Дружба и ничего лишнего

House of Memories — Panic! At The Disco Такое ощущение, будто сегодня праздновали не день рождения молодой девушки, а юбилей Снейпа. Хотя и там, наверное, было бы веселее, чем здесь. За долгие годы Драко устал от подобных приёмов и будь его воля, он даже не появился бы здесь. Но Гермиона… Она опять всё решила за него. Как ни странно, Драко не был против и не злился. В конце концов, без неё он точно бы пропал, а так в его жизни произошёл настоящий сдвиг. Пока она воодушевленно болтала с четой Поттеров ему нечем было заняться. Без подруги Драко помирал от скуки. Он устало сканировал помещение в поисках хоть чего-то интересного и каждый раз невольно останавливался взглядом на Гермионе. Оставшись наедине со своими мыслями и переживаниями, Драко не мог думать ни о чем, кроме их поцелуя. Нежная кожа губ еще хранила воспоминания о жарких прикосновениях к ее губам, на языке отчетливо ощущался их незабываемый вкус. Кажется, помада Гермионы была с привкусом спелой вишни. В попытках избавиться от послевкусия, каким бы сладким оно ни было, Драко выпивал бокал за бокалом, не в силах остановиться. Ничего не помогало и он пожалел, что не захватил с собой фляжку с огневиски. Горечь помогла бы ему быстрее избавиться от наваждения. — Сын мой. Рядом раздался приятный и, что удивительно, непривычно заботливый голос матери, который заставил Драко замереть с очередным бокалом, поднесенным ко рту. Она редко была с ним нежна. — Мама. Холодное приветствие и вежливый взгляд в бледно-голубые глаза стали традицией при их встрече. После того, как Драко зажил отдельно от родителей, он крайне редко их навещал и всё общение свелось к минимуму. Они могли увидеться вот так, на каком-то мероприятии, но не более. Со стороны можно было даже подумать, что они чужие друг другу люди. Семье Малфоев всегда не хватало атмосферы тепла, но к этому Драко уже давно привык. На самом деле он даже не думал о том, что Нарцисса придёт сюда, но в высшем обществе было принято: получил приглашение, изволь явиться. В этом она была консервативных взглядов, а вот Драко уже нет. Нарцисса всегда была воплощением слова «идеально», но он не мог не заметить, что сегодня она превзошла саму себя. Возможно, Драко влюбился в Асторию только потому, что она слишком сильно напоминала ему мать. Такая же красивая, утонченная натура с изысканными манерами. Даже внешне они были похожи друг на друга, как мать и дочь, и эта мысль не оставляла его в покое. — Выглядишь плохо, — она просканировала его взглядом с ног до головы и Драко стало не по себе, — если не хуже. Что с тобой? Надеюсь, ты не заболел. Другого и не стоило ожидать. Нарцисса никогда не отличалась особой тактичностью в отношении своего единственного сына. Ему она всегда без стеснения говорила всю правду прямо в лоб даже если та была слишком горькой. Мать была с ним строга почти так же, как отец и желала, чтобы он был лучшим во всём и всегда выглядел идеально согласно её собственным убеждениям. Она всегда требовала больше, чем он мог сделать. — Где отец? Неловкость, повисшую между ними, разбавляла, разве что, только мелодичная музыка. Мать театрально вздохнула, как делала всегда, когда была чем-то недовольна или расстроена. — Ушёл, мягко говоря, в ужасном настроении, как только увидел тебя, целующегося с Гермионой. Ему всё ещё сложно смириться и принять, что вы с ней близки. Оно и ясно. В отличие от матери отец никогда не одобрял его дружеских отношений с Гермионой, придерживаясь устаревших принципов. Что уж говорить о романтической связи с магглорожденной… Наверное для него эта новость стала настоящим ударом. Ведь «свершилось» то чего он больше всего боялся. Возможно, даже не стоит говорить ему правду пусть немного помучается. Драко усмехнулся своим мыслям, не замечая настороженного взгляда матери. Тем временем Нарцисса прочистила горло и, так и не дождавшись