Люби, пока не полюбил другой

      Я так и не смогла уснуть этой ночью. Было стыдно как перед самой собой, так и перед Сашей, которой я, в каком-то плане, нагло воспользовалась. Она спала, а я… Зачем я вообще её поцеловала? Зачем даже подумала об этом? Захотела, значит, сравнить есть ли разница между поцелуем с парнем и поцелуем с девушкой, похожей на парня. И нахуя?       А главным образом меня пугала реакция собственного тела на подобное. Что бы у меня выпрыгивало сердце от простого поцелуя? Да такое было разве что в самый первый раз! Да и разве это лёгкое соприкосновение губ можно вообще назвать настоящим поцелуем. Ну показалось мне, что она начала мне отвечать, ну что в этом такого то? Тем более это наверняка просто была моя больная фантазия. Сашка спала, в этом я не сомневаюсь. А кто вообще сквозь сон способен почувствовать, что к нему вот так прикасаются?       И в добавку ко всему этому, вишенкой на торте стало то, что я, блять, не почувствовала никакого отвращения! Скорее наоборот. У неё действительно были мягкие и нежные губы, как я и представляла…       В смысле нет! Ничего я себе не представляла!       Сука, я сделала большую глупость! Нужно просто о ней забыть. Просто сделать вид, что ничего не было. Тем более Саша сама проснётся и будет в блаженном неведении что я делала с её губами, пока она спала…       Блять, я идиотка!       Прятаться в комнате весь день не было смысла. Да и не вежливо оставлять гостью вот так. Поэтому где-то в восемь утра я выбралась из своего убежища и прошла в гостиную. Девушка уже проснулась и стояла на кухне, готовя нечто за плитой. Нечто, что источало нереально аппетитный запах. У меня аж слюнки потекли. На простую яичницу не похоже. Да и на кашу тоже. Что же это? Тост? Может быть бекон? Хотя нет, запах явно не мясной.       — Доброе утро, — за своим гаданием я даже не заметила того момента, когда Саша повернула голову в мою сторону. Я прошла на кухню и налила себе стакан воды, пытаясь смотреть куда угодно, только не на чужие губы.       — Доброе, — прохрипела я, притворившись, что это была сонная хрипотца, — Что ты готовишь?       — Прости, ты ещё спала, поэтому я решила немного поколдовать. Надеюсь ты любишь панкейки.       О боже! От одного названия у меня в нетерпении заурчал желудок, и я даже не обратила должного внимания на то, что утром не заметила как подруга заходила ко мне в комнату.       — Судя по твоему выражению лица, ты вовсе не против, — с улыбкой закончила она и вернула внимание обратно к плите.       Только сейчас я увидела тарелку возле неё, где уже накопилась небольшая стопка произведений искусства. Эти оладушки на американский лад выглядят так идеально, что я просто не могу назвать их по-другому.       Осторожно подойдя к своему сегодняшнему повару со спины, я схватила один с верхушки и убежала обратно за стол. Саша даже не повернулась, но зато опасно направила лопатку в мою сторону, как бы предупреждая, что это первый и последний раз, когда я могу так бесцеремонно хватать еду. Ладно, пока с меня хватит и этого.       Одного укуса было достаточно, чтобы я растаяла вместе с тестом у меня во рту. Если и существует нечто более вкусное, чем этот панкейк, то я его явно не пробовала. Идеальное сочетание пропорций, идеальная воздушная текстура и идеальный слегка подслащённый, но не приторный вкус. Мои рецепторы только что улетели на небеса и даже не успели попрощаться. Ей стоит закончить с готовкой побыстрее, потому что я больше не могу ждать. Хочу съесть их все!       — Господи, не ела ничего вкуснее! Ты божественно готовишь, — сказала я и запихнула в рот оставшийся небольшой кусочек.       — Лизке тоже они нравятся, так что я довольно часто их готовлю. Но больше тебе не удастся украсть ни одного! Мне осталось совсем немного, потерпи.       — Говоришь прямо как моя мама, — усевшись на стул по-турецки, я поставила локти на стол и уместила голову на ладони, — Что ж, кажется за проведённую здесь ночь ты должна будешь целый день быть моим личным поваром.       Саша звонко засмеялась и залила на сковородку последние три круга.       — Кажется это будет логично. Ну, я и не против. У тебя очень удобная кухня, — со стороны послышался звонок микроволновки, работу которой я даже не заметила, — О, а вот и наше кофе.       