Какова цена свободы

      С последней встречи с Робертом прошло уже больше двух месяцев, и, к счастью, жандармы так и не пожаловали в коттедж, чтобы арестовать Тейта. На самом деле он бы уже позабыл об этой ситуации, ведь издевались над ним не впервой, если бы альбом не сохранил следы пребывания в луже. Мальчику пришлось потрудиться, чтобы страницы в нём приобрели почти прежний белёсый оттенок. - Шах и мат, Тейт. – деловито протянул Чарли, с щелчком опуская ферзя на доску.       Тейт недовольно всплеснул руками, сбивая с доски добрую половину фигур. Чарли со вздохом полез под стол, чтобы их поднять. - Не понимаю! Сколько раз я уже продул? Разве это справедливо? – они с Чарли играют днями напролёт, но Тейту так ни разу и не удалось побить друга. - Я учусь побеждать в шахматах с самого детства, а ты хочешь одержать надо мной верх всего за три дня? Так не бывает! – стол сотрясся от удара головой мальчика, фигурка белого слона свалилась на пол. – Ай… - он потёр макушку, Тейт потянулся к нему и сделал то же самое. – Я имею в виду, что тебе нужно чуть больше практики, чтобы развить логику и просчитывать мои ходы наперёд. - Логику? Как это сделать? – как только фигурки были возвращены на доску, Тейт расставил их для новой партии. - Ну, ты должен угадать ход моих мыслей, что-то вроде предчувствия. Я тратил недели, чтобы разобраться с просчётом действий моего отца. – Чарли поёжился. – Ужасное время.       Тейт вздохнул. В этот раз белые фигуры оказались на его стороне, он с сомнением подвинул вперёд пешку. Чарли сделал то же самое с чёрной. -Ещё он говорил, что для игры в шахматы нужен в целом развитый мозг. Для этого я учил физику.       Тейт воодушевился, услышав друга. Физику он любил, хотя и мало представлял, что это такое. Да это и не имело значения, если она была связана с работой отца и черчением. - Как много ты знаешь о физике? – с нетерпением он крутил в руке коня, которым должен был совершить ход. - Что ж, мой учитель хвалил меня. – Чарли выглядел так, словно никогда об этом не задумывался. – А что? - Ну как что? Научи меня!       В заднюю дверь коттеджа постучали, два аккуратных стука привлекли внимание мальчиков. Судя по женскому голосу, пришла одна из подруг Евы. На кухне началась возня, кажется, они собирались пить чай. Мальчики прислушались, стараясь уловить, о чём женщины вели диалог. И нет, Тейт и Чарли не подслушивали! Просто оказались рядом. - Ева, дорогуша, ты слышала? Вчера снова была казнь. – мальчики нервно переглянулись. Мурашки бежали по спине, когда они слышали о подобном. – Это был один из работников какого-то завода. Он сломал что-то из оборудования. - Ужас-то какой…       Дзинькнул колокольчик над главным входом, в гостиную впорхнула Дженна, широкая юбка её бордового платья взметнулась кверху невесомой волной. Мальчики испуганно вздрогнули. Тейт обернулся на миссис Стоун, она довольно улыбалась, постукивая лакированными каблучками по деревянному полу. - Мне дали работу. – пропела она, стискивая Чарли в объятиях. – Я рассказывала, как когда-то работала пианисткой в ресторане в центре города? Чарли, выбравшись из материнских объятий, пригладил чёлку. - Нет, миссис Стоун. – с улыбкой ответил ей Тейт.       Дженна, словно не замечая детей, пустилась в пляс по комнате. Не мудрено, она искала работу с тех пор как переехала, а нашла только сейчас. Глядя на женщину, мальчики тоже повеселели. - О, это просто чудесный ресторан у подножия Башни Мера! Каждый вечер проходил словно праздник. Я видела элегантных женщин и солидных мужчин, там встретила Ричарда. Своего мужа. – сказав о нём, Дженна остановилась и посерьёзнела. – Но это уже неважно.       Тейт перевёл взгляд на друга. Чарли часто виделся с отцом и возвращался вполне довольным. Ричард подарил сыну эти шахматы.  Мраморное поле блестело при свете свечей, а на алебастровых и ониксовых фигурах были вырезаны витиеватые узоры. Тейту они нравились. Почему же Дженна и Ричард развелись? Чарли всегда молчал как рыба, когда Тейт у него об этом спрашивал. - Завтра привезут мой рояль. - продолжила Дженна. – Хотите я вам сыграю?

