Запах табака, вкус вишни

Judas Priest — Breaking the Law

Неделей ранее Старшая школа Хоукинса — Когда у Бев выписка? — спросил Дастин, когда все остальные ребята из клуба вышли из «кладовки».       Эдди, будто находящийся вне этой вселеной (или же просто обкуренный), сначала не понял, что и кто с ним разговаривает. — Эдди! — помахал парень у лица Мансона. — Земля вызывает Эдди! Приём! — Чего тебе? — находясь немного в своих мыслях, довольно грубо ответил глава клуба. — Я хотел спросить… — он немного замялся. — У тебя все в порядке?       Эдди нахмурился и встал со своего трона, который просиживал каждую долгожданную пятничную игру. — С чего такие вопросы, Хендерсон?       Рука Мансона с довольно громким хлопком упала на плечо Дастина, а глаза с довольно большими чёрными зрачками, сощуренные в допытывающем жесте, смотрели прямо в душу паренька, который уже весь извёлся за считанные секунды. Хендерсон будто воды в рот набрал и не знал, что сказать, лишь то открывал, то закрывал рот, но без единого звука. Эдди вдобавок приподнял брови, желая скорее услышать ответ на свой вопрос. — Дааастин, — сладко протянул Эдди, ухмыляясь. — Ты как на каторге, ей богу! — Ты странный в последнее время… — Дастин не решался смотреть в карие глаза своего друга, а лишь рассматривал свою обувь, говоря как можно тише. — Весь бледный… Круги под глазами, что происходит? — Ты переживаешь за меня, мелкий? — усмехнулся Эдди, переводя очередной серьёзный разговор в дебильную шутку.       Хотя на деле хотелось не смеяться, а разрыдаться, но Эдди не мог себе этого позволить при ком-то. Особенно при друге, который считает тебя своим авторитетом. — Мы же друзья? — с каким-то больным смешком спросил Дастин. — Точняк, — подметил Эдди, немного сжимая плечо Хендерсона. — Друзья не врут, Эдди. — Чушь! — воскликнул Мансон и, немного оттолкнув от себя Дастина, пошёл собирать остатки «Подземельев и Драконов» со стола. — Все врут, мой дорогой друг. Такая вот суровая взрослая жизнь.       Дастин лишь покорно наблюдал за очередной странной выходкой Эдди, которых за последние две недели было туча. За пару дней до этого — Почему с ним опять сидела Крисси? — приподнимая одну бровь, спросил Дастин у Майка, наблюдая, как Крисси-божий одуванчик-Каннингем на прощание обнимает Мансона и выходит из почти пустой столовой. Уж не похожа она на человека, лишившегося своей любви. — Я думал у них с Беверли что-то, — пожал плечами Уиллер. — Стой тут, — сказал Дастин и, поправляя довольно милую кепку на голове, пошёл в сторону Эдди.       Хендерсон не дурак, как может показаться с виду, все понимает. Вот и в этот раз понял. Или же только он думал, что понял. Эдди сидел за столом в гордом одиночестве и грыз какие-то сухарики, испепеляя взглядом свой сундук, как он говорит, с «сокровищами». — Что у вас с Крисси? — достаточно прямолинейно выпалил парень. — Вы встречаетесь? А как же Беверли? Давно тебе нравится Крисси? Почему она такая счастливая? — Дастин, прошлом уроком была математика, — грозно начал Эдди. — Мои мозги итак не варят, а ты ещё град вопросов сыпешь сверху. Неделю спустя

