротик. Я все буду делать, любой каприз и самая сумасшедшая идея. Я превращусь в его покорного раба для утех взрослых, который беспрекословно исполнит любое пожелание господина. Пусть это одежда женская, макияж или костюм, да хоть наручники и плётка, или же игрушки какие-нибудь… Я бы все ему позволил с собой творить, лишь бы он только меня любил (и ебал) А мне нравится это представлять, думать про это и мастурбировать ночью, утром, ладно, время суток тут не при чём. Я так часто дрочу на учителя, что время суток мне безразлично. Я даже в школе пару раз умудрился подрочить в туалете. Ну не ходить же мне с железным нескрываемым стояком весь день после информатики! Я больше не буду просить прощения перед вами. Вы уже осознали, что я юный мальчишка, сама невинность, но в душе тот ещё развратник, мечтающий быть отодранным своим учителем информатики во всех позициях. Я мог это не уточнять. Вы и так видите, что куда бы я не вел свою мысль, она всегда приходит к сексу с Арсением Сергеевичем. Итак, вернёмся к тому моменту, когда я в очередной раз попросил помочь, он ко мне прикоснулся и я возбудился! Лёгкий аромат одеколона внёс свою лепту. Мне очень нравился его родной запах. Мурашки бегут по телу от излишнего воображения. Надеюсь, что он этого не заметил. Особенно моего возбуждения. Весь урок я просидел как на иголках. Я так и не написал эту программу. Прям до этого мне было… Не помню завершения урока, но помню, как хочу убежать с класса информатики, чтобы случайно не подойти и не сказать: «Арсений Сергеевич, я Вас хочу. Здесь и сейчас! Я умираю по Вам и от любви!» Убегаю в библиотеку от учителя и своих пошлых мыслей. Там тихо, должен успокоиться. Спокойная обстановка, книги и отсутствие людей — самое то, чтобы привести себя в порядок и мысли. Приближаясь к ней, я вспомнил нашу первую встречу. «Возможно, любовь с первого взгляда…» — пронеслось у меня в голове. Я зашёл внутрь. Как обычно пусто. Повезло, что нынешнее поколение мало читает. Я прошел в глубь библиотеки. Там стояла моя любимая книга. Почему-то хотелось почитать «Маленького Принца». Но я не сразу ее нашел. Обычно она стоит на средней полке, но сейчас её там не было. Кто мог ее переставить и главное куда? Оглядев полки, заметил книгу на самой верхней. Я ещё подросток и сто процентов выросту. Мне только 16 лет, я 177 ростом. Я точно не дотянусь, но попробовать стоит, хотя стеллажи в библиотеке все под потолок. И как старушка библиотекарша могла её туда переставить? Пока я думал о неожиданной перестановке на полках, в библиотеку кто-то зашёл. Наверняка это Елена Михайловна, пожилая библиотекарша. — Антон, потерял книгу? — раздается сзади меня голос учителя информатики. Я разворачиваюсь к источнику звука. Сначала от неожиданности я немного испугался. Попов стоял сзади и улыбался. — Я хотел почитать, но не могу дотянуться. Вы такой высокий, не могли бы Вы мне помочь? Я уже, наверняка, достал Вас такой просьбой на уроках… — мне стало неловко. «Он стоит близко ко мне в пустой библиотеке… Так, Шаст, перестань такое думать. Вообще уже крыша поехала…» — я запретил себе думать такое в отношении Арсения Сергеевича, но вот насколько это помогло, догадываетесь сами… — Не переживай, Антош, я всегда помогу, — сказал он с улыбкой на лице. «Библиотека пустая, а моё желание взять его здесь и сейчас растёт. Нужно придумать, как развернуть его задом ко мне…» — думал Арс. — Пожалуйста, покажи какую книгу тебе достать… — Маленький принц. Экзюпери, — сказал я, не оборачиваясь. — Покажи пальцем, я забыл свои очки в классе и не вижу… — На самой верхней полке. Посередине. В синем переплете, — ответил я, также не двигаясь. — Там много книг в синем переплёте, я не вижу, какую именно. — Ну вот же она… — мне приходится развернуться, встать на носочки и показать. Он подошёл ко мне сзади и прижался. Положил левую руку мне на талию, а правой потянулся за книгой. Я замер на месте. Мне мерещится или на самом деле Арсений обнимает меня в библиотеке? Точно реальность и я на самом деле чувствую его возбуждение… Брюнет прижимается ко мне ближе, крепче обнимает талию. — Арсений Сергеевич, спасибо за помощь, — мой голос задрожал, как и коленки. Надеюсь, что он этого