My Gun And Mind Go Off

POV Vegas Как же хорошо иметь неприметный скромный особняк глубоко в лесу, о котором не знает первая семья. Я вынужден скрываться сейчас здесь по приказу отца, чтобы он попробовал уладить всю оплошность без моего присутствия. Так как я крупно облажался с планом по уничтожению влияния Кинна — главная семья внесла меня в черный список — и теперь ищет по всему Бангкоку и не только, holy shit, полное дерьмо, и почему я должен был оказаться в таком положении? Если бы не тупость Тавана и Кена, все сложилось бы совсем иначе. Также меня в очередной раз унизил отец перед нашими людьми за сорванный план, но я уже давно привык, что он не умеет общаться со своими детьми иначе, его рукоприкладство со мной из детства. Я старался защитить Макао тоже, когда ему должно было перепасть — я всегда подставлял себя, лишь бы он не причинил боль моему младшему брату. Он был одним из немногих, с кем я мог кое-как быть откровенен. Зато мне не скучно. Я взял с собой свои любимые книги, БДСМ-игрушки и двух питомцев — ёжика и Пита. И если с первым питомцем все было просто, то с другим с точностью до наоборот. Пит был как каменная стена, seriously, ещё меня так бесил этот его насмешливый взгляд. Сразу видно, что человек из главной семьи, только они на меня так смели смотреть. Как же меня это выводит из себя. Он отказывался есть, вот совсем. Этот дурашка вчера так грозился меня убить после моей маленькой шалости с пушкой, уже любимой, а теперь готов умереть от голода? А как же обещанная месть? Что за скука смертная? И вновь я прихожу к нему, Пит стоит уверенно на своих двух, будто это не он был без сознания почти сутки и не ел ничего со вчерашних событий. — Как поживает моя прелесть? Твой хозяин принес тебе еды, нужно немного подкрепиться, чтобы быть в форме, good boy, — на удивление у меня было хорошее настроение, не смотря на весь тот пиздец, что творится в общем, — ну же, Пит, ешь. Пит с отвращением посмотрел на тарелку с западной едой, стоявшей на полу, и произнес: — Я лучше сдохну с голоду, чем буду есть что-то в этом доме и твоём присутствии, господин Вегас, — особенно противно выделив слово «господин». — Ха-ха-ха, а ты весьма увлекательный, yeah? Но ведь всему есть предел, darling, и вот ты достиг моего, — я одним движением руки ослабил цепи, которые удерживали Пита в стоящем положении, резко подлетев, хватаю его за волосы и окунаю голову прямо в миску с едой так, что он начинает давиться: — Если я сказал, что ты ешь, это значит, что ты ешь. Хорошие питомцы слушаются своих хозяев, — после чего получаю плевок в лицо и выражение презрения. Снова. Никто и никогда не плевался в меня. Ещё и дважды. Моей злости нет предела. — Ах, ты мелкая шестерка, ты снова это делаешь, выводишь меня из себя, тебе так нравится, когда я злой? Что ж, it's time to play. Я резко хватаю его за волосы, откидывая назад, поднимаюсь на ноги и вновь подтягиваю цепи вверх, чтобы Пит стоял. Подходя к нему, я беру в одну руку тарелку с едой, второй держу его за волосы и выливаю её содержимое на лицо. Не надо было меня выводить из себя. Видя, как телохранитель начинает кашлять и вырываться я ударяю его под дых, чтобы немного усмирить его пыл. — Что такое, Вегас? Проблемы с кормлением питомца, плохой из тебя хозяин получается, — смеётся Пит, кашляет, скручиваясь от боли. — Nah, my naughty, я вижу тебе все весело, я сейчас тебя как следует покормлю. Я снимаю с себя тяжёлый кожаный ремень, начинаю проводить им от шеи по рукам, назад, дальше провожу по соскам, груди, животу и возвращаюсь к лицу, Пит смотрит каменным взглядом, теперь моя очередь смеяться, kittyboy. Первый удар я наношу по лицу, оставляя смачный кровоточащий багровый след на правой щеке, слышу сумасшедший крик в ответ и меня это так заводит: — О, Пит, кричи больше, не сдерживайся, милый, твои крики — моя любимая музыка, — горячо шепчу ему на ухо, облизывая мочку, затем перехожу к кровоподтёку на щеке и слизываю струю крови, что уже почти достигла края челюсти, меня от него ведёт, — you're so sweet… — А-а-а-а-а… Нет! Что за нахер? Вегас! Ты чертов конченый ублюдок, не облизывай меня, меня сейчас вырвет, пожалуйста, уйди, — отчаянно просит Пит. — Мой хороший, это правда то, чего ты хочешь или ты так говоришь, потому что так правильно? Вспомни свое тату, — я прикасаюсь к его бедру, нежно проводя по коже, — не ври себе, будь честен со мной. You like