Какова цена свободы

Яркое, лазурное небо… Жаль, что последний раз оно было таким почти десять лет назад, в день рождения Тейта, мальчика с глазами голубыми, как самое чистое летнее небо.

      Среди серых рядов одинаковых домов, опирающихся друг на друга, как пьяные товарищи, выделялась только рыжая макушка мальчика. Весна уже вступила в свои права и прогнала зимние морозы, растопив снег, однако грязь, липнущая к ботинкам, ещё не успела высохнуть. Скользя на ней и прижимая к груди бутылку молока и свёрток с маслом, Тейт бежал домой, потому что там его возвращения с нетерпением ждала мама.       Кирпичный коттедж, где жила семья Роули ничем не отличался от окружающих его зданий. В нём тоже было три этажа, два из которых Ева Роули, мать Тейта, сдавала в аренду, черепица на его крыше истрескалась, каждый год в сезон дождей пропуская воду на чердак. Фасад коттеджа, также похожий на остальные своей серостью, уже был изрядно потрёпан временем: чердак почернел из-за вечного смога от заводов, а кирпич порос мхом. Несмотря на свою внешнюю уродливость, для Тейта этот маленьких, изъеденный временем домик был самым лучшим и светлым местом во всём городе.       Он дёрнул потемневшую, истёртую ручку задней двери, и его обдало приятным жаром кухни и пряным запахом куриного супа, который Тейт слышал почти каждый день. У плиты, помешивая бульон длинной коричневой ложкой, с которой она попробовала его, незамысловато напевала себе под нос Ева. Рыжая копна её волос была собрана в хвост на затылке. Услышав звук хлопнувшей двери, она обтёрла руки об испятнанный передник и отложила ложку, чтобы поймать бросившегося ей в объятия сына. - Здравствуй, солнце. Как всё прошло? Отдал те деньги, что я тогда задолжала?       Не отрываясь от её полной груди, Тейт кивнул. Он сделал всё как просила мама: купил продуктов и отдал деньги мяснику. Женщина погладила его по непослушным волосам. - Давай, сходи в погреб, положи туда молоко, масло оставь здесь. – Тейт поднял на неё глаза, Ева с любовью поцеловала сына в лоб. – Потом отнесёшь Мадам Кразер чай и её завтрак. Должно быть она уже проснулась.       Немедля ни секунды, Тейт выполнил просьбу матери и, вернувшись на кухню подхватил поднос и уже собирался уйти, когда Ева остановила его. - И не забудь расчесаться! Скоро придут новые жильцы. - Да-да, мам, я помню, не беспокойся!       Преодолев столовую и гостиную, где он налету глянул в зеркало и поправил вечно топорщащуюся чёлку, Тейт взобрался на лестницу, посуда на подносе мелко дрожала. Поднимаясь по ней, он мастерски обходил все скрипучие места, которые ему довелось выучить за десяток лет скаканья по ним вверх и вниз.       За свою не столь уж и длинную жизнь Тейт видел уже много жильцов. На третьем этаже когда-то жила и женатая пара, у которых всегда пахло чёрным, терпким кофе, и юный художник с длинными и кудрявыми волосами, который, кажется, почти не спал… Но второй этаж коттеджа всегда занимала Мадам Кразер, ставшая для Тейта почти бабушкой.       Старая женщина жила здесь не первое десятилетие и пришла откуда-то «из-за стен». Благодаря этому в своём багаже она имела множество чудесных историй о местах, которые Тейту никогда не встречались. Она рассказывала о зелёных лугах, заполненных цветами, густых лесах и о бескрайнем, синем море. Мальчику потребовалась не одна ночь, чтобы полностью осознать смысл этого слова. «Море», когда Тейт произносил это, на языке оставался привкус соли, о котором говорила Ба Кразер.       Остановившись у двери в её апартаменты, Тейт отдышался, поправил почти съехавшую с подноса чашку и прислушался, внутри тихо играла загадочно-невероятная мелодия, которую мальчику доводилось слышать только здесь. Он осторожно, чтобы не уронить свою ношу, постучал. - Ба! Это я! У меня здесь завтрак для тебя! - Входи, дорогой. Дверь не заперта.       Тейт поставил поднос на столик у кресла-качалки Мадам и поцеловал старушку в щёку. Она улыбнулась мальчику своей морщинистой улыбкой и поправила плед на коленях.       Тейт огляделся вокруг. Гостиная ба всегда была завалена кучей коробок и книг, которые Мадам Кразер называла «своей жизнью», по стенам висели картины, с которых смотрело молодое лица мадам, обрамлённое тёмно-каштановыми кудрями и ещё одного мужчины со светло-русыми волосами, её мужа. Взгляд мальчика зацепился за книжный шкаф. - Ба, могу я снова полистать ту книгу? - С картинками? – она отхлебнула из чашки. – Конечно, думаю, она там, где ты оставил её в прошлый раз, дорогой.       