Часть 8
2 июня 2023 г., 22:21
Notion — The Rare Occasions
— Ген, завязывай. Это не смешно. Если честно, больше страшно. Еще никогда в родных глазах не плескалось столько безумия. Кажется, даже синеватый отлив маниакально сверкал на фоне бездонной пропасти. Совсем не похоже на шутку. — Ты даже не представляешь, насколько это смешно! Это ведь так нелепо, а все нелепое смешно! Чего молчишь, разве не забавно?! — Хватит, Ген. Я уже понял, что шутки должны быть смешными. Пожалуйста, остановись. Однако, что бы он сейчас не сказал, это было бесполезно. Асагири как будто не нуждался в ответах. Как и в собеседнике. Складывалось впечатление что он вообще ничего не слышит. Тем не менее, через какое-то время смех стих. И, хотя безумие во взгляде никуда не делось, его потеснила пугающая безысходность. Голос стал значительно тише, но все равно местами срывался на крик. — Три... Три года все было нормально! Столько шансов было, постоянный риск... Так почему?! Почему сейчас?! Почему, когда я почти ушел в безопасную зону, все так обернулось?.. Я же хотел... Я, правда, захотел просто жить... — Ген, я понимаю, тебе тяжело. Ты пережил жуткое происшествие, потерял пациента, с которым сблизился. Но жизнь продолжается. Возьми перерыв, смени деятельность. Все будет хорошо. — Ясу мертва. Прошло четыре месяца с момента заражения. Только что она выглядела абсолютно здоровой. А потом, всего за несколько секунд, её не стало. Она потеряла контроль над собой, больше не различала друзей и врагов. Я не хочу стать таким же. Каждый день жить с мыслью, что сегодня все может закончиться. Тешить себя пустыми надеждами. Тебе все равно придётся убить меня. Пожалуйста, сделай это на стадии заражения. — Что ты такое говоришь?... Ты же носитель... Ты не можешь... Больше Ген не произнёс ни слова. А надо ли? Что изменится от пустых оправданий? Он слишком устал, для бесполезной болтовни.***
— Рури... Я не думаю, что это хорошая идея. Опыт подсказывает мне, что это очень плохая идея. — А вдруг ему нужна помощь? Ген так быстро ушёл, что я ничего не успела сделать. — Ушел, значит в порядке. К тому же, если там Сенку, мы с тобой точно не нужны! Мысль вполне логичная, учитывая, что их дальнейшего вмешательства никто и не требовал. Отсюда вопрос — что они тут забыли? Да просто Рури привыкла доводить дело до конца. Разве она могла оставить сбежавшего пациента на другого человека? Нет. При условии, что этот пациент не твой коллега... И вообще, с чего она взяла, что это пациент? Может, действительно, ну их нафиг? Сами разберутся. Тем более, у нее и свои дела есть... Доводы, конечно, убедительные, но не настолько как различимый через пару этажей смех. Во-первых, предположительное местоположение подтвердилось. Во-вторых, люди, которых «все в порядке», так не кричат. — Если все хорошо, уйдём, не привлекая внимания. Если понадобится — вмешаемся. Согласен? — Я тут вспомнил — эти двое еще утром поссорились. — А? — Послание Гена выглядело весьма убедительно. Маловероятно, конечно, но вдруг... Давай-ка чуть поторопимся. Всю оставшуюся дорогу Рури выясняла, что же такого страшного сделал Асагири, раз Хром так быстро передумал. Но тот, похоже, и сам не сильно-то вдавался в подробности. Однако, поднявшись наверх, они увидели то, чего меньше всего ожидали. Двое в обсерватории молча сидели в противоположных частях помещения. Каждый был погружен глубоко в собственные мысли. Внешне оба были в порядке, а вот внутренне... Что такого успело произойти? — Вы вовремя. Проводите Гена до изолятора. Даже не знаешь, что больше настораживает: сама просьба или то, с каким равнодушием она прозвучала. Все происходящее вызывало ощущение чего-то нереального. Как будто каждый, кто приходил в эту комнату, оказывался в вязком бредовом сне. И без того несвязная ситуация скомкалась еще больше, когда Хром начал сыпать вопросами. До тех пор, пока Рури не остановила его, одним жестом показывая: «не стоит». Правильнее сейчас будет молча выполнить просьбу. А вот потом можно и разобраться. Но у Гена, очевидно, были другие планы. После долгого молчания, уходя, он произнёс всего одну фразу: — Забавно, но охотнее всего люди верят собственным выводам.***
