Достучаться до небес

      OST:

— tAISh — ɅOVИ

      Космос оглушен, Космос подавлен. Он не ожидал, что ситуация, целиком и полностью от него зависящая, повернёт его отношения с Лизой в странную инопланетную плоскость, в которой он не может разобраться. Просто Кос понятия не имеет, как угодить своей женщине, как узнать то, чего она хочет. Или Холмогоров в очередной раз что-то упустил? Упустил то, что Лиза не может жить так, как ей приказали? Что с ней надо считаться и договариваться?       Упустил… Саму Лизу? Свою Лизу?       Быть такого не может!       Но что его ведьма вытворяет? Чего добивается? Ничего особенного в свете последних событий, и желания Лизы Космосу ясны, но расстояния он ненавидит…       Дьявол, Лиза словом не обмолвилась о своих планах!       Через пару дней после скандала, устав от зияющей тишины четырех стен и городского шума, жена Космоса решила вопрос традиционно, как у неё заведено: уехала к Ёлке, которая ждала её в гости. Хорошо, что не в Питер треклятый, где можно спрятаться в дедовской квартире, а в Подмосковье. Выдыхать Лиза уехала не одна, а с Арей, которая настроения родителей отлично осознаёт и они ей не по нраву. С мамой умница-дочь старается не спорить, потому что видит её строгое лицо. Лучше не нагнетать.       Вот как Арька эту истину о маме в свои почти семь лет усвоила, а Космос с поведением Лизы до сих пор свыкнуться не может? Как и терпеть холод, которым Лиза сковывает, стоит чёрной кошке пробежать между ними. Напасть…       Пора выруливать, Холмогоров?       С Лизой же похуже, чем с коксом.       Не выпутаешься, не хочешь того.       После ссоры Космосу словно и нет смысла поступать таким образом, как бы того хотела любимая женщина. Момент упущен, и настроение Лизы говорит о том, что оно ей уже не нужно. Делай, что тебе угодно, Космик. А игра в прятки с Лизой выглядит глупо, но что сказать для правильности Космос не знает.       Как оно вообще бывает «правильно»? Для них ли? Не «вопреки» ли Космос и Лиза бегут по крутым берегам?       Кос в ум взять не может, нужен ли он Лизе? Головой понимает, что, отпустив, сильно облегчит уставшей жене жизнь. Потому и держится от неё на дистанции, если сама уехала от него на безопасное расстояние. Искать себя.       А что ж до души, если она имеется?       Паршиво внутри, куда не повернёшь.       Да и то, что Лиза хочет, согласуется в голове Космоса элементарными истинами: права Лиза и в том, что втроём они живут прекрасно, и все эти дома с помпезными террасами и мансардами им не по шапке. Только вот отказать себе в правоте Космос не может насчёт того, что раз сам заварил кашу с коксом четыре года назад, то и сам разумеет, как из этого клубка порочного выпутаться. Лиза же ситуацию отпустить не желает, как и сидеть в стороне, потому что…       Всё уплывает у неё из рук.       Да, Павлова?..       Лиза в сути осталась той же категоричной дочкой непримиримого отца-судьи, которая не терпит фальши и сама в состоянии быть хозяйкой всему вокруг. Тревожная догадка Космоса не оставляет: Лиза сможет выстроить жизнь без него. У неё хватит сил. Ведь справилась она с полнейшим хаосом, когда буря мглою крыла, причём по милости самого Холмогорова. А вот Кос без Лизы чувствует себя потухшим. Что-то в нём безвозвратно без неё обрывается. И нет тебе того, что упорно вокруг себя сколачиваешь. Фиаско.       Нужен ли идеальный мир Космосу, если Лиза не согласна быть его частью?       На этот вопрос следует ответить честно. Не юлить.       Себя не обмануть…       — Где Косматый-то у нас? — в кабинет к Космосу вваливаются развесёлый Пчёла, у которого с Софико внезапно всё зер гуд и солнце светит, и Белый — ещё один знаток человеческих душ. — Сань, мы его потеряли. Как рубль наебнулся. Блять, ещё одного семнадцатого августа я не переживу. Кос, приём?       Разговоры с друзьями Космос намеренно дозирует всё время после ссоры с Лизой, но они сами решили, что ему следует поменять план. Видно же по роже философской, что не всё с ним кристально чисто. Запутанная история с географией, которая почему-то живёт с дитём у тётки, а не дома с мужем.       — Где Космос? Так, Пчёл, в непонятках из-за нарушения мирового порядка и нашей несравненной сестрицы, — Белов отвечает на вопрос дня вместо Космоса, чем вызывает на лице последнего злую усмешку. — Кос, как делища?       — Чего надо, рептилоиды? — Космос к диалогу не расположен. Настроение подсказывает, что ему надо опять свалить отсюда на дачу, чтобы проконтролировать ход работ, и Арьку перед учебным годом развлечь. Чтобы не скисла, потому что в первом классе будет откровенно скучать — с дедом и матерью школьную программу она два года штудирует и делает успехи. — Не видите, что я размышляю и заметки делаю. Это не вопрос. Констатация факта.       — Констанция… Констанция… Констанция!.. — пропевает Белый почти тем же голосом, как в фильме с Боярским. Наслышан он, какая муха укусила Холмогорова, но Пчёла лучше докапывается и зрит в корень проблемы. Причастный. — Извини, брат, не удержался. Смешные вы. Сколько лет живёте вместе, чего за ёперный театр?       — Белый, мать твою, кончай заливать, она ж по фильму умерла, — Пчёла махнул на Сашу рукой. Не надо ему мрачных ассоциаций с собственной сестрой. — Лизка нам нужна живая и здоровая.       — Свят, свят!.. — Саша успел поймать ошибку за хвост, но Кос по-прежнему не внушает никому добра. Бармалей.       — Не ржать! — Космос догадывается, что товарищи из лучших побуждений к нему пришли и дела бросили до следующего понедельника, но рассказывать лишнее про то, что случилось у него с Лизой, он не готов. — Я в тихом голосе? Чё за концерт?       Заповедь Холмогорова номер раз: ни с кем не обсуждать жену. Даже с тем, кто её очень хорошо знает. Лиза-то может душу отвести, и Ёлке поведать про то, что болит, почти как матери (так оно всегда и было), или очень опосредованно пожаловаться на дурное настроение Софе или Томе, но лишних советчиков к себе тоже не подпускала.       — Кос, народ в офисе водяного одного наблюдает, идёт полмесяца этого безобразия, — укол про сестрицу Пчёла понял и принял, но Лиза упорно ему ничего не рассказывает. Как себя разорвать на этот раз? — Я мораль басни расскажу. Кикимора болотная твоя с лягушонком у Тортиллы премудрой скрылись, и родственник Пчёла туда же вечером едет. К чуме своей заморской. И чё ты сидишь на жопе ровно, Кос?       — Не лезу, Космос, но для начала лучше Лизке на глаза показаться. Это говорю тебе я, — Белов сам в себе разобраться до конца не может — советчик из него на троечку, но казалось, что у Космоса ситуация с женой прозрачнее. Ему подвластно бороться с волнами, потому что русалка одна правит балом. — В общих чертах поняли, что Лизке не по душе пришлось, но тут только вам обоим решать. Нехер тут яйца тянуть. К какому фигу Лизке соплежуй? А, Космос Юрич?       — Это, мать его, я соплежуем заделался? — только этого звания Холмогорову не хватало. — Я сам поеду. К дочери. В отличие от вас, братья, я её воспитываю. Не показываю, сколько на пачке сигарет верблюдов нарисовали. Пчёл, тебя касается! Как, блять, можно додуматься было до такой хероты?       — Зато дочь твоя, Кос, деньги считать научилась раньше, чем в школу пойдёт, — неожиданно вступается за Пчёлкина Саша. В упрощённой науке Вити много житейского. — Сам собираешься? Уже лучше. Делать тут нефиг, а мы с тобой поедем. Свежий ветер понюхаем. На природу посмотрим. Лизка ж не прогонит старую гвардию?       — Лизка? — эта дама умеет быть непредсказуемой. И чем закончится сегодняшний визит к ней — лотерея. — Как же я… — Кос на миг теряет стальную маску. Выдержка изменяет, и тут бы ему не помог и старый способ забываться — произносить вслух его название Кос не станет. С ним же он и борется, и не тянет на грабли. Те, что от Лизы прилетают, примечательнее. — Задолбался без неё, твою дивизию! Рот закрыл на замок, чтобы честь знала, но измор у ведьмы ленинградской куда хлеще, чем мой гонор. По мне не видно?       — Поехали, дочери твоей подарок заодно сделаем, — Пчёла не собирается долго уговаривать Космоса — он же не Лиза, к которой особый подход нужен, но предлог выбран верный. — Дядя Пчёла всё порешал. Не без помощи Белого. Хотела же Арька собаку? Нет, не двух гавкающих родителей — вы, Кос, ей надоесть успели, а щенка-лабрадора с добрыми глазами?       — Ну нафиг, Пчёл, козе баян? — не то, чтобы Космос против подарка, о котором Аря просит достаточно долго, но он убеждён в том, что ему по утрам этот сюрприз выгуливать. Это удручает, но ещё пару недель, и Космос рискует лишиться и этой отцовской привилегии.       — Без «нафиг», ребёнка за хорошее поведение надо поощрить, — Пчёла вступается за племянницу. Зачтётся же, если повезёт жить долго. — Ариадна, Космос, дама деловая и ответственная.       — С чего щедрость такая? Сань, объясни, пока я ключи от машины ищу, — или Кос настолько всем надоел, что Саня и Пчёла пошли на радикальные меры. Взятка борзым щенком — в прямом смысле!       — Человек один из мира спорта кутёнка прислал в знак признательности, — сказал Саша, думая о том, что для Космоса нашёлся отличный предлог не сидеть угрюмым в офисе, а он хотя бы отыскал хорошую хозяйку для животины. — Он игрушечный пока какой-то. Тебе нужнее для налаживания контакта с Лизкой. Я прав?       — С женой не законтачусь, бля? — Космос праведно возмущается: Лиза — это исключительно его война. Друзья развели руками, сделав вид, что поверили ему и на вопрос этот даже не стоит отвечать.       — Дело за малым, — Пчёле самому надоело торчать в душном офисе на Цветном. Душа требует свободы и вольного ветра. — По коням?       — Мчим, архаровцы! — отвечает за всех Саша, жирно намекая, что он сегодня главный из делегации.       Как и всегда в подобных моментах.       Правда, цветами по мордасам рискуют получить все трое одинаково. Космос заслуженно от Лизы, Пчёла воинственно от Софы, а Белый…       За компанию проклятья послушает, чем проявит мужскую солидарность. От Ольги же маловато прилетает.       — Пёсиля-то не забудь, Сань, — впопыхах напоминает Пчёла, которого в загородном доме Ёлки ждёт Софа, потому он и всех и подгоняет.       — Спасибо, — куда более мягко выходит у Космоса поблагодарить друзей, чем пять минут назад.       — Чем бы дитя ни тешилось…       А Кос таит надежду на то, что Лиза готова с ним разговаривать. Как будто бы он вынужденно оказался году в девяностом, собирается с силами для поездки в Ленинград и изобретает, как уговорить Лизу вернуться к нему.       Домой. В Москву. Забыть холод.       Но нынче ставки серьёзнее пошли. И Лиза не боится резать.       Либо да, либо нет.       Решайся, Холмогоров.       Лови!..

