Малиновый сад

       Катя выдохнула в шею Вики, неторопливо покрывая светлую кожу красно-фиолетовыми засосами. Ее бедра двигались в устойчивом ленивом ритме, крепко сжимаемые тёплыми руками.       Пальцы Вики зацепились за упругий кожаный ремень вокруг ее талии, притягивая девушку ближе к себе при каждом толчке. Метева застонала, и Катя улыбнулась прямо в ее кожу, не торопясь, выискивая область, которую еще не пометила. Она лизнула челюсть девушки и опустилась ниже, прижимая губы к точке чуть выше пульса. Вика подавила еще один стон, дергая бедрами и желая глубже насадиться на новый синий страпон.       Катя улыбнулась и втянула в рот мягкую кожу, выпуская ее, и тут же поднимаясь губами по подбородку девушке, чтобы подарить ей новый поцелуй. Та заскулила ей в рот, пытаясь притянуть ближе.       — Полегче, дорогая.        — Нет, я знаю, я просто… — заикалась Вика, звуча разочарованно.       Катя приподнялась на локтях и взглянула на свою жену, рассматривая янтарные блики заходящего летнего солнца на ее теле.        Троева смахнула золотистые локоны с потного лба Вики и принялась изучать ее лицо.       — Что? Что тебе нужно?       — Ты, — Вика задвигала бедрами, а меж ее бровей образовалась морщинка.        Катя усмехнулась и оставила на ее подбородке очередной поцелуй.        — Не могла бы ты уточнить?        Она снова двинулась, наблюдая, как закатились глаза ее жены, а рот открывался и закрывался, пытаясь сформировать слова. Она видела, как девушка пытается набраться смелости, чтобы сказать, чего желает, и снова поцеловала ее в подбородок.        — Скажи мне, что тебе нужно.       — Сожми мое горло.       Катя сделала паузу прямо посреди начатого толчка, просто чтобы убедиться, что правильно поняла слова девушки. Вика в отчаянии откинула голову назад и попыталась двинуться навстречу бёдрам Кати.        — Пожалуйста, Кать. Я хочу, чтобы ты сжала мое горло.       — Ты уверена?       Они баловались силовой игрой и ограничением свободы, и даже имитировали эротическое удушье, просто, чтобы ощутить руки на горле друг друга. Но никогда не делали этого даже в пол силы.        Кате нравилось брать на себя контроль, который Вика иногда хотела — или даже нуждалась — отдать в ее руки. Но она никогда не хотела попасть в ситуацию, где могла случайно причинить боль своей жене.       — Пожалуйста, я доверяю тебе, — прошептала Вика, поглаживая руками обнаженную спину Кати, а затем снова двинула бедрами.       Этот толчок был призывом к действиям.       Катя яростно поцеловала ее и чуть приподнялась на правом локте, прижав левую руку к груди Вики. Она могла чувствовать сильный пульс ее сердца под своей ладонью, устойчивый и успокаивающий в своем ритме. Ее мысли на мгновение закружились, когда она обдумывала, с чего начать, немного нервничая. Катя посмотрела на нее со строгим выражением, которое не вызывало никаких споров.       — Ты скажешь «жёлтый» и я остановлюсь. Поняла?       Вика кивнула и снова потянула за ремень страпона на талии жены. В ее глазах плескалась раскалённая лава.       — Пожалуйста.       Катя изучала девушку перед собой ещё несколько секунд, а затем наклонилась вперёд, чтобы поцеловать ее. Вика вздохнула, когда Катя снова начала двигать бедрами. Она положила руку на ключицу Вики, и слегка отодвинулась назад. Нежная рука поднялась выше, осторожно прижимая большой и указательный пальцы с обеих сторон шеи девушки, как раз на самом пульсе, прямо под челюстью.       Она пока ничего не делала, кроме как лениво двигать бедрами навстречу жене, но позволила руке обхватить горло Вики чуть крепче, чтобы та смогла приспособиться к этому чувству. Катя долго сосредотачивалась, чувствуя растяжение и напряжение мышц живота и то, как пульс девушки участился под подушечками ее пальцев.       Затем она стала оказывать медленное давление. Она держала свою хватку достаточно долго и достаточно нежно в течение нескольких секунд, чтобы глаза Вики закатились, прежде чем ослабить давление. Она провела большим пальцем по подбородку девушки, ухмыляясь, тому как бедра крепко сжали ее талию.       — Как это было?       — Ещё, — прохрипела Вика.       Её и без того тёмно-карие глаза ещё темнее, дыхание прерывистым, а в мыслях — полная пустота.       