* * *

      До самого вечера воодушевление не покидало Тейта. Дженна даже успела немного устать от его расспросов об инструменте и о времени, когда его привезут. Чтобы хоть как-то успокоить сына Ева выпроводила его на улицу вместе с Чарли. - Ух, я жду не дождусь завтрашнего дня! Я никогда не видел настоящего рояля! – Тейт перепрыгивал с плитки на плитку на мощённой ими дороге. - Я тоже очень жду. – Чарли улыбнулся. – Мы с мамой можем сыграть вместе. Хочешь послушать? - Да-да, хочу!       У реки они остановились. Над городом начали сгущаться сумерки, громады домов склонялись над улицей всё более и более устрашающе. Фонарщик начал зажигать фонари. Тейту всегда было интересно, не страшно ли ему залезать так высоко, чтобы обеспечить жителей светом.       А ещё Тейт завидовал Чарли. Совсем чуть- чуть, честно. Его друг умел так много всего: играл на музыкальных инструментах, побеждал в шахматах, красиво рисовал – хоть и был всего на год старше. Тейт покосился на него. Чарли опирался на перила и глядел в зелёную воду реки. - Что там? – Тейт подошёл к нему ближе и тоже заглянул в муть. - Ничего.       И правда ничего. Из воды смотрели лишь их отражения. На плечо Тейта с хлопком опустилась чья-то ладонь, он, вскрикнув, обернулся, наткнувшись взглядом на лицо Роберта. - Ну что? Отдал книжку? – с ехидством спросил он, не обращая на Чарли никакого внимания. - Да-да, отдал! – выпалил Тейт. Обычно Роберт подходил так близко только чтобы толкнуть или ударить. - Правда? И что они сказали? – Тейту захотелось сжаться от страха, когда Роберт схватил его за воротник рубашки.       Спасение пришло, откуда Тейт не ждал. Чарли заслонил его собой, оттолкнув парня. Лицо Роберта покраснело от злости, и он замахнулся, чтобы ударить мальчика, но тот перехватил его руку. Возможно эта встреча окончилась бы дракой, если бы один из жандармов, засвистев, не растащил Чарли и Роберта по разным сторонам. Они отделались простым предупреждением, никто из жандармов не собирался обращать на детские склоки даже толику внимания.       Напоследок Роберт пригрозил кулаком и ушёл, а Чарли схватил Тейта за руку и стёр с его щеки слезу. Ох, Тейт и не заметил, что разрыдался. Как стыдно… Он постарался закрыть лицо руками, чтобы не позориться перед единственным другом ещё больше. Тейту ведь уже десять, он не должен плакать, как ребёнок, так папа говорил. Чарли прижал его к себе. Тейт уткнулся в лацкан его пиджака, пока он перебирал между пальцами рыжие локоны. - Кто это?! Он, что, уже не в первый раз такое вытворяет? Тейт, почему ты молчал? – хоть Чарли и был зол, к Тейту он обратился очень ласково. - Ну, я ведь уже большой. – он шмыгнул носом. – Могу справиться сам. - Что за глупость такая? Даже если ты уже вырос, ты всё равно должен рассказывать о подобном. Хотя бы мне. Мы ведь друзья, помнишь?       Может быть Чарли и прав, друзей узнаёшь в несчастье. Тейт обнял Чарли, своего первого и лучшего на свете друга так крепко, как только смог. Он был бы самым счастливым человеком в городе, если бы мог провести всю жизнь с ним вместе.

* * *

      Этим вечером Тейту совсем не хотелось расставаться с Чарли, он был готов остаться с ним ночевать, даже несмотря на уговоры мамы, но ба всё же убедила его, что его друг никуда не испарится. Спал Тейт беспокойно. В мыслях бурлило чудовищное варево из ожиданий завтрашнего утра и воспоминаниях о Роберте. Если он всё ещё помнил об альбоме, значит мог нажаловаться. На душе холодело каждый раз, когда он припоминал разговор матери с подругой.       Казни… Тейт много о них слышал, но никогда не видел. Это хорошо… Соседи рассказывали, что это просто жуткое зрелище: вся Главная площадь окрашивалась в красный, а жандармы, безмолвные, холодные, словно изваяния, продолжали стрелять.       Утром Тейт проснулся в холодном поту, во сне ему чудилось, будто кто-то несколько раз выстрелил. Но, придя в себя, он понял, что это всего лишь стуки, исходящие от главного входа. Кто мог прийти в такую рань?       Тейт вышел из комнаты, а у двери в коридор наткнулся на Чарли. За его плечом, у входа, Тейт увидел, как группа рабочих в пыльных спецовках вносила огромный рояль. - Я думал, он меньше. – прошептал он на ухо другу, находя его ладонь своей рукой.       