CAREFUL WHAT YOU WISH FOR (БУДЬ ОСТОРОЖНА СО СВОИМИ ЖЕЛАНИЯМИ)

Две женщины вернулись к своему старому распорядку с добавлением остроты их взаимной любви. Плавание и ванны, как правило, теперь занимали больше времени с большим удовольствием и резвостью. Хотя у костра всё ещё слышались звуки точильного камня и царапания перьев, это время часто прерывалось в пользу других занятий. Кошмары теперь были почти неслышны. И посох качался рядом с мечом так же сильно, как всегда. Подшучивания продолжались теперь с двойным смыслом, но также было и проницательное взаимодействие, как никогда раньше. Бард почти не могла поверить, что это была та самая молчаливая задумчивая воин, с которой она начала своё путешествие. Зена снова поймала её взгляд.  — Что? — она симулировала ярость. — Мне просто нравится смотреть на тебя. Воин заёрзала. Как бы ей ни нравилась словесная нежность барда, она также вызывала у неё смущение.  — В Балине проходит фестиваль. Если хочешь, мы могли бы сделать небольшой крюк и пойти? — Действительно?! Волнение в этих зелёных глазах всегда таяло в её сердце.  — Я знаю, что лучше не шутить о чём-то подобном с моим бардом. Ты согласна? — Конечно. — Она схватила предложенную руку и прыгнула на Арго. Вскоре они были в деревне, где повсюду кипела активность. Музыка наполняла воздух вместе со сладкими запахами и детским смехом. Они ходили от киоска к киоску, пробуя разные продукты, рассматривая товары и даже участвуя в мероприятиях на площади. Две спутницы были более расслаблены, чем когда-либо на луне, когда до них донёсся знакомый голос. — Спасибо, дамы и господа! Мы вернёмся после небольшого перерыва. Ярость наполнила воина за считанные секунды, кровь стучала в голове, каждый мускул готовился к атаке. Бард, однако, была охвачена ужасом, её лицо побледнело, выступил пот, колени чуть не подогнулись.  — Зена… — воин едва не пропустила жалобный крик. — Пожалуйста… — Её дыхание было частым, руки сжимали нагрудник высокой женщины. Наконец воин перевела своё внимание на молодую женщину, которая опиралась на неё в поисках поддержки. — Вытащи меня отсюда… пожалуйста.  На мгновение Зена боролась с собой между желанием разорвать Джакса на части и защитить Габриэль. Её любовь победила, когда она обняла её за талию, выводя из деревни. Миновав ворота, они нашли затенённое место, где можно было посидеть и перевести дух. Зена смотрела на барда, в то время как эмоции продолжали бушевать внутри. Заметив бледный цвет молодой женщины, она просунула голову между колен, приказывая ей дышать медленно.  Прошли долгие мгновения, прежде чем раздался голос: — Я думаю, что теперь я в порядке. Зена, не могла бы ты отпустить меня, пожалуйста? — Ой, извини. Как дела? — Я в порядке… правда. — Хорошо. Оставайся здесь. Я скоро вернусь. — Она начала подниматься, но Габриэль схватила её за запястье.  Она смотрела вниз на зелёные лужи, которые умоляли её остаться. Сердце воина разрывалось, когда она смотрела на хрупкое существо перед ней. — Я знаю, что ты хочешь отомстить за меня, но ты не можешь просто войти туда и раскачиваться. Люди не поймут. Они подумают, что это просто ещё один сумасшедший военачальник. Ты. — Мне всё равно. Он должен заплатить за то, что сделал с тобой. Бард глубоко вздохнула, приходя в себя и принимая решение.  — Ты права, конечно. — Она медленно поднялась, подтянувшись и расправив плечи. — Но я тот, кто должен это сделать. — Габриэль, нет! — Зена… Ты знаешь, что я права. — Воин отчаянно пыталась придумать аргумент, чтобы отговорить её, но не смогла придумать ни одного. С грустью она кивнула в знак согласия. — Хорошо. Теперь давай найдём деревенского магистрата и сделаем это. * * * * * — А теперь, друзья мои, мне понадобится волонтёр. Предпочтительно хорошенькая барышня, — улыбнулся он под смех публики. — Я буду делать? Он повернулся, чтобы посмотреть, как земляничная блондинка медленно поднимается по ступеням импровизированной сцены с посохом в руке. Его глаза сверкнули от страха. Он отвернулся, чтобы убежать, но столкнулся с воином, поднимающейся по ступеням с противоположной стороны. Придя в себя, он заметил, что её меч всё ещё был в ножнах, и она не наступала на него. Повернувшись к барду, улыбка вернулась на его губы.  — Ну, ну, ну… так приятно снова вас видеть. Леди и джентльмены, позвольте представить Габриэль, барда Потейдии. — Женщина проигнорировала аплодисменты толпы, не сводя глаз с хитрого мужчины перед ней. — Она также оказывается принцессой амазонок. Трудно поверить, да? Такая маленькая штучка, не больше жука! — Он хлестнул её этим словом, когда его глаза стали жёсткими.  