Надо меру знать

      Кана с раздражением смотрела в стену в медкабинете. Рядом сидел задумчивый Лаксус. Ушли сюда, завались на кровать и… уснули. Без поцелуев. Без секса. Просто. Уснули! — Я же только пять бочек выпила… вроде бы. — Тебе их хватает за глаза, — грубо бросает Дреяр и морщится от боли.       Альберона усмехается. Голова у неё болела куда сильней, но она умела игнорировать это. Уж опыта у неё в достатке.       Она вытягивает ноги и болтает ими, как ребенок. Может, с Венди ещё сходить куда?       «Только бы Чарли помалкивала в тряпочку».       А то искидка иногда по нервам проходится умело. Виден опыт воспитания… — И всё равно — не надоело? — Не-а. А тебе? — Кана наклоняет голову набок. — Я же тебе нравлюсь. — А я?       Та хихикнула. Поднялась на ноги. — И куда ты? — недовольно буркнул Лаксус. — В погреб.

***

      Усевшись на бочку с пивом, Кана с задумчивостью смотрела в полупустую стойку для вина. Вино осталось только в стекле, остальное в бочках она выхлебала. Ещё есть ром, пиво, виски… да и с десяток видов настоек.       Покрутив непочатую бутылку, Кана хмыкнула. Опять напиться и обломаться?       Поставив обратно в стойку бутылку, качаясь, она вышла, подошла к Венди. Марвелл лечила совгильдийцев после похмелья. — Венди, пошли на задание?       Та дергается, удивленно задирает голову и смущенно кивает. — Э? А как же я?! — простонал Вакабэ. — Зелье купи или пива хлебни. — Схватив девочку за плечо, Кана повела её к доске с заданиями.

***

— Кана, а вы с Венди сдружились, — улыбнулась Мира, готовя коктейль для Люси. Та была одета в водолазку с высокой горловиной, она сидела за барной стойкой и в руках у неё была тарелка с несколькими вишневыми кексами.       Кана развалилась на барной стойке и в полудреме наблюдала за ними. Мира закончила с коктейлем и поставила его перед Хартфилией. Та пробормотала «спасибо». — Ага… — А у вас с Нацу как? — обращается Штраусс к заклинательнице.       Та кашляет, чуть не опрокинув на себя коктейль. — Хорошо… — Ну, хорошо, то есть вы теперь вместе? — уточняет местная сваха.       Щеки Люси покраснели. Она кивнула.       Мира хлопнула в ладоши. — Поздравляю! — Угу… — А у тебя, Кана, как с Лаксусом?       Люси снова давится, удивлено смотря на рядом сидевшую и дремавшую подругу. На удивление, но рядом с ней, нет под боком спиртного. — Не знаю. — Ох, бедняжка… — приложив ладонь к щеке, с сожалением протягивает Шраусс.       Кана фыркнула. — Может, Бикслоу попросить? Или Эвер? — Ага, а может, сразу мастера? — съязвила Альберона.       Шраусс хмыкает, достает алое вино, наливает в бокал и протягивает Кане. Та открыла глаза, долго смотрела на него и отодвинула в сторону. В синих глазах Миры проскользнуло удивление.       Кана села, потянулась и задрала голову, сталкиваясь с серыми глазами. Облокотившись о перила, стоял Лаксус и с задумчивостью смотрел в её сторону. Он ни вздрогнул, ни отвернулся, продолжая смотреть ей в глаза.       «Снова подслушивает», — мысленно хмыкает Кана. Её это давно смешило и не злило. Что тут такого, если его слух чуток до безобразия? И это ему порой мешает? — Кана, у нас есть и багровое вино, вчера только привезли.       Алое и багровое вино — разные, хотя и кажется, что они похожи. Но алое готовится из красного винограда, а багровое из того же винограда, но и с багровыми сладкими розами. Оно очень дорогое и редко бывает в их гильдии, и то, только по её личному заказу.       Та помотала головой. — Я бросаю пить.       За ближайшими столами стихли голоса. Повис секундный ступор. — ЧТО?! — вскричали те, кто услышал, а их было много.       Кана рассмеялась и, прихватив у не меньше ошарашенной Люси кекс, пошла на выход. — Правда?! — с неверием кинула ей вдогонку Мира. — В смысле? Кана и бросает пить?! — вскрикнул Макао.