Тейт с улыбкой подбросил в камин парочку дров, потому что Мадам Кразер укуталась в плед теплее, и взял книгу с полки. Он лёг на пол и, раскрыв книгу на том месте, где закончил в прошлый раз, начал рассматривать иллюстрации. Толстый переплёт скрипнул и плотные акварельные листы раскрылись. С картинки на него глядели горы. Такие огромные, что их верхушки покрывал снег. - Ба, а они высокие? - Кто, дорогой? – старушка задумчиво смотрела в потрескивающий огонь. Она отвела взгляд и глянула в книжку в руках Тейта. – А, горы… - она задумчиво вздохнула. – Да-да, высокие. Очень. - Выше Башни мэра? - Выше Башни мэра. Намного, намного выше.       Тейт в восхищении провёл пальцем по рисунку, представляя их исполинский размер. Верхушки гор были такими же белыми, как и праздничная скатерть, которую Ева доставала «по особым случаям». Случаи встречались всё реже и реже… - Слышала, что сегодня прибудут новые жильцы. - Да, на днях приходила женщина в очень модном платье. Они с мамой долго разговаривали, я слышал их из своей комнаты. – отвлекаясь на слова ба, Тейт перевернул страницу.       Старушка кивнула, и он вернулся к книге. На новом листе было изображено ночное небо, испещрённое мелкими белыми точками. «Звёзды» - сразу вспомнились Тейту слова бабули – «Это яркие огоньки на небе, которые складываются в созвездия».       Тишину комнаты нарушала только тихая мелодия. Неожиданно раздался громкий скрип лестницы, что привлекло внимание мальчика, ведь Ева всегда поднималась тихо. Он встал и, бросив взгляд на задремавшую старушку, вышел за дверь.       На лестнице он столкнулся с той самой женщиной, о которой рассказывал Мадам Кразер. Она удивлённо смотрела на мальчика, держа в одной руке чемодан, а в другой – руку сына. Шляпка на её чёрных, собранный сзади в пучок волосах съехала на сторону. Её сын выглянул из-за её плеча, обтянутого лиловой тканью платья. - Здравствуй. Меня зовут Дженна Стон. – оправившись от удивления, она отпустила руку мальчика и протянула её для рукопожатия Тейту, он в ответ аккуратно сжал её. - Меня зовут Тейт, Миссис, я сын Миссис Роули. Давайте я возьму ваш багаж. – он протянул руку за ним, но женщина не отдала его. - Не нужно. Лучше познакомься с Чарли. – Дженна подтолкнула сына, который с недоверием оглядывал лестницу, к Тейту.       Мальчик оказался несколько выше него. Его чёрно-карие глаза пронзительно глядели. Тейт несколько стушевался под этим пристальным взглядом. Вдруг Чарли окажется таким же, как и Роберт с друзьями? Вдруг тоже будет издеваться над Тейтом? Его плечи передёрнуло дрожью. - П-привет… - тихо поздоровался новый сосед. – Рад знакомству.       Не ожидая от нового знакомого такого смущённого вида, Тейт кивнул. Он встретились взглядами, и, неожиданно для себя, Тейт улыбнулся Чарли, надеясь подбодрить его. - Я тоже. Давайте я провожу вас в ваши апартаменты.       Вместе они поднялись на третий этаж, Тейт вынул ключи от всех апартаментов из кармана брюк. Большая связка звякнула, когда он отцепил один из них и передал Дженне. - Этот от ваших комнат. Все двери на вашем этаже запираются одним и тем же ключом. Если вам нужен ещё один, подойдите к маме, у неё есть дубликат. - Спасибо. – женщина, отдав чемодан сыну, отперла дверь. - И, ох, я забыл сказать. Здесь давно не убирались… Я могу помочь!       Из комнаты вырвался столб пыли, и изумлённая им женщина застыла перед входом. Тейт забежал внутрь и раскрыл двери и шторы на окнах, чтобы впустить свет. - Вот! Осталось только снять чехлы с мебели и помыть полы. Я сбегаю за ведром с водой. - Спасибо тебе большое, Тейт. – Дженна оглянулась в апартаментах и, кружась, неожиданно рассмеялась. – Здесь просторно. Тебе нравится, Чарли? – она открыла окна и вдохнула полной грудью, словно освобождаясь от чего-то тягостного на своей душе. - Да, нравится. – мальчик посмотрел на обрадованную мать. - Тейт, могу я пойти с тобой? - Почему бы и нет. – он снова улыбнулся Чарли и в этот раз получил улыбку в ответ.       До конца дня Тейт с весельем помогал Дженне и Чарли убраться в апартаментах. Оказалось, что в комнатах скопилось много грязи с тех пор, как оттуда съехали последние жильцы. Более того, Тейту удалось подружиться с Чарли: этим же вечером они, смеясь, читали книжки, которые были привезены Дженной из их старого дома.       Переполненный эмоциями, Тейт вернулся к маме к ужину. Ева, уставшая после целого дня полного работой по дому, сидела перед столом, накрытым на две персоны. Что ж, видимо и сегодня отец придёт поздно. Растеряв прежний настрой, Тейт опустился рядом. Ему сильно недоставало Джона, особенно после того как он всё детство учил сына читать, писать, считать и чертить. - Как прошёл твой день, солнышко? – Ева налила в его стакан компот и пододвинула его ближе к Тейту. - Я подружился с Чарли, сыном миссис Стоун. Сначала мне показалось, что он будет угрюмым и неприветливым, но оказался неправ. - Я очень рада за тебя. – они с Евой улыбнулись друг другу и приступили к еде.