Инструмент с трудом проходил в достаточно узкой лестничной клетке. Лестница, надрываясь, скрипела так, что Тейт начал переживать, что рояль вот-вот рухнет в подвал вместе с рабочими.       У лестницы стояла Дженна, на её плечах была элегантная кружевная шаль. Такую можно было купить только за очень, очень много денег. Напротив неё был мужчина в чёрном смокинге и белых перчатках, сначала Тейту показалось, что это генерал жандармерии, но на его плече не было алой наручи. Он передавал ей конверт с уже знакомым гербом на нём. Тейт прислушался, но скрипы помешали ему разобрать их диалог.       Как только инструмент скрылся за поворотом лестницы на второй этаж, Чарли потянул Тейта наверх. Там они стали непосредственными участниками транспортировки рояля: гордо держали дверь апартаментов Стоунов открытой. Рабочие удалились, как только выгрузили инструмент у окна в гостиной. Места там разом стало вдвое меньше.       Пока Тейт закрывал за мужчинами в спецодежде дверь, Чарли придвинул банкетку[1] и раскрыл клавиши, стерев с них пыль. Тейт краем уха уловил чудесную мелодию, казалось, словно он оказался где-то на балу или вроде того. Он оглянулся: Чарли, прямо как настоящий музыкант, восседал за роялем с прямой спиной. - Класс! – он подбежал к другу ближе, чтобы увидеть, как его пальцы ловко перепрыгивают с клавиши на клавишу.       В апартаменты вошла Дженна. Она, вздохнув, откинула вскрытый конверт на кофейный столик у рыжего дивана. Оттуда выглянуло несколько банкнот, Тейт точно и безошибочно мог распознать в них ленгáши[2]. Хлопнув себя по щекам, женщина подошла к роялю и провела рукой по крышке. - Ну что ж, давайте я сыграю для вас концерт, мальчишки. – на её лице появилась лёгкая улыбка, но Тейт не обманулся, ведь вся её поза говорила о напряжении.       Дженна присела на банкетку рядом с сыном. Первая нота дрогнула, застыв в воздухе. Тейт затаил дыхание. Женщина пробежалась аккуратными пальцами по нотам, как бы вспоминая постановку пальцев. Её движения быстро стали увереннее, и на этот раз на лице расцвела искренняя улыбка. Из рояля вырвалось несколько более громких и несдержанных звуков, словно инструмент тоже был рад вновь повстречать владелицу. Словно кошка, он замурчал в умелых руках миссис Стоун. Осторожно Чарли подключился к своей матери, подыгрывая ей. Мелодия приобрела чуть более глубокое звучание, некоторые дерзкие ноты зазвучали спокойнее. Тейт застыл, как заворожённый.       Он знал эту мелодию. Обычно её играли на день города. «Вальс для Джошуа»[3] всегда нравился Еве своей расслабленностью, а вот Тейт предпочёл бы версию миссис Стоун, всё такую же чарующую, но более энергичную.       Незаметно для себя Тейт начал покачивать головой в такт музыке. Он настолько увлёкся, что не заметил, как в апартаменты вошёл Джон. - Вот уж не думал, что наш коттедж превратится в концертный зал. – Тейт моментально оглянулся на знакомый голос.       Джон стоял, прислонившись к дверному косяку, в своём затасканном рабочем комбинезоне. Его правая рука была перебинтовала в предплечье и подвешена на бинте.       Музыка прервалась, некрасиво оборвавшись парой фальшивых нот. Тейт подошёл к отцу и с осторожностью оглядел травмированную руку. Дженна, зашуршав юбкой, встала с банкетки. - Добрый день, мистер Роули…       Тейт не дал ей договорить. - Что случилось, пап? – Джон отмахнулся, будто бы травма была пустяком.       Но это было не так! Взгляд Тейта в панике забегал по фигуре Джона, мальчик опасался, что одним увечьем всё не ограничивалось, раз уж мужчину отпустили с работы ещё до обеда. - Да ладно тебе, малой. Не раздувай, это всего лишь пара новых шрамов. – здоровой рукой он потрепал сына по волосам. - Так что же стряслось? – вступил в разговор Чарли, положив руку Тейту на плечо в знак немой поддержки. - Всего лишь небольшое происшествие на заводе. Мне повезло, что я поранился, а то могли оставить разгребать там всё – мужчина подмигнул побледневшему сыну. – А ну ка отставить напуганные взгляды! У вас глаза размером с блюдца.       Тейт потёр глаза и переглянулся с обеспокоенным Чарли. - Я, вообще, зачем пришёл-то, Ева обед приготовила. Ждём вас внизу через минуту. – с этими словами Джон развернулся, блеснув голубыми глазами, и ушёл вниз.