от него подробностей, продолжила наигранно незаинтересованным тоном, будто ей было всё равно, что на самом деле, конечно же, являлось искусной ложью, которую мог распознать только Драко. — Я с удивлением узнала, что вы с ней встречаетесь. Я предполагала, что как мать всегда буду первой узнавать об изменениях в твоей личной жизни. Причем лично, а не став случайным свидетелем на чужой вечеринке. Я тебя не контролирую и, разумеется, не собираюсь лезть в твою жизнь, ведь ты уже взрослый… — Она многозначительно приостановила свою речь не задавая прямого вопроса, но и этого намёка было достаточно, чтобы понять: она жаждет подробностей. Конечно, на самом деле ей было далеко не плевать на его личную жизнь и Драко хорошо это знал. Её интерес становился слишком очевидным, особенно если дело касалось Гермионы. — Будь это действительно важно, то я немедленно тебя бы уведомил, мама. — Его голос сочился сарказмом, на который Нарцисса ответила укоризненным взглядом строго поджав губы. — Но ты можешь не беспокоиться, это всё, как бы так сказать… — Малфой сделал небольшую паузу в поисках подходящего слова и, видимо, самым очевидным оказалось — несерьёзно. Шок на лице матери отразился также быстро, как исчез, не оставив после себя и следа. Лишь возмущенное пыхтение выдавало Нарциссу и её эмоции с головой. — Что значит несерьёзно?! Изъясняйся понятнее, пожалуйста. Она изо всех сил старалась скрыть интерес привычным для себя способом, с помощью строгого тона, которого Драко ужасно боялся. Так она разговаривала с ним в детстве, если он совершил недопустимую ошибку. И это до сих пор было пугающе до мурашек, бегающих по коже. Ослабив галстук, Малфой прочистил горло и, наконец, опустошил ещё один бокал шампанского, который до сих пор держал в руке. Не сводя пристального взгляда с Гермионы, находящейся в компании Уизли и Поттера, он обдумывал свою следующую мысль, чтобы сформулировать достойный ответ, но не мог сконцентрироваться ни на чем, кроме неё. Возможно, сегодня Драко ей нагло солгал, сказав, что она не составит конкуренцию Астории. Неприятно чувствовать себя лжецом, но все-таки, правда в том, что Гермиона чертовски красива в этом струящемся по телу платье, его любимого, изумрудного цвета. Быть может, даже прекраснее Астории. И сейчас Драко чувствовал себя не только обманщиком, но и лицемером. Любить и желать одну женщину, словно напоказ, а в глубине души думать о другой. Это точно неправильно. Наверное, это всего лишь временное помутнение рассудка, которое вскоре пройдёт. Стоит только разобраться в себе и своих чувствах. — С Гермионой мы по-прежнему друзья, никакой романтики и интима, мама. Всё верно. Она всего лишь его подруга. Не стоит об этом забывать. — Жаль, конечно, но, на мой взгляд, целовались вы совсем не по-дружески. Настойчивости ей не занимать. Похоже, придется раскрыть карты, пока мать не начала его пытать. Хотя и этот «душевный» разговор уже сойдёт за пытку. — Мы просто устроили этот спектакль, чтобы Астория приревновала меня. Вот и всё. Как я уже сказал, ничего серьёзного. — Драко надавил на последнее слово, чтобы оно возымело эффект. — Астория? — удивлению Нарциссы не было предела. — Мне казалось, что твоя увлеченность ей уже давно в прошлом. Жаль, что я ошиблась…Она, конечно, миловидна, престиж семьи не хромает и, к тому же, чистая кровь, но сейчас, во времена перемен, это не так уж и важно. Тем более, вы абсолютно друг другу не подходите. Он никогда об этом не думал. Да и случая проверить совместимость не было. Драко просто надеялся, что купидон не ошибся с выстрелом. Он хорошо помнил тот день, когда в 14 лет отец сказал ему о предстоящей помолвке с Асторией. После школы, в день его совершеннолетия, они должны были заключить магический брак, потому что родители так решили до их рождения. Сначала он воспротивился и возмутился, потому что хотел сделать выбор жены самостоятельно. И