Малиновый сад

      Соня вспоминает о недоделанной фигурной лисе на бедре.       Мало того, что у девушки всё это время едва дошли руки набить эту татуировку у своего любимого мастера. Но из-за переезда до него теперь добраться невозможно. Бросить работу нельзя, а брать выходные за свой счёт после того, как только устроилась на неё, будет большим риском. Такую роскошь девушка позволить себе не может, но потратить деньги на тату, лишь бы ощутить хоть какое-нибудь воодушевление, решается безоговорочно, тут же начиная искать себе мастера.       Многие тату-мастера имеют свой стиль и бьют только лишь связанное с ним; кто-то бьёт реализм; кто-то специализируется на биоорганике, а Саша, пока ещё не определившаяся с направлением, может без каких-либо проблем сделать тату в любом стиле. хотя более охотно берётся за работы в стиле дотворк. Девушка пока не была уверена на каком стиле она хочет сфокусироваться, да и опыта пока было мало для того, чтобы делать какие-то выводы. Так что пока Саша была единственным универсальным мастером на весь их тату-салон «Imprint _on_the_skin», в время как у остальных семи-восьми мастеров уже был свой собственный стиль.       Соня, почти не раздумывая, заходит на сайт тату-салона «Imprint_on_the_skin» и бегло оглядев прайс, понимает, что заплатить нужно будет немало, но все равно записывается на самое ближайшее свободное окошко. После того, как девушка нажимает на «Подтвердить», наверху вылезает окошечко: «Благодарим за ваше доверие!». С момента онлайн-записи прошла неделя, и вот наступил тот самый день, которого так ждала Соня. Эта запись стала для девушки такой желанной, что от того, что нечем было заняться, она разобрала бардак на столе и даже протёрла пыль на шкафу и полках.       Дойти до салона было проще простого, да и не заметить его очень трудно.       Вывеска горела красивым и приятным глазу светом, а буквы, мерцая, складываясь в надпись «Imprint_on_the_skin»       На пороге Соню встречает невысокая брюнетка с татуировкой совы на правом предплечье. На чёрной рубашке висит бейдж с именем «Александра», такого же цвета спортивные брюки и кроссовки прекрасно дополняли образ. Девушка проводит ей небольшой инструктаж, показывая, куда можно повесить свои вещи, а сама уходит к своему рабочему месту.       Соня не хочет заставлять человека ждать, поэтому убирает свою сумку на стул и проходит в кабинет, где и находилось рабочее место брюнетки. По пути она оценивает то, как красиво для тату-салона выглядит студия и какая классная играет здесь музыка, которую она слышала ещё на пороге. Песни Майли Сайрус создают необычную атмосферу в помещении, и находиться здесь было сплошным удовольствием.       Соня по первому взгляду увидела, что мастер очень горит этим делом и любит всё связанное с ним. И сейчас девушка определённо не жалеет о сделанном выборе.       — Софья, верно? — спрашивает мастер.       — Да, всё верно. — кивает в ответ Соня.       — Что бить будем? — спрашивает Саша, садясь на специальный стул на колёсиках. Соня наблюдает, как брюнетка натягивает на руки пальцы чёрные медицинские перчатки и отвечает:       — Меня бить не надо, меня бы добить. — Соне почему-то очень хочется выдать что-то юморное. Хоть и сама она от этого не смеётся, но зато видит положительную реакцию мастера в виде смешка, вырвавшегося из её уст. Теперь Саша уже не выглядит такой серьёзной, как было до этого, но всё равно не выглядела тем, кто сильно не отвлекается. — У меня татуировка на бедре, я бы хотела её доделать.       — Хорошо, тогда для начала заполните согласие, — говорит Саша и даёт Соне бумагу и ручку для заполнения, показывает, где подписать и начинает приготавливать своё рабочее место.       — Раздевайтесь, вещи можно положить туда, — девушка машет в сторону стула со спинкой.       