Девушка достала два стакана с молоком и принялась колдовать над ними, умудряясь одновременно с этим следить за панкейками на плите. Я завороженно следила за каждым её действием и просто не могла понять, как она может так идеально вписываться в эту обстановку. Впервые находясь на этой кухне, она моментально освоилась и выглядела так, будто всю жизнь только тут и работала. И наблюдать за ней было одним удовольствием.       В одну секунду передо мной оказались сначала кружка с кофе, из которой струился пар, затем тарелка, вилка и мёд. Последним на середине стола расположилась сама стопка нашего завтрака. Все запахи приятно сочетались и щекотали нос, а картина заполненного стола смотрелась как фотография из интернета.       И боже, у меня ещё никогда не было такого вкусного и интересного завтрака. Саша рассказала о том, как рано научилась готовить из-за того, что родители вечно заняты либо работой, либо любовными похождениями. Оказалось, что раньше она питалась только заказной пиццей или сушами — перед глазами сразу появилась одноклассница во времена шестого класса, страдающая от лишнего веса — но из-за рождения младшей сестры ей пришлось приучить как себя, так и её к здоровой пище. Ещё я узнала, что девушка часто попадала в разные передряги в средней школе. Из-за её боевых способностей, она вообще не знала, что такое спокойный диалог и если с ней не соглашались, то она сразу же применяла силу. За это она даже пару раз попадала в полицейский участок. Вот такого от неё я совсем не ожидала. Тем более что нынче последнее, чего от неё ждёшь, так это получить кулаком в нос.       Мне было интересно послушать про её прошлое. Обычно мы обсуждаем планы на будущее или настоящее, но именно сегодня я смогла в полной мере увидеть, как сильно Саша менялась на протяжении своей жизни. В начальных классах это была неприметная девочка, которая вечно закрывалась за своими длинными волосами. Затем, как оказалось, в ней проснулась настоящая бунтарка и убийца, готовая порвать любого неугодного ей человека. А потом в её жизнь забросили младшую сестру. Бесцеремонно, бескомпромиссно. И тогда ей пришлось забыть про подростковый возраст и все эти заморочки. Пришлось резко повзрослеть.       И вот, спустя всё это, мы видим готовый продукт. Саша, ученица одиннадцатого класса, которая смело смотрит в будущее и собирается устроиться на работу сразу после школы, чтобы сначала воспитать сестрёнку, а затем, если всё наладится, то поехать в университет; которая больше не кидается на каждого встречного и может вести конструктивный диалог, но в то же время всё так же способна постоять за себя; которая заботится о чувствах своей девушки даже больше, чем о своих собственных.       Да, эта ситуация всё ещё неприятно задевала меня. Не совсем понимаю по какой причине меня так раздражает поведение Вики, но факт остаётся фактом. И особенно моя неприязнь к ней возросла сейчас, когда я узнала полную историю жизни Саши.       Из-за разговора трапезу мы закончили лишь к половине десятого утра. Девушка тут же убрала всё со стола — я, естественно, тоже не просто сидела на месте — а потом начала собираться. Нужно было забрать малютку у Риты, а дальше по плану мы весь день проведём втроём. Мне даже как-то не терпелось познакомиться с Лизой, к которой так часто сводился наш разговор. Складывается ощущение, что она действительно ей не сестра, а дочь. Сашка с таким восхищением рассказывает про любое достижение девчонки и, как мне кажется, гордится ей просто за то, что та дышит.       Когда мы попрощались, словно по таймеру мой телефон затрещал от входящего звонка. Я подскочила к нему и сильно удивилась, когда увидела на экране фотографию Маши. Что могло ей понадобиться в такую рань?       — Да?       — Кать, привет. Ты уже проснулась? Слушай, а ты в чём пойдёшь к Кириллу? Хочу надеть что-нибудь, чтобы мы сочетались. Может ты наденешь чёрное платье, а я белое? Или наоборот — тебе белое больше подходит.       