* * *

      Прошёл почти месяц с тех пор как семья Стоун поселилась в коттедже. Тейт с удивлением обнаружил, что с тех пор ни один из дней не проходил вдали от Чарли. Вот и сегодня, когда Ева попросила сына сходить за продуктами на рынок, чтобы она могла приготовить торт на завтрашний день рождения Тейта, они пошли вместе.       На улице стало гораздо теплее, и дороги высохли, поэтому теперь зловонная пыль забивалась в глаза и нос. Однако это не помешало мальчикам, задорно общаясь друг с другом, идти на базар. - Мама сказала, что на сдачу мы можем купить конфет. Тебе какие нравятся больше всего? Мне яблочные леденцы. – несмотря на свой небольшой рост, Тейт ловко маневрировал среди прохожих. - Шоколадные. – слегка запыхавшись, ответил Чарли, стараясь нагнать друга. – Можешь идти помедленнее? Я не успеваю за тобой.       Со вздохом притворного разочарования Тейт остановился и, дождавшись Чарли, взял его за руку. Чарли неловко покраснел, когда их пальцы переплелись. - Теперь мы точно не потеряем друг друга в толпе, и ты не отстанешь. - Ты прав, спасибо. – Чарли покрепче ухватился за ладонь друга. - Что бы ты хотел на день рождения? – наигранно отстранённо начал он. - Разве это не должно быть сюрпризом? Мне нравятся сюрпризы. – хихикнул Тейт, раскусив замысел друга. Нет уж, пусть подумает над подарком сам!       Занятые разговором они быстро добрались до торговой площади, перейдя мост через реку, вода в которой была такой грязной, что казалась коричневой. Хоть они и веселились во время прогулки, город вокруг не казался таким же приветливым и ярким. Все строения вокруг, пыльно-серые от постоянного смога, устрашающе нависали над узкими улицами, грязная мостовая связывала два района города: заводской и элитный. На город всегда падала тень Башни Мэра, с которой он мог наблюдать за каждым жителем.  Тейта всегда пугала эта громада, виднеющаяся из любой части города. Среди прохожих то тут, то там мелькали всполохи красного – наручи жандармов, которые своими чёрными шинелями и угрюмыми лицами угнетали население постоянным контролем.       Пока Чарли и Тейт покупали продукты для торта и конфеты на сдачу, дымовые тучи в небе сгустились ещё больше. Начал накрапывать дождь. Мальчики спрятались под козырьком магазина со сладостями и стали ждать, пока погода успокоится. Однако этого не происходило, чем больше они стояли на месте, тем сильнее лил дождь. Чарли выставил руку, намочив рукав своего пиджака. - Не думаю, что дождь скоро закончится…       Пока Чарли с волнением и надеждой смотрел в небо, Тейт снял с себя пиджак и подошёл ближе к другу. - Возьми покупки, а я подержу над нами пиджак, пока мы будем идти домой.       Так они и сделали, Чарли, прижав пакет к груди, пригнулся, чтобы Тейт мог с комфортом довести их до коттеджа. Как только они вернулись на мостовую, оказалось, что все прохожие разбежались по домам, поэтому, шлёпая ногами по лужам и смеясь, они вернулись в коттедж по пустым улицам.       Хоть пиджак и защищал от капель, мальчики всё равно промокли до нитки, к тому же испачкав ботинки и брюки грязью почти по колено. Они, всё ещё толкая друг друга локтями, вошли на кухню с обшарпанными зелёными стенами. Ева смерила их снисходительным взглядом и отправила в ванну.

