Когда цветы заговорят

Череда поступков, нарушающих границу между пациентом и врачом и приводящих к этическим проблемам, может иметь такую последовательность: - переход в общении с пациентом на «ты»; - далее вторжение в терапевтический диалог бесед личного или житейского характера; - потом небольшой телесный контакт (например, похлопывание по плечу, объятия, массаж); - затем прогулки вдвоем за стенами кабинета; - сеансы во время обеда, иногда с алкоголем; - поход в кино и иные социальные мероприятия; - и, наконец, контакт сексуальный. Gabbard, 1989.

- Ты уверен, что готов? – с беспокойством спрашивает Фара.       Фара Даулинг, была моей подругой, а также главным врачом психиатрической клиники, в которой я работал вот уже несколько лет. Вот только сейчас я чувствовал себя больше в роли пациента, нежели врача..       Взгляд женщины изучающий, и я совсем бы не удивился, если бы узнал, что она видит меня насквозь. Все мои сомнения, мысли..       Я заставляю себя улыбнуться и надеюсь, что это выглядит достаточно убедительно. - Готов. Не беспокойся. Женщина смотрит на меня с сомнением, затем берет со стола папку и протягивает мне. - Вчера поступила. Возьми ее.       Я беру предложенное и открываю папку, желая ознакомиться с ее содержимым, но Фара не дает мне этого сделать. - Посмотри потом. В коридоре ее мать. Хотела поговорить с тобой. - Ладно, - я с трудом подавляю вздох.       Мне вполне понятно беспокойство матери о своем ребенке, но не слишком понятно, что она хочет услышать от меня. Учитывая, что я свою пациентку не только не видел, но даже не прочитал ее анамнез.       Я выхожу из кабинета, игнорируя внимательный взгляд Фары. Да, последние пару недель вышли неважными. Учитывая произошедшее...       В моей голове постоянно сидела мысль: а если бы я тогда остался? Может быть.. - Мистер Сильва? – слышу я и поворачиваюсь на голос. - Мисс Даулинг сказала, что я могу поговорить с вами. Вид у этой женщины уставший и расстроенный. - Это я, - я подхожу ближе. – О чем вы хотели поговорить, миссис..? - Францис, - подсказывает она и бросаетна меня нервный взгляд. – Я хотела поговорить о своей дочери. - Пройдемте в мой кабинет, - предлагаю я, женщина кивает и следует за мной.       Оказавшись у себя к кабинете, я почему-то чувствую покой.       Меня здесь давно не было. Я оказывается так скучал. Даже по этому столу с расшатанной ножкой. И по этой кружке, из которой пил кофе в редкие минуты покоя. - Присаживайтесь, - говорю я и сажусь в свое кресло. - Благодарю, - женщина опускается в кресло напротив и делает глубокий вдох, собираясь с мыслями. - Понимаете.. – она замолкает. – Даже сложно начать... Моя дочь думает, что я хочу ее убить. - Почему вы там решили? - деловито спрашиваю я. - Она сказала мне об этом сама, - отвечает женщина. – - И.. – мисс Францис вздыхает..- она пыталась меня убить. Видимо, чтобы защититься.. Целилась в грудь, но я повернулась, и она только немного меня задела. - Мне жаль, - с сочувствием говорю я. Для матери услышать подобное от дочери весьма непросто. - Мне тоже, - женщина нервно теребит в руках платок. – У нее началась какая-то паранойя на этой почве. Ее собака умерла, а она обвинила меня. Еще и сказала, что я подрезала тормоза на ее машине. И это просто.. меня убивает. Женщина бросает на меня отчаянный взгляд, и я киваю. - Я понимаю. И сделаю все, что в моих силах. - Спасибо, - тихо говорит она и поднимается. – Я тогда пойду. - Хорошо. До свидания, - я поднимаюсь с места, она прощается и выходит. Я сажусь обратно в кресло и задумчиво смотрю в потолок.       Снова человек с проблемами, которые я должен решить. Должен как врач. А как бы я хотел, чтобы кто-то помог мне, но увы..       Я сам ходил к психологу, желая решить свои проблемы, но напрасно. Я знал все, что мне скажет врач. Сам говорил это миллион раз, поэтому теперь на меня эти слова на действовали.       Фара говорила, что должно пройти время, и я очень надеялся, что моя подруга, как частенько бывало, окажется права.       Я беру папку и наконец углубляюсь в ее содержимое, составленное участковым психиатором. Имя моей пациентки – Стелла. Возраст - двадцать три года. Никаких психических расстройств до этого случая у нее не наблюдалось. У родственников, по словам матери, тоже.       Травмирующие события... Смерть отца, а также смерть домашнего любимца.. Возможно, это как-то и повлияло на нее. Но ведь по-хорошему мать - это ее единственный оставшийся родственник и желать ей смерти..       В любом случае, разговор с пациенткой может что-то прояснить. Не могло же ее желание убить свою мать возникнуть из воздуха.       Я поднимаюсь с кресла, отчего-то чувствуя нервозность, хоть это не первый мой пациент, и иду на выход. Пришло время познакомиться.