Iron Maiden — Run to the Hills

— Я тебе тут распинаюсь, а ты даже не слушаешь, — наигранно вздохнул Эдди. — Я слушаю, просто, Эдди, ты пропал отовсюду на неделю после того… — Дастина будто ледяным ветром обладало и он поёжился. — А сейчас ведёшь себя как… — Фрик? — сложив игру и убрав ее в шкаф, спросил Эдди. — Да боже! Дослушай ты меня.       Мансон облокотился на стол и сложил руки на груди, глазами показывая, чтобы Дастин продолжал. — Не как фрик, а как уставший человек, Эдди, уставший! — прикрикнул Дастин. — Зубки прорезались, Хендерсон? — из-за небольшого трипа слова лились рекой, даже не обдумывая то, что этим он мог оскорбить или обидеть этим Дастина. А он и обидел.       Закатив глаза, Дастин вышел из коморки, громко хлопнув дверью, оставляя Эдди в полнейшей тишине и одиночестве. Впрочем как и всегда. Жаль, конечно, что гитары рядом не было. Ведь в таких ситуациях очень помогает музыка, а точнее концентрация на ней. — Я идиот! — сквозь полную тишину, воскликнул Эдди, немного посмеиваясь, проводя рукой по лицу.       Курение одного косяка за другим — вредно, но спасало. Спасало от страха, от обиды, от злости и одиночества. А Крисси — так, бывшая влюблённость мелкого Эдди, которая никогда бы не увенчалась взаимностью. Ну и плевать! Он же ей просто дурь толкает по дешевке, поэтому и радостная ходит, а как это Дастину объяснить? Вопрос не из легких…       После школы Эдди направился туда, где проводил свои вечера последние две недели — в больницу. Прийдя туда, он увидел семью Карверов, которые были очень раздосадованы чем-то. Проходя мимо них, они смерили Эдди таким взглядом, будто убить готовы были. — Торчок! Что ты сделал с моим сыном? — отец Джейсона вцепился руками к джинсовую куртку, чуть ли не срывая все значки. На глазах у него были слёзы, но Эдди знал, что Карвер в коме и не умер, а что это за цирк тогда? — Мистер Карвер, простите, я не особо Вас понял, — поднимая руки, мол: я сдаюсь, сказал ошарашенный Мансон. — Из-за тебя мой сын мёртв! — орал он на весь коридор больницы. — С чего Вы решили? — находясь в шоковом состоянии, спросил кудрявый.       О одном больничном халате Беверли выглянула в коридор, везя за собой капельницу, чтобы посмотреть, что и кто за переполох устроил там. Завидев из далека кудрявую макушку Мансона, она крикнула осипшим голосом: — Эдди!       Услышав знакомый голос, Мансон и отец семейства Карверов синхронно повернули головы в сторону достаточно бледной девушки. — Беверли, ляг обратно, я подойду, — указывая своими руками за всю сложившуюся ситуацию и вздыхая, сказал он.       Беверли устало кивнула ему и скрылась за своей дверью, так как стоять ещё было дискомфортно и больно. — Вы вдвоём его убили, да? Сатанисты чертовы! — Никто Джейсона не убивал, — начал привирать парень, но отчасти так и было. Эдди бы никогда никого не убил. — Это скорее он похитил девочку и издевался над ней. А вы глаза закрываете на это, да? — злобно прошипел Эдди.       Отец Джейсона тут же отпустил куртку Мансона и тут же показательно вытер руки об свои штаны. Не марать же руки о такое как Мансон! — Так я и думал, — сказал Эдди напоследок и направился в сторону палаты, где его ждала Беверли.       Он мягко постучал по двери и когда услышал тихий ответ: «входи» — вошёл. Дэвис сидела на кровати и ошарашено смотрела в стену. — Он мёртв? — тихонько спросила она. — Теперь тебе не о чем переживать, принцесса! — Мансон присел рядом с ней на кушетку и обнял одной рукой за плечо.