всё же, понимая, что права голоса у него всё равно нет, Драко смирился и начал присматриваться к девушке. — Первое время мне тоже так казалось, но потом я влюбился. В Хогвартсе они даже подружились и начали постепенно сближаться, но потом она его резко оттолкнула и вовсе оборвала все связи, начав общаться с другими мальчишками более тесно. Тогда же она устроила своим родителям самый настоящий скандал, отказалась от брака и расторгла помолвку по известной только ей причине. Тогда уже было поздно что-то менять, ведь сердце Драко было безнадёжно ею занято. Это произошло так внезапно, что он даже не успел осознать. В ней вроде не было ничего особенного, но что-то же зацепило его, ведь так? Любовь не предупреждает, а настигает врасплох. Так и случилось с Драко. Со временем отчаянное желание сделать её своей лишь росло в геометрической прогрессии, практически доводя до безумия. — Если честно, я всегда была против вашего брака с Асторией. Она мне никогда не нравилась. Нарцисса уже давно избавилась от чистокровных предрассудков и приняла бы любую невестку. В свете последних событий стало понятно, что любую, за исключением Астории. — Не знаю. Может быть любовь слепа? — Зачем тебе такая любовь? Она принесёт тебе лишь страдания. Я просто хочу донести до тебя одну простую истину. Рядом с тобой уже есть женщина, которая готова на всё, лишь бы ты был счастлив. Не обижайся сынок, но ты глупец, если не замечаешь этого и гоняешься за призрачным шансом с той, которой, по сути, не нужен. — Если ты опять про Гермиону, то, наверное, я тебя в сотый раз расстрою, но мы с ней просто друзья. Ничего большего между нами нет и не может быть. Никогда. После всего произошедшего сегодня, последнее слово, по какой-то неведомой причине, далось ему с трудом, будто в горле образовался ком. — Ну да. — Нарцисса протянула это так загадочно, будто ни капли не поверила в его слова. — Пойми меня, ведь я твоя мать и желаю тебе только самого лучшего и уж точно не хочу, чтобы ты страдал. Разве ты не видишь, что изменился? Твоя влюбленность морально убивает тебя. Ты должен это остановить и понять, что для тебя важнее. Ты уже не мальчик, чтобы поддаваться гормонам и эмоциям. Внутри него внезапно поднялась буря негодования и несогласия со словами матери. Драко так сильно погряз в чувствах к Астории, что даже не хотел слушать Нарциссу. Любить Гринграсс стало привычкой, о правильности и логичности которой он порой не задумывался. Всё было как обычно. Он догонял, она убегала и так уже много лет. А что будет потом, когда им обоим всё это надоест и игра в догонялки закончится? Об этом он не думал. Может быть, они просто спокойно заживут вместе и построят семью, а потом состарятся и будут вспоминать о былых деньках с улыбкой на лице. Наверное, такой результат самый идеальный? Возможно… Но, честно говоря, Драко не знал ответ на этот вопрос. Так далеко он ещё не заглядывал. — Добрый вечер, миссис Малфой… Я не помешала? — Гермиона настороженно посмотрела на Драко и, поймав её взгляд, он лишь отрешенно покачал головой. Кажется, этот разговор его доконал. Хорошо, что Гермиона вернулась, рядом с ней было спокойнее. — Мне показалось, что вы чем-то обеспокоены? Что-то случилось? В присутствии Гермионы Нарцисса сразу же оживилась и стала абсолютно другой женщиной. Пока они обменивались искренними любезностями, Драко отвернулся к столу с закусками, скучающе рассматривая блюда. Есть совсем не хотелось, несмотря на обилие кулинарных шедевров, предлагаемых гостям. Драко искренне не понимал, чем именно Астория так разозлила его мать и какая кошка между ними пробежала. Недовольство Нарциссы ещё можно было оправдать, но ярость, которую она испытывала по отношению к девушке, не поддавалась объяснениям. Все её слова были размытым полотном без конкретных аргументов для обвинения. Она просто была против их отношений. И всё. Это