***

      Я прихожу в кабинет для встреч с пациентами и снова перечитываю анамнез. Скоро должны были привести мою пациентку. Надеюсь, что я смогу ей помочь.       Дверь открывается, и санитар заводит в комнату упирающуюся блондинку. Наши взгляды встречаются, и она замирает, глядя на меня. Я, в свою очередь, тоже разглядываю ее.       Выразительные зеленые глаза и несколько маленьких родинок на лице. Почему-то в голову приходит мысль о созвездиях на ночном небе. Манят своей недоступностью и вызывают желание оказаться ближе.. - Иди уже, - бурчит санитар Билл, подталкивая девушку спину. Он не самый добродушный санитар в нашем заведении, просто делает свою работу, а моя пациентка, похоже, уже успела ему чем-то насолить..       Девушка отмирает, делает несколько шагов к стулу и садится, продолжая разглядывать меня. Будто надеясь смутить.       Но моя работа сделала меня невозмутимым, поэтому я лишь спокойно смотрю в ответ.       Санитар выходит из комнаты, оставляя нас вдвоем. - Меня зовут Сол Сильва, и я буду вашим врачом. Как я могу к вам обращаться? - Я не больная, - возражает она, недовольно глядя на меня. Если б мне платили каждый раз, когда я это слышу. - Тогда почему вы здесь?- спрашиваю я и слегка опираюсь на спинку стула, изображая расслабленность. Обычно это заставляло пациента неосознанно тоже расслабиться. Будто это просто разговор со знакомым. Не с врачом. - И я бы хотел услышать ответ на свой вопрос. Вопрос обращения я всегда считал важным, поскольку кому-то для доверительной беседы было необходимо обращение по имени, а некоторым - наоборот. - По имени, - наконец отвечает Стелла. – Вы расскажете, почему вы здесь, Стелла? Конечно, причина, по которой она здесь, мне известна, но я хочу подтолкнуть её к диалогу. - Я не хочу разговаривать, - цедит она. – Я хочу, чтобы меня выпустили отсюда.       Она ставит локти на стол и слегка поддается вперед, но я делаю вид, что меня это ни капли не напрягает.       Главное в моей работе – полное спокойствие. Или хотя бы его достоверное изображение. Даже если это не так. - Вы считаете, что попали сюда по ошибке? - Именно так, - отзывается девушка. Ее плечи слегка расслабляются, а рука поправляет выбившуюся светлую прядку волос. - Расскажите мне, что произошло, - прошу я. – И, может, вы действительно здесь по ошибке. Девушка кивает и сцепляет руки в замок. - Моя мать отправила меня в психушку, - фыркает Стелла, отводя взгляд. – Вот что произошло. - Вы знаете, почему она это сделала? – продолжаю выяснять я. - Потому что я хотела помешать ей убить меня, - девушка откидывается на спинку стула. - Ваша мать сказала, что это вы хотели убить ее, - замечаю я. Становится интересно. - Чушь. Я этого не хотела, - бросает она. - Значит, вы сделали это под влиянием момента? - допытываюсь я. - Нет. Значит, состояние аффекта или какого-то другого не было. - Может вы слышали голос, который сказал вам это сделать? - Голос? - она вскидывает брови. - Да, голос, - подтверждаю я, внимательно наблюдая за реакцией моей пациентки. - Может вы слышали его раньше?Например, после смерти отца. Девушка мрачнеет, и я понимаю, что задел за живое. - Да, - она наклоняется ко мне ближе и шепчет: - Он и сейчас мне кое-что говорит. - Что говорит? -я заинтересовано придвигаюсь ближе. - Можно немного ближе, - шепчет она, и я поддаюсь немного ближе. Этот момент доверия упустить нельзя. - Не отвечать на такие тупые вопросы, - шепчет она. Я возвращаюсь на место и удивлённо смотрю на неё. - Я не слышу странных голосов, потому что я абсолютно здорова, - твёрдо говорит она. - Я не нападала на свою мать. Она просто хотела, чтобы я оказалась здесь. Здесь мне будет сложно защитить себя. - Как она сможет убить вас в больнице? – спрашиваю я, стараясь взять себя в руки. Это было неожиданно. – Тут столько людей. Да и чужих не пускают. Родственники приходят в четко оговоренные часы. Она верит в свои слова. Переубедить будет непросто. - Она может, док, - отзывается она, нервно барабаня пальцами по столу. – Она может все. - Вы здесь в безопасности, Стелла, - мягко говорю я. – Здесь только медперсонал, а он уж точно не собирается вас убивать. А ночью в комнате только вы.       