Ламповая няшка

      Необычно худые детские пальцы, к которым Миша все еще не успел привыкнуть, крепко сжимали край чёрной, довольно мягкой и, по всей видимости, хлопковой футболки торчка. Ни убрать их, ни ослабить хватку парень был не в состоянии, рука просто не разжималась.       Впрочем, Миша не собирался ничего убирать, ведь такой боязливый вид придавал ему образ ребёнка, однако, слабый контроль над телом немного пугал.       Вот бы все подобные неловкости пропали в будущем, а то он понятия не имеет, что будет делать с непослушной тушкой, например, на работе.       Вместе с его новым отцом они стояли на линейке прямо под палящим солнцем. Торчок, видимо, никакого дискомфорта не испытывал, ведь он оделся максимально легко на такую погоду. Футболка и коричневые шорты с множеством кармашков сидели на его отце словно влитые, а вот на него напялили странный, уродливый, официальный пиджак, под которым была белая рубашка и толстые чёрные штаны. По ощущениям ему было чертовски жарко, но — каким-то волшебным образом — пота на теле не наблюдалось.       На фоне что-то говорил старый, дряхлый мужчина, по всей видимости, директор школы. В силу своего возраста дед говорил в два раза медленнее, и его голос неприятно скрежетал, из-за этого парню было настолько некомфортно, что в груди появилось мерзкое чувство скребущихся кошек. Даже дышать стало сложнее. Однако, такой адский кошмар рано или поздно должен был закончиться, и это наконец произошло.       За все несколько дней, что Миша успел прожить в этом мирке, с ним случилась лишь одна хорошая вещь. Он узнал про свою причуду, вернее про то, что она не пробудилась. Выяснил он это у торчка одним непосредственным вопросом, над формулировкой которого довольно долго думал: — Что мне делать когда спросят про квирк?       Конечно, он боялся получить ответ по типу того в машине, например, «скажи правду», но всю надежду парень положил на то, что отец воспринял вопрос, как: «Есть ли какие то подробности причуды?», — ну или: «Что говорить в точности? Просто сказать научное название?» — и всё подробно ему расскажет, чтобы в будущем не возникло никаких недоразумений. Хех, а ведь он был так рад и горд собой, когда его план сработал.       Стоило лишь вспомнить о торчке, как тот из безэмоциональной статуи, которая неподвижно стояла все это время, вернулся в привычное состояние и присел на корточки. Похлопав Мишку по спине, он поспешно выдавил своим басистым голосом лишь короткое: — Удачи! Ты у меня смышленый мальчик. — Встал и сделал пару шагов в сторону местной парковки, всем видом показывая, что Мише идти за ним не следует.       И действительно, как только он ринулся в сторону отца, его запястье крепко сжала чья-то грубая, волосатая рука, а затем поволокла в группу детей приблизительно его возраста. Все его попытки вырваться были тщетны.       «Что? Он же не оставит меня здесь одного?» — Недоумевал парень.       С ним, конечно, родители не сидели рядом в первый день школы, он ведь был сиротой, но с его одноклассниками — да. Миша прекрасно помнил своё детство. Заведено, что нельзя оставлять семилетних детей одних, пусть и с воспитателями. Им же будет страшно сидеть шесть часов в новом месте с незнакомыми людьми! Первый день всегда был ознакомительным: они ходили с родителями по школе, знакомились с учителями, рассматривали классы.       Лёгкое чувство негодования заполнило грудь парня. Пусть внутри он и понимал, что немного преувеличивает, судя только по своим эмоциям, ведь сейчас с ним обращаются более чем нормально. Мише ужасно хотелось что-то сделать с этой ситуацией.       Ха… что-то не очень хотелось оставаться одному без торчка. Мир с суперспособностями довольно сильно его пугал.       Не успел парень спохватиться, как его и других детей отвели в сероватую и очень тусклую комнатку средних размеров. — Меня зовут Бунко Асука, обращайтесь ко мне Бунко-сенсей. Я буду вашим классным руководителем следующие пару лет. — Перед ним предстала женщина с несколько грубыми чертами лица, голубыми глазами и чёрным каре. — Надеюсь, мы с вами поладим! — На вид ей было лет сорок, Мишку очень сильно забавлял ее жакет красного цвета с узорчиками в виде цветов. Боже, он так ужасно на ней смотрелся, а если еще и принять во внимание, что сама женщина не блистала внешностью…       Как только сенсей замолкла, всем подали знак, что у них есть пару минут освоиться.       В одно мгновение большая часть детей ринулась занять место у окна, и Мишу чуть не сбили с ног.       Поняв, что участвовать в этой суматохе уж точно не стоит, парень сел за самую отдаленную от учителя парту в правом углу класса рядом со стенкой. — А теперь каждый по очереди выйдет к доске и представится, а так же…       Сенсей Асука — он запомнил только имя — начала что-то бубнить. Парень, конечно, догадывался, что будут какие-то интеграционные игры, по типу «в тебя кинут мячик, и ты должен будешь рассказать о своем увлечении», но слушать, что конкретно с ним собираются делать, не было никаких сил. Точнее, силы были, но он не мог себя заставить, парень просто не видел в этом никакого смысла. Он поймет всё по ходу событий, это же первый класс, даже если он облажается, не случится ничего страшного. Да и риск спалиться ничтожно мал. Мишка зевнул, положил голову на парту, предварительно подперев её руками, и погрузился в свои мысли. Уже через пару минут пришлось об этом пожалеть.       