Камера, мотор... Он

      Вся первая половина среды прошла под девизом «спасибо дополнительному шоту эспрессо за тахикардию». То ли от тотального недосыпа, то ли от эйфорического предвкушения встречи с Крисом я никак не могла найти себе места. Удача, что на площадке все шло своим чередом, Марк был полностью погружен в сцены Дженни и Линдси и мне оставалось всего-то тихо сидеть, борясь с закрывающимися веками, в ожидании ланча.       По традиции, мило поболтав с Октавией и Линдси, беру с собой недоеденную картошку фри и намереваюсь незаметно пробраться в трейлер Маккенны, чтобы немного вздремнуть перед очередным мотором. Пока медленно шагаю вдоль безлюдных, но доверху набитых разнообразной техникой и мебелью тентов, думаю, что же придумал Крис на сегодня. Будет ли это очередная посиделка в каком-нибудь ресторане? Или мы поедем на новую локацию, чтобы на месте вжиться в роль? Может он просто издевается, заставляя накручивать и надумывать развития событий, поэтому взял сегодня выходной и не присылает адрес встречи? В любом случае, чтобы он там себе не придумал, чертёнку удалось и в этот раз захватить мои мысли.       Наконец добравшись до домика на колёсах, плюхаюсь в прохладную, до этого не использовавшуюся по назначению постель. Даже переворачиваться не хочется, пусть лучше задохнусь во сне, чем, ненароком, отпугну такой желанный обеденный морфей. И все же, из последних сил тянусь в карман за телефоном, чтобы поставить будильник. Надеюсь, полчаса мне хватит, чтобы прийти в себя.       Не успела я положить смартфон под подушку, как голова сотрясается из-за вибрации.       — Да чтоб тебя черти разорвали, — бурчу я на того, кто решился потревожить меня так не вовремя. Не посмотреть на уведомление не имею права, ведь нахожусь на рабочей смене. Хватаю телефон и открываю сообщение: «Я и хозяйка приюта «Good Cause» ждём тебя через час на 9924 Пин-Поинт-Авеню. С Марком обо всем договорился, поэтому никакие отговорки не принимаются.»       Несколько раз перечитав сообщение, издаю недовольный стон и притворно всплакиваю, прощаясь с намеченным планом.

«Ты бы знал, как сильно я хочу

откусить твою голову прямо сейчас.»

«Окей, выезжаю»

      Ответ приходит почти мгновенно: «Если дотянешься, сопротивляться не буду. До встречи, воинственная Амазонка ;)»