Девушка упрямо качает головой, явно не воспринимая мои слова всерьез. Твердо верит, что мать хочет убить ее. Параноидальное расстройство личности налицо. - Как вы спите, Стелла? - Отлично сплю, - отвечает она и отводит взгляд. Врёт. - А как питаетесь? - Хорошо. Врёт или нет? - А вы можете вспомнить, что ели в последний раз? Она хмурится. - Запеченный картофель, - удивлённо отвечает она с некоторой паузой. - Это было вкусно. Ладно, сделаю вид, что поверил. Если не будет есть, то санитары мне доложат. А насчёт сна - выпишу ей седативные, чтобы лучше спала. - А почему вы думаете, что ваша мать хотела убить вас? - Было несколько звоночков, - усмехается девушка. – Хотела бы я ошибаться, но.. Стелла закусывает губу и сжимает столешницу ладонью. - Что за звоночки? - Знаете, у меня была собака, - ее взгляд останавливается на мне. – И вот однажды она умерла. Когда я разлила стакан с водой. Он просто выпила немного воды из лужицы и.. все. Вода была из графина, который стоял в моей комнате. Только моя мать могла ее отравить. У горничной тогда был выходной. Интересно.. - Может, ваша собака умерла по другой причине? Домашние животные умирают. Это неизбежно. - Но они не умирают от яда, док. - Было что-то еще? - спрашиваю я. - Тормоза в машине, - говорит девушка. – Я дала машину своему другу, и он чуть не разбился. А в сервисе сказали, что проблема в тормозах. - Я знаю много случаев, когда тормоза переставали работать сами по себе, - отмечаю я. - Вы мне не верите, да?! – резко спрашивает девушка. - Я этого не говорил, - отвечаю я. – Просто хочу разобраться. - Вы пытаетесь убедить меня, что я ошибаюсь, - она резко поднимается с места, оперевшись обеими ладонями в стол. – Тоже думаете, что я чокнутая! - Сядьте, пожалуйста, на место, - холодно говорю я, продолжая сидеть. – И успокойтесь. Вы сейчас свое положение никак не улучшаете. Она бросает на меня гневный взгляд, но садится на место. - И что теперь? - Вы злитесь, что оказались здесь. Я это понимаю. Но я разговаривал с вашей мамой, и она очень беспокоится. И она явно не похожа на киллера. Девушка неожиданно улыбается. - Шутите, док. Мне нравится. Но моя мать хорошая актриса. И очень жаль, что она смогла вас одурачить. Ее взгляд вновь становится серьезным и напряжённым. - Думаете, что меня так легко одурачить? - Похоже, что да, раз вы ей поверили, - нагло говорит Стелла. Моя бровь скептично выгибается. Считает меня дураком? - Ладно, думаю, что мы на сегодня закончили, - я выпрямляюсь. - Только не говорите, что обиделись, мистер Сильва, - она наклоняется ближе, а я на мгновение теряюсь, но виду не показываю. - Совсем нет, Стелла, - я закрываю папку и уже хочу встать, но неожиданно чувствую прикосновение к своей ладони и поднимаю глаза. - Я не хотела обидеть вас, док, - ее ладонь обхватывает мою, робко и нежно, и я на секунду теряю связь с реальностью. Что за черт? По врачебной этике прикосновения не допускались. Но сейчас.. Это было слишком приятно. - Простите. Я бы не хотела обижать такого симпатичного доктора, - шепчет она, а мой взгляд отпускается на ее ладонь сжимающую мою. – Вы простите меня? - Конечно, - говорю я, надеясь, что это вышло не слишком нервно. Ее рука разжимается, а я понимаю, что все это время дышал через раз. - Спасибо, - она мило улыбается, а я недоумеваю от такой резкой смены ее поведения. – Тогда до встречи, мистер Сильва.       Я перевожу взгляд на папку и замечаю, что скрепки, которая соединяла несколько листов, нет. А когда я пришел – она была.. А кое-кто вел себя слишком странно.. - Верните то, что взяли, - спокойно говорю я, внимательно глядя на девушку. - О чем вы? – недоуменно переспрашивает она, но мне кажется, что это напускное. - Хотите, чтобы я вас обыскал? – вкрадчиво спрашиваю я. – Или мне лучше позвать Билла, - задумчиво говорю я, имея в виду санитара, который ее привел. – Вы, как я вижу, подружились. - Ладно, - она поднимает руки, и на ее губах появляется усмешка. – Ваша взяла. Она протягивает мне скрепку, и я забираю ее, занервничав от того, что я коснулся руки своей пациентки. Хоть это и было мимолетно.       Я поднимаюсь с места и подхватываю папку, собираясь уходить. - Извините, что разочаровал, - бросаю я, не глядя на нее. - Вы о чем? - Что не оказался дураком. Стелла хмыкает, а я покидаю комнату. Это будет интересно.