Мастер заметил скованное состояние девушки и тактично отвернулась, начиная подготавливать краску и все нужные инструменты. Соня разувается, оставляя обувь в стороне, затем снимает брюки, вешая на спинку стула. Как же девушка была себе благодарна за то, что всё же купила не простое нижнее бельё, а подобие плавок, иначе бы она точно сгорела бы стыда.       На левом бедре проглядывал рисунок лисьей морды, которая будто бы была сделана из множества геометрических фигур. Но тем не менее она была сделана лишь частично, и большей её части не было, а та, что была уже начинала тускнеть. Рисунок располагался на передней стороне бедра, большей частью заходя на внутреннюю и заднюю поверхность бедра и была довольно большой.       Девушка легла на кушетку.       Саша включает лампу для освещения кушетки и, кинув взгляд на татуировку, наливает в тату-машинку чёрную краску. Соня удобно располагается на лежаке, кладёт свою голову на подушку.       Мастер пододвигается поближе, устанавливает нужную для себя высоту стула, и осматривает татуировку, прикидывая какая работа ей предстоит и затем, привычно согнувшись в спине, приступает к работе. Растянув кожу пальцами, девушка делает первые пробные линии и начинает закрашивать нетронутое чёрным пространство.       Соня, ещё более менее расслабленная, легко терпит неприятные ощущения, в то время как Саша ловко придаёт татуировке отчётливость.       Когда бóльшая часть, доступная мастеру на данный момент, закрашивается, брюнетка начинает сильнее наклоняться к коже, чтобы ничего не пропустить и отлично прокрасить трудные места.       В нос неожиданно ударяет какой-то древесный, даже цветочный аромат, который напоминает мастеру духи Монталь. Саше за всю жизнь понравились только одни духи, но из-за того, что она не заметила, что у флакона отломалась помпа, весь запах выветрился, а купить такие больше не предоставлялось возможным. Тело клиентки пахнет довольно вкусно, аромат на удивление хочется вдыхать и вдыхать, чем и втихую занимается брюнетка. Незаметно, как бы маскируясь под внимательностью, она принюхивается к тем нотам аромата, что по-прежнему остались на теле брюнетки и достаточно хорошо на нём закрепились. Саше нравились девушки, от которых приятно, но не слишком сладко пахло, и особенно, если аромат напоминал ей её любимые духи.       Боль от татуировки постепенно становится довольно сильной.       Соне не привыкать к физической боли, но сейчас терпеть боль становилось всё сложнее. Иногда она сжимает кушетку ладонями, но иногда не выдерживает, вздыхает и просит мастера остановиться на некоторое время, чтобы набраться сил и перевести дух.       Саша, дабы совсем не мучать девушку, оставляет часть тату незаконченной и просит девушку перевернуться на живот, чтобы она могла закрасить сзади тот же периметр, что уже выполнен чёрным спереди. Соня шипит, когда, перевернувшись, она нечаянно задевает немного распухшую и покрасневшую кожу, но старательно пытается сдерживаться. Но всё получается ровно до того момента, пока машинка вновь не дотрагивается ноги.       Боли меньше не стало, но девушка пытается сдерживаться, чтобы совсем не показаться слабой и в сотый раз не попросить мастера остановиться. Раз препятствия отсутствуют, Саша продолжает набивать рисунок. Когда игла входит в самый болезненный для девушки участок, из уст Сони вырывается болезненный стон и ещё несколько за ним.       В первый раз, когда эту татуировку набивали было не легче, Соне было дико больно, даже мазь не помогала. В конце концов то место забили, но девушка ещё полмесяца не могла тронуть забитое бедро. И до этого момента она не задумывалась, а будет ли больно забивать это место снова.        