все будет хорошо

      Где-то вдалеке раздается пальба, но Питу все равно. Он боится шевелиться, боится дышать, он боится. Ему пиздецки страшно. Каждой клеточкой своего тела он ощущает дикий ужас и отдаленное чувство дежавю, пока дуло пистолета упирается Вегасу в висок. В этой глухой тишине Пит слышит бешеный ритм своего сердца и то, как Вегас клацает зубами. Или это стучат его собственные?..       Вегас издает тихий хрип, тычет дулом себе в висок, расфокусированным взглядом смотря Питу в глаза. Дрожащими губами произносит: — Что, думаешь, я заслужил? — Вегас, — голос предательски хрипит, Пит чувствует себя по настоящему бесполезным, неспособным ни на что.       Интересно, как ощущал себя Вегас в тот раз, когда Пит прижимал лезвие к своему горлу? Так же, или еще хуже?.. Питу хочется разрыдаться, но пока нельзя. Сейчас ему нужно собраться и не позволить мужчине навредить себе еще больше. Ему нужно вытащить Вегаса из этого кошмара. — Вегас, — повторяет он увереннее. — Я никогда такого не говорил, слышишь? И не скажу.       Вегас слышит. Но не верит. Пит видит в его глазах бесконечную тоску. Вегас не верит, что заслуживает любви, потому что с детства был пустым местом для самого родного человека. Человека, ни во что его не ставящего и до сегодняшнего дня.       Всего пару минут назад Вегас наблюдал хладный труп отца, а сейчас сам держит себя на мушке, собираясь отправиться следом. — У меня ничего не осталось, — тихо произносит он. — Ты не прав. Посмотри на меня, — Пит миролюбиво выставляет руки перед собой и делает шаг вперед. — У тебя есть Макао и… — «я» застревает где-то в горле, Пит дергается назад, когда Вегас стреляет в воздух. — Не подходи, — Вегас направляет пистолет на парня и ухмыляется разбитым ртом, обнажая кровавые зубы. — У меня действительно ничего не осталось. Это конец, Пит. — Это не конец. Все будет хорошо.       Говорить о том, во что самому сложно поверить, тяжело. Но Пит сделал выбор, когда отцепил жетончик от своего пиджака. Хотя нет, не так. Он сделал свой выбор еще задолго до этого момента, и сейчас для него важнее всего то, чтобы Вегас тоже выбрал его.       Мертвая тишина, нарушаемая редкими выстрелами где-то вдали, давит на мозг, в животе у Пита скручивается панический жгут, когда Вегас возвращает пистолет к виску. — Я останусь с тобой.       Вегас молчит, и Пит продолжает: — Потому, что я слушаю свое сердце и оно велит мне быть с тобой. А ты, Вегас?.. Я прошу тебя остаться со мной, ты сделаешь это?.. — Почему?.. Почему ты… — голос Вегаса звучит совсем тихо, он неверяще смотрит Питу в глаза.       Пит старается выглядеть как можно увереннее, чтобы Вегас наконец-то понял. Питу хочется открыть ему свою душу, показать бурю, бушующую внутри. Наконец-то выпустить наружу все чувства, которые он запирал на замок в своем сердце, которые до последнего прятал и не верил в них сам. Сейчас он верит. И хочет, чтобы Вегас тоже поверил. — Вегас, — Пит не может не смотреть на это чертово дуло, прижимающееся к хаотично облепившей лоб челке. — Если ты это сделаешь, я последую за тобой.       Вегас понимает, о чем он. Смотрит Питу в глаза, его губы начинают дрожать, он морщит нос и сводит брови к переносице. Вегас сейчас — словно ребенок, бесконечно разбитый и брошенный всеми, уже и не верящий в возможное счастье. Пит отдал бы все на свете за шанс подойти к нему ближе, отобрать пистолет, спрятать в своих объятиях от всего мира.       Питу хочется зарыдать от радости и облегчения, когда Вегас медленно опускает руку с оружием. — Можно я подойду?..       Вегас наклоняет голову и слабо кивает, Пит тут же сокращает расстояние между ними и тянет к мужчине руки. Пускает ослабшего Вегаса в свои объятия, перенимая часть его веса на себя, ощущая его усталость. Вегас всхлипывает совсем тихо, тут же утыкаясь носом куда-то Питу в шею. Они вместе оседают на землю.       Пит старается не сжимать обмякшее тело слишком сильно, он помнит о ране. Хоть ему и хочется до боли сжать его в своих объятиях, слиться с ним в одно целое. Вегас тихо плачет у него на плече, руками хаотично водит по взмокшей спине, крепко сжимает окровавленную рубашку.       Они сидят так некоторое время, Пит прижимал бы своего возлюбленного к груди хоть всю ночь напролет, но Вегасу нужно обработать ранение. Пит тихо зовет его по имени: — Вегас. Нам нужно обработать твою рану.       Вегас что-то мычит в его плечо, поднимает голову, весь перемазанный в собственной крови и слезах. — Разве я не должен умереть вместе с ним? Я это заслужил.       Повеселевший Пит вздрагивает от резких слов, тут же обхватывает лицо Вегаса ладонями, заставляя посмотреть себе в глаза. — Нет, — успокаивает Пит. — Нет, нет, нет. Не говори так, тебе не нужно что-то делать, чтобы заслужить жить, ну? Кто будет готовить мне лапшу?       Пит стирает кровь с носа Вегаса большим пальцем, откидывает лезущие в глаза пряди. Вегас не сдерживает улыбки и тоже кладет свою руку Питу на лицо, поглаживает по щеке. — Ты голоден? — Чертовски сильно. — Даже в такой момент думаешь о еде, — бурчит Вегас, и Пит счастливо улыбается в ответ на типичный для него подкол.       Они медленно поднимаются, Пит помогает Вегасу, позволяя ему опереться на себя, идут в сторону поместья. Навстречу им выходит парочка охранников, уже получившие приказ о неприкосновенности наследника побочной семьи.       Вегасу оказывают медицинскую помощь, Пит все это время не отходит от него, не отпускает его руки. После перевязки вырисовывает символы на ее тыльной стороне, составляющие несколько важных слов: «Все будет хорошо. Я люблю тебя». — Все будет хорошо, — повторяет он вслух, и Вегас улыбается ему в ответ. Он верит. Все действительно будет хорошо.