***

Mötley Crüe — Save Our Souls

Настоящее время Трейлер Эдди       Сегодня — последний день, когда можно спокойно выспаться и побыть с Эдди где-то помимо школы. Ведь скорее всего родители запрут Дэвис дома и выпускать будут только в школу. И спасибо, если хоть встречать и отвозить не будут, а то год назад было такое…       Беверли проснулась первой, раскрыв сонные глаза, она немного дернулась. Лежали они в какой-то странной и непонятной позе: в обнимку, но очень близко лицом друг другу, а также нога девушки была закинута на бедро парня. Они были настолько близко, что можно было услышать как размеренно бьется сердце Эдди или как он немного посапывает, улыбаясь даже во сне.       Девушка знала, что у Уэйна сегодня дневная смена, поэтому она могла спокойно пойти и приготовить что-то себе и Эдди на завтрак, если конечно в холодильнике было хоть что-то. Она попыталась аккуратно и как можно тише, не скрипя кроватью, вылезти из объятий Эдди. Но он как-будто намертво вцепился в Беверли, не намеривая отпускать или хотя бы расслабить хватку.       Кое-как у неё все-таки получилось встать с кровати, конечно под недовольное ворчание спящего Мансона, но в итоге выбралась же! И главное, что успешно, не разбудив Эдди.       Беверли нашла какую-то резинку для волос у Эдди на столе, неосознанно представляя, как эти кудряшки будут смотреться в хвостике. Сделав небольшой низкий пучок, она вышла из комнаты, очень тихо закрывая дверь, ведь будить сладко спящего Эдди вовсе не хотелось.       Над потолком на кухне висели множество разных кепок, что при первом посещении «логова дракона» казалось странным, но потом Эдди все же объяснил, что это — коллекционирование — хобби Уэйна. Ну мало ли какие тараканы в голове у людей, в какой-то мере круто, что он занимался тем, о чем Беверли даже в помине не слышала. Наконец на глаза попались часы и Дэвис удивилась: — «Уже двенадцать?» Потягиваясь и разминая спину по дороге, она открыла холодильник. Выбор что приготовить был небольшой, но Беверли остановилась на яичнице с овощами. Достав помидор и огурец, она порезала их на половину, а другую убрала обратно в холодильник. Сначала девушка разбила четыре яйца в глубокую тарелку и налила чуть-чуть молока, а затем высыпала туда уже нарезанные кубиками овощи. Беверли настолько увлеклась готовкой, что не слышала ничего вокруг, ведь в голове то и дело крутилась песня «Killer Queen» группы «Queen» и она немного пританцовывала в такт и ждала пока яичница на сковороде пожарится.              Проснувшись, Эдди почуял аромат еды, доносившийся с кухни. Будто попал в детство и мама готовит завтрак, ведь Уэйн в это время отсыпался после ночной смены и готовить Эдди приходилось самому. Не сказать, что он хорошо готовил, ведь под словом «готовить» подразумеваться подогреть консервы на плите, но с этим он прекрасно справлялся изо дня в день. Он переложил руку рядом с собой, ожидая почувствовать там тепло тела Беверли. Провёл рукой вверх-вниз, но ничего не почувствовал. Резко раскрыв глаза Мансон удостоверился, что рядом никого нет. Сонный мозг ещё не мог сопоставить все факты, поэтому Эдди уже надумал себе, что Беверли опять сбежала. Эдди также резко встал и, выходя из комнаты, услышал гудение чайника на плите. Из коридора сначала высунулась голова, а затем и сам Мансон. Серьёзное выражение лица сразу сошло на «нет», ведь, увидев девушку, широкая улыбка расползлась по всему лицу. Тихими шажками он преодолел маленькое расстояние от коридора до плиты и обнял за талию сзади пританцовывающую девушку. — Мансон, твою мать! — пискнула она, от испуга роняя лопатку на пол. — Добрейшее утро, принцесса, — кладя голову на плечо, сладковато-хриплым голосом сказал он на ушко, прижимая юное тельце все ближе к себе. — Тебе тоже, но заканчивай меня пугать, так и до инсульта недолго, — хохотнула Беверли, затем аккуратно поцеловала в щечку Мансона. — А так? — Эдди резко перевернул девушку, усаживая на столешницу рядом с плитой так, чтобы глаза наконец были на одном расстоянии, да и очень близко. — До инсульта далеко?       В ногу упиралось внушительных размеров достоинство Эдди, почувствовав это, Беверли смущенно отвела голову в сторону и покраснела. Этим и открывая ему шею для поцелуев. Эдди подвинул девушку ближе к краю столешницы и, вцепившись а бедра, припал к молочной коже на шее. — Эдди! — на выдохе шепотом произнесла она. — Яичница сгорит. — Ну и черт с ней! — в перерывах между зацеловыванием шеи, рыкнул он, изнывая от желания. — Ну нет, — Беверли ухватилась за плечи парня, отодвигая от себя. — Выключи хотя бы. — Да блять боже, — закатил глаза Эдди, импульсивными движениями выключая газ и убирая сковородку на другую сторону плиты.       Эдди вернулся к своему месту меж разведённых бёдер девушки, которые она так яро пыталась скрыть краем футболки. Положив ладони на руки девушки, Эдди начал стягивать футболку вверх, оставляя девушку в одном спортивном топе и уже влажных трусиках. Она в очередной раз отвела взгляд, ведь ей самой не нравилось ее тело, потому что ей внушили, что если ты не идеал — тебя не полюбят.