Боль отпускает буквально на несколько секунд благодаря вырвавшимся стонам, но мгновенно Соня одёргивает себя, вспоминая, где находится. От произошедшего становится неловко, и девушка быстро замолкает. Может, здесь и часто стонут от боли, но стоны брюнетки так похожи на настоящие, что Саша успевает покоситься на клиентку и незаметно для неё поёрзать на стуле. Однако отвлекается брюнетка не от внезапности случившегося.       В голове появляется тысяча мыслей, от которых девушка трясёт головой влево-вправо, пытаясь избавиться от возникших очень не вовремя сексуальных фантазий. Ей нравятся девушки, которые красиво стонут, ну или, как минимум, это подходит под её типаж. Любит, когда они выглядят измученно, хнычут или просят ещё. Саше не стыдно за свои предпочтения, поэтому промелькнувшая в голове мысль о привлекательности клиентки почти её не смущает.       Саша продолжает добивать татуировку в том же больном месте, одновременно прислушиваясь к стонам девушки, лежащей на кушетке. Та мычит, прикусывая без того потресканные от этих же манипуляций губы, но делает только хуже, ведь из её рта всё равно вырывается стон, но уже хриплый.       Перестать реагировать на стоны Сони мастеру становится всё сложнее. Саша облизывает губы, пытаясь утихомирить пришедшее возбуждение, но безрезультатно. Пытаясь демонстрировать свой профессионализм, девушка легко движет клиенткой, заставляя ту поворачиваться то на живот, то на бок. После того, как с покрасом сзади было покончено, мастер просит Соню перевернуться, чтобы закончить работу на внутренней стороне бедра. Но та реагирует не сразу.       Соня, опираясь руками о кушетку, измученно привстаёт. Тело явно не хочет подниматься, казалось будто по нему только что прошло десять человек, но сделать это нужно, и девушка чуть ли не падает на лежак, переваливаясь на спину. Саша окатывается на своём стульчике назад, но вскоре возвращается к кушетке.       Взгляд падает на лицо Сони.       Покрасневшие щёки, утомлённый взгляд карих, почти чёрных глаз и прилипшие ко лбу пряди волос ещё раз напоминают брюнетке о происходящем. Понимая, что Саша в шаге от того, чтобы начать визуализировать совсем уж непристойные картины, она решает не отвлекаться от работы, указывает девушке раздвинуть ноги и пододвинуться ближе.       «Мазохистка хренова…» — проносится секундная мысль в голове Сони.       Соня, едва услышав просьбу через пелену боли и возбуждения, послушно отодвигает левую ногу и продолжает громкие попытки отдышаться и передохнуть. Мастер хмурит брови, когда, согнувшись в спине, она уже хочет наклониться к ноге, но резко понимает, что нога девушки закрывает свет лампы. Саша, положив левую руку на колено, раздвигает ноги клиентки ещё сильнее, пока одна из них не свисает с кушетки. Соня бегает глазами по помещению, лишь бы не ослепнуть от освещения и не наткнуться на взгляд Саши, и пытается избавиться от неловкости, возникшей от действий мастера. Такая поза вызывает у Сони мимолётные мысли, о которых точно не стоит думать в такой обстановке, и она перестаёт зацикливаться на этом, когда начинает слышать знакомый звук работающей машинки и чувствовать то, как в ногу входит игла.       Успев лишь смочить горло слюной, Соня заранее ухватывается ладонью за кушетку и принимает свою участь.       Мысленно проклиная все свои последние решения, девушка кривится и вздыхает от нарастающей боли. Соня вытягивается в спине, стараясь оставить ноги и таз на месте, но неприятные чувства от этого не утихают, а только усиливаются. Девушка прикрывает глаза от ослепляющей лампы. Соня сгибает пальцы на ногах, чувствуя неописуемую боль, и краснеет, но уже не от напряжения. Саша, растягивая пальцами татуированную кожу брюнетки, не рассчитывает расстояние и боковой стороной ладони касается длинной приводящей мышцы бедра. По итогу, пытаясь избавиться от возбуждения, появлению которого она поспособствовала сама, брюнетка делает только хуже.       