Следующие три дня ушли на переосмысление последних трех лет. Три года, как Ген присоединился к лагерю. Три года лжи и неоправданного риска. Вот только, была ли эта ложь? Так наравне с обидой стало появляться чувство вины. «Охотнее всего люди верят собственным выводам». Разве тогда, три года назад, Ген говорил, что он носитель? Пытался ли он что-то доказывать? В этом не было необходимости. Едва он ступил на территорию со своей нарисованной трещиной, как ему уже поверили. Менталист стал необходимой деталью во многих задачах. В сложившейся ситуации никто не стал задавать лишних вопросов. Хотя нет, было дело. Ни для кого не секрет, что Ген «подрисовывал» свою трещину. При всей правдоподобности, рисунок все равно был заметен. Он никогда этого не отрицал, а на вопрос «зачем» отвечал только: — А что, по-моему, круто выглядит! Тогда никому и в голову не могло прийти, что никакого шрама под толстым слоем подводки нет. Даже сам Сенку так и не распознал обмана. Да потому что, кто в здравом уме будет притворяться носителем?! Тем более, что работать было морально тяжело. И теперь понятно, почему. Те цветы, оставленные в опустевших палатах, отсутствующий взгляд после смерти очередного пациента... Это уже не просто эмпатия. Это страх. Как и все нормальные люди, Ген боялся заразиться и пополнить ряды живых мертвецов. Даже больше, чем самой смерти. Поэтому он и просил убить его при первых же признаках заражения... Что Сенку тогда ответил? Просто отмахнулся, сославшись на то, что носители не заражаются. Ему в руки дали все карты. Что было бы, отнесись он к этим словам более серьезно? Разумеется, они бы нашли выход и сейчас ничего бы не случилось, но... Что можно было сделать? Отстранить Гена от обязанностей? Запретить ему выполнять свою работу? Вряд ли он согласился бы на подобное. Поэтому он ничего не рассказывал. Знал, что случится, если правда всплывет. Ему было страшно, но Ген справлялся со всем в одиночку. Как бы не было тяжело, он всегда прекрасно со всем справлялся, со временем став незаменимой деталью в механизме лагеря. Однако, все имеет свою цену, а знание и осторожность не спасут от стечения обстоятельств. От банального «не повезло». Ген просто оказался не в том месте, не в то время. И, кажется, даже открыл новый способ заражения. Можно долго говорить о том, что было бы, если бы... Но история не терпит сослагательного наклонения. Самое время принять прошлое и позаботиться о будущем.***
12 июля 2038 года.
Страшно. Некуда идти и некуда вернуться. В мгновение ока от привычной жизни не осталось и следа. То тут, то там вспыхивали пожары, время от времени можно было услышать крики, полные ужаса и отчаяния. Казалось, во всем мире не осталось ни одного безопасного места. Всего за неделю неизвестный вирус выкосил более половины населения. Зомби больше не были вымыслом. Они заполнили улицы, кидались на всякого, кто попадется им на пути. И только что Ген убил одного такого. Сидя на полу он старательно прогонял мысль: «а стоило ли оно того». Выходить из магазина совершенно не хотелось. А зачем? Как будто ему есть куда идти. Чем слоняться по улицам, лучше остаться здесь. Хоть какое-то убежище. Но как долго это будет продолжаться? Все это не более, чем жалкая попытка ухватиться за жизнь. И что потом? Что ни делай, результат будет один. Ему не выжить в этом новом мире. Не было ли лучше просто сдаться? Возможно, но страх смерти все рано не позволит ему опустить руки. Если ему суждено умереть, то по крайней мере он избавит мир от нескольких зомбарей. Страшно быть съеденным заживо, но еще страшнее превратиться в одного из таких монстров. Всё-таки люди, получившие иммунитет, — настоящие счастливчики. Взгляд упал на полку с косметикой, а именно на подводку. Недолго думая, Ген схватил предмет, выводя неровный оскал. Пусть это всего лишь самовнушение, которое никак не спасёт его от заражения. В любом случае, это не имеет значения. Просто так он сможет почувствовать себя хоть немного удачливей. Решено. Утром он покинет свое временное укрытие. Свернувшись калачиком на полу Ген уснул, мечтая раствориться в темноте ночи. Жить страшно, умирать тоже. Вот бы можно было просто исчезнуть...***
13 июля 2038 года.