***

OST:

— tAISh — ДЕРЗКАЯ

      Ёлка предчувствовала материнским сердцем, что Лиза неминуемо придёт к ней с непростым разговором о личном. Просто она отдаст себе отчёт в том, что не желает быть чьей-то тенью, даже если это её любимый муж. Ей важно быть услышанной. Любовь никуда не денется, но есть устремления, с которыми надо считаться. Обоим.       Следовало договариваться в очередной раз, раз что-то стёрлось и забылось в суете и за давностью лет, проведённых вместе под одной крышей, но Чернова была бы очень сильно удивлена, если для начала её Лизка не наступила бы на грабли скандала. Не взорвала бы гранату первой, напоминая про правила игры и свои стремления, которые нельзя игнорировать. С детства Лиза такова: может и промолчать сначала, тихо анализировать обстановку и не кусаться, а потом покажет клыки и останется при своём.       Без обид.       Лиза готова к компромиссам, но они должны быть обоюдны. Космос, казалось бы, давно разобрался и в характере, и в склонностях Лизы, но захотел нехитрым путём идти к своему безупречному миру. Ворваться в него, показывая, что он перечёркивает годы зависимости и малодушия, которыми бесконечно ранил Лизу и себя самого. Лиза же не согласна с Космосом, и в поведении его она видит больше острых камней и углов, которые могли всё повернуть на прежние круги. В схемах Космоса Лиза не находит себе места, о чём говорит ему прямо в лоб, а он упёрся в истинность своего пути.       Что делать дальше? Доказывать каждому собственную правоту? С пеной у рта кричать? Кулаками в стены бить?       Риторические вопросы…       Ёлка сама бы дров наломала, оказавшись в возрасте племянницы.       Голова Лизы же разрывалась от напряжения, которое сковало её в квартире на Кудринской, из-за чего она и заявила Холмогорову, что ей надо взять паузу от неразрешённых проблем. Ёлка не раз и не два приглашала племянницу пожить в коттедже вместе с Арькой неделю-другую. В кошки-мышки Лиза давным-давно наигралась, а эмоциям нужно дать остыть. Кос не вздумал вставлять палки в колёса и чинить запреты, понимая, что с трудом делает вид радушия при дочери. Новый спор с Лизой буквально бы выбил его из строя. Если уже не выбил.       Актёрская игра во «всё нормально» без всякого уровня мастерства. Хромая.       И у мужа, и у жены.       Потому ёжики скрылись в тумане. Космос остался наедине с собой в привычной Москве, а Лиза уютно квартирует у Ёлки. Знакомая ситуация, которая повторялась не раз и не два, только Питер в локациях не фигурирует: Чернова сменила прописку. Билеты в последний момент покупать не нужно; обойдёмся без романтики перелётов. И ребёнку Холмогоровых восьмой год пошел: шило от Арьки в мешке не утаить. У родителей её мудрости житейской не прибавилось, раз резко перехотели договариваться. Куда бегут?       Космос идеальный мир вздумал построить и ошибки медным тазом накрыть, а Лиза…       Лиза никуда не бежит, но точно знает, чего хочет — жить, ничего не изображая. Не быть послушной куклой.       И залезть в голову мужа Лиза не может. Должен же Космос сам дойти до того, что с ними случилось нечто неправильное. Домик накренился, а он об этом не подумал…       А в Подмосковье хорошо. Вольготно.       Лиза дышит свободно и приходит в себя, отдыхает от суеты большого города и проводит больше времени вместе с Арюшей. В Москве же Лиза задыхается от жары, взаимного молчания с Космосом и обилия не самых лучших новостей из синего ящика. С последними у неё есть личный информатор — это раздосадованный Пчёла, у которого слова «дефолт» и «трындец» ходят исключительно в паре. Софе этот круглосуточный канал о финансах, что поют романсы, успел проесть невидимую плешь, а Лизу кровная связь обязывает слушать родимого братца. Ведь это она в семье человек с кандидатской степенью.       На свою голову.       — Честно говоря, родная, я не представляю, что будет дальше, — заявляет Лиза в один из вечеров у Черновой. Сегодня у них в доме собралось чисто женское общество (Софа игралась с детьми на площадке, и временно в беседах Ёлки и Лизы не участия не принимала), потому что даже хозяин коттеджа Рафалович уехал в Питер по делам. Запретных тем для разговоров не было. — Молчать я могу долго, но Космос тоже упорный, где не надо. Всё сошлось. И ты с дядей Лёней к себе позвала, и эта ссора дурацкая.       — Через сколько грянет Арькино первое сентября? — Ёлка принялась рассматривать откидной календарь. Арюше скоро идти в первый класс. Кто бы мог подумать, что жизнь так стремительно летит? Ёлка могла, но… Думала об этом в последнюю очередь. Потому что в её судьбе всё наоборот. Сначала Лиза сделала её бабушкой, и только через год в семье Ёлки и Рафа появилась Настенька. — Две недели всего-то. Дети растут с неимоверной скоростью. Но чем у родителей Аречки заняты буйные головы?       — Да, Ёлочка, Арю в школу готовить надо, а у меня голова дурная…       Тем более Арьку тоже интересует, почему папа приезжает в Ёлочкин посёлок только за ней. Они гуляют и едят мороженое, катаются на аттракционах, но потом папа везёт Арю обратно к Ёлке, а не домой, прихватив с собой маму. И папа говорит Аре, что пока так надо, чтобы потом всё стало совсем хорошо. Но ведь хорошо-то было дома!       Взрослеющей Ариадне в поведении родителей многое казалось подозрительным.       — И я тоже была молодая, и голова была подурнее твоей. Дерзкая. Потому что были и расход громкий, и развод тихий, и снова твой еврейский крёстный отец дядя Лёня объявился. Дочь в сорокет рожу, кто бы предполагал? А твоя вторая голова, Лиза, берёт пример с тебя, — Ёлка никого не хочет оправдывать, но Космос и Лиза стоят друг друга. Подобрались удачно, но выстреливает временами у обоих. — Может, надо поговорить с Космосом, когда он Арьку на развлечения возит?       — Первого сентября на линейке встретимся, если он помнит, что Арьку я определила в ближайшую к дому школу, — к слову, с этим решением Космос согласился: гения лепить из дочери он не собирался. И усложнять Арьке жизнь. — Плевать мне, что у людей его круга не принято по таким местам ходить. Он пойдёт. У нас растёт отнюдь не ангел в сахарном сиропе. Потому никаких образцовых заведений, а нормальная школа, где присутствует дисциплина.       — Первое сентября в первом классе — это, милая моя, даже не полбеды, но меня тоже больше волнует другое, — главное, что к учёбе морально готова сама Аря, у которой есть классный портфель с диснеевской Русалочкой и пенал с забавными лягушками, а в остальном следует разобраться с её родителями. — У вас с Космосом всё третье сентября глаза застилает, как в песне. С ровного места. Какие костры рябин горят… Шут разбери!       — Вызывай экзорциста или Шуфутинского поставь, Ёлочка, но поэзией подобной двум бурям не поможешь, — Лиза догадывается, что Кос решил взять её измором, если принял на себя старую тактику её поведения и общался с ней только по поводу Арьки, но как себя подготовить к разговору с ним она не знает. — И есть ли смысл доказывать что-то моему мужу, которого прошибают лишь громы и молнии?       — Сам он гром, а ты, Лиза, молния. У обоих песня старая в голову ударила, которую забыть успели. И с домом этим, и с тем, что сначала обсуждать детали надо, а не одному на плечах всё тащить, фигов Атлант, — с одной стороны, Ёлке хочется похвалить Космоса, а с другой — она хорошо помнит, на ком он женат. И что Лизу перед фактом не поставишь.       — Я ничего не забываю, — провалами в памяти Холмогорова не страдает.       — Я не сомневаюсь, но что ж мужу не напоминала? Это же мужики, намекать бесполезно! — не понимают мужчины ухищрений женских, а если и приходит к ним осознание, то плевали они на эти интриги.       Вот и Космос точно пойдёт на абордаж первым. Это Ёлке опыт подсказывает.       — Есть одна чувствительная тема, её стороной обходила, — хоть после рождения Ари Лиза и призналась Космосу в том, что Боливар не выдержит двоих. — Казалось, всё ясно. Очевидная вещь. Ты же меня поняла?       — Безусловно. Дети — это здорово, но мы имеем то, что есть риски, — здесь Ёлке с Лизой трудно поспорить. Но жизнь непредсказуема, а Лиза бывает очень самоуверенной. — Коса можно понять. Насмотрелся на пригожую дочку, и думает, что во второй раз тоже свезёт. И ещё глазами на тебя такими глядит, что видно сразу — любит, собака. Вот и что дальше, дети мои?       — Любит, Ёлочка, но после купания в ямах Подмосковья в определённых вопросах Космос обнулился начисто, — Лиза же помнит всё. И если раньше Космос только умело делал вид, что согласен с ней почти во всем, что касалось их личного, то ныне маски сброшены. Надо говорить прямо. — Возможно, раньше я не столь четко поясняла Космосу, чего быть не может. Он же помнил, как Аря далась тяжело, и криков адских наслушаться успел, пока скорая не ехала. Мыслей посторонних не было. Но потом случился кокс, у меня руки опустились. Какие тут варианты, кроме тех, что меня и на Арьку не хватает?       — Допустим, ты снова беременная, что в вашем случае немудрено, — Ёлка моделирует перед Лизой житейскую ситуацию. Хотела посмотреть на её реакцию. В девяносто первом Елене казалось удивительным то, что Аря появилась на свет через девять месяцев после свадьбы. Она всерьёз думала, что счастливое событие могло произойти раньше, потому что ветер в головах Космоса и Лизы гулял изрядный. — На прерывание без показаний тебе сил не хватит, потому что ты по определению не сможешь на это пойти. Твой ребёнок, тебе с этим жить. Что делать-то станешь, Лизка? Думала об этом?       — Стоп, хвойная, не драматизируй, — Чернова умело её читает, а Лиза действительно, не в пример многим сверстницам, никогда бы не решилась на аборт, не имея к тому никаких показаний, кроме собственного «не желаю». Она никого не осуждает и ни к кому не лезет с нравоучениями, но Лиза бы трудно с этим жила. — Поссорились мы не только из-за моего нежелания явить Арьке конкурента. Кос оказывается у нас рад тому, что я год назад ему вдолбила в голову про его личное желание лечиться. И всё взвалил на себя, а после скандала так и подавно никого не послушает. Легче ему справляться с собой. Без меня.       — И ты резко почувствовала, что всё бы устроила для него удачнее? — Ёлка хорошо знает и Космоса, и свою племянницу: порывисты, но копить негатив умеют с усердием. И у обоих временами возникает специфическое понимание того, что друг для друга лучше. Забота на уровне. — Лиза, не снимаю с Коса ответственности за то, что с вами происходит, но можешь ли ты всё держать одна? Не отвечай, но у тебя муж есть. Слава Богу, вас двое. Пускай распутывает, раз припёрло. Ему нужна ты и твоя поддержка. Куда Космос от тебя?       — У меня есть чувство, что он отгораживается, как будто не я была с ним все эти годы по своей воле, — Лизу это и раздражало, и одновременно заставляло отгородиться от мужа, который опять заигрался. Её раздирало из стороны в сторону. Болванчиком. — Мы вместе одиннадцать, мать вашу, лет! Одиннадцать!..       Лиза с чувством хлопнула по столешнице, чем напомнила Ёлке самого же грозного Космоса. Не проходит даром долгая совместная жизнь, что и говорить. Результат налицо.       — Может, развести вас взаправду? Как тебе такой расклад, Лиза? — насмешливо предлагает Ёлка, внимательно наблюдая за яростными голубыми глазами Лизы.       Они метали молнии в невидимую двухметровую мишень… По имени Космос Юрьевич Холмогоров. Сомнений нет.       — Всё грозишься, — Лиза на давнишнюю шутку тётки научилась внимания не обращать.       Пускай и в этой шутке есть только доля смеха. Да и в памятные моменты Ёлке было не до смеха: видеть, как Лиза убивается по мужу в девяносто пятом, железной леди со стажем было трудно. Но Ёлка сама допустила эти отношения и жизнь любимого ребёнка в Москве, и Лиза с Косом ни у кого не спрашивали разрешения. Сами вершат судьбу.       Бешеные дети.       — В чём же тогда дело, если угрозы не принимаются? — кроме того, что Лиза всё придумала, расписала и сама себе истина в последней инстанции.       — Мне горько осознавать, что Кос опять решил всё за двоих. Не ставить меня в известность насчёт лечения — это край. Мы же не соседи по квартире. Но не грузись, я сам, у меня всё получается. Плавали в этих водах. Да, я не раз просила его, чтобы изъявил желание меняться сам, но не посвящать меня?       — Понимаю, быть равнодушным зрителем ты не умеешь. Но тогда вопрос… — Ёлка собирается спросить у Лизы то, что она должна знать про мужа в первую очередь. Молчание неугомонных супругов неприлично долго затянулось. — Космос где шатается?       — В депрессии обитает, если каждый раз по приезду меня взглядом прожигает, — голос Лизы полон сарказма. Она уверена в том, что Кос занял выжидательную стратегию по отношению к ней, а в остальном — он по-прежнему управляет дачной стройкой и больше времени проводит в офисе. Не дает повода, зараза. — Нет, жить можно. Я с ним на одном уровне. Просто климат у тебя дома, Ёлочка, лучше. И я продумала в голове диалог для объяснения. Только даже в моем сознании Космос идёт наперекор!       — Предъявишь счёт за лучшие годы жизни, дочь? — Чернова хочет копнуть глубже. Понимает она, что Лиза снова перед выбором. И заставляет Космоса посмотреть правде в глаза: она всегда будет рядом, плечом к плечу, но не за спиной без солнца и света. Иначе сказка не имеет смысла. — Или у тебя есть план круче? Ты же управишься! Хотя куда тебе до закидонов сына профессора астрофизики. Припомню ему!..       — Ничего припоминать не надо, Ёлочка, — Холмогорова отмахивается, не допуская глобальной семейной разборки. Звездные войны с Космосом Лиза и сама умеет вести.       И выигрывать. Ради него же.       — Тогда у тебя один выход, Лиза, — Ёлка всегда придёт на помощь и защитит Лизу так, как бы никто в мире не смог — такова любовь родителя, но там, где к порядку не могут вернуться двое, голос третьего губителен. — Космос, конечно, стервец. Послать его к чёртовой бабушке или никуда от себя не отпустить — твой выбор. Но говорить и слушать друг друга — это обязательная часть программы. Не Арьки ради, а ради себя самих. Как и в двадцать, как и в тридцать, и в мои почти пятьдесят. Аксиома ясна?       — Более чем, хвойная…       И всё же Лиза правильно сделала, сменив дислокацию и попросив помощи у Ёлки. В висках шумит значительно меньше, а в душе…       В душе прежний молот. Не то огонь, не то волны. Ничего не поменялось.       Круг лишь крепче замкнулся на одном человеке, а сердце ищет родное сердце. Инопланетное и непостижимое.       И крыть Лизе нечем. Не каждый раз её выручает собственная категоричность, а Космоса — его эмоциональность и желание быть центром вселенной.       Надо лишь услышать друг друга…       Но для начала посмотреть в глаза. Прямо и без утайки.       И ничего не выяснять в сумбуре. Из-за этого только хуже.       Нестерпимо…       Внезапную тишину на кухне нарушает Настя, которой захотелось взобраться к Лизе на колени. Сестре не откажешь. Ребёнок явно спешил к Лизе, что повышает градус любопытства.       Лиза сама была такая.       Маленькая и забавная.       Сдавала детские секреты Ёлке, грузила её подростковыми проблемами, а потом и делилась взрослыми переживаниями.       — Лиза, я сказала, что пить хочу, а сама побежала сюда, потому что Софа на террасе Космоса, Витю и их друга тормознула, — деловитая Настя, как истинная дочь Лёни Рафаловича, выдаёт матери и сестре соль ситуации. — У них в машине «Лебедь на пруду» орёт, и Софе это не нравится. Это из-за тебя?       — На переговоры приехали, — резюмирует Ёлка, удивляясь тому, как её Настасья сообразила, что надо делать. — Не завидую. Софа молодцам разгон даст. Не заржавеет.       — А Арька-то моя чего с тобой не пошла? — только и смогла вымолвить Лиза, пытаясь переварить поток информации от Насти.       — Арьке дядька, который Сашей Белым назвался, собачку привез, какую она и хотела, — что означает — для окружающего мира Аря пропала на добрую половину дня. Дядьки дочь полка удружили. Папа в вопросе домашних животных ещё недавно был строг; идея с собакой ему принадлежать не может. — Пошли встречать? Мам?..       — Сейчас я их встречу, дочечка, — к концертам Елене не привыкать, но раз мушкетеры приехали почти полным набором — скучать Лизе точно не придётся. — Елизавета Алексеевна, с мужем своим Космосом столкнуться лицом к лицу не желаете?       — Собаку привёз, как же?..       Лиза мысленно досчитала до десяти и глубоко выдохнула. Она владеет собой, и она ждала, что Космос приедет. Но младшей сестре не объяснишь свои манипуляции ради спокойствия, а у Ёлки они вообще вызывают смех. Когда Настя потягивает Лизу за руку к выходу из коттеджа, она подчиняется.       Только просит маленькую копию Ёлки об одном…       — Пошли с веранды на втором этаже за нашими понаблюдаем, Настюш? Не откажешь старшей сестре? — Лиза смотрит на Настю умильно. Или умоляюще. Не разобрать.       — Космос всё равно тебя увидит, потому что ты высокая и красивая, — Настенька соглашается с замыслом Елизаветы. Но выдаёт нюансы. — А он большой и с цветами. Софа оценила, но сказала, что бить пока не будет.       — Даже так? — Космос подготовился основательно.       — Я всё видела, Лиз…       Детская наблюдательность похвальна. Настя чувствует себя причастной к заговору во имя сестры, и ей это нравится. А Космос должен ей шоколадку.