На него, блин, все пялились! И дети, и эта старая карга в уродливом жакете, а взгляд толстяка, сидевшего прямо перед ним, вообще чуть ли не пронзал его насквозь. По коже прошлись мурашки. — Хэй, твоя очередь! — До него дошел тихий шепот с другой стороны класса. По голосу даже не было понятно, сказал это мальчик или девочка.       Его очередь? Очередь к чему? — Не хочешь выйти и представиться? — Сказала сенсей, одновременно спасая и усугубляя этим самым его положение. — Давай, иди к доске! — Сразу же повторяя свою просьбу, она поразила его лучезарной, немного пугающей улыбкой во все своих тридцать два неестественно белых зуба. Мишка беспрекословно её послушался. Ну, а что ему ещё оставалось делать? Конечно, его ментальный возраст позволял сказать «нет» и остаться на своём месте, но, господи, от этого будет столько проблем. Последнее, чего он хотел, — это особое внимание как от взрослых, так и от сверстников.       Стоя молча возле учительского стола, он почувствовал, как ноги медленно начали подкашиваться, а сердце забилось немного быстрее. На него были направлены почти все взгляды в этой комнате, это такое ужасное чувство. Да уж, спасибо детским гормонам, мутневших его разум всё сильнее и сильнее. Но сейчас, похоже, не время, чтобы о них думать! — Как тебя зовут? — Учительница все так же вводила его в курс дела своими вопросами, но парня это ни капли не радовало, и он не был ей за это благодарен. В его глазах именно Асука-сенсей виновата в том, что парень сейчас испытывает.       А ведь действительно, как его зовут? Мишка невольно приложил руку ко рту и тихо сглотнул. Его глаза округлились.       «Я забыл про настолько важную деталь!» — Истерически пропищал он у себя в голове. Торчок ни разу не называл его по имени, не говоря уже о фамилии. Миша покрепче сжал нижний край пиджака в ладошке.       Вот это кошмар, ещё расплакаться тут не хватало. А ведь он считал себя умным… Как можно было такое забыть? Спокойно, это всё просто из-за стресса! Из-за стресса, вызванного этими галлюцинациями! Только бы его не приняли за сумасшедшего…       Дыхание участилось, причём заметно. Блять, он же взрослый парень, что за херня с ним происходит?!       Панически ища ответ у себя в голове, Мишка стоял молча где-то секунд десять, пока сенсей не взяла ситуацию в свои руки. — Язык проглотил? Ха-ха… — В голосе женщины начали появляться нотки раздражения, а по классу прошёлся весёлый, мерзкий шёпот.       Скорее всего это и называлось давлением социума. «Каким бы общество ни было, Бог сотворил человека таким, что он всегда будет в нём нуждаться и бояться осуждения со стороны окружающих», — вспомнил он слова священника, изредка посещавшего их приют. «Бог объединяет всех людей и упрощает их взаимодействие.» — Вроде бы его пропаганда звучала так. Если память не изменяет, кажется, духовного отца звали Олег. Боже, как комично! Его имя он, блять, знает, а свое нет.       Вдруг перед глазами пронеслись ещё парочка воспоминаний из прошлой жизни, вплоть до выпускного. А ведь сегодня только первый день первого класса… Неужели придётся проходить весь этот подростковый кошмар заново? Он же почти ничего не помнит со школы. Конечно, у него будут кое-какие привилегии, особенно в младших классах, но… — Ребята, знакомьтесь, это Рэйден Накамура. — Женщина порылась в каких то бумагах, видимо, в поисках его данных, а затем представила классу, прервав своими словами все его раздумья. — Надеюсь, ты сможешь рассказать нам о своей причуде, Рэйден…       Парень молился, что это был последний вопрос. — А, да, ну, моя причуда… Она ещё не пробудилась, но врач сказал, что она есть, п-по кости в ноге! — Детский голосок подрагивал и показался ему каким-то хриплым. Парень ожидал, что по его внешнему виду непонятны его чувства и временная паника, но вот голос немного срывался и выдавал его с потрохами.       После своих слов он чуть ли не впился взглядом в Асуку-сенсей и, получив одобрительный кивок от неё, поспешил вернуться на свое место, случайно задев бедром парту какого-то чудика. Добравшись до столика и присев, Рэйден молниеносно прикрыл голову руками.       Сердце все ещё стучало непривычно быстро, зато ментально он почти успокоился. И чего он так разволновался? Жизнь казалась парню чертовски несправедливой, а мотивация познавать новый мир пропала из-за того, что он ребёнок и почти не может контролировать свои эмоции. А почему он оказался в этой ситуации? Из-за какой-то пьяной бляди! Стало немного обидно. Почему вся эта херня происходит именно с ним?