it. Тебе мало, хочется большего, more, more, more… Я резко отхожу и начинаю полосовать ремнем кожу Пита. Не знаю, сколько раз я его ударил, но все его тело было в красных полосах и кровавых дорожках, которые так и хотелось слизывать снова и снова, fuck, я словно чертов вампир, Пит, что ты со мной делаешь, демон? Тем временем он уже почти висел на цепях, совсем не держа себя на ногах. — Сукин сын, как же невыносимо… Я тебя убью, Вегас… — Я с нетерпением буду этого ждать, моя прелесть, а пока ты в моей власти и только так, я устрою тебе Ад на земле, тебе определенно будет по нраву, i definetly know that you'd enjoy, — я подхожу к тумбочке и беру зажимы для сосков, попутно интересуясь: — Пит, ты игрался когда-нибудь со своими сосками? Он испуганно на меня посмотрел и попытался отойти назад, наверное, забыв, что намертво прикован сейчас цепями. О, да, он такой милый и беззащитный, когда так смотрит. Люблю видеть страх в глазах людей. У меня в руках власть, я могу все. — Молчишь? Не бойся, если не будешь дергаться, то сможешь получить удовольствие, — я начинаю ласкать соски, на что слышу мычание и полустоны, Пит жуёт свою нижнюю губу, снова сдерживая себя, ну что же, недолго ему осталось. Я начинаю лизать соски, покусывая их и кожу вокруг, fuck, ещё и запах крови вперемешку с запахом Пита, я не могу больше. Все мои фетиши здесь, нужно держать себя в руках. Заканчивая с прелюдией, я цепляю зажимы на соски и тут же слышу сладкий крик и стон. — О, Пит, my baby, у тебя встал, — я продолжаю играться с зажимами, то разжимая, то сжимая соски по очереди. — Прошу, прекрати это, я не выдерживаю, мне плохо… — умоляет Пит. — Ты точно этого хочешь, Питти? Я вижу, что твое тело хочет, чтобы я не останавливался, — хватаю его за член и начинаю водить вверх-вниз через ткань трусов, слышу снова протяжные стоны. Да-да-да, именно, that's it. Я резко прекращаю свою сладкую пытку на что слышу вздох разочарования и меня это забавляет: — What's matter? Ты же, кажется, просил меня прекратить, — обожаю играться с ним. Пит зло на меня уставился, я оборвал его удовольствие. — Но не переживай, у меня на тебя другие планы, — я подхожу к своей тумбочке с любимой коллекцией БДСМ-игрушек и останавливаюсь на уретральном катетере для члена и вибраторе средних размеров. Пит, видя эти штучки, начинает вырываться с удвоенной силой, ха, будто ему это поможет, вот смешной. — Вегас, придурок, сними с моих сосков эти штуки, я сейчас вырублюсь! — Really? А мне кажется ты ловишь кайф от своей беспомощности и слабости, ты так не думаешь? Ты такая врушка, — снова играюсь с зажимами, вызывая у Пита табун мурашек по коже и стоны, — а сейчас будет кое-что поинтересней. Я снимаю с него трусы, поглаживаю колом вставший член, вот мазохист, и аккуратно начинаю вставлять в уретру катетер. Слышу оглушающий крик: — Чёрт! Что за хрень, ебать, вытащи это, у меня сейчас все отвалится к чертям! — Что такое, Пит? Немножечко дискомфортно? Ты сейчас привыкнешь, — я просовываю плаг в упор до основания члена и начинаю им двигать, параллельно облизывая тату на бедре. Мне нравится оно все больше. — Ах, чёрт, Вегас, я сейчас умру, это… Я не выдерживаю, что за… — с предыханиями, как будто в бреду, повторяет Пит. — Very-very good, правда, нереальные ощущения? Я люблю эту манипуляцию, — не могу сдержать улыбку при виде такого уязвимого мужчины: — Теперь время двигаться дальше, — я беру вибратор, одной рукой продолжая играться с членом своего мальчика, — возьми его в рот, Пит, это второй lollipop, — но он упорно отказывается это делать, мычит. Тогда мне приходится покрутить зажимы на сосках и вот, стон, во время которого я быстро просовываю вибратор и начинаю им толкаться в глотку Пита. Damn. Снова это его блядское выражение лица. В нем все противоречит — неподчинение, мольба, ненависть, страсть, просьба о большем. Как можно быть таким sexy? Восьмое чудо света. Потолкавшись в рот Пита ещё немного, я высовываю резиновую игрушку из его рта и начинаю медленно вести фаллосом вниз, попутно рисуя на теле кровью, которая течёт с открытых ран. Картина на миллион. Только для меня. Я не хочу делиться этим видом с кем-либо ещё. Он только его. Ласкаю одной рукой кожу спины, опускаясь на половинку попы, немного отвлекаюсь на то, чтобы выдавить немного смазки на пальцы, отодвигаю ее, начиная массировать колечко плотных мышц, которые так и затягивают горячей