странно. Продолжить размышления о ненависти матери к его пассии Драко не смог, потому что Гермиона мягко коснулась его плеча и заботливо уточнила: — Драко, может быть пора домой? Тебе нужно отдохнуть, сегодня был сложный день. Он оторвал взгляд от стола и неожиданно для себя обнаружил, что стоящая неподалеку Астория не сводит с него глаз, будто следит за добычей, внезапно вырвавшейся из цепких лап. Выходит, Гермиона была права. Рыбка заглотила наживку. Ну что ж, спустя столько потраченных впустую лет это ему определенно на руку. Теперь у него появился стимул идти вперёд и настоящий шанс получить то, о чем он так долго грезил — девушку мечты. Пожалуй, игра определенно стоила свеч. Сегодня он начал писать свою историю любви. Пускай она будет не похожа на другие, но зато дети и внуки не помрут со скуки, когда будут слушать. — Давай лучше потанцуем. Гермиона настороженно прищурилась, но вложила свою ладонь в любезно предложенную им руку. — Ты уверен? — Более чем. Он притянул её к себе, обнимая и демонстративно чувственно проводя руками по изгибам, чего уж греха таить, соблазнительного тела. Драко понял, что лгать себе не хорошо, поэтому честно признал: Гермиона была чертовски привлекательной. И кажется, сегодня она плохо на него влияет. — Ты пьян… Все-таки догадалась… — Немножко. О, это ещё очень мягко сказано. Драко почти дошёл до того уровня опьянения, когда поступки могут удивить не только окружающих, но и его самого, только уже завтра с утра. Впрочем, сейчас Драко не жалел, что выпил так много. Ему было хорошо. Особенно рядом с Гермионой. — Вот в чем дело. Я же просила тебя не прикасаться к напиткам… Она с досадой опустила взгляд и осуждающе покачала головой. Такое положение дел его категорически не устроило. Желая видеть перед собой глаза Гермионы, Драко мягко подхватил её за подбородок и заставил посмотреть на себя. Она нахмурила брови в недоумении и Малфой счёл это чертовски милым. — Ну так что, подаришь мне танец, — и тут он вдруг решил сымпровизировать, — любимая? Судя по выражению лица Гермионы, это был неудачный выбор для импровизации. Сам же Драко так не считал. Ему понравилось. Любимая. Так красиво и ярко звучит. От этого слова сердце в груди трепещет и волнуется. Радуясь, что она не сопротивлялась, Драко решил продолжить представление и нежно провёл носом по её щеке. Наслаждаясь сбившимся девичьим дыханием, он заправил за ухо выбившуюся прядь кудрявых волос и улыбнулся. Слегка отстранившись, Драко едва заметно кивнул в противоположную сторону, где стояла Астория, чтобы Гермиона понимала, для чего он всё это затеял. Не просто так же… Это было бы подозрительно даже для него самого. — На нас смотрят. Гермиона аккуратно посмотрела туда, куда он указал. На секунду Драко показалось, что она даже немного расстроилась. — Хорошо, мы потанцуем, — Грейнджер приблизилась к его уху и прошептала, — только больше не называй меня «любимая». — Как скажешь, — Драко выдержал недолгую паузу, дождавшись, когда Гермиона расслабится, и нагло шепнул, — детка. Кинув на него свирепый взгляд, Гермиона не осталась в долгу. — Ещё раз и я тебя покусаю, Драко Малфой. Ухмылка против воли заиграла на его губах. Вряд ли когда-нибудь эти перепалки ему наскучат. — Буду только рад. — Извращенец. — О, ещё какой, но, поверь на слово, тебе лучше этого не знать. Как всегда в ответ на его выходки она лишь закатила глаза, считая, что разговор окончен. Каждая пара вальсировала в своём ритме. Кто-то быстро, кто-то медленно. Но краем глаза все настороженно посматривали на них, будто ожидая, что новоиспеченная парочка повторно устроит шоу. Лёгкая инструментальная музыка позволяла не обращать внимания на окружающих, а погрузиться в свой внутренний мир и лишь чувствовать свою податливую партнёршу. Драко не дал ей остановиться где-то в тени, а настойчиво повёл за собой в центр танцующих по кругу пар. Туда, куда не