***

— Что с твоими ушами? — Торчок с недоумением уставился на мирно спящую фигуру своего сына и, поставив кружку с каким-то горячим напитком на столик возле кровати, начал его будить. — Мммм, ещё пару минут. — Раздражённо буркнул Рэйден и повернулся на другой бок, однако, в этом мире ему попался жестокий родитель. С него молниеносно содрали одеяло, и всё детское тело пронзил жуткий, жгучий холод, именно он заставил парня открыть глаза и громко, недовольно вскрикнуть.       Отец, даже не дав Рэйдену особо прийти в себя, обхватил его голову обеими руками, отодвинул волосы так, чтобы ушки были видны, и с полным серьёзности голосом приказал: — Сиди тихо, — затем начал внимательно их рассматривать.       Рэйден всё ещё находился в состоянии полусна и не до конца понимал, что происходит, но торчок выглядел удивлённым. Это немного пугало и одновременно настораживало, он ещё никогда не видел, чтобы тот показывал какие-то эмоции. Глаза периодически закрывались сами по себе, и парень начал судорожно тереть их, сложенными в кулачки, руками. — Фух, похоже, это всего лишь причуда. — Через некоторое время сказал его мнимый отец, лицо которого заметно расслабилось. — Зачем ты разбудил меня в такую рань? — Раздражённый голос Рэйдена, который только понял, что ничего страшного не произошло, больше смахивал на мычание, чем на человеческую речь. Бросив короткий взгляд на будильник, парень понял, что в школу ему только через два часа. — А? Какая причуда? — Взбодрился он, как только до него дошло всё сказанное. Только что в Рэйдене пылало желание закатить скандал по поводу времени пробуждения, даже при том, что он понимал, — ничем хорошим это не закончится… но причуда? — Иди посмотрись в зеркало, — небрежно бросил парню торчок, и мальчик тут же бросился в ванную.       Ух ты!       Вдруг к нему пришла мысль, что, возможно, именно такой фигни и стоило ожидать всё это время. Он стоял и молча рассматривал свои ушки.       С помощью каких-то неизвестных высших сил их кончик успел заостриться к верху за одну ночь. Конечно, изменения были не сильными, но разница довольно-таки заметна. Что странно, уши даже не поменяли своего размера, они казались такими же детскими и аккуратными, как всегда. Интересно, это вся его причуда? На всякий случай, он осмотрел оставшиеся участки тела. — Я запишу тебя к врачу по этому поводу. — Торчок стоял прямо в дверном проеме, оперевшись о стену, и снисходительно за ним наблюдал. А ведь Рэйден даже не заметил, как тот подошёл. — Зачем? — Ну, он вроде должен выяснить, какая у тебя причуда и что с тобой случилось… — Правда? Так можно было? — Удивился парень. Наверное, технологии здесь более развиты из-за суперсил. — Ага, а теперь быстро собирайся. Мне сегодня на работу пораньше, поэтому отвезти тебя смогу только сейчас. — Выдал торчок худшую из новостей, которую только можно было сообщить. Парня снова переполнили чувства несправедливости и обиды. — Да ну, блииин, — он разочарованно простонал, но, поняв, что никак не сможет повлиять на дальнейшее развитие событий, подавил в себе негативные эмоции и выдавил немного зубной пасты на серую щёточку. Его жалкое нытьё оборвал громкий, бесчувственный хлопок дверью, разозливший парня ещё больше. Отец запер его в ванной комнате, давая возможность умыться и привести себя в порядок.       Может ему стоит наплевать на все, заснуть прямо на полу в ванной и никого не слушать? Хах…. — Доспишь в школе, — бросили ему приглушенным голосом уже из другой комнаты.       Натянув на себя белую рубашку, которая в комплекте с чёрными шортиками и фуражкой составляла их школьную форму для младших классов, Рэйден выдвинулся на кухню в поисках еды, которая планировалась быть его источником энергии на целый учебный день. Он ходит в эту школу всего неделю, но уже успел выработать в себе жуткое отвращение к столовой и помоям, которые там раздают, называя едой.       