не замечает. Я не могу повернуться. Тело не слушается. Так и хочется остаться между учителем и книжной полкой, лишь бы он ко мне прижимался и держал меня так за талию… Но от его взгляда ничего не скрыть. Он все заметил и отбросил книгу на столик, находящийся за нами. — Что Вы делаете? А как же моя книга? — решив, что надо немного вспомнить про книгу и как-то уйти от этой неловкости, спросил я, немного оборачиваясь к нему. — Книга сейчас не так важна, — он прижался ближе, давая почувствовать свой твердый член. У меня пульс подскочил до двухсот ударов в минуту. А препод ещё и назло потерся об меня. Ну и как тут держаться? Мне очень захотелось его поцеловать, я поворачиваю голову к нему, оставаясь в объятиях, но Арсений меня опередил и сам впился в мои губы поцелуем. А я до этого не целовался. Он наверняка заметил мою неопытность, но сейчас не до этого. У меня шок. Мы с Арсом целуемся в библиотеке! Он обнимает меня, и я чувствую его стояк! Самый лучший день в моей жизни! Он так классно целуется, я не могу сдержать эмоций! Как бы мне не улететь на крыльях бабочек в животе. Они порхают и кружатся, пока Арсений изучает мои губы и дарит желанную нежность. Голубоглазый медленно начал поднимать руки, двигаясь по телу от талии к груди, при этом не прекращая целовать… Но его, как и меня, не устраивают касания через одежду. Хочется ближе, тело к телу… Попов начинает расстёгивать пуговицы моей рубашки. — Арсений Сергеевич, зачем Вы это делаете? — хотя я уже знаю ответ, но хочу услышать от него лично. — С первого дня как я тебя увидел, я влюбился. У меня появилось жуткое желание… Я не смог его преодолеть… Это желание сводило меня с ума и вот я тут с тобой и планирую это желание немного погасить в нашей любви. Ты же тоже влюбился, Антош… — то ли спросил, то ли утвердил старший. — Кхм… Вы мне тоже нравитесь… — мне сложно было говорить это. Или виной всему сильное возбуждение или волнение. — Я люблю Вас, — пока я признаюсь во всем, он продолжает расстёгивать пуговки, но это слишком долго. Не хотелось остаться с порванной рубашкой, но и так долго возиться и терять драгоценное время тоже не вариант. Одним резким движением он справляется с рубашкой, а пластиковые пуговки сыпятся на пол. Учитель наконец-то добирается до моей открытой кожи и аккуратно касается обнаженного тела. Его касания как ток для меня. Я возбуждаюсь ещё больше от его жадных прикосновений и поцелуев, которые перешли на мою шею. Я опускаюсь рукой к бугорку на его брюках. Неуверенно сжимаю его. Думаю, что он хочет, чтобы я прикоснулся не через одежду. — Можно… Расстегнуть брюки…? — краснею ещё сильнее от своего вопроса. — Ну скорее, Тош. Не задавай вопросов… Делай, что хочешь… — Хорошо… — я расстегиваю ремень и пуговицу, а следом и молнию. Мои руки дрожат от волнения. Спускаю брюки и залезаю рукой под резинку трусиков, уже более смелее оглаживая орган. По ощущениям он большой, как и в моих грязных фантазиях. — Ах… — вздыхает он на ушко, опаляя мочку горячим дыханием. Вот бы и он ко мне прикоснулся там. Я так долго этого ждал и представлял по ночам, ругая себя за лишнюю пошлость. Арсений спускается руками к моему ремню и ловко его расстёгивает, сразу спуская брюки с меня. Он мимолетом задевает мой колом стоящий орган, ещё больше раззадоривая меня. Наконец-то снимает с меня расстегнутую рубашку и откидывает куда-то. Казалось, что преподаватель не собирается разворачивать меня к себе лицом, но стоит об этом подумать и я тут же разворачиваюсь его руками. Он смотрит мне в глаза и наклоняется для поцелуя, а я приподнимаюсь на цыпочки. Он обхватывает мою попку руками и сжимает, притягивая меня к себе ближе. Вот и наконец-то непристойные касания, такие интимные и жаркие. — Люблю тебя, солнце, — шепчет он мне почти в губы. Я отвечаю тем же и целую, обнимая информатика за шею. После долгих поцелуев он спросил: — Антош, ты девственник? — так прямо спросил педагог. — Да… — Игрушками баловался? — Никогда. — А пальчики пробовал? — каждый вопрос добавляет краску на лице. — Можно промолчу? — Хорошо. Я тебя понял. Я хочу не только пальчики в тебя вставить, ты не против? Хочешь этого? — Хочу. Я очень сильно хочу, — уверенно заявляю о своем