осмеливался идти никто, где над их головами мерцала огромная хрустальная люстра. Это, несомненно, привлечёт к ним больше внимания, но Малфоя это не беспокоило. Слегка поклонившись он взял её руку и, соблюдая этикет, оставил лёгкий поцелуй на костяшках. Их пальцы переплелись и это выглядело чрезвычайно романтично. Вторую руку Драко опустил на её лопатку, но не удержался от соблазна опустить кисть чуть ниже, проскользив пальцами вдоль позвоночника. Наслаждаясь сбивчивым девичьим дыханием, он крепко держал её в своих руках, не давая отстраниться. Она ничего не могла, а, возможно, не хотела сделать, чтобы уйти. Лишь только взгляд задумчивых карих глаз прожигал его насквозь. Но вряд ли у неё получится что-то разглядеть среди хаоса, который он устроил в своей голове. Её тело было натянуто словно тетива. Гермиона была гораздо спокойнее, когда сама руководила процессом, но сейчас она совершенно дезориентирована его недавними поступками и игривым поведением. Как любая женщина, потерявшая контроль над ситуацией, Грейнджер, более склонная к командованию всем и вся, конечно же, растеряна и даже немного испугана. Драко понравилось выводить её из равновесия и чувствовать, как хрупкое тело под его руками дрожит от волнения. Не давая шанса одуматься ни себе, ни ей, он притянул её ближе, оставляя совсем небольшое расстояние, необходимое для танца. И, не медля, они плавно последовали за мелодией. Медленные шаги, чувственные повороты. Это был идеальный танец, которым они наслаждались и никуда не торопились. Драко вёл её за собой. Он видел, как послушно она следует за ним и её внезапная покорность туманила... А этот безотрывный взгляд в глаза убивал наповал. — Драко, я, конечно, тебе полностью доверяю, но боюсь того, что ты задумал и мне почему-то кажется, что ничего хорошего из этого не выйдет. Ты как-то изменился и это меня немного пугает. — За последний час многое изменилось, я пересмотрел свои взгляды на текущее положение дел, и твой план начинает мне всё больше нравиться. Драко решил утаить, что получал удовольствие от их маленькой, «ненастоящей» интрижки. На самом деле он уже давно не чувствовал себя настолько возбужденным и живым. За этот вечер он прочувствовал так много эмоций, сколько и за весь год не мог набрать. В нём проснулась жажда, которую хотелось немедленно утолить. Но вот чего именно Драко хотел, увы, уже не мог определить. Кажется, он заигрался в героя-любовника и теперь даже не мог отличить игру от реальности. Податливое тело Гермионы в его руках мешало сосредоточиться на том, что когда-то для него было по-настоящему важно. На том, ради чего он сюда пришёл. — Что ты имеешь в виду? — Теперь ты официально моя поддельная девушка и отказ не принимается. — Драко лукаво ухмыльнулся и не смог удержаться от вопроса, — как думаешь, сможешь не влюбиться в меня во время нашей маленькой игры? Она сощурила глаза в подозрении и ответила вопросом на вопрос, что было, несомненно, в её стиле: — А ты в меня? — Я скажу так - это невозможно. — Аналогично, — она слегка замялась, но продолжила более тихим голосом, — хочу спросить, просто из любопытства, а что будет, если кто-то из нас всё же влюбится? Хороший и весьма уместный вопрос, но вместе с тем и неожиданный. Драко совсем не рассматривал такой вариант развития событий, но не стоит забывать, что порой жизнь бывает непредсказуема. — Давай постараемся этого не допустить. Мы просто друзья, а это всего лишь игра. Мы пара только тогда, когда смотрит Астория, а в остальное время всё как обычно. Ты согласна? — Конечно, — прошептала она и прикусила нижнюю губу, заставляя его тут же остановить танец. Драко внезапно захотел поцеловать Гермиону снова и уверял себя, что это нужно лишь для общего дела, чтобы Астория видела, как ему хорошо с другой и ревновала. Чтобы она почувствовала всё, что происходило с Драко все эти годы. Порой мы даже не замечаем, как