Угроза похуже Андриаса

***

      Проходят 3 дня с тех событий, что произошли… На голове Энн появилось ещё больше грибов, но не так, чтобы покрыть всю голову шатенки. Глаза же девушки стали принимать жёлтый оттенок. Тот антидот являлся, скорее, замедляющим, то есть замедлял действия вируса. Энн не чувствовала никакого раздражения или боли, будто из нее вообще не растут какие-то чудо-грибы.        Жителям Тритонии пришлось зарубать своих питомцев (не делайте такого дома, это выполняют профессионалы) и питаться их мясом. Кому-то приходилось бегать к друг другу в гости, так как не имели хоть какого-либо питомца. Казалось, все стало более менее нормально, но до тех пор, когда не закончились животные на территории Тритонии… Съев всех, даже жуков для перевозки грузов, народ остался снова голодать.

***

      Энн грустно сидит в зале с большим столом, ее пригласила королева пообедать с ней. На столе пока ещё стояли кувшины с водой и напитками, также стояли блюда с едой или хотя бы что-то, что напоминало еду. — Эй, Энни, посмотри какая большая ножка! — кричит ей Ву, подходя к столу с большой тарелкой, на которой лежала немаленькая ножка птицы, хорошо приправленная специями и посыпанная листочками. Энни было обидно, что некоторые уже стали серьезно голодать, а они во дворце объедаются всякими деликатесами. — Дарси, скажи, это ведь была последняя птица? — Конечно, я решила приберечь Джо Воробья на крайний случай, а сейчас, как раз крайний, — с улыбкой проговаривает черноволосая девушка, садясь к Энн. — Как там Саша? — Оу, ну я поделилась вместе с ней. Она ест в своей комнате. Не бойся, я также поделилась с Плантерами и Гримом, все они получили маленький кусочек, — сообщает Дарси, начиная уже ковырять вилкой ножку. Энн в скором времени тоже подтянулась и начала завтракать, но без всякого удовольствия.

***

       Прошло пару дней, все животные с Тритонии пропали, либо были зажарены и съедены, либо сбежали, пока была возможность. Пока что все жители города держались, конечно вид у них был, как у зомби, но это пока что первая стадия голода. Даже во дворце пропала быстро еда. Не осталось ничего, кроме самих тритонов и наших главных героев.       Шли дни, народ Тритонии ел все, что было съедобно: бумагу, одежду, тряпки и ткани. Была ещё проблема в том, что пришли морозы, а одежда и ткани были уже практически съедены…

***

      Наступили те дни, когда слабые и старые тритоны стали умирать от голода. Умирали они либо в домах, либо прямо на улицах. Их тела, если успевали, съедали другие тритоны, что отчаянно хотели хоть как-то подкрепиться и попить. Но если трупы замечали стража, то они быстро уносили тела и скрывали их где-то во дворце.

***

Все тритоны города стали настоящими каннибалами, ожидающими очередную жертву. Никто ни на кого не нападал, потому что некоторые имели хотя бы часть достоинства.       Во дворце же ели тела тритонов, что приносила стража. Энни вообще решила сначала начать голодовку, отказываясь от мяса тритонов, но голод оказался сильнее…

***

      Энни вновь сидит за столом, ожидая, когда принесут блюдо из тритона. — Эй, золотце, ты наверное, бедняжка, проголодалась? Ничего. С минуты на минуту нам должны принести завтрак… Чего молчишь? Неужели от голода язык проглотила? — Ты не считаешь, что это перебор? — прошептала Бунчой. — Золотце, пожалуйста, говори погромче, — попросила Дарси, принимая от слуг тарелку с едой. — ТЫ НЕ СЧИТАЕШЬ, ЧТО ЭТО ПЕРЕБОР? — срывает голос тайка. — Энни, не переживай, если ты хочешь, чтоб тебе досталось больше, то бери мою порцию, я не возражаю, — с нежной улыбкой проговорила Ву.       Это происходило каждый раз, когда Бунчой хотела поговорить со своей девушкой об этой проблеме. Снова. Шатенка направляется в тронный зал, для того, чтобы передать королеве важную новость: — Дарси, тритоны на улицах начинают бросаться на ещё здоровых тритонов, они разрывают их на части прямо на глазах детей! — Не хочешь выпить со мной виски? Если мне не изменяет память, то он лежит в третьем… — Пожалуйста, сделай хотя бы вид, что тебе не все равно! — Энни, эту информацию я и без тебя знаю. Если хочешь помочь, то устрой мне вечер романтики или чего-то на подобии этого, — предлагает Ву, жестикулируя рукой.       И это каждый раз повторяется, но до тех пор…

***

      Прошел месяц, все жители Тритонии были съедены. Даже сама стража была в этом списке. Пусто. Остались лишь Энни, Дарси, Саша, Плантеры и Грим. Всем им приходилось голодать. Энн переживала этот момент хуже всех: она часто падала в обморок, ее тошнило, она даже не была в состоянии нормально стоять без чьей либо помощи. Но в один день тайка решила попытаться закончить этот кошмар наяву.