Катя с силой толкнула бедра вперёд, а из ее груди вырвался тяжёлый выдох, словно под ее кожей раздавались удары молний, когда она снова усилила хватку. Она удерживала давление большим и указательным пальцами в течение нескольких тщательно просчитанных секунд, позволяя остальной части руки свернуться вокруг шеи Вики. А затем снова отпустила. Вика охнула и прошлась ногтями по спине Кати, толкаясь навстречу страпону. Та зашипела, ощущая новые жгучие царапины, и грубо укусила девушку за шею. Вика застонала и вонзила ногти в спину прямо под лопатками, ее бедра начали трястись, когда толчки стали быстрыми и сильными.       Троева чувствовала, как пальцы второй руки Вики впивались в простыни, сгребая их, и снова сжала ее горло. Та задохнулась от отчаянного стона, когда девушка толкнула страпон на полную длину, позволяя мягкой коже над ним вжаться в ее клитор. Через несколько секунд Катя ослабила хватку, и девушка под ней тяжело задышала.        — Близко. Так близко, — умоляюще прошептала Вика.       — Позже.       От этого девушка заскулила в нужде, находясь на грани.       — Пожалуйста. Пожалуйста, ещё раз. Сожми мое горло ещё раз.        Катя снова приподнялась на локте, все ещё не отрывая бедер, и начала сжимать ещё раз. Она смотрела на грудь Вики, ее загорелая веснушчатая кожа была обильно усеяна красными пятнами. На этот раз она удерживала давление на секунду дольше, а затем смягчилась, полностью убрав руку, опустив ее на грудь и погладив. Мягкий стон сорвался с губ Вики, когда девушка сжала сосок между пальцами. А затем Троева наблюдала, как ее жена кончает.       Бедра девушки прижались к ней, поясница выгнулась дугой, мышцы и сухожилия на шее напряглись, а дыхание застряло в груди. Вика открыла рот в тихом крике; ее глаза закатились, когда она прижала голову обратно к подушке. Ее руки замерли на спине Кати, пытаясь притянуть ту ближе. Троева продолжала двигать бедрами.        Наконец Вика глубоко вдохнула и без сил рухнула на матрас со стоном, прядь волос прилипла к ее щекам и лбу. Она выглядела полностью оттраханной.        Катя остановила движения своих бедер и снова улеглась на Вику, оставляя страстные поцелуи на покрасневшей коже шеи и щек. Метева ослабила хватку и погладила ладонями спину девушки, затем сжала ее челюсть пальцами и притянула к себе. Она нежно поцеловала ее с молчаливой благодарностью за то, что Троева согласились с ее желаниями. Катя поцеловала ее ещё несколько раз, всё ещё ощущая скользкую пульсирующую жару между своими ногами, но не желая отнимать момент у Вики.       Между ними все ещё, словно бы потрескивала наэлектризованная энергия, но теперь она была гораздо менее безумной.       — Как ты себя чувствуешь? — пробормотала Катя ей в рот, медленно целуя.       Вика довольно замычала ей в рот, поглаживая бедра жены руками. Она сунула пальцы под мягкие ремни страпон и потянула за них, не в силах оставить в покое.       — Ты кончила?       — Нет, я была полностью сосредоточена на тебе, — призналась Катя, откинув свои взлохмаченные темные волосы, чтобы покрыть десятком поцелуев челюсть Метевой.       Вика что-то проворчала, а затем с большей энергией, чем Катя могла представить, поменяла их местами. Она нависла над девушка с хриплым стоном, ее локоны вьющейся гривой свисали вниз. Заходящее солнце освещало девушку ярким оранжевым цветом с одной стороны, а свет от красной лампы — теплым янтарно-красным с другой, придавая ей огненный силуэт.       На ее лице образовалась широкая, ленивая улыбка, когда она поднялась на несколько дюймов вверх, а затем спустилась назад вниз, прижимая основание страпона к клитору Кати.       Горячее удовольствие растянулось паучьей паутиной от кончиков пальцев рук до ног. Вика повторила действие с влажным липким звуком, и одна рука Кати впилась в ее ягодицу, а вторая зарылась в простыни.       — Хочешь так же?       Катя втянула носом воздух, когда нежные руки обхватили ее грудь, а большие пальцы прошлись по соскам. Она кивнула и твердо прошептала свое короткое согласие всего один раз. Вике больше и не нужно было. Она снова улыбнулась и принялась действовать.       — Твоя очередь.