тонка грань между ложью и правдой. — В знак заключения сделки полагается поцелуй, — он придумал это только что, лишь бы найти подходящий предлог. Находясь словно в трансе, он провёл подушечками пальцев по её щеке, а после опустился ниже и надавил на нижнюю губу, вынуждая Гермиону выпустить нежную кожу из плена зубов. Кажется сегодня время в их распоряжении. Можно насладиться моментом и не торопиться. Хотя кого он обманывает? Ведь сам знает, что долго не продержится. — Да что это с тобой сегодня? — Она была удивлена и насторожена, но всё равно позволяла делать ему все, что он захочет, будто совсем не против. Если бы она его попросила, то он прямо сейчас бы остановился. Но нет, в её глазах он не видел протеста. — Сам не понимаю. И это была правда, которую Драко уже не боялся принять. С ним происходило что-то странное, не поддающееся объяснению. Его тянуло к ней, словно магнитом. Такое бывало и раньше, но между ними всегда существовал некий барьер, который Драко послушно не нарушал до сегодняшнего дня. Теперь предохранитель снят и только Бог знает, что их ждёт впереди. Наверное, ничего хорошего. Ну и плевать на всё. Здесь и сейчас только он и она. Драко был словно сам не свой, целуя её со всей страстью, на которую был способен. Возможно, это выглядело горячо и даже пошло, словно она не его подруга, а, как минимум, любовница или даже любимая. Его переполняли чувства. Этот поцелуй однозначно гораздо откровеннее предыдущего, потому что все знают, что после такого обычно следует уединение где-нибудь в укромном месте для продолжения, но уже без одежды или без некоторых её деталей. Не будь она его подругой он, не задумываясь, так бы и сделал. Затащил бы её в какую-нибудь комнату, где есть кровать или диван, а ещё лучше стол, на который он смог бы усадить её и удобно устроиться меж девичьих ног. Их тела сплелись бы в страсти под аккомпанемент тихих или даже громких стонов, которые все могут услышать, а потом… Стоп. Такие странные мысли, что от испуга Драко немедленно всё прекратил. Думать об этом, трогать её тело и целовать. Даже сделал шаг назад. — Ты что, с ума сошёл? Внезапно, Драко начинает понимать, что, возможно, всех их ждёт неожиданный поворот сюжета, который он ещё не мог представить в своей голове, но уже потихоньку догадывался, крепко держа за руку свою подругу, но не находя слов, чтобы ей ответить. Да. Он точно сошёл с ума. *** Вот и этот день закончился, ушёл в прошлое, оставив после себя лишь множество воспоминаний, которые Драко никак не может вытолкнуть из головы. Они мучают его, терзают, словно изголодавшиеся бродячие псы. Не в силах справиться с этим наваждением в одиночку, Драко останавливается напротив дома Гермионы. Он заблудился, запутался, но все равно пришел к ней по давно протоптанной дорожке. Не уверенный в том, что поступает правильно, Малфой замер с поднятым для стука кулаком и шумно выдохнул, опираясь на косяк. После пары минут размышлений он развернулся, собираясь уходить. Зачем он вообще пришёл? После всего, что он натворил на празднике, Драко был уверен, что Гермиона даже не захочет его видеть. По пути домой она не проронила ни слова. Это убивало. Ему нужно было знать, что между ними всё, как раньше. Ему нужно было, чтобы она говорила с ним, а не молчала. Внутри дома послышались шаги, а затем дверь распахнулась. — Драко? Всё в порядке? Нет. Но ей лучше этого не знать. Он уже довольно запоздало подумал о том, что ему не стоило приходить. В последнее время она и так многое вытерпела ради него и, в частности, непосредственно из-за него. Но теперь отступать уже поздно. Сделанного не воротишь, как и того, что он уже стоит перед ней. Драко обернулся, встречаясь взглядом с взволнованной Гермионой. Чтобы хоть как-то разрядить напряжённую обстановку он улыбнулся краешком губ и, подняв бутылку огневиски на уровень груди, с надеждой, что она не пошлёт его куда