Умереть ради...

      Сон не шёл, и я не ждала его вовсе. Я притворилась перед Брендой, иначе она бы не ушла. Мысли были пустыми, но они были и их много. Перед глазами одна и та же картина этого дурацкого скелета в луже бутафорской крови. Что сделать, чтобы прекратить видеть её попеременно с той, что я видела всего три месяца назад?             Таблетка хоть и подействовала, но не усыпляла. Она только лишила меня всяких сил и желания. Помниться такими меня пичкали, когда у меня случались приступы. Интересно, а у Бренды они откуда? А я бы наверно сейчас напилась, как вчера, например. Хотя это было словно вечность назад.       Я услышала скрип двери, сбивающий поток моих ленивых и жалких мыслей. Поворачиваться и проверять, кто там не было сил совершенно. Хм. Но это не Бренда точно. Значит это Кристофер. Странно.…Ах, да, это же он нёс меня на руках. — Что ты здесь делаешь? — я еле узнала свой голос, слишком грубый. — Гуляю, — заслуженно огрызнулся, — поспи немного.       Кажется он собрался уходить, но мне этого очень не хотелось. — Не уходи, побудь со мной рядом, — какая же я жалкая.       Я не рассчитывала, что он послушается. Ожидала новую колкость в мою сторону, а не его приземление в мою кровать. Интересно, почему не в кресло? — Ты как? — Не знаю, — просто и еле слышно.       Кристофер заерзал и спустился ко мне на уровень моего лица. Наверно я выглядела ужасно раз он поправил прядь моих волос, выказывая странную заботу. Странно. Но приятно, даже несмотря на наш крайний разговор. Его палец повторил контуры моих губ, вынуждая меня вспомнить как тоже самое делал его язык. — М-мм, — простонала я, дернувшись от собственной реакции, — щекотно, у тебя руки шершавые.       Ляпнула первое, что пришло на ум. И тут же словила себя на мысли, что в голове больше не мельчишат картины прошлого… Как бы мне хотелось всегда уметь так быстро переключаться. Уходить от реальности и отогнать от себя воспоминания и боль, которую они вызывают. Эх. Если бы только не душный характер Криса, мы бы смогли поговорить, высказать свою боль друг другу. Но нет, он точно не поддержит эту идею. Хотя, я уверена, нам обоим пошло бы это на пользу. Блуждая на краю своей апатии, я подумала о том, как оба оказались в странной интерпретации ада на земле. Мне хотелось хотя бы на мгновение вдохнуть воздух полной грудью, а не жалкий его глоток.       Возможно, идея, которая неожиданно пришла мне на ум не самая хорошая, но других вариантов попросту не возникло. — Ты можешь сделать так, чтобы я перестала думать о том, что случилось? — тихо спросила я, возвращая его взгляд к себе обратно.       Мне не могло показаться, его глаза, словно заблестели в темноте. — Мне очень хочется это сделать, но я сомневаюсь, что это сейчас подвластно кому либо, — я была другого мнения, он может и ещё как.       Я ждала другого ответа, больше подходящий ему. Стараясь отгонять от себя темноту, чуть ли не накрывающую меня с головой, я решилась обнять его. Аккуратно я подтянулась к нему ближе и положила на его грудь свою руку. Я чувствовала биение его сердца, которое с каждой секундой било глубже. Невольно я стала рисовать пальцем невидимые узоры. А что если поцеловать его? Он же вчера не спрашивал моего на то разрешения? Боже, о чем я думаю… — Чем ты занимаешься, Кристофер? — подняв к нему свою голову, спросила я. — Почему ты думаешь, что я тебе отвечу? — он умеет нежно улыбаться, ему очень это идёт.       Невольно облизала свои губы, задержавшись дольше положенного на его улыбке. Пришлось повернуться на спину обратно, чтобы не раскрыться и убрать пригретую руку. — Я не могу тебе сказать. Я ни повар, ни офисный работник, я по сути никто. — Угу, и ты занимаешься чем-то незаконным, бла-бла-бла, — как бы, между прочим, сказала я, немедленно продолжив, — почему ты вчера меня поцеловал?       Я выпалила это достаточно быстро, чтобы не передумать. Крис заерзал на месте, что не могло меня не обрадовать. Не только он умеет вводить в ступор. Хотелось оценить его реакцию, но я предпочла спрятать взгляд, уперев его в потолок. Очень такой внезапно интересный потолок… — А почему ты мне ответила на него? — с той же улыбкой отвечал он. — Потому что была пьяна и не понимала, что происходит, — слишком легкий ответ на такой сложный вопрос. — Я буду с тобой более честен, чем ты и, пожалуй, смелее. Мне захотелось тебя поцеловать.        постаралась незаметно сделать глубокий вдох после его ответа. Удивительно, но я не совсем уловила, в какой именно момент моя идея фикс-отвлечься начала работать… — То есть тебя не смущает, что я твоя сводная сестра? — Как и не смущает то, что я лежу в твоей кровати со вставшим членом, — словно кипятком обдали его слова.       Теперь повернуться к нему и посмотреть в его лицо, казалось, чем-то нереальным! Я вросла в эту кровать, сгорая в ней то ли от стыда, то ли от ещё более постыдного зарождающегося желания, чем поцелуй. Когда же это произошло, с чего началась эта ненормальная заинтересованность в нем? — Ты… — начал он снова этим дурманящим голосом, — ты же тоже это чувствуешь? Или я один спятил с концами, возбуждаясь рядом с тобой, как подросток?       Я молчала, потому что в первую очередь себе боялась в этом признаться. Я чувствовала так называемую тягу к Кристоферу. Но я ещё не приписывала ее к возбуждению. Хотя кого я обманываю… Уже начала корить себя за столь радикальные методы отвлечения. А услышав, как расстёгивается его ширинка.