Моя милая Снежная

      — Я очень рад, что смогу показать тебе свою Родину, партнёр.       Люмин кивнула и слегка поёжилась от холода. Даже находясь в экипаже, в тёплом пуховике и шерстяных рукавицах, было всё равно ужасно холодно. Аякс был одет в его привычную тёплую военную шинель, больше похожую на шубу, а на шее у него завязан красный вязаный шарф. Конечно, ему будет не так холодно: он вырос в этих краях. Это в Ли Юэ ему было ужасно жарко и душно, не то что здесь. Где-то сзади послышалось тихое посапывание Паймон, ужасно уставшей с дороги. Малышке повезло больше всех: на неё надели целых два тёплых пальто, пусть они пришлись и не совсем ей по размеру, но она не жаловалась. Помимо пальто её укутали в минимум три одеяла, поэтому замёрзнуть там было просто нереально. Вся эта конструкция напоминала гнездо, в котором беловолосая малышка была похожа на птенчика.       Ещё пару дней назад Паймон твердила о том, что в Снежную не ногой из-за того, что тут очень холодно, но после того, как Чайльд сказал, что он приготовит для Паймон целую кастрюлю традиционного блюда, то та мгновенно согласилась.       Яркое солнце и белый снег били по глазам, от чего Люмин, щурясь, прикрыла окно красными занавесками. А Аякс наоборот любовался красотами своей родины. Ослепляющий свет его не пугал.       Мороз вырисовывал чудные узоры на стёклах, что заставляло Люмин ещё недавно удивляться и восхищаться. Но когда смотришь на это долго, то перестаёшь замечать в этом что-то прекрасное. Белоснежные сугробы покрывали всю землю, а маленькие снежинки всё продолжали и продолжали падать. На лысых деревьях снежный покров напоминал листву, только белую. Где-то пробежит заяц, следы которого, как и его самого, почти не видно на снегу. Девушку, никогда не бывавшей в Снежной, очень впечатляло такое, пусть в самих снегах и морозах она уже не видела той красоты.       Люмин повернулась к Тарталье и уставилась на его колени. Они слегка тряслись, но точно не от холода, а от предвкушения. Юноша счастлив вернуться домой и совсем скоро он сможет увидеться с семьёй. Люмин невольно улыбнулась, представляя свою встречу с братом, когда всё закончится, и они будут на одной стороне. Однако сейчас не время раздумывать об этом. Девушка придвинулась к Чайльду ближе и коснулась его плеча. Тот расслабленно обернулся к Люмин с лёгкой улыбкой на лице.       — Почему ты не рассказал ему правду? — этот вопрос уже давно волновал девушку.       — Ему?.. А, Тевкр! — тонкие губы парня мимолётно усмехнулись. — Когда Тевкр вернулся домой, то рассказал матушке о том, что у меня появилась «невеста». Матушка была вне себя от радости и написала мне длинное письмо о том, как они с отцом ждут вашей встречи. Я не хочу расстраивать близких, поэтому и попросил тебя о помощи. Матушка всегда мечтала обсуждать с невесткой всё на свете, — Аякс как-то даже погрустнел, но тут же отвернулся обратно к окошку.       Люмин вздохнула, видимо, сейчас не лучшее время, чтобы поболтать. Тарталье нужно многое обдумать, и было бы эгоистично вырывать его из размышлений, когда появилась свободная минутка. Да и Люмин тоже необходимо углубиться в события, произошедшие за последние несколько месяцев. О последней встречи с братом в глубинах разлома, о Дайнслейфе, о Разломе…       Пока Люмин думала, усталость решила напомнить о себе и девушка не заметила, как заснула. Сначала она облокотилась на дверцу экипажа, но спустя какое-то время экипаж наехал на что-то твёрдое, и девушку увалило на меховой и мягкий воротник шинели Тартальи. На лице юноши больше не было улыбки, его пронзительные и холодные лазурные глаза устремились на спящую Люмин. Она напомнила Аяксу Тоню, когда тот, приезжая домой, рассказывал ей о своих приключениях, а она засыпала на его плече. Парень отвернулся, решив не беспокоить Люмин.       Осталась лишь одна проблема, о решении которой Чайльд думал большую часть поездки. Абсолютно все Предвестники знали о подвигах Люмин, также о её внешности рассказывали многие Фатуи, рыжик и сам не понаслышке знает это. Шанс случайно встретить кого-то из Предвестников посреди улицы очень уж высокий, поэтому Тарталья продумывал маршрут их прогулки, посему почти всю дорогу был молчалив, а иногда даже и вовсе не слышал, что ему говорит Люмин.       