Ozzy Osbourne - Shot in the Dark

— Ты чертовски красива, — мурлыкнул Эдди, а затем прильнул к пухлым губам Беверли.       Одной рукой водя по бедру, вызывая мурашки у девушки, а другой расстёгивая ремень и приспуская джинсы и боксёры, высвобождая уже давно стоящий член. Разорвав длительный поцелуй, Эдди нагнулся и, помогая себе зубами, снял нижнее белье девушки.       Горячее дыхание Мансона опалило промежность и Беверли слегка всхлипнула. — Что ты делаешь? — тихо спросила она.       Находясь меж разведённых ног, он прижал указательный палец к своим губам и шикнул: мол «тише». Горячий язык скользнул по половым губам, задевая клитор. Девушка сначала охнула, а потом еле слышно простонала от новых ощущений. Спустя пару минут таких ласок языком Дэвис почувствовала приближение оргазма и схватила Эдди за влажные от пота волосы, направляя его в нужном направлении. Но в самый пик Эдди отстранился, на что Беверли грустно вздохнула. Все ещё молча Эдди вовлёк Беверли в развязанный поцелуй. Отвлекающий манёвр чтобы она не концентрировалась на небольшой боли, которую почувствует. Правой рукой Эдди направил свой член между половых губ и скользнул внутрь, поражаясь ее узости. Они оба простонали в поцелуй. Эдди начал двигаться медленно, но довольно грубо, не как в первый раз. — Если больно — говори, ладно? — хрипло произнёс он.       Ответом послужил стон девушки, явно от наслаждения, а не боли. Она сжала футболку «Hellfire» в руке. Позже медленные толчки начали сменятся более быстрыми и резкими, что гораздо скорее доводило до пика обоих. Сквозь громкие стоны девушки, которые парень затыкал поцелуем, можно было услышать тихие постанывания-похрипывания от Эдди. Оба были все ближе и ближе к разрядке, поэтому, когда Беверли откинула голову назад, открывая рот в немом стоне, Эдди вышел из неё и кончил на пол. — Ты лучшая, знаешь это? — пытаясь отдышаться, произнёс он, застегивая джинсы обратно.       Он подал ей ее остатки нижнего белья и футболку, которые сразу же были натянуты, пока Эдди отмывал пол. — Позавтракали, — хихикнула Беверли, поправляя растрепавшийся пучок на голове. — Я и холодное могу поесть, уверен, это вкусно и холодным, — улыбнулся Мансон, усаживаясь за стол с заранее приготовленными тарелками.       Эдди отломил первый кусок «неудавшейся», по словам Беверли, еды и направил в рот, тут же закатывая глаза. — Если это неудавшееся еда, то я боюсь, что со мной будет, когда я попробую «удачно» приготовленную еду. — Слушай, дракон, ты же понимаешь, что скорее всего это последний день, когда мы видимся вне школы? — Чего? — он вытаращил глаза, аж подавившись едой. — Родители накажут стопудово, — перенимать словарный запас Эдди стало для Беверли уже привычкой. — Плохи дела, — опивая пиво, сказал он. — Ты сможешь отвезти меня домой? — Что за вопросы, конечно! Когда? — Доедим и поедем, хорошо? — А… — вздохнул он. — Я думал, к вечеру. — Я итак наврала им по поводу выписки… Прости, - доедая последний кусок яичницы, сказала она. — Не извиняйся! Это их загоны. — Ладно, проехали это и… поехали? — осмотрев пустые тарелки, сказала она. — Карета в привычном месте, принцесса, только оденься, не гоже полуголой ездить.