***

      Приют, или как сейчас подобные места называют в сети, эко-ферма для обездоленных и обиженных судьбой животных расположилась в теплых объятиях двух зеленых, явно искусственно насыпанных, холмиков. Раскидистые, огороженные низким коричневым заборчиком поля сразу бросаются в глаза, заботливо скрывая несколько двухэтажных зданий посередине. Видимо, хозяева не жалеют денег и сил на свое детище, ведь поддерживать и постоянно обновлять подобную растительность очень трудно в таком климате.       Несколько раз постучав в дверь, над которой висит аутентичная, вырезанная из дерева надпись «Welcome» и не услышав ответа, оглядываюсь по сторонам в поисках какой-либо активности или источников звука. Единственное, что привлекает внимание - громкий лай, доносящийся откуда-то спереди. Огибаю дом и передо мной встает еще пара тройка сарайчиков, загонов и несколько закрытых вольеров с собаками.       — День добрый? — как-то несильно я стараюсь перекричать мохнатых друзей, — Здесь есть кто-нибудь? — уже громче добавляю я. В самом дальнем вольере слышится какой-то звон и противный скрежет ржавой двери. Только сейчас, активно прислушавшись, начинаю различать два негромких голоса. Кажется, меня заметили. — Анастейша, ты уже приехала! — чуть прищуриваюсь, чтобы увидеть надвигающуюся на меня фигуру, однако по голосу сразу узнаю Криса. Он ускоряет шаг и разводит руки в стороны, готовясь обнять меня. — Очень рад тебя видеть. — спустя полминуты я уже обнимаю его, будто мы давние друзья. — Не обращай внимание на запах, я тут мыл одного непослушного мальчика, а потом долго с ним обнимался, — только высвободившись из объятий я обращаю внимание на запах, действительно пахнет не моим любимым парфюмом, а мокрой псиной. Кристофер поправляет бейсболку, попутно разглядывая меня с ног до головы. Остановившись, наконец, на моих глазах, облизывает нижнюю губу и выдает свой вердикт: — Выглядишь, как всегда, волшебно. Правда, твое платье придется сменить на что-то более подходящее. — А что с ним не так? — машинально смотрю вниз, поглаживая край рукава своего белоснежного платья-рубашки. — Животные не будут с ним церемониться. — Да ладно тебе, я не неженка. Отстираю или куплю новое. — тоже мне, проблема. — Ладно! — лицо Эванса озаряется улыбкой, будто только что услышал заветные слова, — Пойдем, познакомлю тебя с заведующей приюта.       Хозяйкой этого места оказалась невысокой блондинкой чуть за шестьдесят, хотя выглядит гораздо моложе. Ее доброе загорелое веснушчатое лицо сразу завоевывает доверие. Именно такой образ у меня встает перед глазами, когда кто-то говорит о защитниках животных.       Для начала, Кэтрин решила провести для нас экскурсию по всей эко-ферме. Оказывается, она с самой юности заботится о животных. Сначала стала ветеринаром, а позже присоединилась к фонду «Good Cause» в качестве волонтера и помогала спасать брошенных домашних зверюшек. Выйдя замуж за очень обеспеченного мужчину, который разделял страсть Кэтрин в помощи животным, они открыли свой филиал фонда, куда брали на передержку и лечили всех, кого выбросили на улицу, хотели усыпить, потому что надоели питомцы или чьи хозяева попались на бесчеловечном отношении к ним: собаки, кошки, зайцы, еноты, свиньи, овцы, коровы, быки, лошади. Здесь Кэтрин дает животным новую жизнь, выхаживает их, а потом передает в новые заботливые руки.       Переходя из загона в загон, из сарая в сарай, мы с Кристофером слушали истории каждого подопечного. К кому-то из них судьба была более благосклонна, кто-то же мучился не один год, прежде чем попасть в ласковые руки Кэтрин. Вернувшись через два часа туда, откуда началась наша история, к вольеру с собаками, я уже еле сдерживала ком невыплаканных слез. Крис заметил, что я перестала задавать вопросы и чуть отстала, чтобы перебороть наплыв непрошеных эмоций. Он аккуратно прервал женщину и подошел ко мне. Сначала едва коснулся локтя, а потом начал поглаживать плечо и спину, показывая, что я не одна и давая мне разрешение на секундную слабость.       — Я в порядке, — только и смогла выдавить из себя я. Мне всегда очень трудно показывать эмоции.       С самого детства меня учили, что они слабость, особенно слезы. Родители всегда пресекали подобное, говорили, что я слишком близко все принимаю к сердцу, что слишком сильно реагирую и ругали, если я не сдерживалась на людях. А тут, пожалуйста, стою как маленькая и реву из-за брошенной собачки.       Стерев уже упавшие на щеки слезинки, я отстранилась от Криса и вернулась к Кэтрин. Она понимающе улыбнулась и вывела нас из вольеров, направляясь к главному зданию.