* * *

      За время обеда Тейту удалось прийти в себя, ведь Джон не выглядел страдающим от боли, а мама объяснила ему, что на заводе всего лишь вышел из строя один из станков, а папа героически с ним справился. И вообще, если смотреть на ситуацию с другой стороны, то Джона отпустили домой сильно раньше. Это же почти выходной! Целый выходной, один из немногих за эти месяцы! Тейт собирался использовать его по полной. - Пап, не мог бы ты помочь нам с Чарли? – отдавая пустую тарелку матери, Тейт лукаво посмотрел в глаза отцу, надеясь, что он не откажет. - Ох, и в чём же? – мужчина скопировал взгляд сына. – Что это вы двое успели задумать?       Тейт переглянулся с Чарли, мальчик недоумевал. Не удивительно, ведь он ещё не слышал об идее друга. - Помоги нам построить качели! – судя по выражению лица Джона он заинтересовался. – Да! У меня даже чертёж есть!       Тейт выскочил из-за стола и ринулся в свою комнату. Чертёж правда был, мальчик нарисовал его честно украденным с чердака набором и спрятал вместе с ним же в щели у книжного шкафа. Тейт вынул его оттуда и гордо всучил помятый листок отцу.       Джон критически оглядел чертёж. Что ж, Тейт знал, что до идеала ему было далеко, но всё же он старался. На лице мужчины промелькнула тень улыбки. О, Всемогущий, неужели он узнал чернила, которые Тейт нашёл в наборе? - Для первого раза неплохо, могу сказать. – отец подозвал сына к себе и прошептал ему на ухо. – Можешь забрать то, что ты стащил с чердака. Видно оно ещё может сослужить хорошую службу.       На душе мальчика вмиг стало теплее. Он улыбнулся отцу. - Ну, так что? Идём?       Они вышли во двор через заднюю дверь в кухне. Мокрое бельё, висевшее на верёвке, развевалось на лёгком ветру, а недалеко от забора стояло дерево, которое Тейт и заприметил для качелей. Хоть листва на нём, как и на остальных деревьях города, была редкой и отливала землистым оттенком, мальчик не сомневался в его крепости.       Джон одобряюще покачал головой. - Отличный выбор, сын. Только вот помогать мне вам будет сложно. – от указал на забинтованную руку. – Придётся вам делать всё самим. - А у нас точно всё получится? – голос Чарли прозвучал напугано, Тейт мог бы с ним согласиться. - О, Чарли, да не дрейфь. Я буду подсказывать вам, как и что делать. – Джон подмигнул детям. – А теперь, Тейт, принеси сюда несколько досок пошире и верёвку. Чарли, а ты, как старший, помоги ему с пилой, гвоздями и молотком.       Мальчики быстро сбегали в малюсенький сарай у дома, его построил ещё дедушка Тейта, поэтому стены со временем покосились, за всем, о чём попросил Джон. Как только они вернулись, разложили доски на земле. Тейт уселся в пыль, вынув из кармана своего жилета огрызок карандаша. Чарли склонился над другом. - Пап, мне отмерять столько, сколько я написал в чертеже? – Тейт обернулся на мужчину, закурившего трубку. Он сжимал её между губ, разворачивая чертёж сына. - Да, шестидесяти сантиметров в длину хватит. Сколько доска по ширине?       Чарли протянул другу деревянную линейку, которую он нашёл в ящике с гвоздями и молотком. Тейт старательно измерил доску. - Эм, думаю, что около сорока с хвостиком. Цифры подтёрлись.       Джон подошёл ближе и взглянул на линейку. - Да, примерно сорок два или сорок три сантиметра – идеально. Чарли, давай мы с тобой пока отрежем верёвку. Тейт, какую ветку ты планировал использовать?       Не отвлекаясь от разметки доски, мальчик указал пальцем на самую толстую ветку. - О, неплохая идея. Где-то три метра в высоту, значит отрезаем где-то три с половиной. Нам нужно четыре отрезка, понял, Чарли?       Он кивнул и сходил в сарай за ножницами. Они выглядели немного проржавевшими, но работали всё ещё отлично, у Чарли не заняло много времени, чтобы разобраться с верёвкой. После мальчики приступили к распиливанию доски, они со смехом соприкасались руками во время работы, пока Джон следил, чтобы они не пообрубали себе пальцы.       Мужчина прикрутил спинку к сидению и разобрался с креплениями для верёвки, Чарли и Тейт же в это время во все глаза следили за тем, как он ловко справлялся одной рукой. - Ну, а теперь, Тейт, полезай-ка наверх – Джон поднялся с колен и отряхнул брюки и выпустил пару колец дыма. – Чарли, подстрахуй его. - Да ну, пап! Ты ведь знаешь, что я на дереве, словно рыба в воде! – Тейт ловко взобрался по шершавому стволу.        