Девушка выпалила это так быстро, что я даже не сразу сообразила о чём она вообще говорит. Ну да, конечно за всей этой суматохой я абсолютно забыла о том, что мы вообще-то собирались пойти к Кириллу, а я хотела наконец-то с ним лично познакомиться. Да и как-то странно думать о нём после того, как ночью я поцеловала Сашу…       — Слушай, Маш, — неловко начала я и закинула руку за шею в попытке собраться с мыслями и придумать нормальную отмазку, — Я не смогу прийти. Родители забыли оставить ключи, так что теперь я не могу ни выйти, ни впустить кого-либо.       Отлично, два зайца одним выстрелом. Да я просто гениальная врунишка.       Подруга издала разочарованный вздох и, кажется, упала на кровать. Было неприятно так ей отказывать и нагло обманывать, но я просто не знала, как объяснить ей, что на самом деле происходит. Насколько странно бы прозвучали слова о том, что я, которая ненавижу впускать людей к себе на квартиру и являюсь гомофобкой, неожиданно решила провести один из своих выходных дома в компании лесбиянки и её сестры?       — Прости, я обязательно приду в следующий раз.       — Да ничего, ты же не виновата, — от этой фразы больно кольнуло в груди, — Или может ты встречаешься с другим парнем и не хочешь мне об этом рассказывать? М?       — Я что, по-твоему какая-то проститутка, что постоянно либо общаюсь с каким-нибудь парнем, либо встречаюсь и не хочу вам об этом рассказывать?       — Нет конечно. Просто выглядит подозрительно.       — Серьёзно, я очень хотела пойти. Ты же знаешь, просто так от встречи с Кириллом я бы не отказалась. Просто так сложилось.       — Хорошо. Но тогда пеняй на себя, если его заберёт Наташа. Или может даже я.       Да берите его, на кой чёрт он мне вообще сдался? Нет, я конечно хочу парня, но с этим я ещё ни разу не виделась, так что мне пока что абсолютно похуй. Познакомиться — да, не откажусь. Но это же не значит, что я забираю его себе даже не зная, что он из себя представляет.       Хотя чтобы не вызывать подозрений можно было бы и подыграть.       — Даже не вздумай. Рано или поздно мы всё равно с ним встретимся.       — Зна-аю, ты так уже не в первый раз говоришь. Тогда раз ты не идёшь, то я надену белое платье.       — Да ради бога, — даже не скрывая смех ответила я, — Всё, встретимся в понедельник.       — Угу.       На этом мы и закончили наш небольшой диалог. Интересно конечно, как я умудрилась забыть о такой тусовке. Саша действительно заняла слишком большую часть моих мыслей. Да и та ситуация ночью… Что на меня вообще нашло? Когда это я отказывалась от возможности познакомиться с парнем ради того, чтобы посидеть с подругой и её младшей сестрой? После сегодняшнего стоит сократить время нашего с ней общения, пока это не перешло все границы.              Девушка пришла примерно час спустя. Лиза сидела у неё на руках, крепко обхватив шею. Эта картина была такой милой, что я просто не могла не улыбнуться. Только когда Саша помогла сестрёнке снять куртку и разуться, она присела на корточки и представила меня.       — Лиза, познакомься, это Катя, моя хорошая подруга. Она согласилась впустить нас сегодня, так что будь с ней вежлива.       Такого тембра голоса от Сашки я ещё не слышала. Просто не могу, они так великолепно смотрелись, что мне тут же захотелось взять телефон и снять их на видео!       — Как с тётей Йитой? — поинтересовалась девочка. Боже, я чуть было не упала на колени, когда она так мило закартавила.       Девушка тихо посмеялась над таким и искренне улыбнулась.       — Нет, с тётей Катей нужно быть по-настоящему вежливой. В неё нельзя брызгаться водой и кидать игрушки, хорошо?       Малышка согласно закивала головой, показывая, как сильно она поняла. Я тоже присела на корточки рядом с ней и протянула руку в знак приветствия.       — Приятно с тобой познакомиться.       Лиза ответила на мой жест детским рукопожатием, тем самым наладила контакт между нами. Просто обожаю детей. А эта девчонка была такой сладкой, что мне с первой секунды хотелось зацеловать её пухлые щёчки.       Дальнейший час мы занимались готовкой, просмотром какого-то непонятного мультика про мальчика-спасателя с собаками и игрой с игрушечными машинками одновременно. Никогда не думала, что могу быть такой мультифункциональной. Да и вообще, день шёл именно так, как идеальное продолжение нашего завтрака. Мы постоянно шутили, смеялись и действительно хорошо проводили время. Лизка с уважением называла меня тётей, а после поднимала руки вверх, чтобы я могла взять её на руки. И я послушно выполняла её просьбу. Носилась с ней по всей гостиной как бешеная под крики нашего повара о том, чтобы сестра не мучила меня. Если моё лицо треснет от улыбки под конец дня, то я даже не удивлюсь.       