***

      После долгой и очень грустной экскурсии, хозяйка напоила нас холодным чаем и поинтересовалась, был ли у нас с Крисом опыт в благотворительной деятельности. Кристофер рассказал, что не раз жертвовал деньги различным фондам, навещал детей в больницах, помогал животным. Мой послужной список не такой длинный, однако, вместе с отцом мне часто доводилось бывать на благотворительных ужинах, а в более взрослом возрасте я сама выбирала организации и раз в месяц делала небольшие переводы.       Закончив перерыв, мы удаляемся с Крисом на перекур, а Кэтрин идёт в мед блок к врачам, чтобы узнать о постояльцах.       — Какой план дальше? — передаю зажигалку Крису и упираюсь на перилла из темного дерева, что ограждают террасу у входа в главный дом. — Тебе сразу всю информацию или оставить небольшой сюрприз на десерт? — он хитро прищуривается и несколько раз прокручивает на пальцах зиппу. — Я люблю сюрпризы, но сейчас выбираю первый вариант. Выкладывай все, — копирую прищур и выдыхаю дым ему в лицо. — Сегодня выберем несколько животных и поухаживаем за ними, помоем, выгуляем, поиграем. А завтра утром проведём запланированную рекламную кампанию. — С первой частью все ясно, а вот насчёт завтра поподробнее. Где, во сколько приезжать? — Приезжать не надо, переночуем здесь. И здесь же встретим приглашённых людей, которые возьмут у нас интервью, по фотографируют с животными. — Как это здесь переночуем? — видимо, я очень смешно опешила, раз вызвала искренний смех Эванса. — Я вообще ничего не поняла, сейчас максимально подробно. — Марку очень понравилась моя идея с промоушеном фильма и коллаборацией с фондом. Поэтому совместим приятное с полезным. Из приятного: новые эмоции, раскрытие и усиление чувств, обостряем восприятие. — перечисляя, загибает пальцы на той руке, что держит наполовину скуренную сигарету. — Из полезного: забота о животных сегодня, а завтра утренняя фотосессия с животными и благотворительные отчисления как на стадии постпродакшена фильма, так и с каждого купленного билета в кинотеатре. — здесь пришлось перейти на другую ладонь и загибать длинные пальца там. — А знаешь, — делаю очень глубокую затяжку и кидаю уже практически превратившееся в пепел табачное изделие в бак в метре от меня, — отличная идея. — Да? — лицо Криса мгновенно меняется. — Конечно. Или ты думал, я буду тут истерить и говорить, что мы так не договаривались? — поднимаю брови и рассматриваю сапфировую радужку глаз своего собеседника. — Скорее думал, что ты сначала надуешь губки и топнешь ногой, но взвесив все за и против, согласишься. — все его слова сопровождались яркими вторящими жестами. — И когда это я топала ногой? — наигранно мотаю головой и направляюсь к двери, желая быстрее осуществить все задуманное.

***

      Мы с Крисом решили, что будет лучше уделить внимание двум животным и вместе провести с ними время. Красная нить судьбы сама свела нас и двух четвероногих товарищей: шестилетнюю дворняжку Дину с рыжим пузиком, черным хвостом и абсолютно детским, доверчивым взглядом, и статного престарелого скакуна Рича, чья коричневая шелковистая грива вызывала лишь восхищение. Немного познакомившись с животными, мы принялись по очереди ухаживать за ними. Помощницы Кэтрин все время были с нами, так же приводя в порядок других зверюшек.       Добрые два часа мы провели с Диной, а затем переключились на Рича. Вспомнив детство, я неспешно знакомилась с гордым конем. Под конец вечера он даже разрешил оседлать себя и мы пробежали пару кругов галопом под бурные аплодисменты всех обитателей ранчо.       Быстро поужинав и от всего сердца поблагодарив хозяев за столь теплый прием, я удалилась в свою гостевую спальню и, не успев коснуться подушки, унеслась в мир сновидений.