Там, на высоте, было более ветрено, чем внизу. Почти голые ветки норовили оцарапать щёки мальчика, но он мастерски уворачивался от них. Умостившись на дереве понадёжнее, Тейт опустил голову вниз и наткнулся на взволнованный взгляд Чарли. - Чарли, что с лицом? Боишься? – чтобы подразнить друга, мальчик свесился ниже, почти ложась животом на ветвь. - Нет… - вопреки словам, его голос дрогнул, а чёрные испуганные глаза расширились. – Просто восхищён. Никогда не лазил по деревьям.       Сердце Тейта взволнованно пропустило удар. Надо же, есть что-то, чем в Тейте можно восхищаться! На душе стало сильно теплее, мальчик улыбнулся. - Ты серьёзно? Разве не все любят сидеть на ветках и всё такое? - Нет. Я боюсь высоты, если честно. – щёки Чарли порозовели, Тейт мог его понять: требуется много сил, чтобы признаться в страхе. Страхи – слабость. – К тому же никто не мог научить меня.       Джон хлопнул мальчика по плечу. - Да ладно тебе, Чарли. Со страхами нужно бороться, ты ведь мужчина! Мужчины ничего не боятся. Тейта вот научила девочка. Смотри, даже девчонки не трясутся от страха перед высотой.       Чарли съёжился от слов Джона. Тейт почувствовал укол вины за то, что из-за него друг чувствует себя неуютно. А ещё за то, что в комнате, под подушкой, прячет огарок свечи. - Тейт, расскажи Чарли о Сóфи. Он ведь о ней ещё не слышал, так? – голос отца отвлёк мальчика. Придя в себя от поднялся с ветки и приосанился, чтобы выглядеть более впечатляюще, папа не должен догадаться, что внутри Тейт тоже прячет парочку страхов и опасений. - Ох, что ж, мы с ней были друзьями, пока она не переехала. Я не видел её уже пару лет. Должно быть она переехала достаточно далеко, чтобы мы не пересекались на улице. – отстранённо начал он.       Если бы он погрузился в воспоминания о подруге, его сердце не выдержало бы и остановилось от тоски. Тейт всё ещё немного обижался на неё за то, что она ушла, ничего не сказав.       Чарли подал ему верёвку, перехватывая её, Тейт увидел его заинтересованность, поэтому, собрав все силы в кулак, продолжил рассказ. - Ну, с ней было очень весело. Она умела лазить по деревьям прямо как настоящая белка. А ещё, когда я упал с ветки и расцарапал всю ногу, она сама помогла мне разобраться с этим. – Тейт хихикнул, завязывая верёвку на прочный узел. – Ещё неделю после этого Сóфи изображала хромоту, чтобы мне не было одиноко.       Горечь неприятно осела на дне живота. Тейт правда скучал по Сóфи и её широкой улыбке с ямочкой на левой щеке. Во снах он до сих пор иногда видел дни, которые проводил с ней. - Тейти, Тейти, иди сюда!       Разлепив глаза после сна, Тейт уставился на аккуратное, но слегка тощее личико светловолосой девочки в окне своей комнаты. Летние ночи были слишком жаркими, поэтому закрытое окно было сродни самоубийству. - Сóфи, как ты достала до окна? – мальчик вылез из постели и подошёл к девочке.       Всё в комнате казалось куда больше, Тейт даже не доставал до подоконника, поэтому пододвинул к нему стул, что стоял у стола. Только встав на него, он оказался с Сóфи на одной высоте.       Оно и не мудрено, Тейт был тогда лет на пять младше. - Встала на кирпичик, который выпирает из дома. Тейти, я нашла котят за соседним домом! Пойдём поиграем с ними? - Да! Давай!       Слишком милосердная Сóфи не смогла оставить животных на улице, поэтому до вечера они с Тейтом бегали по домам в их переулке, раздавая котят всем желающим. Но всех так и не забрали. Одна кошечка всё равно осталась у них. - Ох, и почему такую милашку никто не хочет приютить? – Сóфи поглаживала взъерошенного трёхцветного котёнка, что сидел у неё на юбке. - Придётся оставить тебя себе. - Сóфи, но миссис Спенсер не разрешит… - И что? И что, Тейти? Мне нужно кинуть её на холодной и одинокой улице? – большие карие глаза девочки заблестели от слёз. – Я буду прятать её от мамы и от твоей тоже, и от дяди Джона столько, сколько будет нужно.       Из грустных воспоминаний Тейта выдернул пронизывающий ужасом свист. Любой из жителей города узнает его из тысячи: свист жандарма. Мальчик обернулся на другую сторону улицы так быстро, что чуть не сорвался с ветки. - Что там, Тейт? – напряжённо спросил Джон.       Тейт не ответил. На соседней стороне дороги он увидел Роберта, его мальчик моментально узнал по клетчатой кепке. Жандарм, взметнув чёрный плащ схватил его за шкирку пиджака. В руке Роберта что-то алело. Свист раздался ещё несколько раз, к месту происшествия подбежали другие мужчины в чёрном. Они вырвали что-то из рук Роберта. Это была наруча. - Спускайся немедленно, Тейт! – уже нервно скомандовал Джон.       Мальчик даже не заметил, как оказался дома. Отец крепко сжимал его руку, второй он держал побелевшего Чарли. Стоять было больно, осмотрев себя, Тейт обнаружил, что сильно оцарапал ногу пока спускался с дерева.