***

      Кана быстро съела кекс и со скукой шла по центральной улице, прикидывая идти ли на станцию или в ближайший бар. В гильдии у неё не клеится. То ли Лаксус специально, то ли с ней самой что-то не то. А может из-за этой дурацкой влюбленности. Которая душит с Магических Игр, а времени уже достаточно прошло. Но у них так нормально и не сходится.       Она тяжко вздохнула, похлопала себя по сумке, дабы убедиться, что драгоценные при ней. Кошель ощущался точно, открыла, посмотрела наличие драгоценных и, прикинув, сколько будет стоить билет до Азалии, улыбнулась. Хватает туда и обратно, ещё и сумма приличная остается.       Свернув в сторону станции, она остановилась у фонтана и умылась. К ней подошел Лаксус.       «Удивительно, что сразу же не нагнал».       Дреяр прям не гонялся за ней, но… всегда старался держать в поле зрения. А она рада купаться в лучах его внимания. Всё же Лаксус завидный мужчина, и на тебе, его интересует известная пьяница гильдии. И чего он на Миру не смотрит? Или на Лаки?       Он со скептизмом и толикой надежды спросил: — Ты, правда, бросаешь пить?       Кана хмыкает и вновь улыбается. — Ага. Бросаю пить и начинаю бухать. — Чего?! Опять твои шутки? — возмущается Дреяр. Как будто до этого она не бухала!       Девушка разворачивается. Он стоял в двух шагах от нее. Она чуть подняла голову. Да, она высокая, но Лаксус выше. Он смотрел с раздражением и непониманием. Ведь никто её не понимал. Даже она сама. — Ну, всем прекрасно известно, что «пьяница Хвоста Феи» ни за что не выпустит из рук алкоголь. — И тем не менее… А ты к Баккусу? — хмурится мужчина.       Кана усмехается, складывая руки под грудью. — Это что-то меняет? У нас с тобой не пойми что, из-за чего мы друг другу мешаем… — И сколько раз я должен это повторять? — резко обрывает её Лаксус. — А? Что повторять?       Он фыркает, щурившись. — Ты действительно ни черта не помнишь?       Девушка пожимает плечами. Не станет же она говорить, что помнит лишь приятные ощущения в его компании? Которые, между прочим, дальше поцелуев и прикосновений не доходили. — Альберона, — раздраженно произносит он, — я каждый раз тебе говорю, что… Ты мне нравишься, получаю положительный ответ, а как ты трезвая — всё забываешь. Как будто не было никаких разговоров.       Ой… И ведь было что-то такое после боя с драконами… И ещё парочку раз… — Я думала, ты про алкоголь. — Э? — тот удивленно на неё уставился. — У меня есть с десяток любимых видов вина, пива…       И ведь девушка расписывалась о любимых видах. Она даже знала, какие сорта фруктов шли, как их растят и выдерживают для алкоголя.       Он закрыл лицо ладонью. — Ты не исправима.       Кана нервно улыбнулась. И поэтому они почти два года друг друга терзают? — Хех, ага, кажется, так. А почему ты мне это только на пьянках говорил? — Потому что ты всегда пьяная. А трезвую тебя не застать… наедине.       Лаксус выглядел немного… смущенным, что просто нереально! Он всегда старался подать себя как брутальный мужчина, который не умеет смущаться, и лишь при нем смущаются дамы.       Альберона задумалась. И ведь так и есть. Трезвая она ходила на задания с Венди, так как та ещё ребенок, и на неё ложится вся ответственность за Марвелл. По утрам, до первой бутылки, и… всё. В других случаях она ходила под шафе на заданиях и практически никогда не расставалась с алкоголем.       Она поскребла щеку. — Пошли вместе тогда бухать?       Лаксус одарил её раздраженным взглядом, но уголки губ поднялись. — Я тебя кодирую!       Мужчина схватил её, закидывая себе на плечо. — Эй! Поставь меня! — она замотала руками и ногами. Что за дурацкая ситуация? Будь она пьяна другое дело, но не будучи трезвой! — Нет. Мне надоело, что моя девушка вечно пьет и якшается не пойми с кем. — Какая девушка ещё?! Неужели я ещё и согласие давала?! — Поверь, даже на свадьбу согласилась, — подбросив её, произнес Лаксус веселым тоном и пошел в противоположную сторону от станции. — Что?!       Кана приподнялась, упираясь в его плечи. — Какая ещё свадьба?! Не помню! — А теперь запомнишь.       Альберона озадачено смотрела на профиль мужчины, наклоняя голову назад. Было неудобно.       Люди вокруг них шептались.       Она сжала кулаки. Тут была как её вина, так и его. — Но я не хочу. — А когда пьяная, то говорила «хочу». — Врешь. — Не-а. Можешь деда спросить. Он тебе всё в красках расскажет. — …Так мастер твой дед. Он на все согласие даст. А в этом случае и подавно.       Для всех не было секрета в том, что мастер давно хочет женить внучка и понянчить правнучков. — Нет. Он своими глазами видел и ушами слышал. О, можешь ещё спросить Гажила. Тот тоже слышал. Ну, Нацу, если этот дурень что-то слышал.       На какое-то время Кана замолчала, соображая, как могла в такую ситуацию попасть и главное: как выкручиваться? Попутно припоминая теперь неясные бросаемые мечтательные взгляды со стороны Макарова в её сторону. И насмешливый взгляд Гажила.       Она осмотрелась, так же пытаясь понять, куда он её притащил и… — Загс? — Ага, заявление будем подавать. — Но я… — Ты давала согласие. Всё, набегалась и хватит.       Он поставил её на землю.       Кана фыркнула. — Да и чего ты боишься?       Она посмотрела ему в глаза. — Не хочу кодироваться. — А придется, — Лаксус одаривает её лукавым взглядом.       И Кана понимает. Всё. — Ты всё придумал. — Почти.       Девушка тяжко вздыхает. — Кана Дреяр… Ладно. Только не кодируй. — Если будешь меру знать.       Кана тяжко вздохнула. — Ладно…