Поймаешь?

А там — закат из неба сотворил Глубокий многоцветный кубок. Руки Одна заря закинула к другой, И сестры двух небес прядут один — То розовый, то голубой туман. И в море утопающая туча В предсмертном гневе мечет из очей То красные, то синие огни. * Над морем — штиль. Под всеми парусами Стоит красавица — морская яхта. На тонкой мачте — маленький фонарь Что камень драгоценной фероньеры, Горит над матовым челом небес.

Аннет запрокинула голову и посмотрела на голубое безоблачное небо. Быть может, остаться здесь навсегда? Она не знала ни то как здесь оказалась, ни то что это за место. Но это было сродни родному. Как будто ты снова в родительском доме. Она развернулась и зашагала по полю. Вокруг золотились пушистые колосья, тянулись к свету луговые неприметные цветы. Показавшаяся черная полоса дороги, как шрам, изрезала это место. Аннет чувствовала себя оторванной от всего и всех. Здесь бесконечное теплое лето. Знойное солнце слепит, а ветер раздувает одежду и играет с волосами. Почти подойдя к дороге, руку что-то связало и остановило. Девушка перевела взгляд, и увидела тонкие красную и белую нити, туго обмотанные вокруг запястья. Проследив, от чего они идут, Аннет наткнулась на того же парня из недавнего сна. Незнакомец стоял в метрах трёх, выжидающе и обеспокоенно смотрел, склонив голову вправо. — Это сон? — прошептала Аннет. Он дернул плечами и сделал несколько шагов назад, пока нити полностью не натянулись. Ещё шаг. Нити глубоко прорезали его запястье. Потекла кровь. Аннет хотела крикнуть, но в горле пересохло. Она крепко зажмурила глаза. Не было ни одного звука. Девушка почувствовала, что на руке больше ничего нет. Приоткрыв веки, она начала испуганно оглядываться по сторонам: всё вокруг красное, а ноги по щиколотку стоят в бордовой жидкости. Кровь? Аннет побледнела, и ступила назад, прикрывая губы одной ладонью. Наткнулась на что-то твердое, и полетела спиной в глубину. Резко распахнув глаза, девушка глубоко вдохнула. Каких-либо сил чтобы среагировать на увиденное просто не было. Аннет протянула руку вверх, и проверила дрожащее запястье. Ничего. Что за нити? Почему кровь? Почему снова ты? Почему? Рука обессилено упала на простыни, и девушка повернулась к свету. Квартира Софи. Белая оконная рама тянулась к полу, открывая вид на спальный район и чистое утреннее небо. Аннет поднялась, заметила заранее приготовленные тапочки, и одев их, прошла на балкон. Облокотив руки о перила, девушка сощурилась, взглянув на восходящее алое солнце. Здания и предметы отбрасывали контрастные тени, и они ползли, как змеи, по мере того, как поднималось светило. Город был пуст: в воскресенье все старались поспать подольше. Только лишь редкие легковые, грузовые машины и пение птиц нарушал сонную тишину нового дня. Аннет в последний раз посмотрела на дома, и покинув комнату, прошла на кухню. Небольшое квадратное помещение было усыпано яркими бликами из-за люстры с хрусталиками. Окно было приоткрыто, и она заметила свои заботливо оставленные вещи на сушилке. У плиты что-то старательно готовила Софи. В нос ударил запах варенного мяса. — Ну как самочувствие, ми-и-и-с? — протянула Софи, и прикрыла суп крышкой. — Голова раскалывается и руки болят, — Аннет прошла вперёд, и взглянула на приготовленное. — Хэджангук?* Софи нахмурилась и быстро кивнула. — На тебе лица нет, сходи в ванную, она в твоем распоряжении. Я пока поищу тебе антиагреганты*. — Спасибо, — Аннет улыбнулась, и покинула помещение.