* * *

      Чарли продолжал упорно читать вслух какую-то книгу, однако не мог понять её содержания. Тейт испуганно прижимался к его руке, и, кажется, тоже не обращал внимания на историю, разворачивавшуюся на страницах сказки. С кухни доносились женские рыдания. - О, Всемогущий! Ну почему же Роберт такой негодник! – сердце Чарли разрывалось от криков бедной матери. – Ева, он такой ведомый дурачок! О, ужас! Ему всего тринадцать!       Страницы книги перестали переворачиваться, Чарли прислушался к стенаниям на кухне за стенкой. Он не видел, что именно сделал Роберт, но это очевидно было чем-то, что жандармы посчитали угрозой.       Стены коттеджа были достаточно тонкими, чтобы Чарли мог слышать даже успокаивающие бормотания Евы. Он надеялся услышать что-нибудь ещё о Роберте, но его прервал всхлип Тейта. - Чарли, они убьют Роберта, да? – он прижался к Чарли сильнее, ткань пижамы приглушила его следующие слова. – Нет, Роберт правда полный придурок, и я терпеть его не могу, но разве он настолько плох, чтобы его казнить лишь за то, что он поспорил с друзьями и попытался украсть ту красную наручу?       В ушах зазвенело, Чарли словно ударили по голове. Этот кретин украл знак отличия жандарма?! Ох, этот закон на столе отца он помнил лучше остальных: «Посягательство на честь жандарма карается расстрелом не зависимо от пола, возраста и обстоятельств произошедшего». - Он сделал что?       Чарли развернул Тейта к себе. В его голубых глазах отразился страх, вероятно Чарли сейчас выглядел словно безумец. -Как ему вообще такое в голову взбрело? Он что, не знал, чем это обернётся?! - Чарли, мне больно… - глаза Тейта вновь заслезились, что отрезвило Чарли.       Он разжал ладони, которыми держал друга за запястья, и нервно оглядел их. Ох, вот же ж, Чарли уже начал замечать, что его отражение в зеркале начало напоминать отца, но он не хотел копировать ещё и его поведение. - Прости меня, Тейт… Прости… Я не специально. – мальчик притянул к себе Тейта и легко обнял его за плечи.       С кухни всё ещё слышались разговоры и всхлипы, а в тесной комнате Тейта, сидя на его кровати и сжимая его в объятиях, Чарли старался успокоить своё сердцебиение и воспоминания о нескольких казнях, которые он случайно видел, когда с матерью навещал мэрию, где работал отец. - Прости. Ну же, Тейт, всё будет хорошо. – голос непослушно дрогнул, но Чарли продолжил подбадривать самого близкого человека в своей жизни, как это делала Дженна с ним до развода с Ричардом. – Они не станут убивать ребёнка. Они не так жестоки.       Но Чарли врал, знал, что они там в мэрии, где-то над простыми смертными, были достаточно кровожадными для этого.