Играть с пятилетним ребёнком конечно утомляет, но я была готова смириться с этой болью в ногах и отдышкой, если эта малютка будет продолжать также весело и счастливо смеяться. Мне даже нравилось, что она не называла моего имени. Как будто в этот момент я могла быть не Катей, а той самой тётей, которую так любят дети и проклинают родственники.       В какой-то момент я даже стала забывать о том, что мы не являемся одной семьёй. Всё было просто прекрасно, словно мы попали в сценку из фильма, где история в конце концов вывернула на хорошую линию. Словно мы с Сашей были счастливыми родителями, а Лиза — нашей общей дочкой. Знаю, странно так говорить, учитывая, что я предпочитаю парней, а у неё есть девушка, но меня это совсем не волновало. Не в этот момент. Подумаю о том, как это неправильно завтра или послезавтра. Но не сейчас. Не хочу портить воспоминание в голове.       После плотного обеда, состоящего из наивкуснейшего борща в моей жизни и приятного шоколадного десерта, мы решили немного порисовать. О том, что малышка увлекается рисованием, а в особенности акварелью, я поняла ещё в тот момент, когда впервые побывала у Саши дома. Надеюсь мои стены всё-таки останутся в порядке, но я даже готова пойти на риск получить по первое число от родителей за испорченные обои. Ну просто как можно отказать этому солнышку, когда она, грустно надув губки, рассказывала о том, что у тёти Риты нельзя рисовать из-за строгих родителей?       Именно поэтому я принесла свой любимый альбом и дорогие краски. Я обязательно оставлю рисунок, который сотворит эта малышка. Будет как ещё одно подтверждение того, что этот день действительно существовал, а не оказался моей больной фантазией или сном.       — Стой! — вскрикнула Саша и вытянула руку вперёд, когда Лиза уже собиралась нанести первый размашистый мазок. Такой размашистый, что он наверняка бы остался на мне и диване, так как именно я являлась натурщицей и прямо сейчас сидела на чёрной коже, скрестив ноги. Стоит потом поблагодарить подругу от лица всей мебели в моей квартире, — Мы сейчас не дома, поэтому будь осторожней, хорошо?       — А как тогда?       — Нужно рисовать в пределе бумаги. Не бойся, я тебе помогу.       Девушка взяла руку сестрёнки в свою, пока та внимательно разглядывала моё лицо. Кажется, у меня щёки покраснели от такого непрерывного зрительного контакта. Ещё никто так откровенно на меня не пялился и то, что передо мной сейчас стоял всего лишь четырёхлетний ребёнок никак не меняло ситуацию.       Неожиданно, Лиза потянула рукав Сашиной майки и подняла голову так, чтобы сказать что-то сестре на ушко. Правда вышло так себе, потому что я тоже отчётливо слышала, что же она там сказала.       — Тётя кыасивая.       Девушка улыбнулась сестре и потрепала её по голове точно так же, как любила это делать со мной.       — Знаю, — она подняла взгляд, и мы на секунду столкнулись глазами. Вот только этой секунды было вполне достаточно, чтобы меня бросило в жар. Саша тут же вернулась к альбому и укрылась за ним, будто ни в чём не бывало, — Так, давай начнём. Сначала нужно очертить её лицо, а потом…       — Саш, ты кыасная.       Старшая на секунду замялась и остановилась, а затем с теплотой посмотрела на сестру и поцеловала её в макушку.       — Спасибо, солнце. Ты тоже супер.       Девочка хотела сказать ещё что-то, но подруга умело перевела её внимание обратно на холст. Боже, если она продолжит так нелепо делать вид, что не понимает о чём на самом деле сказала Лиза, то я умру прямо на месте. И если эта малышка скажет ещё что-то подобное, то я сварюсь заживо. Я красивая, девушка соглашается, а потом краснеет. И тот поцелуй…       Блять, к концу дня меня можно будет разве что выметать из комнаты! Это перебор.       Пе-ре-бор!       