желании. — Тогда начнём… — он стягивает мои трусики и гладит оголившийся участок сзади. Он не смущает своим взглядом. — Ты можешь пока расстегнуть мою рубашку. Секунду, — он тянется к одной книге, отодвигает и достает из-за нее тюбик лубриканта. Я не успеваю задать вопрос, как он мне уже даёт ответ: — Мальчик, я знал, что ты придёшь сюда. Я сам лично переставлял книги на полке, чтобы оказать тебе помощь и зажать рядом со стеллажом. Думаю, ответил на вопрос, — брюнет выдавливает смазку на пальцы и направляется к моей попке. Я стараюсь выдохнуть и расслабиться, унять дрожь всего тела. Одной рукой он держит одну половинку, отодвигая, а второй готовиться проникнуть. Сначала он пальчиками массирует анус, не проникая. — Лучше займись рубашкой. Так будет легче, — он чмокает меня в губы. Я трясущимися руками начинаю цеплять пуговицы. От волнения плохо выходит, но я справляюсь. Арс продолжает готовить меня и начинает одним пальчиком проникать. Совсем другие ощущения нежели ты делаешь это сам. Арсений нежен и внимателен. Иногда он целует шею, немного засасывая кожу. Я максимально расслабляюсь. Сейчас происходит то, чего я так долго ждал. А я уже расправился с рубашкой и гладил подкаченный торс учителя. Сначала я рассматривал его прекрасное тело, не осмеливаясь прикоснуться. Арсений потихоньку вводит второй палец и увеличивает темп фрикций. А ещё находит точку наслаждения. Судорожно хватаю воздух ртом и зажмуриваюсь. Сейчас не могу смотреть в этот прекрасный омут. Мне нужно упереться о что-нибудь, иначе я грохнусь тут. Я уткнулся в ямку между шеей и плечом, поцеловал это место и провел носиком по ключице. Меня так привлекает запах тела этого мужчины. Или парфюм или гель для душа делают его таким особенным, а может и просто родной запах такой необычный. Я обнимаю брюнета, иногда, когда нестерпимо приятно, впиваюсь ноготками в спину. Тяжело дышу, дыхание сбивается, а учитель мне тихо шепчет, что я хороший мальчик. Но вот он останавливает свои действия. Я поднимаю на него глаза и ещё раз наши губы соединяются в поцелуе. — Готов, малыш? — Я готов. — Тогда разворачивайся и расставь ножки шире, — я так и поступаю, и жажду почувствовать Арса внутри. Слышу, что он снимает бельё. Я прогнулся в спине и руку положил на полку с книгами, придерживаясь. Брюнет водит головкой по входу, предупреждает, что скоро войдёт. Он целует мои плечи и плавно входит, обнимая за талию. Мне немного больно, но так хорошо. — Все в порядке? — Да… Все… Хорошо… — отрывисто говорю, стараясь тише говорить. Такое ощущение, что нас слышит вся школа. Арсений начинает действовать. Потихоньку он двигается во мне, давая мне привыкнуть к размеру. «Я не могу сдерживаться. Антон так сексуально расставил ножки и прогнулся, что невозможно продолжать движение в медленном темпе. Я хочу его по полной…» — думает Попов, опускает руки на попу и увеличивает темп. Я начинаю тихонько скулить, закрывая рукой рот. Он так сжимает мою попку и насаживает на свой член, что хочется кончить тут же. Но я держусь. Его движения достаточно быстры и глубоки. Любовник проникает в меня до конца, и я чуть ли не теряю возможность стоять на ногах. Коленки дрожат, ноги ватные, а преподаватель добавляет масло в огонь и шлёпает меня. От неожиданности я вскрикиваю и тут же его рука закрывает мой рот. — Тише, сучка… — так грязно меня называет Арс, продолжая трахать. Знал бы он мои мокрые сны о нем, назвал бы озабоченной блядью или даже его пошлой шлюшкой. Пока его рука делает тише мои возгласы, я могу немного себе позволить не сдерживаться. Все стоны, которые я держал в себе, вырываются наружу. Арсений до синяков сжимает задницу, переходя на очень быстрый темп. Мне хочется плакать от приятных ощущений, от желания прикоснуться к себе, но я не хочу сам себя ласкать. Я мечтаю, чтобы сам Арсений Сергеевич подрочил мне, и я излился ему в руку. Но он не ласкает меня там, а занят другим. — Такая узкая попка… — он делает сильные толчки и останавливается. Убирает руку обратно на попу, выходит и с новой силой вставляет сразу до конца. У меня искры из глаз. Арс рычит и кусает шею, опять замирая во мне. — Пошли-ка сюда, — он выходит, стягивает до того спущенные с меня брюки и