* * *

      Жить в коттедже Роули было просто прекрасно: весело, живо и ярко даже посреди безликого города. Чарли определённо был счастлив здесь. Мама и папа больше не ссорятся, а рядом есть Тейт – первый друг для Чарли.       По стеклу стучали капли дождя, Тейт и Чарли сидели на мягком диване в комнате мадам Кразер, укутанные в тёплый плед, а старушка задумчиво вязала. - Ба, расскажи что-нибудь про свою молодость! – голос Тейта оторвал мадам от раздумий, она оглядела его чуть подслеповатыми глазами. - Что ж, слушайте, мальчики. – она отложила спицы и, призадумавшись, оглядела картины на стенах. – Когда мне было девятнадцать лет, и я ещё жила с мамой, мы ходили в лес за ягодами. У мамы получалось отличное малиновое варенье.       Чарли хотел спросить про какой лес она говорит, ведь в городе нет даже парка, но промолчал. Слишком уж интересно было послушать рассказ, грея руки о чашку чая. - Мы целый день бродили по лесу, не замечая, как сгустились тучи. Мама ушла вперёд, оставляя меня у кустов с малиной. Очнулась я от своих мыслей лишь тогда, когда услышала первый гром. Ливень пошёл почти сразу после этого, я спряталась под дубом, таким широким, что я с трудом смогла бы обхватить его руками.       Чарли с удивлением попытался представить этого великана. Наверное, он был почти таким же, как и Башня Мэра. - Уж не помню, как долго я прождала там, сидя у корней, но идти куда-то я побоялась. Я нечасто бывала в лесу, поэтому могла потеряться. Помните, дети, если потерялись, оставайтесь на месте. Тогда вас удастся найти быстрее.       Чарли почувствовал, как на его плечо опустилась голова Тейта, уснувшего под спокойный голос мадам Кразер. Его мягкие огненно-рыжие волосы защекотали шею Чарли, который, не сдержавшись, хихикнул. Он вытащил из рук друга чашку и аккуратно, чтобы не разбудить его, отставил её на стол. Старушка продолжала рассказ, не обращая внимания на детей. - Опустился вечер. Дождь кончился, но было холодно и сыро, моя обувь промокла. Я уж было совсем отчаялась, когда услышала голоса и увидела огни. Это были наши соседи. Впереди их всех бежал Вилфрид, мой будущий муж. – Чарли оглянулся на стену с портретом.       Оттуда на него смотрел неловко улыбающийся парень в больших круглых очках. Что ж, Чарли представлял его более… мужественным? Мадам всегда с восхищением описывала его как самого умного, красивого, сильного и интересного человека в мире, поэтому Чарли казалось, что он был кем-то вроде мистера Роули или его отца, а не худеньким парнишкой с вьющимися русыми волосами.       Мадам Кразер проследила за его взглядом и усмехнулась: - На этом автопортрете ему всего двадцать, не суди его строго. - Он сам написал эту картину? – Чарли с удивлением ещё раз оглядел каждый, даже самый маленький, мазок портрета. - Да, сам. Эту, а ещё ту, что выше. Все эти картины – его кисти. Он любил писать, особенно пейзажи… - ностальгически поведала старушка, сжимая в руке медальон, висящий на её шее на мелкой серебристой цепочке.       Чарли поднял голову выше, чтобы увидеть другие картины. Все они были очень красивы: красочны, детальны, словно фотографии, о которых он слышал пока ещё жил с отцом. Но его внимание приковал к себе ни чудесный пейзаж реки, ни полный уюта портрет юной мадам Кразер, которую Чарли узнал по её серовато-голубым глазам, а картина, на которой был изображён город, но снаружи…       Чарли понял это не сразу, сначала ему показалось странным нагромождение чёрных пятен справа в верхнем углу, но потом он пригляделся и осознал, что смотрит прямо на Башню Мэра, окружённую стеной. Город едва проглядывал через коричнево-серый дым, контрастируя с зелёным лугом в остальной части картины.       Не озвученный вопрос застыл на его полураскрытых губах. Что всё это значит? Кем был мистер Вилфрид? Кто такая мадам Кразер? Чарли лишь однажды видел на столе отца документы о «внешнем» мире за стенами, оттуда он помнил лишь одну фразу: «Не подлежит распространению. Нарушители должны быть уничтожены на месте». После этого отец ругал Чарли куда сильнее, чем обычно.       Из ступора мальчика вывел голос мадам. Он резко вздрогнул, обернувшись, чем разбудил спящего всё это время Тейта. - Ох, уже очень поздно. Должно быть вы устали, дорогие. – под её неторопливые слова Тейт вновь задремал, а вот у Чарли сна не было ни в одном глазу. – Я позову Еву, чтобы она забрала Тейта, подожди минутку, милый.       Мадам потянулась к колокольчику, висевшему у горящего камина. Он задорно звякнул, что помогло загнанно забившемуся сердцу Чарли успокоиться. Он снова оглядел картину, но отвлёкся, когда в комнату вошла Ева.       Удивительно, но он не услышал, как она поднималась. Если по лестнице ходил сам мальчик, она протяжно скрипела так громко, что мама, посмеиваясь, говорила, что всегда знает, когда Чарли возвращается в комнату.       Миссис Роули выглядела уставшей и потухшей без своей обычной улыбки. Она поспешно вытерла руки о передник и поймала на себе сочувствующий взгляд мадам Кразер. - Тебе стоит больше отдыхать, милая. – старушка поднялась с кресла, с которого упали её спицы, а клубок ниток укатился. – Работа может подождать. – женщины крепко обнялись.       Миссис Роули нежно подняла спящего сына на руки, прижав к груди. Тейт обвил её шею руками, и женщина огладила ладонью его спину, столкнувшись взглядами с Чарли. Она обессиленно, но тепло улыбнулась ему. - Тебе пора в постель, Чарли. Дженна уже, должно быть, волнуется о тебе.       Женщина вышла из комнаты, Чарли так и не услышал, как она спускалась. Мальчик встал и, уже приоткрыв дверь, обернулся на старушку, спутывающую пряжу. - Доброй ночи, мадам. - Доброй ночи, милый. – Она задумчиво оглядела стену с картинами Вилфрида. Чарли определённо нужно узнать о нём больше.