***

OST:

— Владимир Пресняков — Достучаться до небес

      С веранды Лиза замечает то, как счастливо и беззаботно её Аречка носится с щенком по участку, обнимаясь с ним и совершенно забывая про маму и папу и то, что может налететь на клумбу с розами. Щенок на вид казался очень милым и послушным, чуть любопытным, но сразу принявшим, кто есть его хозяйка. Сбылась мечта Ариадны. Такая понятная и простая.       Всё проще, чем у скучных взрослых.       Лиза уже услышала, что Аря назвала животинку Скруджем. Похвально.       — Пчёл, Сань… Обнаглели, граждане хорошие! — голос Голиковой призывает к порядку, о котором в гостях у Ёлки на сегодня можно было забыть. Смело. — Живность припёрли без согласования, музыка на всю Ивановскую хреначит, дети от рук отбиваются. Думаете, к Лизке пущу этого обормота? Витя́!       — Софа, помилуй! Софа, сжалься… Софа-а-а!..       Витя и Саша снуют вокруг Софы вместе с Тёмычем. Они заверяют Софу, что Коса по пути поймали: чего было его одного в Москве оставлять? И собаку от верной смерти в будке спасли, но только не учли того, что к лабрадору прилагалась куча прибамбасов в багажнике и на помесь с дворнягой он ни капли не похож. Но чем не легенда?       Софа делает вид, что верит курилкам, и, оставив сына Вите, уходит кататься на качелях, ощущая, что ей легко и свободно. Того же она желает и Сашке, который чёрт знает, что здесь забыл, а не у жены, и Лизе, которая стоит на веранде и молчит.       Ждёт, затаилась, но свои алмазные омуты не прячет. Не умеет.       Это так похоже на Лизу. И Настя её тоже покинула, заметив, как Арьке без неё весело.       Мало ли Настя без Арьки скучает?       А Космосу не до шуток. Особенно, когда он подходит ближе к дому, удерживая в правой руке букет миниатюрных роз, и просит Лизу задержаться на месте. Даже чёрный «Мерседес», из которого на всю округу доносится любимая косовская «Девочка-пай», давно перестал шокировать Лизу, а вот Кос, который не хочет, чтобы она спустилась к нему, настораживает.       Что Холмогоров задумал? За какие грехи цветы в ладони мнёт?       Лизины же любимые…       Розовые розы.       — Выглядишь отпадно, жена, — Кос начинает разговор первым. Сразу с козырей. По традиции.       — Космос, я спущусь? — всё-таки предлагает Лиза, не допуская вероломства в этой почти кинематографичной сцене. Угораздило же. — Цветы зачем мнёшь? В чём они виноваты?       Час назад Лиза построила в голове стройную линию поведения с Космосом, а сейчас…       Надеется не спугнуть хрупкое равновесие.       И ничего припоминать не желает.       — Нет, стой там, где стоишь, Павлова, — Кос чувствует, что момент для объяснений он выбрал не самый подходящий, но Аря занята питомцем, а остальные ушли в дом, чтобы отведать рюмку чая с коньяком за хорошую встречу. — Лучше будет так. Согласна?       — Ладно, муж, — Лиза нерешительно пожимает плечами, — но это мои цветы. Верно?       — Твои, Лизка, — Космос до жути ненавидит подбирать слова и его вечные клятвы Лизе могли запросто надоесть, но он не сдаётся. — Не перебивай. Это важно.       Лиза и не думает сбивать Космоса с пути, но он сам на минуту замолкает. И вообще слова как-то рубит. Чтобы потом сама решила, что сделать с ним и его речами.       — Алмазная, я утром был уверен в том, что мы доигрались. За каким хреном я тебе такой мутный сдался, и что я тебя упускаю, — букет всё больше и больше теряет товарный вид, но Космосу на это наплевать. Он смотрит на Лизу, лицо которой совсем не таило обид и туч. Она казалась ему светлой, пускай и потерянной. — Дурак. Думаю, как тебе лучше будет, у тебя не спросив. Я не этого хотел. И ты тоже. Да?       — Да, Кос, ты прав, — Лиза робко кивает головой, запутив пальцы в волосы — верный признак того, что она оказалась в не самой ожидаемой ситуации. — Ты забыл, что один на себе ничего не вывезешь, а я забыла, что моя категоричность не доводит до добра. Не по тексту пошли, пожар случился. Ты тушить приехал?       — Как видишь, — Кос рад, что Лиза не закрывается от него. Он видит её глаза, и они с теплотой на него смотрят.       Самые прекрасные и родные на свете глаза-алмазы…       — Я ждала, — сначала проклинала, корила за молчание, растила снежный ком…       И от этого высоковольтного тока внутри устала.       — Мы не этого хотели, Лиза, — что выросло, то выросло, и Космос считает слова Лизы справедливыми. На пользу проживание с тёткой пошло. — И я чего всё это завёл…       Признание Космосу даётся с трудом. Но он обязан первым произнести заветные фразы, чтобы его история с Лизой получила продолжение. Кос надеется на то, что долгое, потому что размениваться никогда не собирался, а что дальше их ждёт…       Гадать напрасно. Знает только Бог.       И то…       Доброжелатели Холмогорову в спину бросают, чтобы Бога не трогал.       Кос ничего о себе не забывает. К совести чужой не взывает. Просто хочет быть рядом с той, которая разрезает в нём темноту.       — Говори, Кос, — Лиза искренне переживает и за цветы, и за то, что небо темнеет. К дождю. Космос неминуемо промокнет.       — Я однажды пояснил, что мне нужна ты, и с тех пор ничего не поменялось, — Кос переходит к сути. Он за эту суть давно в ЗАГСе расписался, а всё боится, что упорхнёт. Но другие тропы ему без надобности. — Помнишь об этом?       — Это «однажды» было и две недели назад, дорогой, — Лиза не удержалась от ёрничества. На лице у неё расплылась плутовская усмешка.       Разрази её гром!       Она не специально.       — Несносная женщина, — Космос принял тот факт, что Лиза может выпалить ему всё, что её душеньке угодно. И никуда не денешься. — Тебе всё шутки?       — Брось, это взаимно, Холмогоров, — Лиза опирается на перила, стремясь внимательнее разглядеть лицо мужа, который маячил перед ней, как пацан.       Такого Космоса она очень любит. Он настоящий. Тот самый.       — Короче, вместе решим, как быть дальше, зараза неугомонная, — Кос объявляет это почти торжественно. Лиза улыбается, а это означает то, что она с ним не спорит.       Она и зараза, и неугомонная, и алмазная, но тоже держит в сердце то, что только вдвоём у них всё выгорит. Когда они не скрываются друг от друга.       — Я тоже об этом хотела сказать, Космос, — умиротворённо вымолвила Лиза.       Никакой хитрости. И до кокетки ей далеко. И до романтики тоже.       — Люблю — трамвай куплю… Это само собой! — от этого выпада Космоса Лиза прыснула смехом, но в следующий миг в неё полетел букет, который она еле-еле успевает поймать.       Чуть примятый, но красоту не растерявший.       Как характеристика для того, кто его подарил…       — А если бы я не поймала, Кос? — теперь Лизе действительно легче. Напряжение последних недель её покинуло, и кажется, что и Космоса тоже. Нет, так и есть.       Без «кажется».       — Обязательно бы поймала, алмазная, — дождь затарабанил сильнее, но Кос его не замечает. Мелочь. — Меня ж поймала?       — Здесь у нас равный счёт, — Лиза прижимает букет к груди, с наслаждением вдыхая чистый и свежий аромат нежных роз. — Космос, намокнешь. Арьку домой загоняй!       — Не сахарный, а наша дама без нас пьёт чай с конфетами минут пять, — Кос не может не отметить шустрость дочери.       — Тогда я к тебе? — Лиза хочет спуститься к Космосу, как нормальный человек, но он жестом предлагает ей неожиданный вариант действия. — Ого! Я правильно думаю?       — Полезай, и цветы с собой возьми, — не думал Космос, что ловить Лизу сегодня придётся и в прямом, и в переносном, но чем не шутит окаянный чёрт?       Шутит. Постоянно. Мастерски.       Издевается.       — Космос, ты неисправим, — Лиза качает головой, но она готова принять предложение мужа. Мало ли они по ленинградским крышам в юности гуляли?       Мало. Всё больше по московским ухабам носило. С треском.       — Да, алмазная, не отрицаю, — Кос тянет к Лизе руки, мысленно благодаря её родственников за то, что дом они возвели не самый высокий. Удобный для вылазок.       — Кости длинные не соберёшь мои, — Лиза не представляет, как она в данный момент выглядит, но выражение лица у неё глупое. Как у кошки, застигнутой врасплох. — Руки, Кос!              — Ловлю, ловлю!       — О, Боже!..       Манёвр Холмогорова удаётся с блеском: Лиза моргнуть не успевает, как оказывается в руках крепких, но удерживающих её трепетно, словно она невесомая. Никто не пострадал, кроме несчастных цветов. Розы лежат на зелёной лужайке немыми свидетелями августовского дождя и объятий, которые сковали Космоса и Лизу, позволяя отдышаться и посмотреть друг другу в глаза. Этого достаточно, чтобы понять, как разрушала обоих пустота.       С остальным, так или иначе, Космос и Лиза совладать могут. Научились.       Но дождь усиливается, и Лиза, опомнившись, подбирает чуть испачканные розы, аккуратно прислоняет их к себе и благодарно смотрит на мужа. Кос не пытается угадать, чего Лиза хочет.       Куда идти? Какие у неё мысли в голове?       Как выстрелит?       — Кос?..       — Я!..       — Арькина заместительница успела сказать по секрету, что ты должен ей шоколадку, — Лиза сама купит маленькой сестре лакомство. И Аре тоже, чтобы подсластить пилюлю перед учебным годом. — Что, Космос, подкуп Ёлки-младшей удался?       — Удался, без промаха, — дочь Рафаловича сработала успешно. Или просто фортуна решила показать Косу приглядную сторону. — Я старался. Ради тебя, алмазная.       — У тебя получилось…       Доказывать Лизе ничего не стоит. Она и без того верит Космосу. И в него.       В этом и секрет сердца, которое любит.       Могло ли быть иначе?..       — Мам, вы где? — до Холмогоровых долетает звонкий Арькин голосок. Она не расстаётся с новым другом, которого сразу же принялась воспитывать, но сумасшедшие родители в моменте беспокоят сильнее. Дрессировке не поддаются. — Папа, слышишь?       — Слышу, Ёж, мы идём! — ответ у Космоса и Лизы получился синхронный.       И оба назвали дочку Ежом. Не сговариваясь.       Спорить нет смысла. Лиза довольна, а Космосу хорошо. Волшебно и крышу сносит от облегчения. Но жена снова вздумала его обескуражить.       Шоколадкой, шутиха, шоколадкой!       Нет, Коса не переубедить: все женщины по природе ведьмы. Вне зависимости от возраста и социального статуса. Особенно одна голубоглазая уроженка Ленинграда, любящая чёрных котов и милые цветы. Которая досталась ему. Которая стала причиной того, что он не утратил в себе живое.       Которую он назвал женой, и имя которой несёт в себе столько смысла.       Лиза…       Холмогорова или Павлова? Всё равно — его Лиза, в чём сомнений никогда не было.       На том и споры окончены.       И безмолвия достаточно.       — Идём домой, Кос!..       Лиза требовательно берёт Космоса за руку, ощутив, как с неба сильнее закрапал дождь. В голове молнией проскользнула мысль, что это хороший знак. Добрый. Как знак того, что и до небес можно достучаться…       Поверить в будущее.       Важно не упустить самое ценное. Пусть и говорит людская молва, что в любовь верят только полнейшие идиоты. Неутешительное для себя звание Космос и Лиза не отбрасывают и не отрицают его справедливость. Как-нибудь переживут его существование и посмеются над собой, но…       Во что же тогда верить? Как не друг в друга?..       И в то, что всё пережитое имеет смысл…

Идеалы рушатся, эпохи сменяются, но настоящие чувства неподвластны расчёту. Космос и Лиза не должны были жить в одном городе и любить друг друга, но всё же…

      Сделали выбор.

______________________________________

13 ноября 2022 — 14 июня 2026 гг.

Появление трилогии «Небо» в жизни автора: зима 2018-го.

С любовью и признанием ко всем читателям! Маме, сестре, друзьям. Всем, кто верит в меня и любит.

Памяти бабушки, которая вложила в меня то, что незыблемо… Памяти дяди — человеку из тех самых 90-х, который прожил жизнь ярко и ушёл на взлете.