Мы страдаем от любви, и без любви.

*** Ян не спешил возвращаться домой. Его небольшая, но, в общем-то, симпатичная двухкомнатная квартирка, в последнее время превратилась в ночлежку, куда молодой врач возвращался исключительно, чтобы отоспаться после тяжелых операций и дежурств. С тех пор как уехала Анжела, там стало как-то совсем пусто и неуютно. Хотя раньше она часто звонила на мобильный и упрекала, что работа ему дороже, чем любимая девушка, которая шатается по дому, "как идиотка" или "тупо сидит в интернете". Анжела все чаще предъявляла ему претензии: зачем ей такой мужчина, которого она почти никогда не видит? Был бы еще занят каким-то крупным бизнесом, но увлеченно резать младенцев за одну зарплату, не беря взяток, никогда не иметь времени на любимую женщину - это просто абсурд! Не сказать, что зарплата у Яна была мизерной, это смотря с чем сравнивать. Правда, виллу он покупать не планировал и на Мальдивы не собирался, хотя и мог бы выбраться раз в год, поставив перед собой такую цель. Но зачем ему эти Мальдивы, если он и там будет постоянно думать о клинике, о новых методах лечения и оперирования сердечных патологии у детей, которым без вмешательства врачей не выжить. Все чаще ему казалось, что они с Анжелой существует в каких-то разных мирах, хоть живут в одной квартире и спят в одной постели. Какого-то конкретного видение их общего будущего девушка не озвучивала, но недовольства своим сегодняшним положением не скрывала. Может, еще не придумала, какое бы новое воплощение Яна ее устроило, или по-женски чувствовала, что меняться он не будет, и пока просто "пилила его тупой пилой", не выдавая никаких идей. А это ее в очередной раз сказанное "резать младенцев" обожгло Яна и стало тем камешком, который покатился с горы увлекая за собой целую лавину. Решительные слова были произнесены однажды вечером в Макдональдсе, куда они зашли поесть. Место было шумное, по меркам Анжелы не симпатичное - "полный отстой", и она не скрывала своего раздражение. Слово за слово - и она снова обрушила на Яна все свои упреки: "напрасные надежды", недовольство его работой, которая составляла ей, эффективной блондинке непреодолимую конкуренцию. Ян тоже все больше уставал от этих отношений и постоянных претензии. Ежедневно, возвращаясь, домой, он заранее знал, что его снова в чем-то обвинят. А может, такой у Анжелы был метод манипулирования - привить комплекс вины и пользоваться этим до конца жизни, беспощадно пиля за "плохие поступки", а "хорошее поведение" награждая сексом. Ян, вообще-то, не считал себя таким уж неудачником, но у него не было сил и желания спорить, он не стремился подбрасывать дрова в огонь хронического недовольства Анжелы, да и просто не хотел отвлекаться от важных дел и мыслей на это бессмысленное противостояние. Так что в основном он занимал пассивную позицию и блондинка выходила победительницей, хоть и не получала полного удовлетворения от односторонних военных действий. Но постепенно ее недовольство накопилось, утомило, и в очередной раз ей сказанной "режешь младенцев" подействовало на Яна, как красная тряпка на быка. Не дослушав Анжелин монолог, он неожиданно резко крикнул: - Не подхожу? Не твой фасон? Я никому ничего не навязываю. А детей я не режу. Я их спасаю. Жаль, что ты до сих пор этого не поняла. Потом встал, поправил свой клетчатый шарф и направился к выходу. *** С тех пор прошло около месяца. Он шел домой по вечернему зимнему городу, грел руки в карманах пальто и думал, как давно уже не блуждал уже по ночным улицам - все бегом, все на машине... Сегодня, выйдя работы, он увидел, что выезд его машине наглухо перекрыл какой-то автомобиль. Походил вокруг, поспрашивал прохожих - никто не знал, чья это машина. Сначала Ян рассердился, ведь мог опоздать на встречу с Маргаритой, но вдруг увидел, что со стоянки выезжает машина знакомого врача, махнул рукой и побежал