* * *

      Тейт проснулся от шума на кухне. Он ошарашенно огляделся в своей комнате. Странно, он помнил, как заснул у мадам, но то, как спустился вниз – нет. Немой вопрос повис в воздухе. Немая же комната тишиной отвечала на него. Молчала книжная полка, откуда все книги, коих было немного, унесли к родителям, молчала кровать, почти вплотную приставленная к безмолвному столу.       В кухне снова что-то загрохотало, поэтому, отвлекаясь от своих размышлений, Тейт выскочил в гостиную, откуда увидел, что миссис Стоун застилает стол белой праздничной скатертью. Мама использовала её только в «особых случаях». Мальчик улыбнулся, вспомнив, как ба объясняла ему, как выглядит ледяная шапка на горе, сравнивая её со скатертью.       Дженна обернулась к Тейту, услышав его смешок. - Доброе утро, именинник. – она отвлеклась от своего дела и потрепала его по голове, путая и без того торчавшие в разные стороны волосы. - Доброе, миссис Стоун. – он оглянулся в комнате, надеясь найти поблизости друга. - Чарли скоро спустится. Никак не может разлепить глаза после сна.       Тейт кивнул женщине и вошёл в кухню. Его сразу окутал аромат выпечки и ванили. Ева стояла к нему полубоком, доставая из полки наверху металлическую миску и венчик. - Мам, доброе утро! – женщина, услышав сына, обернулась и сгребла его в объятия. - Привет, моё любимое солнышко!       Послышались шаги на лестнице, Тейту показалось, что сегодня она скрипит более радостно. - Доброе утро, соня!        Тейт прислушался: в столовой зевнули и поздоровались. Он узнал голос Чарли. Выглянув из кухни, он увидел заспанного мальчика в нелепой зелёной пижаме в полоску. Одной рукой он тер глаза, а во второй что-то держал.       Тейт выскочил из-за двери, напугав своего друга крепкими объятиями. Отстранившись он с улыбкой заметил, как не только щёки Чарли, но и шея покрылись румянцем. Вытянувшись в струну, он спрятал то, что держал в руке, за спину. - Что это? – Тейт постарался обойти Чарли вокруг, но тот не позволил Тейту увидеть свой секрет. – Ну же, Чарли, дай мне взглянуть!       Однако мальчик с упрямством продолжал скрываться. В конце концов, Дженна сжалилась над сыном и спрятала это что-то в своих руках, прикрыв их широкими рукавами бархатного малинового платья. Кружева надёжно укрыли секретик. - Достаточно, юла! – женщина отложила вещицу на верхнюю полку над камином. Тейт никогда не мог до неё дотянуться, следовательно, и увидеть секрет не вышло. – Бегом по комнатам переодеваться. – скомандовала она, подгоняя мальчиков за плечи.       Им пришлось повиноваться. Тейт переоделся в свои любимые кремовые шорты до колен и постарался пригладить торчащую чёлку. Не вышло. Тогда он скорчил своему отражению рожу, высунув язык.       Когда он вернулся в гостиную, миссис Стоун уже закончила расставлять тарелки. Тейт заметил одну со сколом, вспомнив, как уронил её, когда помогал маме мыть посуду в последний раз. Лестница скрипнула, словно её переломило пополам. Тейт ухмыльнулся, с ожиданием оглянувшись на дверь гостиной. Вошёл Чарли. - Не могу понять, почему ты и миссис Роули ходите так бесшумно. В чём секрет? – Чарли насупился. Прядь его тёмно-каштановых волос спала ему на лоб. Кому-то пора было постричься. - Я уже десяток раз объяснял тебе: не наступай на вторую ступень снизу на первом пролёте – она скрипит словно кричащая леди!       Дженна, расправлявшая складки на скатерти, засмеялась, оценив шутку. Из кухни выглянула Ева. На её щеке был отпечаток муки. - Дети, хотите мне немного помочь? – дыхание Тейта в волнении перехватило. Он обожал готовить с матерью. – Без вас торт не выйдет таким вкусным. – она хитро подмигнула Тейту и вернулась к печи, оставив дверь зазывающе распахнутой.       Что ж, мука оказалась повсюду, как только к готовке подключились Чарли и Тейт. С крема тут же была снята проба. Тейт, в котором проснулся хулиган, намазал им нос друга. Ева стойко сносила все беспорядки, которые чинились на её любимой кухне, ведь Тейт уже пообещал ей, что приберёт за собой. С украшением торта справились быстро. Хоть он и вышел несуразно синего цвета и с кривыми боками, мальчики гордо оглядели своё творение. Несколько часов, которые они убили на создание этого кулинарного шедевра того стоили. - Спасибо, мои помощники, - Ева поцеловала обоих мальчиков в макушки. – Торт готов только благодаря вам, мои герои.       Тейт обожал, когда мама хвалила его, зачёсывая его чёлку назад. В такие моменты он начинал чувствовать себя более великим и всемогущим, чем Мер. Чарли, склонив голову, счастливо улыбался. - А теперь, герои должны совершить ещё один подвиг и прибрать кухню. Не забудьте умыться после этого. – Ева оставила их наедине с беспорядком. - Мётлы в руки и вперёд! – полный энтузиазма Тейт энергично приступил к подметанию.       Когда кухня наконец засияла, в гостиную спустилась ба. Мальчики вышли из кухни и с удивлением обнаружили, что комната уже украшена десятками бумажных гирлянд. Тейт весь месяц умело делал вид, что не замечает, как мама плетёт их перед сном. - Доброе утро, дорогие. – мадам Кразер, одетая в своё лучшее коричневое платье с рукавами фонариками, вручила Тейту подарок в ярко-голубой обёртке.       Это было что-то тяжёлое, мальчик не мог понять почему, ведь по форме оно походило на коробочку или шкатулку. Он потряс свёрток, Дженна хихикнула, увидев это. - Просто открой уже, выдумщик.       Тейт улыбнулся женщине и присел на один из стульев, приставленных к столу. Упаковка под пальцами c шелестом разорвалась, из неё выглянула знакомая обложка. Мальчик в недоумении нахмурил брови: это то, о чём он думает? Он вынул книгу и раскрыл её на первой странице. На ней красовалась давно знакомая размашистая подпись «Вилфрид К.». Не веря глазам, Тейт вскинул голову на мадам Кразер, она, сощурив выцветшие глаза, ждала. - Ба! Это просто… Спасибо! – он вскочил с места, чтобы обхватить старушку в объятиях. Глаза предательски заслезились от счастья. - Тебе ведь она понравилась, милый.       Ева пригласила всех за стол, там осталось одно свободное место. «Для отца,» - подумал Тейт, стало капельку грустно, - «Было бы чудно, если бы он пришёл».       К руке Тейта за столом коснулась чужая тёплая ладонь. Чарли вопросительно взглянул мальчику в глаза. - Всё хорошо? – одними губами прошептал он.       Тейт кивнул. Ева вынесла из кухни торт и поставила его на стол, когда в прихожей у главного входа кто-то затопал ногами и закрыл дверь. Тейт с надеждой оглянулся, в гостиную вошёл Джон Роули, в руках у него был футбольный мяч. Тейт вскочил из-за стола и бросился к отцу. Мужчина глубоко рассмеялся, поймав сына и потрепав его по макушке. - Ну как ты тут, малой? – он поцеловал в щёку, подошедшую к нему жену. – Привет, родная.