Засунув во внутренний отдел портфеля небольшой шматок колбасы с хлебом, предварительно завернув их в целлофановую плёнку, а также схватив со стола трёхсот миллилитровую бутылочку с водой, парень поспешил к торчку, который всё это время жутко его торопил. — Надо было разбудить тебя ещё раньше, — раздраженно буркнул тот, пока его сын пытался напялить кроссовки.       Рэйден постарался ускорить темп, и уже через мгновение они оба сидели в машине. Дорога заняла примерно минут двадцать и, наконец оказавшись на месте, торчок чуть ли не пинком высадил его из машины. Они остановились прямо на парковке возле соседнего гипермаркета, соответственно, до школы придётся немного пройтись.       Парню было максимально некомфортно: он чувствовал, насколько сильно не выспался, а холодный осенний ветер в перемешку с опавшими листьями и песком хлестал по лицу. Пара песчинок даже попала в рот, и Рэйден начал судорожно отплевываться. Настроение было хуже некуда. Посещать учебное заведение безумно не хотелось. Конечно, все задачки там были до жути простые, но парня очень сильно бесили его же одноклассники. Находиться в обществе такого большого количества детей больше трех минут — невыполнимая задача.       Конечно, дети это прекрасно, цветы жизни и всё такое, но те из его окружения, похоже, ещё не успели осознать, что, кроме них, есть и другие люди… Эти паразиты не понимают, что у остальных тоже есть чувства! Мелкие сопливые отпрыски могут начать орать, пока ты отдыхаешь, взять что-то, не принадлежащие им, без спросу. Ещё каждый из них пытается доказать, насколько он лучше других.       Для детей всё в мире крутится вокруг них самих, ну вот как такое может не раздражать? А если к этому всему учесть, что у каждого отпрыска есть своя сверхспособность. Как говорил один мудрый человек… Ха-ха, Рэйден вдруг вспомнил мем из прошлой жизни и незаметно для себя улыбнулся.       «Корми меня, люби меня, заботься обо мне! — желает ребенок. Это не доброта, это нарциссизм.»       Заметив на себе странный взгляд прохожего, парень мигом стёр улыбку со своего лица. Наверное, странно вот так просто стоять и улыбаться, как клоун.       Да уж, сегодня ему предстоит тяжелый день, надо было лечь спать пораньше. Его правый глаз пару раз дёрнулся. Видимо, из-за недостатка сна у него уже начали проявляться нервные тики. Ну, что за ужас…       На секунду Рэйден задумался о том, чтобы прогулять школу, но, вспомнив в каком теле находится, моментально передумал. Маленький мальчик, одиноко блуждающий по улицам без родителей, определённо вызовет подозрения, и это ещё в лучшем случае.       Он тяжело вздохнул и направился к школе, параллельно ещё раз ощупав ушки, чтобы проверить, не приснилась ли ему вся эта утренняя путаница. Может, у него появился суперслух? Хех, было бы круто.       К счастью, классная комната была уже открыта. Он не особо горел желанием ждать начала занятий, сидя на полу. Аккуратно устроившись за партой, парень достал бутылочку с водой и сделал три небольших глотка. Крышечка упала на пол и укатилась за соседний столик, но ему было как-то не до этого. Он уже прикрыл глаза и вошёл в фазу полусна, как вдруг…       Внезапный толчок в спину заставил его судорожно дёрнуться. Мальчик подскочил со стула словно ошпаренный. — А! — Он даже вскрикнул от испуга.       Моментально обернувшись, Рэйден заметил маленького мальчика с грязно-фиолетовыми волосами и такого же цвета узкими глазами. Идиот! Вмиг испуг сменился легкой злостью. Мальчишка с каменным лицом стоял прямо позади него. — Я тебя напугал? — Всё с таким же безразличием спросил он.       Рэйден отвечать не стал, со всех сил пытаясь держать себя в руках. Ещё раз осмотрев мальчика, он удостоверился, это точно один из его одноклассников. А последнее, чего он сейчас хотел, — иметь дело хоть с одним из них. Чёртовы детишки. Ещё пара секунд прошла в тишине и фиолетововолосый мальчик выдал простое и краткое: — Ладно. — Его голос уже не казался таким безразличным, скорее нервным. Он положил крышку от бутылки Рэйдену на парту, а затем попятился в сторону выхода.       И как он так быстро её поднял?