***

      — Сегодня мы от всей нашей съемочной команды хотим пожертвовать один миллион долларов фонду «Good Cause» и всем его подопечным, которые так нуждаются в лечении и заботливых новых хозяевах. Мисс Кэтрин Джонсон давно является нашим добрым другом, именно она приютила и вылечила одного чудесного котика, который стал неотъемлемой частью фильма. Вы скоро увидите его на экранах, после чего он не только обретет мировую славу, но и любящего его человека, однако сколько еще таких же, не менее прелестных животных ждут своего дома.       Пока Кристофер произносит свою пламенную речь, остальные члены каста позируют на камеры, а Кэтрин с мужем и ее помощники стоят рядом по обе стороны от нас и улыбаются, сдерживая слезы счастья. Каждый держит по одному животному на руках: Маккенна играется с Фредом; Линдси и Октавия щекочат двух очаровательных розовеньких поросят; Дженни предпочла стоять рядом с Макки и изредка одаривать Фреда натянутой улыбкой; Марк пытается успокоить шарящего по его карманам енота; мистер Джонсон и Кэтрин гладят белого кота; несколько девушек мнут ушки зайцам; а я поглаживаю Дину по макушке, которая всем телом навалилась на мою ногу и благодарно облизывает мое колено. — Ну что, мы закончили с официальной частью, — подытоживает Крис, потирая ладони, и воздух разряжается громким смехом. — Давайте пройдёмся по ранчо и сделаем несколько общих снимков, — Я тоже смеюсь, испытывая гордость за неподготовленную, но такую искреннюю речь Эванса и беру Макки за руку, направляясь за Кристофером.

***

      Мероприятие закончилось лишь к четырем часам после полудня. После многочисленных фото, интервью каждого актера о его вкладе в такое доброе дело, званого обеда и долгих прощаний, первыми уехали репортеры и добрая половина папарацци, за ними последовали Дженни, Октавия, Линдси и Марк. Очевидно, мама оставила Макки на меня, но не удосужилась предупредить об этом, поэтому девочка тихо возилась с котятами, пока я тепло прощалась с Кэтрин и ее мужем.       — Спасибо Вам за вашу работу, Кэтрин! — я заключила женщину в крепкие объятия, — Вы - невероятная женщина, без Вас мир был бы ужасным местом. — она гладит меня по спине своей теплой ладонью и я все больше расплываюсь в улыбке. Отстранившись и пожав руку, желая всего хорошего мистеру Джонсону, я делаю шаг назад, пропуская Кристофера вперед.       Уже садясь в машину, я вдруг понимаю, что забыла сделать кое-что очень важное и прошу Макки посидеть еще чуть-чуть в машине. Крис уже уехал, потому как самые стойкие фотографы не собирались покидать ранчо без него.       — Кэтрин! — я удачно ловлю женщину при выходе на задний двор и она закрывает дверь, направляя все внимание мне. — Вы что-то забыли, мисс Грейс? — Да, Вы принимаете чеки? — она непонимающе смотрит на меня, поправляя выбившуюся прядь из идеально заколотого на затылке пучка. Воспользовавшись такой паузой, достаю из сумки чековую книжку и вписываю шестизначную сумму, оставляю свою подпись и резким движением отрываю шершавую желтую бумажку, вручая ее Кэтрин. — Пожалуйста, это лично Вам и вашему приюту, а не всему фонду. — Я не могу столько взять, — округляет глаза Кэтрин, увидев первую цифру. — Еще как можете. Не заставляйте меня уговаривать, пожалуйста, позвольте помочь. — Это действительно очень много… — Поверьте, это лишь малая часть того, что я собираюсь Вам перечислить. — я настойчивее отдаю чек и Кэтрин сдается под моим натиском, одними губами произнося благодарности.       С чувством выполненного долга и чистой совестью возвращаюсь в машину и покидаю место, которое научило меня действительно многому.

***

«Подъезжаю, скоро буду.»