* * *

      Чарли взял в руки книгу, которую Тейт оставил на столе и пролистал её. Тяжёлые листы медленно переваливались, демонстрируя картинки. Зелёные поля, синее небо и густые леса – всё, что нельзя найти в городе… Чарли закусил губу, если это найдут, то простым выговором никто не отделается.       В этот момент Чарли от его размышлений отвлекла мама, она кашлянула, чтобы напомнить сыну о подарке. Она протянула ему коробочку цветных карандашей.       Тейт как раз отложил мяч на пол и вернулся к столу. Чарли протянул ему подарок. Голубые, словно небо с картинки в альбоме Вилфрида, глаза его друга сверкнули, а щёки счастливо зарумянились. - О Всемогущий[1]… - Тейт взял в руки коробочку и повертел ею. – Спасибо, Чарли. Спасибо, миссис Стоун.       В это время мистер Роули ловко зажигал свечи на торте. Стальная зажигалка щёлкнула крышкой в руках мужчины. На них было несколько тонких шрамов от работы со станком. Как только Джон закончил, Дженна вскинула руки к груди, малиновые рукава платья всплеснулись фейерверком. - С днём рождения! – её голосу вторил каждый в комнате. - Задувай свечи, милый. – Ева придвинула тарелку к сыну, и тот, набрав побольше воздуха, задул их разом.       Только когда каждый попробовал торт, который, к слову, оказался очень вкусным, Чарли осмелился тронуть Тейта за локоть. Слишком уж интересно ему стало узнать о Вилфриде и Линде побольше. - Тейт, - шепнул он. – расскажи о Вилфриде. Кто он и где научился так красиво рисовать? - О! Вилфрид – муж ба, я думал, ты и так понял… - вслух ответил Тейт. - Я не про то… - ну вот, теперь на них все смотрят. – Где он всё это рисовал? - Мой муж, как и я, впрочем, из-за стен. – хоть Чарли и подозревал это, всё равно в удивлении раскрыл рот. Они с Дженной испуганно переглянулись. – Вилли всегда хотел оказаться в городе, грезил об этом с детства. Даже окна его комнаты выходили на скалу, где он стоит. – голос мадам был таким будничным, словно она не знала, к чему могут вести такие разговоры. – После свадьбы мы вместе приехали сюда. Стоило больших усилий оказаться внутри. Пути назад больше не было. Вилли был счастлив, а я радовалась его счастью. - Да, а потом Вилфрид устроился на завод, и они с мадам поселились здесь! Мама и папа тогда ещё даже не родились, представляешь? Коттеджем владела моя бабушка.       Дженна склонилась к Еве, которая отвела взгляд, слушая Линду и сына. - Ты ведь знаешь, что может случиться, если кто-то из жандармов узнает?! – её шёпот был достаточно громким, чтобы Чарли мог без труда его слышать. - Да-да, но Тейт –домашний мальчик, мало гуляет. Он никому и нигде этого не скажет. Он правда умный… - Через несколько лет моя бабушка умерла, и коттедж отошёл маме. – продолжил Тейт, но его прервала Линда. - Всё-всё, Тейт. В следующий раз дорасскажешь.       Праздник продолжился, но веселье сникло. Все, кроме самого Тейта подметили это. Чарли нервно вздохнул. Что ж, может быть всё не так уж и плохо? Раз уж Линда так долго живёт здесь… Но где же сам Вилфрид?

* * *

      За столом стало скучно, когда еды на тарелках стало меньше, а взрослые завели свои нудные разговоры. Джон зажёг свою трубку и закурил, дым, завиваясь, устремился ввысь. Тейт пронаблюдал за ним, а после вспомнил, что прямо под его ногами лежит мяч, который только и ждёт, чтобы в него начали играть. -Эй, Чарли, пошли на улицу? Поиграем в футбол.       Чарли ответил не сразу, но согласно кивнул. - Тогда ты на воротах! - Опять?       Они вырвались на задний двор. Слякоть вокруг всё ещё не просохла, но разве это может помешать их игре? Домой их вернули ближе к ночи, такими же грязными и мокрыми, как вчера, когда они ходили на рынок.       Вымывшись и переодевшись в пижаму, Тейт забрался в постель, раскрыв книгу на коленях. Тусклый свет свечи с тумбы позволял глядеть на картинки. - Спокойной ночи, милый. – в комнату вошла мама. Её рыжие длинные и кудрявые волосы спускались по плечу. - Сладких снов, сын. – за матерью показалось довольное лицо Джона, сверкнувшее голубоватым светом глаз. - Вам тоже!