… И вовсе пропала. — Что ты делаешь? — испуганно спросила я. — Хочу узнать ответ на свой вопрос, — он с ума сошел?!       Если ранее всё моё тело было напряжено, то сейчас всё напряжение скопилось внизу живота и под грудью. Я навострила уши, пытаясь понять, что он делает. Неужели он… О, Боже! — Ответишь? — нарушил он звенящую тишину, — я не очень приветлив к ожиданию. Поэтому, если не можешь сказать, то оттолкнешь.       Крис взял мою ладонь и потянул руку к себе под майку. Моя рука, показалась мне, льдом, по сравнению с его рельефным животом, раскалённым, как плитка. Почему, почему я не могу отдернуть руку и прогнать его?! Вместо этого я ощутимо провела кончиками пальцев по коже, по каждому изгибу его мышц. Это же ненормально! Я сжала глаза почти что до боли в них, а когда пальцы прикоснулись к его расстёгнутым джинсам, распахнула их обратно, словно только что обожглась снова. Но Кристофер и не думал останавливаться! Не давая мне опомниться, он спустил мою руку к своему вставшему члену! Рука была деревянной, и если бы её не держал Крис, я бы точно её убрала. Я уверена в этом. Или не совсем.… Не совсем, потому что я уверено обхватила его крепкий член, вызвав этим довольный хрип Кристофера.             Я не видела, но я чувствовала какой он. Горячий, твёрдый и… пульсирующий. В голове не укладывалось то, что творилось… Так грязно и извращенно трогать член парню, лежавшего в моей постели! Даже в самых сокровенных мыслях, я не могла себе такое вообразить!       Кристофер сам начал руководить, приподымая свои бедра. Я ошибалась в размере, он больше моей сомкнутой ладони…кажется в два раза… Это же… В горле пересохло… Невероятно… Меня это возбуждало гораздо сильнее моего самого пошлого романа на полке! Моя майка стала тереться о мои вставшие сосочки и я представляла или даже желала, чтобы вместо ткани это были руки Криса. После чего я и поняла, что не просто лежу в постели, а слегка извиваюсь в жутком желании чувствовать его член не в руке, а в себе!       Я отпрянула от него и резко подскочила с кровати. Пыталась восстановить дыхание и точно не из-за внезапного подъёма. Захотелось немедленно ополоснуть лицо. Я поднялась, борясь с желанием упасть обратно. Голова кружилась, но я справилась и зашла в ванну. Включила небольшой светильник и холодную воду. И почему я только не закрыла дверь? Кристофер оказался позади меня. Он обнял меня, обвив руками талию. Кажется, выдыхая, я простонала. А потом ещё раз, чувствуя его цепкие поцелуи на шее. И ещё раз раз, когда он прижал меня к себе так грубо. — Наверно стоит привыкнуть к тому факту, что мы хотим друг друга, — укусив меня за плечо, произнес он. — Это не правильно, — почти одними губами, промолвила я, — так не должно быть. — Согласен, — сказал он, раздвинув мои ноги своим коленом, и начиная трогать мою киску сквозь мокрые трусики, добавил, — но вот это ещё не правильней… быть такой мокрой рядом со мной.       Разве можно не хотеть слушать и хотеть одновременно? Он говорил чересчур открыто, прямо и грязно. Это сводило с ума! А когда он нашел мой клитор, стал его сжимать и тереть в своих пальцах, я поняла, что не устаю. Я схватилась за его ладонь и откинулась назад, ловя волны неведомого ранее наслаждения. Я увидела наше отражение, всю эту непристойную картину и уже не могла отвернуться. Он до сих пор был в обтягивающей белой баксерке, так сильно подчеркивающую его накаченные руки требовательно ласкающие меня. На его фоне я была очень маленькой, даже хрупкой. Он осыпал мою шею и плечи поцелуями, после которых оставались красные и мокрые следы. Так называется страсть? Нарастающая с каждой секундой… отключающая разум напрочь…? — Крис… — найдя в себе силы черт знает откуда, я сильнее вцепилась в его руку.       Он растолковал это по-своему и убрал руку от моих трусиков. Я тут же облокотилась о раковину, чтобы передохнуть. Однако Кристофер захотел стянуть с меня надоевшую ему часть моего белья. А это означает, что после точно не будет дороги назад. И что тогда? Что потом? Я пересплю с ним и все? Сама хотела отвлечься да отвлеклась так, что потерялась окончательно.       Я обернулась и отстранилась, приходя в смутные чувства, граничащие с разочарованием и правильным решением. Однако такого же нельзя было сказать о Кристофере. Его глаза были темными, затуманенными, как будто он был под кайфом. Губы красные и по-прежнему манящие. Дыхание сбитое и обжигающее… — Что? Хочешь в кровати? — хрипло. — Я… я хочу, чтобы ты вышел из моей комнаты, — сказала я, замечая просыпающееся недопонимание. — Что? Почему? — Потому что всё это.… Это не правильно и я не хочу … — Брось, ты не хочешь? Я не поверю этому бреду, — всего на мгновение он показал своё раздражение, не дав мне договорить до конца, а потом вдруг смягчился, кивнул сам себе и добавил, — хорошо.Извини. Возможно, мне просто надо было потрахаться. А тебе отвлечься. Идеальное стечение обстоятельств.             Я опешила от его слов. В которых последние являлись раскрытой правдой, но… Все равно обидно. Кристофер взлохматил свои волосы и направился на выход, но остановился в дверях, бросив напоследок: — Только вот завтра у тебя не получиться списать всё на алкоголь. Ты не оттолкнула меня, когда я дал тебе выбор.