Надо меру знать

      Дав клятву в соборе Кардии и уже официально став Дреяр, Кана ощущала себя смешано. Она была рада и всё ещё напугана. И лишь крепко сжимающая ладонь Лаксуса хоть как-то удерживала, чтобы не удрать. Она ведь теперь замужем! А этого девушка когда-то боялась. Боялась выйти замуж, прожить всего ничего с мужем, а потом разбежаться. Как было с её родителями. Отец всё же рассказал ей более подробно…       Однако Лаксус внушал доверие, да и после его первого признания, более девушек у него не было. А у неё через раз, и сейчас Кана была уверена, что большинство парней отгонял не только отец, но и Дреяр. Но тем не менее… Ей хотелось верить Лаксусу. Верить в него и их взаимные чувства.       Друзья вновь одаривали их поздравлениями: — Поздравляем! — Теперь Кана Дреяр! — Молодцы!!! — У-у-у, Джувия тоже хочет заму-у-уж!!!       Их шествие возобновилось. Они вновь сели в открытую белую карету, обвязанную лентами пастельных тонов и украшенную розами. Невзирая на непереносимость транспорта, Лаксус держался, а Кана в ответ сжимала его ладонь. Пусть страшно, пусть непривычно и волнительно, но они ведь теперь полноценная семья.       Семья…       Такое сложное и желанное слово. В детстве она мечтала о семье. Ведь с рождения её воспитывала мать, да и… к шести она осталась одна, лишь зная, где отец. Но найдя его, не смогла сказать правду и только через двенадцать лет набралась сил.       А теперь и она сама… станет матерью? Но… не разбегутся ли они как её родители?       «Я… хочу нормальную семью».       Столкнувшись с серыми омутами, она улыбнулась. — Ещё немного осталось.       Он мельком кивает, сдерживаясь, чтобы не сморщится. Ведь у них свадьба, крайне счастливый день. Пусть и… для драконоубийц любой транспорт — враг и зло. Но Лаксус с этим борется исключительно упорством. У Венди есть заклинания, и лишь Гажил и Нацу этим страдают больше всех.       Но каждый постарался, чтобы этот грандиозный праздник случился. Поэтому Кана старается отогнать страхи, продолжая верить в мужа.       «В Конце концов, я не такая, как моя мама». Корнелия злилась на Гилдартса, что он слишком много времени уделяет работе, а не ей. Хотя это неправильно. Отец много работал, чтобы обеспечить свою семью. Но увы, у матери были другие взгляды. Возможно, она и не любила Гилдартса. Однако он сильно любил её, это было видно. То, с какой радостью он принял новость, что Кана — его дочь, то, как он к ней относился и общается с ней — это показывало его истинные чувства…       «Ведь, я… люблю Лаксуса. А он меня».       Карета остановилась перед воротами в гильдию, увенчанную всю в ленты и цветущие цветы.       Лаксус с облегчением ступает на землю и подает руку жене. — Пойдем. — Ага… — Она кивает и вкладывает в его ладонь свою.       Лаксус вновь улыбается, не столь ярко, но Кана знает, что он тоже счастлив.       Они вошли в здание. В центре зала стояли столы, заставленные едой и выпивкой, много выпивки. Любимого алого вина и виски. Все расселись, и друзья вновь и вновь одаривали их поздравлениями. Кричали «горько», вручали подарки. Играла музыка, были танцы и конкурсы, казусные ситуации и драки. Но тем не менее для всех эта свадьба оказалась крайне масштабнее Биски с Альзаком и Гажила с Леви. Мастер и Гилдартс постарались на славу. Оба хотели счастья для своих детей.       Будучи уже менее трезвыми, Гилдартс втирал Лаксусу, чтобы тот не обижал его дочь, а Макаров своей невестке, чтобы та не боялась заводить деток.       Молодоженам было сложно спорить с хмельными родителями, и те молча их слушали. Слушали долго, ведь гулянка длилась две недели.       Но каждый был рад, каждый был счастлив.