ведёт к столику. Я не знаю как мне лечь, но Арс укладывает спиной на стол и сам раздвигает мои ноги. В моих глазах горит огонь. Мой мужчина такой властный и сексуальный. — Главное стол не сломать. А то нам не до смеха будет… — улыбается Арс и нежно, слишком тягостно входит, растягивая удовольствие. Он сам прикрывает глаза, вздыхает. — Прошу… Арсений Сергеевич, я сгораю… — голубоглазый слушается и закидывает мои ножки на плечи к себе, придерживает и поглаживает, возвращаясь к прежнему темпу. Стол ходит ходуном и скрипит, а я опять неприлично громко постанываю и шепчу имя учителя. — Я люблю тебя… — признается информатик и тянет меня к себе для поцелуя, сам тоже наклоняясь ближе. — Тебе придется поработать этим ротиком сегодня… — Мне приступать сейчас? — я готов на любые подвиги, лишь бы мне дали закончить и наконец-то понять, что такое оргазм от партнёра, а не от саморазвлечений. — Сначала тебе приятно сделаю… Без рук только, давай? — Я послушно киваю. Старший положил мою руку мне же на грудь и просил играть с сосками. Они стали от моих ласк более твёрдыми. Я пощипывал их и продолжал получать удовольствие. Понимаю, что не продержаться мне дольше минуты. Точные попадания по заветной точке заставляют меня кончить. Мое семя растекается по животику, а я не могу никак отойти от оргазма. До какого состояния меня довел этот красивый мужчина… Он перестает двигаться, вынимает член и наклоняется ко мне, целуя в губы. Немного позже прихожу в себя, когда Арсений откуда-то достал салфетки и заботливо удалил мое семя с живота. Я такой эгоист и забыл, что Арсений так и не получил наслаждение. — Теперь начинай… — напоминает про работу ротиком. Становлюсь на коленки и беру в себя. Получилось взять сразу на половину. Мои губки скользят обратно и опять возвращаются на середину органа. Двигаюсь в быстром темпе. Я дома проверял, рефлекса рвотного нет, с чем повезло. Тренировку прошел на банане, вроде доволен остался. Стараюсь взять больше и не цеплять зубками. Это мне всё-таки не морковка, да и я не зайка. Прохожусь поцелуями по органу, уделяя внимание каждому миллиметру. Завожу его за щеку, а Попов немного толкается бедрами. Насаживаюсь почти до конца и возвращаюсь к головке. И снова беру до основания. Губы плотно сжимают орган учителя. Уделяю внимание немного и себе. У меня опять встал дружок. Мне приносит удовольствие то, что Арсу очень нравятся мои ласки. Попов постанывает, и я думаю уже на пределе. Интересно, куда он хочет кончить. Он кладет руку на затылок, сжимает волосы и помогает мне брать глубоко. Спускаюсь рукой ниже и ласкаю себя там. Вторая рука берет орган и начинает дрочить в таком же темпе как и я ласкаю себя. Целую яички, поочередно их беру в ротик и начинаю быстренько двигать рукой, доводя до оргазма. — Куда хотите кончить, Арсений Сергеевич? — преданно смотрю ему в глаза. Перед ним сейчас такая картина: я с растрепанными волосами стою перед ним на коленках, мои губы красные от поцелуев и от минета, блестят от слюны. Я провожу органом по губам, слегка шлёпая и вытаскиваю язычок. Он убирает мою руку и постукивает по языку, продолжая в заданном мною темпе. Я тоже подстраиваюсь и понимаю, что тоже опять на пределе. — В ротик, Антош… Ах… — он кончает, и я следом за ним еще раз заканчиваю. Сперма попадает в основном в рот, но немного и на лицо. Я, как и мечтал, проглатываю всю жидкость и пальчиком собираю остатки, тоже направляю их в ротик. Облизываю член, обрабатывая его, за что меня хвалит учитель: — Молодец, Антон, хорошо спишь на уроке! — Что? — переспросил я. — Спишь на уроке, говорю. Просыпайся! — я открываю глаза. Весь класс хихикает, а передо мной Арсений Сергеевич. Он явно рассержен. — Простите, пожалуйста. — Чем ночью занимался, раз спать пришел в школу? — «Ох… Лучше Вам не знать…» — про себя отвечаю я, так и ничего не промолвил в слух. — Ладно, у всех свои причины бессонницы. — Попов не хочет сильно смущать. Немного отхожу от сна и понимаю, что во сне мог нечаянно застонать. Буду надеяться, что никто не услышал, если я позволил себе такую слабость. Но главное, что в моих трусиках очень мокро, я кончил на самом деле, а передо мной всё также стоит мой любимый Арсений Сергеевич.