* * *

      Вместе с маем в город пришёл сезон дождей, самое мокрое время в году. Капли дождя стучали по стеклу. В гостиной горел свет. Ева тихо напевала, смахивая пыль с полок сервиза – единственного места, куда Тейту нельзя было лазить, ведь там стояли самые любимые мамины вазы. Тейт и Чарли расположились на выцветшем ковре на полу. Наконец у них дошли руки до цветных карандашей.       Тейт старательно пытался вывести на бумаге дом. Это должен был быть их коттедж, однако едва ли рисунок был на него похож. Мальчик вздохнул и перевёл взгляд на лист друга, из них двоих Чарли явно был лучшим художником. - Что это у тебя, Чарли? - Это мама… Я думал, что вышло похоже…       Дженна и правда была похожа на себя: знакомый пучок волос оттенял чудную улыбку. Тейту не хотелось признавать, что он завидует другу. - А у тебя? Это… - Чарли помолчал. Его лицо выражало полное непонимание, но он старался этого не выдавать. – Это ведь мост? – его брови с опаской изломились. - Нет же! Это наш коттедж, дубина! – щёки Тейт запылали от смеси стыда и раздражения. Ну, и почему же его руки растут не оттуда, откуда нужно?! - Тейт, милый, ты ведь знаешь, что обзываться некрасиво? – Тейт уловил в голосе матери нотки строгости и обернулся на неё.       Женщина сжала в руках тряпку так, словно собиралась треснуть ей сына. Тейт поёжился. - Да, я помню, мам… - А теперь извинись. - Прости, Чарли… Мне стало немного грустно от того, что у меня не получается рисовать так же красиво, как и у тебя. – Тейт старался не смотреть ни на друга, ни на мать: было слишком стыдно. - Я не злюсь. – судя по шелесту ковра, Чарли придвинулся ближе. Он приобнял друга за плечо. – Хочешь, я попробую научить тебя? - Хочу. – не задумываясь, ответил Тейт. Мальчики, переглянувшись, улыбнулись. - Ох, только этого не хватало! – в гостиную вошла Дженна, снова облачённая в новое бирюзовое платье. Чарли рассказывал, что, уходя от мужа, она забрала всю свою одежду. Женщина перебирала в руках письмо, уронив конверт прямо рядом с Тейтом и Чарли.       Тейт, потянувшись, подобрал его. На слишком белой для рабочего района бумаге красовался герб: уравновешенные весы, перевязанные лентой. Чарли вздрогнул, Тейт почувствовал это плечом и посмотрел на друга. На дне его чёрных глаз плескался страх. - Эм, Чарли, что-то не так? – Тейт не успел получить ответа, ведь вновь заговорила Дженна, кажется, более нервная, чем обычно. - Чарли, это твой отец, он хочет, чтобы ты навестил его. Что думаешь? – её голос дрогнул, она протянула сыну письмо.       Чарли быстро схватил его и прочёл. Тейт не видел содержимого, но судя по лицу друга, с которого сошла не только краска, но и какие-либо признаки эмоций, там было что-то неприятное. Тейт вопросительно оглядел Дженну и Еву. - Я схожу, мам. – подал голос Чарли, на его щёки снова вернулся цвет. – Не волнуйся. Думаю, он просто соскучился.

* * *

      Чарли и правда ушёл. Утром его забрала чёрная карета с тем же гербом. Тейт видел это из окна чердака, проводить друга ему почему-то не позволили. Было немного грустно оказаться одному снова. Тейт вздохнул и поспешил занять себя делом. Из-за дождей крыша начала подтекать, поэтому, пока отец работал на заводе, Тейту предстояло подлатать коттедж самому.       Чердак был завален всякой всячиной. Здесь было так много всего, что Тейт не мог сосредоточить взгляд на чём-либо кроме большого стола, пересечённого ветвистой трещиной, когда Тейт был младше он стоял на кухне.       Что ж, мальчик размял руки, нужно найти инструменты, которые отец обычно оставлял тут. Тейт взобрался на искалеченный стол, чтобы дотянуться до полки на стене. Дерево под ним заскрипело и покосилось, Тейт со страху ухватился за полку крепче и скинул с неё какую-то папку. Стол устоял, а наверху помимо той папки обнаружились и инструменты.       Покончив с течью у окна, Тейт вытер лоб от пота. Ему пришлось хорошо потрудиться, чтобы вода наконец перестала бежать по стене. Сложив всё обратно в ящик для инструментов и водрузив его обратно наверх, мальчик вспомнил о папке. Он подобрал её и раскрыл.       Дыхание перехватило. Это же старые отцовские чертежи! Тейт вгляделся в них внимательнее, не зря же Джон когда-то учил его читать по ним. Судя по всему, это должно было быть что-то грандиозное: большие крылья занимали добрую часть чертежа и должны были быть около девяти метров в размахе! - Вау! – восхищённо зашептал Тейт, стараясь прикинуть размер агрегата в сравнении с коттеджем.       Пролистав папку до конца, он узнал название изобретения: самолёт. Теперь мальчик припомнил, что пару лет назад отец был частью команды, которая должна была создать транспорт для связи с полями под скалой, однако у них ничего не вышло.       Оставлять чертежи забытыми на чердаке не хотелось, поэтому Тейт прихватил их с собой вместе со старым отцовским чертёжным набором. Он надёжно спрятал их в комнате, в щели между книжным шкафом и стеной. Если отец или мать прознают, что Тейт без спросу стащил что-то из вещей Джона, простым разговором он не отделается.