***

После раннего завтрака, Аннет и Софи, собравшись, покинули квартиру около 9 утра. Несмотря на то, что на улице апрель и время раннее, было необычайно тепло. Солнце ещё далеко от зенита, но температура, высвечивающая на табло машины, показывала +24. Аннет откинулась на спинку сиденья и достала солнцезащитные очки. — Показывает, что до Пусана 5 часов 20 минут, — подала голос Софи. — Едем? — Конечно. Софи выжала педаль тормоза и перевела селектор в режим D. Она выехала на дорогу и разгонялась до тех пор, пока пейзажи Сеула не стали проноситься мимо, пока светлые поля не стали перекатываться в волны, пока не почувствовала, что едет прямо по светлым облакам. Когда Софи была маленькой, машины ей казались чем-то вроде космических кораблей, способных отвозить в любое место назначения. Словно они мчались по Млечному пути, огибали созвездия, летели наравне с готовыми закончить свой жизненный цикл, звездами. И сейчас они ехали по длинным извилистым дорогам и шоссе, мимо многих населенных пунктов и городов. До Тэгу Аннет и Софи добрались за 4 часа: здесь совершили остановку для заправки и малого обеда, состоящего из рисовой лапши и клубничного молока. По мере того, как они приближались к юго-восточному побережью, плоские здания города и однотипные дороги начали сменяться пихтовыми деревьями и выступающими скалами красных горных пород. Спустя 19 минут показался пляж Дадаепо: конечная цель маршрута. Софи припарковала машину и взглянула на синее море. — Мы на месте, — констатировала девушка, и взглянула на Аннет. — Я пойду вперед, догоняй, — и она покинула салон. Софи посмотрела на время. 14:37. Мы становимся ближе или сбиваемся с пути? Воздух стал свежим и прохладным, ветер нёс соленые брызги в лицо. Небо заволокло серым тучами, а вода, казалось, потемнела ещё больше. — В апреле Восточно-Китайское море сейсмически активно, — начала Софи, поравнявшись с замершей Аннет. — Всё в норме? — Вполне, — кивнула Аннет, и с минуту постояв, села на песок. Волны почти касались носов её кроссовок. Софи достала пачку сигарет, и протянула их Аннет. — Давно не видела, чтобы ты курила, — девушка вытянула одну, и потрогала карманы в поисках зажигалки. — День, чувствую, особенный, — Софи поднесла зажигалку к концу сигареты, и вдохнула дым. — Держи. Во всяком случае, дышалось хорошо: и сигаретами, и свежим морским воздухом. Пляж был абсолютно пустым, а из-за резко изменившейся погоды ещё более серым. Слева, метрах в десяти, тянулись вверх изумрудные пихты, а у стволов их развалились тяжелые, поросшие мхом, валуны. Где-то совсем вдалеке, на горизонте, мелькал свет баржи. — С тобой всё хорошо? — сказала младшая, докуривая сигарету и садясь рядом. — Уже сказала, всё нормально, — Аннет отвела взгляд на песок. — Просто устала. Софи выжидающе и упрямо смотрела на профиль подруги. — Думаю, у меня проблемы со снами. — Кошмары? — Не знаю. Вообще, так с самого детства, но в последнее время… происходит, что-то, мягко говоря, странное. Парень начал снится. Первый раз его поездом сбило, а второй… нити руку прорезали. Иногда, когда я просыпаюсь, начинаю путаться и задыхаться. — Ты ничего не узнавала про значение? — Это бред. Не хочу. Софи посмотрела на море, и потянулась за второй сигаретой. — Мне стоит обратиться к кому-нибудь? — вполголоса произнесла Аннет. — Думаю, что нужно. Аннет усмехнулась и потушила сигарету о песок. Так они и сидели: плечом к друг другу, подставляясь под соленые капли и прикрываясь одним пальто. Смотрели на это бесконечно далекое и глубокое море, становившееся всё темнее в преддверии бури. Сидели в тишине, и лишь иногда брали по одной сигарете, теперь уже на двоих. Сидели, пока совсем не похолодало, пока иссиня-черное небо не слилось в одну пустоту с беспокойной водой. Им это было нужно. Они обе устали. Дорога домой заняла порядка 5 часов. Софи сделала лишь одну остановку в Кимчхоне для заправки. Спустя череду однотонных дождливых пейзажей наконец показался своей дымкой Сеул. Софи взглянула на Аннет, заснувшую после того, как они проехали провинцию Кёнсан-Пукто. «Кажется, ей в первый раз ничего не снится», — подумалось девушке, и она въехала на мост через реку Ханган.