К моему счастью, продолжение дня прошло без подобных происшествий. Мы с Сашей старались больше не смотреть друг на друга, а Лизка спокойно закончила мой портрет — вышло, кстати, очень даже хорошо для четырёхлетнего ребёнка — а затем мы вместе смотрели мои рисунки в альбоме. Малютка восхищённо вздыхала каждый раз, как я переворачивала страницу и показывала следующую картинку. Это было собрание моих лучших творений. Причём ни один из них я не приклеивала и не перерисовывала. Сама удивляюсь тому, как хорошо выходило работать именно с этим альбомом. Возможно это потому, что бралась я за него лишь в те моменты, когда действительно хотела рисовать, а не когда я должна была это делать. Между рисунками были большие промежутки во времени, но все они были моими любимыми.       За просмотром незаметно прошёл час и как раз настало время ужина. Саша уже сотворила очередной шедевр — на этот раз это был греческий салат и необычные бутерброды с яблочным джемом. Я даже налила нам с подругой немного папиного вина, про которое он когда-то умудрился забыть, а я припрятала его в другом шкафчике для лучшего случая. Там оставалась примерно половина, поэтому мы в лёгкую прикончили её вдвоём. Хорошо хоть Лиза не просила дать попробовать — мне было бы неловко отказывать ей, когда она смотрит на меня своими бусинками. Глаза у неё, кстати, точная копия сестринских. Такие же идеально чёрные, может даже немного темней. Интересно, у их родителей тоже такие?       За едой прошёл и остаток дня, и вот, настало время прощаться. Ни мне, ни Лизе этого не хотелось, но Саша упрямо застёгивала куртку на сестрёнке, даже не слушая её пререканий. Поражаюсь её выдержке. Но тут скорее дело было в другом. Им нужно было домой. Старшей из-за родителей, а младшую ей не позволяла оставить гордость или что-то в этом роде. Сашка относится к тем людям, которые хотят быть самостоятельными и справляться с проблемами, не впутывая при этом других. Ей явно было неприятно каждый раз обращаться к друзьям за помощью, поэтому я не поддавалась своему желанию оставить их обеих ещё на день и не настаивала.       — Лиз, ну хватит. Елизавета! — не выдержав, громко шикнула Саша и многозначительно посмотрела на сестру. Та тут же стихла и состроила обиженную моську, — Не делай так. Нам нужно идти к маме с папой. Они же тоже скучают по тебе, — детское личико тут же разгладилось, и она направила извиняющийся глазки на девушку, — Поблагодари тётю Катю за гостеприимство и пойдём.       — Спасибо, тётя.       Я подсела к ней и улыбнулась настолько, насколько позволяло уже уставшее лицо.       — И тебе спасибо за такой день. А особенно за рисунок. В следующий раз я обязательно тебя нарисую, как и обещала.       Дальше произошло то, чего я совсем не могла ожидать. Малышка забрала руку у сестры и крепко меня обняла. Я сейчас расплачусь. Ну зачем так делать? Такими темпами я заберу тебя у Сашки и оставлю тут навсегда. И не важно, что скажут родители, ты будешь жить со мной.       Но, как это обычно и происходит, всё хорошее рано или поздно заканчивается. Саша открыла дверь, куда тут же выбежало солнышко и, помахав мне ручкой на прощание, поскакало вниз по лестнице. Я поднялась на ноги и впервые за последние несколько часов вновь столкнулась глазами с девушкой. Это действие вина или я тону в её взгляде? Вроде выпила не так уж и много.       — У тебя прелестная сестра. Приводи её почаще.       — Обязательно. Можешь даже не волноваться, ты ещё встретишься с этой дьяволицей, — я шутливо стукнула подругу по плечу за такое и в этот момент мой взгляд упал на чужие губы, растянувшиеся в счастливой улыбке. Да что со мной творится?       Не медля ни секунды, я прильнула к девушке. Хорошо хоть попала не туда, куда смотрела, а в щёку. Просто дружеский поцелуйчик. Ничего более. Со всеми подругами так прощаюсь, ничего удивительного. Вообще ничего.       Это я и пыталась сказать своим взглядом, когда отпрянула и вновь посмотрела в её глаза. Улыбка превратилась в лёгкую ухмылку, как будто она жутко сожалела о чём-то.       — Встретимся в школе?       Я кивнула головой. Вот только это был не знак согласия. Это было наше прощание.       Саша вышла в подъезд и побежала вниз по лестнице вслед за сестрой. Ничего больше не сказала. Не посмотрела. И что-то больно кольнуло в груди от осознания того, что она действительно просто ушла.