подальше, спросил: — Выпьем? Она молча сделала шаг в сторону и встала полубоком, приглашая его войти внутрь. Гермиона всегда его понимала и в этот раз ничего не изменилось. Даже после того, что он натворил. Принимая её гостеприимство как должное, Драко прошмыгнул внутрь дома и почти по-хозяйски расположился в гостиной на диване. Гермиона принесла бокалы и села рядом не сказав ему и слова. Снова это молчание, которое так его раздражает. Но к своему стыду Драко и сам не знал с чего начать разговор, поэтому первые три бокала они опустошали в неловкой тишине. Язык развязался, когда в крови было уже достаточно алкоголя. — Можно тебя спросить? Почему ты не остановила меня, когда я поцеловал тебя во второй раз? На щеках Гермионы немедленно расцвёл яркий румянец и она задумчиво прикусила губу. — Просто Астория так ревниво на тебя смотрела. Даже не знаю, как точнее описать… — Гермиона сделала очередной глоток огневиски и, слегка нахмурившись, пожала плечами. Драко внимательно следил за каждым её движением. — Будто была готова убить меня, а тебя немедленно забрать себе. Я не хотела давать ей повод сомневаться в наших отношениях, иначе бы всё пошло насмарку. Мне показалос,ь это твой шанс заинтересовать её и я сделала всё для этого. Недолго думая, она подняла взгляд и, пронзительно вглядываясь в его глаза, протянула руку. Её тёплая ладошка дотронулась до щеки и мягко, будто с безмерным любованием, проскользила по скуле, спускаясь ниже и, наконец, лаская линию челюсти. Это было чертовски приятно. Настолько, что Драко чуть не замурлыкал от удовольствия. Они ещё никогда не общались настолько откровенно. Тут дело даже не в словах, а именно в прикосновениях, которые раньше никто из них себе не позволял. Словно вынырнув из какого-то транса, Гермиона неловко улыбнулась, будто извиняясь и немедленно одернула руку. В этот момент Драко ощутил укол разочарования. — Если она упустит тебя, то будет полной дурой, ведь ты замечательный мужчина, Драко Малфой. Слова стали такой неожиданностью для него, как нападение со спины. И она почти убила его прямым попаданием в сердце. Драко не знал, что сказать. У него были одни вопросы. В глубине души он уже понимал, что сегодня в нем и в ней что-то кардинально изменилось, но вот думать об этом абсолютно не хочется. Не сейчас, когда в голове туман, а на языке приятная горечь алкоголя. И Драко, как никогда был рад, что никто не может прочитать его мысли, потому что он думал не об Астории, а только о Гермионе. О её взгляде. О словах, которые она ему сказала. О том, какой податливой она была сегодня в его руках и какой страстной могла бы быть, оставшись с ним наедине, конечно, если бы они не были друзьями. Драко топил эти странные и, если точнее сказать, неправильные чувства в алкоголе, не переставая сводить взгляда с ничего не подозревающей Гермионы. А время только быстрее утекало сквозь пальцы. Стрелки часов без устали бежали вперёд. Только одно было неизменно. Они вдвоём. Здесь и сейчас. Почти в обнимку на жутко неудобном диване. Но кого это вообще волнует, когда они просто рядом друг с другом. Они оба уже чертовски пьяны. Это подтверждают две пустые бутылки огневиски, которые валяются где-то под журнальным столиком. Алкоголь бежит по венам и Драко ничего не осознаёт, но среди густого тумана он единственное понимает чётко: он не хочет уходить. — Можно я останусь? — Это даже не обсуждается. Не заботясь об удобстве, он расслабленно упал на мягкую обивку дивана позади, увлекая Гермиону за собой. Она устало простонала и едва не соскользнула с него на пол, но Драко вовремя поймал её, обняв за талию. Он крепко держит ее, прижимая к себе, как самую драгоценную вещь на свете. Они больше не говорят. Проходят секунды, минуты, может быть даже часы. Драко не считал. Дыхание успокаивается и тишина помогает медленно погрузиться в долгожданную негу. Так они и засыпают. Вместе.