Женщина замерла, дрожа, но встретила его взгляд. Гнев воина был почти неконтролируемым, когда она сделала шаг.  Заметив движение подруги, она крикнула: — Зена, стой! В словах не было улыбки. Это была команда, с которой нельзя спорить. Затем бард неторопливо двинулась вперёд и позвала толпу, не сводя глаз с Джакса.  — Этот человек — вор. Пока вы смотрите шоу, сообщник перемещается среди вас, освобождая вас от ваших кошельков. — Раздался ропот, когда люди проверяли свои деньги. — Но это ещё не всё. Он похититель. — Больше ропота. — И когда его жертвы беспомощны, он насилует! — Враждебность толпы росла. — Я предлагаю тебе сдаться магистрату, пока можешь, Джакс. — Или что, маленькая букашка? Ты собираешься снять меня? Ты? Ничто? Бесполезная рабыня? Испорченный кусок мяса?! — его глаза сверкали жестокостью. — У тебя был шанс. — Она сделала выпад, размахивая посохом.  Джакс вытащил меч, спрятанный за ящиком, и схватил с пояса шакрам. Он заблокировал её первый удар и тут же перешёл в режим атаки. Он продолжал свои словесные насмешки, пытаясь встряхнуть её. Но Габриэль была слишком сосредоточена, чтобы её так легко поколебать. Она парировала каждый удар и вскоре отбрасывала его назад. Воительница улыбнулась с яростной гордостью, наблюдая, как её любовь сражается не только с этим куском подонка, но и со своими личными демонами. Затем она ахнула, когда Джакс удачно взмахнул шакрамом, порезав плечо Габриэль. Но её подруга продолжала сражаться, слишком поглощённая битвой, чтобы заметить или, возможно, вдохновлённая этим, чтобы надавить ещё сильнее. С новой силой посох сильно ударил его в живот, затем, резко развернувшись, она ударила его по спине. Он упал на пол, где амазонка так сильно лягнулась, что тот перевернулся на спину. Она грубо приставила свой посох к его горлу. Толпа приветствовала и подстрекала её прикончить его. Но воин молилась, чтобы её подруга сопротивлялась.  — Ты не такая, Габриэль. Пожалуйста, не надо. Свечи, кажется, исчезли, когда она замерла, слегка толкаясь в его дыхательное горло. Затем внезапно посох сделал дугу, чтобы сбить его с ног. Наклонившись, она взяла шакрам из его безвольной руки.  — А это принадлежит моему другу. — Она бросила оружие воину, готовой взорваться от гордости. Затем она позвала: — Судья, этот кусок мусора полностью ваш. Отвернув амазонку влево, воин следует за контентом, чтобы быть напарницей. * * * * * В тот вечер под звёздами в их лагере воцарилась тишина, и на их лицах остались широкие улыбки.  — Я говорила тебе, какой невероятной ты была сегодня? — спросила она, проверяя швы на плече подруги. — Всего шесть или семь раз, но мне нравится это слышать. — Габриэль почувствовала, как мазь мягко втирается в швы, а затем повязка возвращается на место. — Эй, не поцелуешь сначала, чтобы стало лучше? — дразнила она. — Боюсь, если я начну, я не смогу остановиться после того, что увидела сегодня. — Кто хочет, чтобы ты остановилась? — Габриэль, серьёзно, я не думаю, что смогу остановиться сегодня вечером. Я действительно хочу тебя. — Хорошо. Потому что я тоже хочу тебя, — прошептала она, наклоняясь и целуя воина в шею. — Габриэль? — На этот раз не разговаривай. У нас есть важные дела сегодня вечером. Например, узнать друг друга как следует… близко. — Ты не обязана этого делать. — Я знаю, что нет. Зена, я хочу сделать это. Я хочу этого больше, чем своих слов. Впервые я действительно чувствую себя свободной от того, что могу иметь то, что хочу. — Глубоко вздохнув, она продолжила: — Столкновение с… этим ублюдком сегодня было ужасным. Я действительно не знала, смогу ли я противостоять ему. Но я знала, что если я этого не сделаю, я никогда не смогу иметь тебя. Боги, я хочу тебя. — Чего ты хочешь, малыш? — она улыбнулась с обожанием. — Я хочу коснуться каждого твоего сантиметра. Я хочу доставить тебе удовольствие, наполнить тебя, заставить тебя плакать. Я хочу, чтобы ты могла сделать то же самое со мной. Я хочу чувствовать тебя вокруг меня, на мне, во мне так сильно, что я не могу дышать. Я хочу знать, что такое освобождение, и я хочу его с тобой. Страсть в зелёных лужах глубоко вспыхнула в синеве.  — Будет так, как ты прикажешь, моя принцесса. — Нет. Не для принцессы — и даже не для твоего друга. И не для моего приказа или даже моего желания. Воин тепло улыбнулась стоявшей перед ней красивой женщине с пониманием.  — Того, чего мы обе желаем, будет сегодня вечером… любовь моя. И так было в ту ночь и во всё последующие ночи. Конец