* * *

      За окном стало светлее даже не смотря на вечный смог от заводов, Чарли нехотя открыл глаза. Голова после вчерашнего болела. Он видел казни, но ещё никогда так близко не общался с «оступившимся».       Думать об убийствах с самого утра не хотелось, поэтому мальчик, приподнялся на кровати и оглянулся. Вечером он не оглядел комнату Тейта как следует, но здесь не было ничего, что стоило бы внимания. Во всём этом однообразии серой краски на стенах и деревянной мебели взгляд зацепился лишь за сказку на столе, которую Чарли пытался безуспешно прочесть вслух.       Он узнал бы эту обложку из десятков других. Название красной книги гласило: «Эрик-математик и путешествие к цифрам». Чарли потянулся к ней и раскрыл где-то в середине. - Кто бы мог подумать… Неужели эта книга есть у каждого ребёнка в городе? – улыбка неуверенно расцвела на его лице, и он вернулся на подушку.       В макушку что-то уткнулось. Отложив учебник арифметики для самых маленьких, Чарли забрался ладонью под подушку и выудил оттуда знакомый альбом. Он пролистал его и остановился на картинке с чудесным зелёным полем в цветах и голубым небом. - Ох, у Тейта глаза такого же цвета! – «Должно быть в таком чудесном месте нет казней.» - не смог сдержать он мысли. - Что правда? – сонно спросил Тейт. – Как круто, что ты остался со мной на ночь. Не спал так сладко с тех пор, как папа запретил забираться в их с мамой постель. – мальчик потянулся и натолкнулся на книгу сказок. – Так вот, что ты читал вчера. А я то думал, почему она показалась мне такой знакомой.       Чарли прикрыл альбом и посмотрел на друга увлечённо перелистывавшего страницы, вдруг вспомнив их разговор за шахматами. - Тейт, помнишь, что ты хотел заняться физикой? - Он поймал заинтересованный взгляд мальчика и продолжил. – Ну, я тут вспомнил, что мама дала мне пару ветенгов[4] на карманные расходы, и мы могли бы купить задачник по физике, чтобы я начал объяснять тебе.       Блеск в небесно-голубых притупил чувство страха и волнения, копившихся с прошлой ночи.       На набережной, что вела к Торговой площади было достаточно людно, чтобы мальчикам приходилось прижиматься вплотную к ограждениям у воды. Чарли любил смотреть в воду, когда бывал здесь. Было бы просто чудно, если бы она не была коричневой, а взгляд постоянно не натыкался на жандармов.       В толпе прохожих громко звучал голос мальчика-газетчика. Чарли заинтересованно прислушался, а узнав, о чём была новость, понадеялся, что Тейт не расслышал. - Сенсация, сенсация! Вчера на заводе по производству деталей для автомобилей произошёл взрыв! Никто не ожидал подобного от одного из самых передовых учреждений города! Мэрия утверждает, что пострадавших меньше десяти.       Автозавод – место, где отец Тейта работал инженером. Так вот почему вчера он вернулся домой с повреждённой рукой. Чарли оглянулся на друга, слава Всемогущему, он пропустил слова газетчика мимо ушей.       Должно быть теперь на завод обновят оборудование, ведь никто из аристократии не хотел пострадать из-за некачественных деталей в своей новомодной самоходной карете. Чарли сжал губы. И почему для этого должны были пострадать простые рабочие?       Торговая площадь лежала недалеко от подножия Башни Мэра. Должно быть это означало, что цепкий глаз Мэра следит за каждым торгашом здесь, но на деле вызывало лишь головокружение, когда мальчики смотрели наверх: крыша Башни терялась в грязно-сажевых облаках.       Мальчикам пришлось побродить между торговыми рядами перед тем, как они наконец наткнулись на книжную лавку. Тейт задумчиво вглядывался в ценники, по его лицу было видно, как крутились шестерёнки в его голове. - Чарли, я всё никак не пойму кое-что. Смотри, ценник на те же яблоки меняется почти каждый месяц. Вот сейчас, например, килограмм яблок можно купить за три ветенга. А зарплата моего отца не поменялась ни разу за последние лет пять. Он всё ещё получает свои двадцать ленгáшей. - Ох, эм… - Чарли определённо был впечатлён внимательностью и памятью друга. – Думаю, это связано с тем, что фрукты сложнее доставлять в город, но я не уверен. - Да нет же! Я ведь говорю не только о яблоках!       И как Чарли на это ответить? Он сам в душе не чает, почему это так работает. Может быть, цены зависят от того, какая пятка мэра чесалась в момент смены ценника. - Что ж, Тейт, давай лучше поищем задачник. - он кашлянул и повернулся к прилавку, надеясь, что Тейт наконец выкинет из головы эти яблоки или ещё что-то. – Вот, смотри. – Чарли передал другу книжицу.       Мальчик повертел её в руках, несколько раз прочёл название и наконец раскрыл. - О… Вау… Выглядит сложно. Ни слова не понимаю, честно. Как это можно выучить? – Тейт растерянно развернул книгу к Чарли, и он узнал тему ускорения. - Не волнуйся, у тебя всё получится. Нужно только начать. Я сам учился по такому.       