***

— Дарси! В Тритонии не осталось абсолютно никого! Все мертвы кроме нас троих с Плантерами и Грима. Для чего тебе нужно было запирать здесь в ловушке всех? Ты могла хотя бы попытаться решить проблему, переправить желающих на другую сторону, но нет! Из-за тебя они сейчас все мертвы, только ты виновата в их смерти! Ты убийца! — Я тоже тебя люблю, птенчик. Энн падает на колени, всхлипывая и вытирая рукой слезы, что все лились из ее глаз. Ву осторожно подходит к девушке, будто не хочет спугнуть ту, и заключает в объятия, нежно проводя ладонью по спине. Шатенка прижимается ближе, сжимает плащ королевы и шепчет: «убийца…» Но Дарси похоже все равно на правду, ведь она не даёт этому никакого значения, лишь садится на колени вместе с Энни. — Энни, прости, но мне нужно кое куда сходить, обещаю я быстро, — шепчет Дарси, целует Бунчой в губы и направляется на выход из тронного зала. Королева заходит в свою комнату, где достает шлем с рогами, который не надевала уже очень давно. Осмотрев его какое-то время, она берет и надевает его на свою голову.

***

      Темнота. Это место, где она общалась с ядром. Она зовёт его, но ей в ответ она лишь слышит свое эхо. — Дитя, что ты здесь забыла? — начинает их диалог отец Андриаса — Олдрич. — Пожалуйста, я так устала… Помогите мне решить проблему с голодом и вирусом! Умоляю… — Слишком поздно для того, чтобы принимать решение… Ты не сможешь выйти из этой ситуации… — Нет, прошу! — Но твоя подруга сможет найти решение… Ступай, дитя…       Дарси снимает шлем, убирая его в дальний угол. Из этого диалога она узнала, что кто-то из ее девушек сможет найти способ выбраться из этого кошмара. Но кто именно? К ней в комнату заходит Бунчой, прикрывая за собой дверь. Ву не помнит, как все дошло до секса, но он был одним из незабываемых впечатлений в жизни черноволосой девушки. Хоть никого во дворце не осталось кроме Саши, Грима и Плантеров, Энни и Дарси пытались действовать тихо, в надежде не привлечь ничьё внимание.

***

Бунчой отстраняется, облизывает свои влажные губы и ложится рядом с Ву. Черноволосая девушка поворачивает свою голову, смотря прямо на ярко жёлтые глаза Бунчой, которые плавно переливаются в голубой оттенок. — Я все равно голодна… — промолвила Энни, пытаясь восстановить свое дыхание. — Тогда мы можем приступить ко второму раунду. — Я в том смысле, что хочу есть… Очень… — Я знаю… Засыпай, солнышко, к утру я что-нибудь придумаю, — шепчет Дарси, беря руку девушки напротив в свою руку, переплетая с ней пальцы. Энни быстро засыпает, но бурчание ее живота все ещё еле слышно доносится до стен. Лунный свет падал ей на лицо, показывая ее милое личико, которое временами кривилось из-за какого-то неприятного сна. Ву проводит рукой по лицу шатенки, убирая волосы, которые перекрывали ее личико, свисая на глаза. — Золотце, я найду любой способ накормить тебя с Сашей, любой…

***

      Энни просыпается рано, но продолжает лежать с бурчанием в животе. Тут в комнату заходит королева и на лице ее сияла улыбка. — Энни, я приготовила тебе небольшой сюрприз, только нужно завязать глаза, а то это уже будет не неожиданно и приятно! — Доброе утро, хорошо, завязывай… — полусонно отвечает тайка. Ву завязывает девушке глаза. Затем, как она закончила возиться с повязкой, она ведёт Энни за руку, чтобы та не покалечилась об что-нибудь. Дарси приводит ее в зал, где стоял протяженный стол. — Можно я уже открою глаза? — Ты что, Энни? Конечно же нет! — Энни? Тебя тоже сюда позвали? — Саша? Похоже, что да… Королева помогает Бунчой сесть на стул рядом с блондинкой, которая уже сидела. — Давайте только не открывать глаза, чтобы все по-честному, — просит Дарси, кладя им тарелки с какой-то приготовленной едой, которая аппетитно пахнет. — Можете брать, пробовать! Только простите, что они такие маленькие… Саша берет первая, слегка откусывает и пробует на вкус. — Ммм! Это вкусно! Ты только попробуй, Энни! Пальчики оближешь! Энни тянется к палочке на блюдце, хватая и пробуя. На вкус необычно. Не сказать, что шик, но и не противно. Вэбрайт догрызла палочку, оставляя пару косточек, которые она не смогла разжевать. — Эй, Дарс, скажи, а как они называются? — спрашивает Вэбрайт. — Палочки по-тритонски, понравились? — Очень! — Не знаю, Дарси, они какие-то… Энни не успевает закончить предложение, так как сняла с себя повязку и видит жуть: она держит в своей руке маленький пальчик, а у Саши на тарелке лежат лишь только кости от пальца, что она съела. Бунчой устремляет свой взгляд на руки Ву, на обеих руках которых отсутствовал мизинец. На месте мизинца была повязка, для того чтобы не вытекала кровь. К Энн пришли рвотные позывы, которые она смогла удержать, не блеванув прямо на стол. Саша решается развязать глаза, так как услышала, что Энн чуть ли не стошнило. Блондинка направив свой взгляд на миску Бунчой, сразу жалеет об этом. Она также закрывает рот рукой, сдерживая рвоту. — Девочки, вам ведь понравилось, ведь так? — с ненормальной улыбкой спрашивает черноволосая, смотря на своих девушек. Перед глазами все плыло. Голова стала кружится, не в силах переваривать эту информацию. Энни прикрывает глаза и падает в обморок.