к нему: - Подкинь до филармонии. Так он стал на сутки пешеходом, но это того стоило. Прожив такой неожиданно искренний вечер, Ян шел от метро домой и, глядя на по-новогоднему украшенные витрины, вспоминал прошедший год, подводил итоги. И должен был признать, что более весомыми были результаты на работе, чем в личной жизни. Вспомнится и последний разговор с Анжелой. Накипело. Пролилось через край раздражение ее тупым нежеланием попытаться понять его жизнь и ценности. Жалел ли он об этом сейчас? Пожалуй, нет, но возвращаться в пустую квартиру все равно было неуютно. Ян улыбнулся и вспомнил, что именно в тот день возле Макдональдса он встретил Маргариту. Точнее, сначала встретил испуганную хрупкую девочку Агнессу, маленькую балерину, которую сбили с ног ребята на скейтах, а потом не менее испуганную ее маму. И ничего невероятного он не видел в том, что вызвался помочь им и отвез в детскую больницу. А Маргарита почти героя из него сделала! Ян снова улыбнулся. Он почему-то всегда не вольно улыбался, когда вспоминал их обеих - юную балерину и ее маму. Маргарита была симпатичная, воспитанная, с какой-то невиданной элегантностью и грацией. Размышляя обо всем этом, он уже хотел свернуть с улицы во двор, когда от автобусной остановки отделилась сутулая мужская фигура, и не уверенной походкой двинулся навстречу. Между ними было метров пять, и Ян нутром почувствовал, что проблем не миновать. Он оглянулся - поблизости никого. По улице изредка приезжали машины, но пешеходов не было. Ян замер держа руки в карманах пальто, и смотрел на человека, который шел прямо на него. Если сейчас побежать, то незнакомец, точно его не догонит, он и идет-то с трудом. Но Ян стоял, как парализованный. Он понимал, что мог как-то справиться с одним человеком, если, конечно, не выскочат из подворотни его приятели. Ян когда-то учился приемам рукопашного боя. Конечно, какой из него боец, но руки-ноги, наверное, что-то бы вспомнили. Руки... Вот их крайне нежелательно было травмировать - ломать или даже ранить. Ведь от его рук зависели чьи-то жизни. Все это пронеслось в голове у Яна, за несколько секунд пока мужчина приближался к нему. Он остановился на расстояние меньше метра, и Ян увидел его молодое небритое лицо и мутный взгляд. Запаха алкоголя не чувствовалось Ян докторским глазом определил: наркоман. Еще не имея представления как дальше будут развиваться события, он на всякий случай вынул из кармана одну руку. Неожиданно мужчина доброжелательно улыбнулся и взялся рукой за плечо Яна: - Мужик, как ты думаешь, кто будет следующим президентом Америки на Марсе? Ян с облегчением хмыкнул, медленными движениями скинул чужую руку со своего плеча и сказал: - Думаю, подошел бы Дункан Маклауд. Повисла пауза. Прохожий нахмурил брови, и лицо его отразило заторможенную работу мозга. - Горец? Бессмертный?! - он взмахнул обеими руками, вдруг неуклюже скользнул ногами и упал на заснеженный тротуар. В этот момент за спиной Яна притормозила машина. - Проблемы? - спросил парень, сидевший около водителя. - Нет, спасибо, все под контролем, - ответил Ян, глядя на персону, озабоченную будущим человечества. Машина поехала дальше, Ян посмотрел на "марсианина", который все еще сидел на снегу. - Слышь, может, шел бы ты домой? Помочь подняться? - спросил Ян. Но тот лишь отрицательно замахал руками, словно в замедленной киносъемке, и снова погрузился в собственный мир. Ян пожал плечами и свернул с улицы во дворы, направляясь к своему дому. В кармане зазвенел мобильник. Это было сообщение от Маргариты: "Спасибо за прекрасный вечер". Ян прочитал текст, улыбнулся и ускорил шаг. ________________________________________________________ Некоторые читатели просили меня фанфик больше не замораживать. Так вот, сделала я это тогда, потому что его почти никто не читал, не было ни оценок, ни комментариев. Вот и не хотелось напрасно стараться...