Чарли расплатился с продавцом и отвёл Тейта на лавочку, что была расположена недалеко от торговых рядов. - Мы можем начать сейчас? Ну пожалуйста! - Ну конечно. – Чарли не мог сопротивляться его энтузиазму.       Тейт раскрыл книгу на середине и озадаченно в неё уставился. - Эм, е равно эм цэ и… Что это за двойка сверху? – О, Всемогущий, Чарли был готов поклясться, что мог увидеть в глазах друга вопросительные знаки. - Тейт, не так быстро. Начнём с чего-нибудь попроще. – Чарли перелистнул на первую страницу. – Вот. Здесь будет понятнее.       Да, механическое движение – это та самая тема, с которой и началось знакомство Чарли с физикой. Ох, он помнил всё так, будто это было вчера… Тело отсчёта. Система координат.       На удивление, Тейт быстро схватывал. Возможно, даже слишком… Чарли даже начал завидовать его способности поглощать новую информацию. Ему самому приходилось тратить на понимание не один, а иногда и не два урока.       Чарли застрял на этой лавочке с Тейтом и задачником почти до обеда, о чём оповестили большие часы на Башне Мэра. Наконец, и пыл Тейта слегка стих. - Чарли, я устал. – Чарли был готов разрыдаться от счастья, услышав это. – Пойдём домой?       Они проходили мимо Центральной площади, где собралось так много жандармов, что казалось, что дорога окрасилась в чёрный, когда один из генералов поднялся на эшафот[5] и начал говорить. Ох, его слова были болезненно знакомы Чарли. К горлу подступила тошнота. Такое происходило непосредственно перед казнью. - Дамы и господа, каждый из вас знает, что наш Мэр не терпит преступлений. Никто из жителей не смеет пятнать нравственно чистый облик нашего города своими грязными проступками. – стальной голос звучал громче благодаря рупору.       Кто-то из людей поспешил уйти с площади, матери прикрывали глаза детям. Другие же, напротив, подходили ближе. Что ж, для кого-то страдания других были не только напоминанием о жестокости мэрии. Сердце Чарли ухнуло в пятки. - Что там происходит, Чарли? – Тейт отвлёкся от своего задачника.       Нет, Чарли просто не может позволить Тейту увидеть это! Руки плохо слушались его, а ноги словно приросли к мощёной дороге. Наконец, он собрался с силами и накрыл ладонями глаза друга.

* * *

      Тейт не ожидал, что Чарли закроет его лицо руками, однако даже сквозь  пальцы он всё ещё мог видеть происходящее на площади и том помосте вдалеке.       У него собралось достаточно много зевак. Жандармы оттеснили их подальше. В их руках сверкали ружья. Тейт потерял дар речи из-за стального блеска. Он ещё никогда не видел оружие так близко.       Двое мужчин в чёрном вывели кого-то на помост. Голова Тейта закружилась. Может быть ему кажется? Всемогущий, нет, это был Роберт… Его взгляд был прикован к земле, а руки скованны наручниками. Тейт не мог оторвать своего взгляда от его перекошенного ужасом лица. - Сегодня город избавится от ещё одного оступившегося. Мистер Роберт Хиггинс обвиняется в посягательстве на честь жандарма – он посмел украсть наручу одного из солдат, находившихся вчера на дежурстве. Единогласное решение мэрии приговаривает его к публичному расстрелу.       Услышав приговор Тейт оступился, кажется, ноги перестали слушаться его. Он отшатнулся назад и натолкнулся на грудь Чарли. Дыхание сдавило сильнее, когда мальчик увидел как генерал на эшафоте убирает лист с подписанием чужой смерти в скрытый карман своего плаща и снимает ружьё с плеча. Затвор тихо щёлкнул, оглушая Тейта.       Выстрел раздался в гробовой тишине улицы. Роберт коротко вскрикнул, отступив на шаг назад, когда пуля воткнулась в его грудь. Он ошарашено потянулся к груди, а после рухнул на дерево помоста. Тейт увидел всё в деталях, словно кто-то специально замедлил время.       Кровь хлынула на помост, а генерал вернул ружьё на плечо. Ему вновь подали рупор, и он, откашлявшись, словно только что ничего не произошло, продолжил. - Казнь завершена. Мэрия надеется, что она послужит уроком каждому, кто живёт в нашем городе. – ровным голосом закончил он и спустился с помоста, где всё ещё лежало окровавленное тело Роберта.       Тейт не отрываясь смотрел на него, пока кто-то из жандармов не убрал его. - Тейт, давай сбежим? – Дрожащим шёпотом спросил Чарли. – Куда-нибудь, где нет всего этого.       Тейт почувствовал, как слёзы побежали по щекам. - Да, давай сбежим… Чего бы нам это ни стоило. [1] Банкетка – специальное сидение для игры на пианино. [2] Ленгáш – самая крупная банкнота города, по номиналу схожа с тысячными купюрами в России. [3] Waltz for Joshua - https://www.youtube.com/watch?v=7fTULrDXgFY [4] Ветенг – банкнота, номиналом схожая с российскими ста рублями. [5] Эшафот - помост для совершения смертной казни или для приведения в исполнение публичных наказаний.