— Умер? — Неа, просто спит. Два мужских голоса и приближающиеся шаги. Не совсем то, что хочется услышать, просыпаясь в подобной ситуации. Конечно, лучше, чем гортанные хрипы, но все же, с людьми сейчас проблем не меньше. Почему нельзя очнуться в тишине и покое? Неужели он даже умереть спокойно не может? Было бы неплохо, пройди они мимо, но и тут неудача. Удивлённо присвистнув, кто-то обратился к нему: — Твоя работа? Очевидно, внимание вошедшего привлек убитый зомбарь. Дурочка включить не получится — пятна крови на одежде и брошенный неподалеку нож выдадут его с головой. Осторожно кивнув, Ген попытался оценить свое положение. Путь для побега заблокирован, но, кажется, непреднамеренно. В принципе, никто не собирается удерживать его здесь насильно. Эти двое не выглядели враждебно, к тому же у них было неплохое оснащение. Сразу видно — принадлежат к какой-то группе с хорошим финансированием. Прикинув свою выгоду, Асагири решил еще понаблюдать. Сбежать он всегда успеет, а вот найти способ выжить — вряд ли. — Давай раны обработаю. Парень, примерно его возраста, с неряшливо растрёпанными волосами, опустился рядом, роясь в поясной сумке. Особенно привлекали внимание симметричные зигзагообразные шрамики у бровей. Так вот как выглядят настоящие «везунчики». — Показывай, где. Только сейчас до Гена дошло, что от него хотят. Он неуверенно показал ладонь с небольшой ссадиной, на что парень вопросительно изогнул бровь: — И это все? — Асагири протянул вторую руку, с точно такой же царапиной. — И... Это все?.. Немного неловко было признаваться, что помощь ему не очень-то и нужна, но, наблюдая за тем, как меняется выражение лица напротив, Ген еле сдержал смех. Попытавшись придать голосу хоть немного серьёзности, он наконец заговорил: — Хотел, чтобы я тут кровью истекал? Судя по звукам, со стороны ситуация выглядела как минимум забавно. Парень бросил недовольный взгляд на своего напарника. — По-твоему, это смешно? — Не то слово! Если так он хотел разрядить обстановку, то у него получилось. Можно даже на секунду забыть, что они находятся в каком-то магазине посреди разрушающегося города. — Сенку, — попытка отдышаться, — он определённо нам нужен! — Мы вроде и так никого бросать не хотели. — Я хочу, чтобы он на меня работал! Повисло неловкое молчание. Поняв, что ситуация зашла в тупик, Сенку пояснил: — Перевожу с мажорского — еда, вода и крыша над головой в обмен на выполнение посильной работы. Согласен? — Зависит от ваших целей. Предложение, конечно, крайне заманчивое, но хотелось бы знать, с кем он связывается. Да и цену себе набить не помешает. Но черт возьми! За этой довольной ухмылкой он готов пойти прямо сейчас. — Возрождение человечества. Ну как, достойно клоуна из магазина? Ответом послужил ничуть не уступающий лисий прищур. — Так уж и быть, на первый раз сделаю вид, что не слышал этого. Работа, достойная его высочества, менталиста. Так Сенку и нашёл на свою голову проблему, по имени Асагири Ген.I'm sure there won't always be sunshine But there's this momentary beam of light