трясиной внутрь. Слышу тяжёлые вздохи и стоны. Great. Двигаю второй рукой вибратором по телу вниз, когда дохожу до желанной цели — вставляю аккуратно и медленно резиновый фаллос, наслаждаясь реакцией Пита. Какой он сейчас покладистый, словно little kitty. Врубаю на вибраторе скорость выше среднего и начинаю движения вперёд-назад. Сладкие стоны Пита, то, как он жмётся, слишком hot, God… Я не сдерживаюсь, начинаю его целовать, вылизывая. Пит отвечает на поцелуй, such a good boy. Я продолжаю одной рукой играться с его членом, а второй рукой занимаюсь вибратором, темп становится все интенсивнее, его тело дрожит и я чувствую сильный укус на правом плече, это было очень неожиданно и хорошо: — Fuck, Пит, умеешь показать зубки… I will consume you. — Вегас! Я на пределе, я прямо сейчас… М-м-м… И тут я резко загоняю до упора, а потом вытягиваю плаг из его члена, одновременно толкая в упор вибратор, чувствуя, что попадаю как раз в точку, слушая стоны, словно я на самом лучшем концерте в своей жизни. Пита трясет, он кончает в конвульсиях, при этом томно выдыхая. Прелестно. Я вытаскиваю вибратор и обнимаю его. Вся моя рубашка в крови Пита, он хорошо постарался, но совсем слаб, навалился на меня. Меня опять оставляют со стояком, вот же обломщик, а я так старался для него. — Пит? Ты слышишь меня, Пит? Да ты весь горишь, чёрт! — вот тут я перепугался не на шутку, он просто горел, у него жар, зову своих людей, — мне срочно нужны лекарства от температуры и воспаления, немедленно. — Да, господин. Я ослабил цепи и уложил его на кровать, ожидая лекарств. Дерьмо, что-то я перестарался, но он сам виноват. Пит со мной не говорил, хотя был в сознании, совсем побитый на вид. Я нежно касаюсь его щеки и глажу кожу. Кажется он снова копался в себе, взгляд в одну точку, игнорирование моего присутствия. Что у тебя в голове сейчас, Пит? Решив оставить его наедине с собой, я пошел наверх переодеться, ибо моя рубашка была в крови и сперме, и нужно срочно подрочить, уже второй раз я сдержал себя от прямого контакта наших тел и об этом мне говорит мой недовольный всем набухший член, который желал разрядки. Я зашёл в ванную, полностью снял с себя одежду и увидел на себе кровавые разводы Пита, начиная водить по ним рукой, я оттягиваю кожу вставшего колом члена и начинаю надрачивать, делая резкие движения. В голове сейчас только желание получить долгожданную разрядку и Пит. Его блядское выражение лица. Нереально возбуждает. So sexy… Я кончаю так, будто я подросток и у меня это впервые, необъяснимое чувство. Что же ты со мной делаешь? Я принял душ, хотя мне так не хотелось смывать кровь, она легла такими красивыми узорами на моем теле. Выйдя из душа, я проверил телефон, на котором были пропущенные от Макао, Кинна, отца и куча сообщений. Не успев даже нормально вытереть волосы, как вдруг в комнату влетает злой отец: — Ты! Что ты вообще делаешь? Ты хоть знаешь, что происходит снаружи? Главная семья ищет тебя под каждым камнем, а ты тут прохлаждаешься и занимаешься хернёй, Вегас! — А что ты хочешь, чтобы я сделал, пап? Что мне сейчас остаётся делать? Все должно было получиться иначе. Кен тоже просчитался, — откидываю полотенце прочь. — Ты можешь хотя бы сделать вид, что ты сожалеешь? Потому что мне кажется, что тебя устраивает такое положение дел. И что ты вообще учудил с главой охраны Танкхуна? Мои люди мне донесли, что он твой пленник и ты его кошмаришь. Ты вообще соображаешь хоть немного своей башкой? — он подходит и наотмашь бьёт меня по лицу, — если первая семья узнает, что у нас их телохранитель в пленниках, мы будем в ещё большей заднице. Он не должен выйти отсюда живым, избавься от него. Частично сейчас такой кипиш из-за его слива, — кричит, больно тычет пальцем мне в грудь и отталкивает, ударив снова по лицу так, что у меня начинает течь струя крови, разбита губа, — не разочаровывай меня ещё больше! — Yes, father. Услышав это, отец поспешно покидает меня. Снова об меня вытерли ноги. Ненавижу это чувство. Как же мне это всё осточертело. Сколько будет это продолжаться? Почему я не могу быть Кинном?.. I'm pissed off. Чертов Кинн. Чертова главная семья. Чёртово всё. Почему я должен был родиться в этой семье?.. — Господин Вегас, извините, здесь лекарства, которые вы просили. Что-то еще нужно? — оборвал поток моих мыслей вошедший телохранитель. Кажется пора подлечить мою зверушку, наверное, уже заждался меня.