«Не печатай за рулем. Ты мне ещё живой нужна»       Прочитав сообщение, откидываю телефон на заднее сидение и заезжаю на подземный паркинг отеля. Весь вечер четверга и пятницу, в перерывах, я сидела за своим проектом, доделывая и вкрадчиво дополняя его озарениями, что пришли мне во время посещения одного из отделения фонда.       Сегодня же, в последний день перед дедлайном, мы с Крисом решили поработать в баре моего отеля. Как раз оставшаяся сцена должна сниматься в такой локации, поэтому, не придумав ничего лучше, я решила погрузить нас атмосферу происходящего для лучшей продуктивности. Да и горячительные напитки будут очень кстати расслаблять кипящий от изнеможения мозг.       Наношу новый слой помады и наслаждаюсь отражением темно-винного оттенка на губах. Какое-то странное, будоражащее чувство зреет внутри. Будто я у финишной прямой и у меня открылось второе дыхания, позволяющее свернуть горы. Эйфория, трепет и восторг преследуют всю дорогу от парковки, в лифте, пока я пересекаю фойе, когда элегантно погружаю своё тело в бархатный ультрамариновый диванчик в приватной зоне напротив Кристофера.       — У меня закончились комплименты, а я пока не выучил новых слов, чтобы описать твою красоту, — тихо произносит Кристофер, не смея оторвать взгляда от моих губ. — Я подарю тебе словарик на Рождество. — аккуратно снимаю сумку с плеча, не поднимая взгляда на мужчину. — Спасибо, — наконец удобно устраиваюсь и одариваю Криса еле заметной улыбкой. Тот лишь приглушенно сглатывает и кивает подошедшему следом за мной официанту. — Нам десять шотов текилы и отдельно соль. Пока все, спасибо. — Я тебя не узнаю, Анастейша. Куда ты дела мою коллегу, чарующая незнакомка? — как только официант закрывает за собой плотную штору, отделяющую нас от остального зала, Кристофер продолжает разговор в уже привычном ироничном тоне. — У нас осталась последняя сцена и я хочу воссоздать ее. Конечно, без продолжения, а лишь то, что было в баре. — расслабленно выдыхаю и откидываюсь на мягкую спинку. — Попробуем? — Я в деле, — заключает Эванс и, копируя меня, облокачивается на диван.

