Scarring

У Тезауруса мгновенно выбило землю из-под ног. Все вокруг поплыло, завертелось, закружилось, верх от низа перестал отличаться, и на секунду он подумал что вылетит в оффлайн. Но на лице вся буря испытываемых эмоций отразилась лишь легкой гримасой удивления. Всего один глиф… Всего один глиф отличается. — А вас? — будто не заметив скачка напряжения спросил юнец. — Т-тезаурус, — выдавил из себя десторон и поспешил отвернуться. Но руки не отпустил. Упадет еще паренек. — Тоже через «æ» пишется? Какое совпадение! — засмеялся тот и чуть не споткнулся о камень. — Да… Угадал. Дорога лежала неблизкая, но Стар Сабер напрочь отказался от транспорта и уговорил десторона на пешую прогулку, уверяя того, что его ноги не пострадали. Стар Сабер… От невеселых мыслей по корпусу снова прошел холодок. Всего один глиф… Неспеша идя парком парнишка вдруг стал напевать знакомую песенку, и Тезаурус не задумываясь начал насвистывать в такт. Они немного посмеялись, и после обсуждения любимых песен и музыки в целом стали легко перескакивать с темы на тему. Разговор строился легко, и десторон окончательно расслабился. И хотя на самом деле его должны терзать запутанные мысли, а общество странного парня со странным именем навевать тревогу, почему-то эта тихая прогулка от парка до дома с ним бок о бок стала лучшим, что случалось с Тезаурусом за последние годы. Красивый закат, шелест кристальных деревьев, щебет местной фауны и тихое урчание моторов проезжающих мимо машин… Как приятно и мирно. И в какой-то момент за милыми легкими разговорами Тезаурус не заметил, как паренек пригрелся. Или правильнее теперь называть его по имени?… Стар Сабер так уверенно жался к корпусу десторона, что постепенно их поля стали смешиваться. Наверняка настоящая причина крылась в том, что он все же повредил серво и ходить ему было неудобно, но десторон поймал себя на мысли что ему совершенно нет до этого дела. Он просто наслаждался его компанией и этой мимолетной близостью. Странное чувство. Но ему нравилось. Лавка за лавкой, тропинка за тропинкой, аллейка за аллейкой… Тезаурус совсем не чувствовал себя плохо от долгой прогулки, наоборот, он был даже рад, что у них есть время поговорить. Парк кончился и начался город. Мелькали улицы, прохожие, плыли облака… А он потерял счет времени, с головой окунувшись в непринужденную, приятную беседу с юношей, у которого плюсом ко всему еще и голос невероятно нежный. Хочется слушать и слушать. Сидели бы они на месте, от этого убаюкивающего тембра десторона наверняка склонило бы в оффлайн. И целый вечер пролетел незаметно. Из заплывших куда-то не туда раздумий его вырвал голос юноши. — Мы пришли! — Уже почти стемнело… — буркнул себе под нос десторон и отпустил Стар Сабера из полуобъятий. — А ты боишься темноты? — улыбнулся тот, шарясь в субкармане в поисках ключа. — Неа. Просто подумал что мы немного загулялись. — А я никуда не тороплюсь. — снова миленькая улыбочка. Ну что за ангел. Тезаурусу вдруг почему-то стало не по себе. — И ты… не боишься? Вот так гулять… я имею ввиду… — он помотал головой и хотел было списать все на нет, ведь вопрос вдруг показался довольно глупым… Но он все же договорил: — Я среди всех здешних самый страшный. Огромный корпус, острые когти, красные линзы… неужели не боишься? В ответ заливисто рассмеялись. И если бы Стар Сабер не был так ангельски красив, и помыслами чист, десторону даже стало бы обидно. Но он знал, что собеседник не со зла и поэтому просто молча ждал ответа. — Не боюсь. Ни капли. Меня вообще мало чем можно напугать. — он опять приблизился к Тезаурусу, и знакомые уже до этого поля автоматически сплелись вновь. Почему-то на миг ему показалось, будто линзы Стар Сабера обрели хищный блеск. — Заходи как-нибудь на чай, я почти всегда дома, — опасный блеск моментально пропал и на десторона опять смотрела невинная оптика, — буду рад твоей компании. Стар Сабер улыбнулся и отошел, открывая дверь. Помахал на прощание и скрылся в темноте подъезда. — Пока… Оставшись в одиночестве, Тезаурус еще какое-то время смотрел перед собой, будто желая продлить эту оконченную встречу. Удивительно… Они виделись всего пару раз, и только сейчас смогли нормально поговорить, но ему почему-то показалось, что его присутствие он ощущал уже очень давно. Аура у него что ли такая… Очень приятно находиться в его компании, и, стыдно признать, в зоне действия эм-поля… Оно было очень мягким и успокаивающим, несмотря на то, что Стар Сабер явно испытывал дискомфорт. И хоть Тезаурус не фанат сплетений полями и более глубоких коммуникаций, ему… понравилось. Что-то странное происходило в голове десторона. Такое незнакомое, но ужасно приятное чувство разливалось по всему корпусу против его воли. Неясно отчего на лице появилась улыбка. Настроение просто супер, хотя и не очень понятно почему. Опомнившись и посмотрев на время, он направился обратно в сторону парка, а там и до отеля недалеко… Насвистывая легкую мелодию он совсем не ощущал себя усталым. Прогуляется еще раз, проветрит голову… Или же получит дополнительное время подумать о Стар Сабере. Или о своём поведении в последние дни. Опять же, все можно списать на проявление так давно прятавшихся настоящих качеств и чувств… Но помимо очевидного в его состоянии была и доля загадки. Десторона все еще мучило призрачное присутствие автоботского лидера… но сейчас куда сильнее было любопытство, направленное на персону мальчишки. Все же странный этот малец. Ему едва ли взрослый статус, любит сладкое, не может дать сдачи хулиганам, мило беседует… Божий одуванчик. Было бы приятно встретиться с ним еще разок, чтобы почувствовать себя в безопасности… В который раз Тезаурус со стыдом признает что компания едва знакомого ему меха лучше всех коммуникаций, что были у него за последние года. Классно наверно иметь такого друга… Но, несмотря на все это, десторон не может отделаться от ощущения, будто за ним по пятам ходит Стар Сейбер. Это ощущалось тонкой нитью еле уловимого запаха, что все не хотел попадать на нос. И тот взгляд… ему точно не показалось! Этот ни с чем не сравнимый холод… будто взгляд дезактива. Хотя если так подумать… о чем он вообще говорит? Не может же Стар Сабер вдруг оказаться Стар Сейбером. Это божье создание с ангельским лицом и манерами не может быть бездушной машиной для убийства. Тезаурус в этом уверен.