Сколько времени прошло с тех пор, как Аякс виделся с семьёй? Много, и он очень соскучился по родным. Он вспоминает счастливое лицо Тевкра с их последней встречи, как он радовался «одноглазикам», как веселился с Люмин и Паймон. А как Тарталья был с Тевкром на рыбалке, всё стараясь научить младшего ловить рыбу. А после того, как ему удалось поймать маленькую рыбку, он радовался и попросил Чайльда приготовить её. Или когда Тарталья учил Тоню вязать из пряжи. Тогда она связала небольшого белого зайчика и подарила старшему брату, пусть игрушка вышла и не совсем аккуратной, а более походила на простой комок ниток, но Аякс был очень рад. Ужасно жаль, что сейчас он просто пылится на полке. Как и другие вещи, подаренные семьёй.       — …Тейват вызывает Люмин! Просыпайся, Люмин! — послышался звонкий голосок Паймон.       Путешественница с трудом открыла глаза, увидев взволнованный взгляд беловолосой малышки перед собой. Девушка протёрла глаза и зевнула, после чего огляделась вокруг. Чайльда нигде не было, и Люмин вопросительно уставилась на Паймон. Та тут же театрально надула щёки и сложила руки крестом.       — Ты так долго спала, что Паймон начала волноваться! — она хмыкнула и в воздухе топнула ножкой.       Пальто, надетое на Паймон, значительно утяжеляло её, поэтому попытка повторять свою мимику выглядела очень забавно. После топка она медленно начала опускаться. Малышка тут же постаралась подняться. Люмин хихикнула и отодвинула занавеску, пустив яркий луч солнца себе в глаза. Девушка зажмурилась, а когда привыкла к свету, то посмотрела на улицу.       Тут же показался чей-то небольшой, а рядом ещё один, и ещё, а сзади десятки таких домов. Пробежала парочка ребятишек, дружелюбно помахав Люмин. Девушка недоумённо улыбнулась и помахала им ответ. Обернувшись на Паймон, она неловко указала на окно.       — Мы уже прибыли и Чайльд решил зайти в таверну, а мы сидим тут!       — Ты ведь могла пойти с ним, я бы отдохнула ещё немного.       — Паймон не может тебя бросить, Паймон должна быть всегда рядом!..       — Точно, — Люмин хихикнула, и в этот момент вернулся Тарталья.       Девочки направили свои глаза на Аякса, а именно на то, что было в его руках — булочки. И пахли они уж очень вкусно! Или просто кто-кто очень сильно изголодались, и теперь им всё будет казаться пищей богов.       — Что это? Как пахнет!.. — у малышки потекли слюнки, и она потянула свои маленькие ручки к выпечке.       — Булочки с мясом, налетайте.       Паймон ловко выхватила булку из рук Чайльда и, усевшись на сиденье между ним и Люмин, начала быстро уплетать её за обе щеки. Девочка и сама не замечала, как начала чавкать, но это уже её не заботило.       — Куда ты уходил? — спросила Люмин, аккуратно взяв булочку.       — Хотел повидаться с другом и зашёл в столовую.       Люмин заинтересованно посмотрела на Чайльда, а тот лишь улыбнулся.       — Мы уже прибыли, путешественница. Ещё немного и мы будем у меня дома.       — Мгм, — промычала что-то девушка, последовав примеру Паймон.       Какое-то время спустя экипаж остановился и снаружи послышался голос извозчика:       — Прибыли. Главная площадь.       Паймон, сидевшая до этого на удивление тихо, вскрикнула:       — Паймон не хочется выходить на улицу, там холодно! А если Паймон упадёт в снег? — она снова поднялась в воздух и топнула ножкой, опускаясь вниз. — Паймон уже падает!       — Я могу взять тебя на руки, — сказала Люмин и подняла Паймон, посадив на плечо.       Даже с тяжёлым пальто малышка весила не так много, как ожидалось, поэтому нести её на себе будет нетрудно. Паймон хмыкнула и, победно улыбнувшись, поудобнее устроилась на плече Люмин.       — Вот это Паймон нравится!       — Ха-ха-ха! — Тарталья, всё время наблюдающий за этим, вдруг разразился смехом, обратив на себя внимание.       Пока Люмин дурачилась с Паймон, Чайльд успел выйти из экипажа, при этом по-джентльменски открыв дверь для девочек. Они вышли и Люмин удивлённо огляделась.       Жизнь в Снежкой шла полным ходом: люди танцевали, кидали друг в друга снег в виде маленьких шаров. Это показалось Люмин странным, но пока им весело, то всё нормально и не о чём беспокоиться. Детки строили снеговиков и самые разные фигуры из снега. Не было видно начала и конца главного города Снежной, он действительно огромный. И было здесь чуть теплее, чем до того, как они сюда прибыли. Перед Люмин пробежал какой-то мальчик и бросился в мирно лежащий сугроб, упав на спину. Он начал водить руками и ногами в разные стороны, а когда закончил и подскочил, то закричал свои друзьям: «смотрите!» Люмин ничего не сказала.       — Вот я и дома, моя милая Снежная, — тихо сказал Тарталья, чего Люмин и Паймон не услышали из-за шума в округе.