***

      — Напоминаю правила, — начинаю я, когда мы разлили по рюмкам бесцветную жидкость, — По очереди задаём друг другу вопросы. Если не хочешь отвечать, выпиваешь. Кто первый выпил все, допивает шоты другого в наказание. — Хорошо, начинай, — кивает Крис и я зловеще улыбаюсь. — Во сколько лет ты потерял девственность? — не успев дослушать мой вопрос, Кристофер тут же выпивает первую рюмку, забыв о соли и лайме. — Так не честно! — кричу я, смеясь, — Ты даже не дослушал! — Ни за что не расскажу тебе про этот позор, — откашливаясь, отвечает Крис. — Если будешь так делать всегда, то ничего не получится, — скрещиваю руки на груди, притворно расстраиваясь. — Всегда не буду, но об этом не расскажу. — прочищая горло, говорит Эванс. — Ладно, моя очередь. Обламывала ли ты когда-нибудь парня, когда он уже почти дошёл до третей базы? — он хитро щурится, однако я решила играть по его правилам и, насыпав на тыльную сторону ладони дорожку соли, облизываю ее и опрокидываю свой первый шот, закусывая кусочком лайма. В ответ на его недовольный взгляд, лишь пожимаю плечами. Один один, мистер Эванс. — Твоя первая влюбленность в знаменитость? — горечь в горле почти унялась и я задаю второй вопрос. — Пожалуй, это Мона из «Кто здесь босс», — спокойно отвечает мужчина. — Да ну? — Знаешь, о ком я? — смеётся Крис, смотря на меня немного исподлобья. — Секси бабушка! — восклицаю я и тоже смеюсь. — Да, была в ней тайна, — сквозь смех выдавливает Крис. — Да, ее тайна была в одержимости сексом и она не особо скрывала это. — кажется, крепкий алкоголь на пустой желудок был глупой затеей, но давать заднюю уже поздно. Поэтому, поддавшись приятному туману, смеюсь от души. — Серьезно, именно поэтому я на неё запал, — Кристофер утирает выступившие от смеха слёзы рукавом клетчатой рубашки. — Ясно. Знаешь, мне она тоже нравилась! — я пожимаю плечами и делаю очень серьезный голос. Услышав мой ответ, Крис подставляет ладонь и я отбиваю ему звонкую «пять». — Твой нелюбимый родитель и почему? — мужчина взял небольшую паузу перед вопросом и, озвучив его, серьезно уставился на меня. — Эм… Я люблю обоих родителей. — мои брови сложились у основания носа, а взгляд упал на колени под столом. — Я тебе не верю. Серьезно, ни капельки. — уже чуть добрее говорит Эванс. — Нет, они оба хорошие, правда… — не готова я говорить на эту тему, — Ладно, пожалуй, я выпью. — и опрокидываю второй шот. Поморщившись от обжигающей волны, распахиваю глаза и глубоко вздыхаю. — Ага, полегчало? А если на чистоту? Он, она? — мужчина облокотился корпусом на столешницу и очень мягко повторяет свой вопрос. — Она. — вдруг отвечаю я и кидаю в рот ещё один кусочек лайма. — Мама. Не знаю, зачем она решила завести двоих детей, ведь уже со мной стало ясно, что ей мы не очень-то и нужны. С самого рождения мной занимались гувернантки и няни. Даже отец выделял время в своём плотном графике и возил меня на соревнования по верховой езде. А мать лишь требовала быть во всем лучшей, не давая ничего взамен. — тереблю кожуру доеденного лайма и чуть ниже скатываюсь на диване. — Знаешь, она никогда не обнимала меня. Никогда не говорила, что любит. Только требовала не позорить ее и имя отца, хотя ничего сама не добилась. Сначала ее обеспечивал дедушка, а затем папа. Мать ничего так за жизнь и не сделала, зато считает своим долгом указывать мне на ошибки. В любом случае… — пока я говорила, невольно вернулась в детство и Крис заметил мой стеклянный взор, прервав такой болезненный монолог. — Точно, ужасная женщина. Мне очень жаль, Ана, — он аккуратно дотрагивается до моей кисти, поглаживает ее, пока я не отстаю от лайма, возвращаясь к нему. — Возможно, — продолжаю я и беру его за руку, — она хорошая женщина. Но только возможно. — выразительно подчеркиваю тоном голоса слова. — Я считаю, что у неё чёрствое сердце. И в этом я бессильна. — Да уж, нам не приходится выбирать родителей. — Ладно, моя очередь. Чего ты боишься? — Ого, серьезно? — мы так и не расцепляем рук, рассматривая лица друг друга. Душное помещение, крепкий алкоголь и пряно-цитрусовый парфюм Криса вскружили мне голову, она совершенно не соображает. — Да, я человек серьезный. — Ясно… — мужчина слегка зажмуривается, прежде чем ответить. — Ну, если сложно ответить, выпей ещё и заглуши свой страх, — свободной рукой я подталкиваю к нему напиток, но он отрицательно кивает и начинает двигаться ближе ко мне по полукруглому дивану. — Нет, тебе я отвечу. — остановившись в паре сантиметрах от меня так, что наши колени невольно соприкасаются, он наконец возвращает взгляд на меня. — Я боюсь ненароком разрушить чью-то жизнь… — его низкий, вновь серьезный тон создает полоску мурашек на моей спине. — Знаешь, ты удивительная девушка, Ана. Я серьезно — Да ладно, погоди… — я нервно сглатываю подступивший ком растерянности, настороженности и чего-то ещё такого приятного, но одновременно пугающего, — Прости. Просто я знаю, что должна сказать… — язык не слушается, звуки не складываются в членораздельные слова, — Ну, чтобы не было недопонимания. — глаза Кристофера в приглушенном свете практически чёрные, в них я вижу своё отражение. Мои щёки стали одного цвета с помадой, губы чуть приоткрыты, а зрачки поглотили всю радужку. — Тебе необязательно что-то отвечать, — расстояние между нами все уменьшается, приближая неизбежное. И вот уже его горячие, наполненные страстью губы накрывают мои, окончательно расставляя все точки над i.