* * *

      Без Чарли день тянулся неимоверно долго, Тейт уже успел разобраться с крышей и помочь матери со стиркой и глажкой, а время только докатилось до полудня. От скуки он готов был лезть на стену, перелистывая альбом Вилфрида уже в десятый раз. Наверное, Ева услышала его тяжкие вздохи с кухни, ведь подозвала сына к себе. - Тейт, дорогой, подойди на секунду!       Мальчик нехотя поднялся с дивана в гостиной и пошёл на зов матери. На кухне он нашёл её, читающей газету. - Что-то случилось, мам? – женщина отвлеклась от газеты и перевела взгляд на сына. Сеточка морщин расползлась у неё под глазами. - Сегодня неплохая погода. – Тейт глянул в окно: дождя не было, он поморщился. – Может быть прогуляешься?       Ева всегда ненавязчиво выгоняла сына на улицу, хотя гулять Тейт просто ненавидел. Как-то так вышло, что подружиться ни с кем из мальчишек, живущих в том же переулке, у него не получилось, поэтому снаружи Тейт чувствовал себя неуютно и очень одиноко. Радости прогулкам не добавляло и то, что за мальчиком закрепилась слава «маминого сынка», почему-то это служило поводом, чтобы соседские дети стали издеваться над Тейтом.       Ева проводила сына до двери. Конечно же, он не рассказывал матери о своих неурядицах, ведь папа говорил, что он уже достаточно большой, чтобы разбираться с проблемами самостоятельно. Тейт прижал к груди альбом, который не успел оставить в комнате и выдохнул, оказавшись за дверью.       Удача точно на сегодня его покинула, ведь мимо коттеджа как раз проходила группка соседских детей. Каждого из них Тейт хорошо знал, ведь они были теми, кто доставлял больше всего проблем. Мальчик спрятал за спину альбом, ведь знал, что они так просто его не оставят, и прижался ближе к двери. - Ох, смотрите, это же наш любимый Тейт! – надеяться, что его не заметят было достаточно глупо.       Тейт узнал бы этот голос, где бы не услышал его, это был Роберт. Его он недолюбливал больше всего, ведь мало что мог сделать долговязому парню парой лет старше. - Да, привет всем… - Тейт натянул на лицо улыбку и подошёл к ним ближе, молясь, чтобы они как можно быстрее ушли. - Что это у тебя за спиной? – мальчика обступили, а Роберт подошёл почти вплотную. Тейту приходилось поднимать голову, чтобы не утыкаться лицом ему в грудь.       Спрятать альбом было просто невозможно, поэтому его быстро нашли и вырвали из рук Тейта. Роберт с неприятной ухмылкой раскрыл его своими грязными руками. Тейту было почти физически больно смотреть, как белые листы пачкались отпечатками пальцев. - Вот это да! – вся ребятня собралась вокруг Роберта, заглядывая ему за плечо. Он был кем-то вроде лидера среди этой группы почти что беспризорников.       Их глаза зловеще заискрились, Тейт поёжился, когда они посмотрели на него. Роберт надвинул кепку на лоб и развернул альбом к Тейту. На картинке была изображена скала города с рекой под ней. По голубому небу плыли облака, а на берегу сидела молодая мадам Кразер. Тейту этот рисунок нравился немного больше остальных. - Откуда это у тебя? – Тейт промолчал, поэтому Роберт повторил вопрос, наступая на Тейта. – Что будет, если я прямо сейчас покажу это жандармам, а?       Тейт отступал, дыхание сбилось. Он вспомнил слова Дженны и панику в глазах Чарли. Кажется, эти картинки были чем-то плохим, Тейт не хотел навлечь на себя и семью проблем. - Это ничего… Я нашёл его вчера вечером и сам хотел отнести на пост охраны. – тихо промямлил он, надеясь провести этих детей, накинувшихся на него, как стая собак. - Правда? – Роберт толкнул Тейта. Он, оступившись плюхнулся в лужу. – Тогда разберись с этим как можно скорее, а то мама будет ругаться! – насмешливо выкрикнул он и бросил альбом рядом с Тейтом, он угодил прямо в воду.       Как только компания Роберта скрылась за углом улицы. Тейт, едва сдерживая слёзы досады и паники взял в руки альбом. Ладони саднило, кажется он распорол их о гравий в луже. Листы склеило грязной водой, акварель на некоторых рисунках поплыла. Перед глазами Тейта всё размылось. Сердце в груди колотилось. Вдруг Роберт нажалуется жандармам? Что он скажет ба, ведь альбом её мужа выглядит так, словно им вымыли пол? И как он оправдает перед матерью грязные брюки и размокшие ботинки. Он шмыгнул носом и стёр с щеки непрошенную слезу.   [1] Всемогущий – обращение к мэру города. Что-то вроде нашего «О Боже!».