Взгляд Сони падает вниз, но девушка ничего не говорит Саше, думая, что той самой неловко от этого неумышленного прикосновения, и возвращает свой взгляд на потолок, но не выдерживая ослепляющих лучей лампы, закрывает глаза. Однако прикосновение, от которого по телу брюнетки пробежали мурашки, не вызывает у мастера никакого стеснения.       Саша, заметив робкую реакцию клиентки, чуть не подавившись, вздыхает, быстро заканчивает закрашивать охваченный участок и, наконец, прекращает мучения девушки. Мастер отодвигается от кушетки, кладёт машинку на стол, кидает на стол последний использованный ватный диск и, недолго подождав, пока брюнетка придёт в себя, говорит ей встать, чтобы можно было замотать татуировку.       Саша тянется за мазью и кидает взгляд на рядом стоящие часы. До следующего клиента ещё час, поэтому, не торопясь, девушка открывает тюбик, выдавливает на пальцы мазь и, пододвинувшись к Соне, начинает распределять заживляющее средство по бедру. От одного только прикосновения к потревоженной машинкой коже девушка начинает шипеть и тихо вздыхать.       От каждого нового нажатия хочется дёрнуть ногой, но делать этого нельзя, отчего Соня продолжает мычать, недовольно морщась, и пытаясь успокоить себя тем, что всё близится к концу. Музыка затихает совсем не вовремя, ведь до ушей Саши быстро долетают стоны клиентки. Сжимая губы вместе, брюнетка ловко заматывает татуировку плёнкой, приглаживает её концы ладонью и замирает на месте, не убирая свою руку от внутренней поверхности бедра брюнетки. Саша понимает, что, сидит на стуле практически между ног клиентки, и её мысли были не самыми приличными. Брюнетка поднимает голову и уставляется на уставшую, измученную девушку.       — Хочешь, я сниму твою боль? — говорит Саша, смотря на Соню снизу вверх. Она проводит правой ладонью по внутренней стороне бедра и поднимается всё выше, намекая брюнетке на свои намерения. Во рту за мгновение пересохло, и девушка замирает в ожидании ответа.        Соня смотрит в ответ, просто не зная, что сказать. Ей неловко, даже немного стыдно от такого предложения. Не хочется отказываться, но и соглашаться как-то… ну, неправильно это. По спине пробегает табун мурашек, а коленки подкашиваются, реагируя на вторую руку Саши, которая ложится на её ягодицу и начинает кончиками пальцев забираться под футболку.       Соня облизывает губы и громко сглатывает, пытаясь успокоить своё дыхание, но все чувства мгновенно пропадают, когда брюнетка начинает чувствовать, как уже оставшиеся без перчаток тонкие пальцы Саши с особым нажимом проводят между её половых губ. Девушка вздрагивает от ощущаемого через шорты прикосновения, но не сопротивляется, давая брюнетке волю действий. Соня не помнит, как, несмотря расстояние, снова оказывается на кушетке.       Горячие пальцы мастера скользят по её ягодицам и, ухватываясь за них, Саша приближается к брюнетке. Не отрывая глаз от возбуждённой девушки, она проводит большим пальцем по пока защищённому тканью клитору клиентки и незаметно ухмыляется, когда та дёрнулась. Саша придерживает плёнку на ноге, аккуратно стягивает бельё с тела Сони, кидая к стулу с вещами.       Отрегулировав стул удобнее по высоте, девушка ещё сильнее раздвигает ноги девушке. От серьёзного сосредоточенного мастера не осталось ни намёка, теперь на его месте словно был сосем другой человек. Игривая, почти волчья ухмылка расползлась по губам, а глаза сощурились.       Ладонь Саши скользит по внутренней стороне бедра, пока губы брюнетки добираются поцелуями до самой главной цели. Движение рук девушки немного успокоили Соню и её дыхание почти восстановилось. После длительной и непрерывной работы с машинкой рука мастер очень устала, но чтобы добиться от девушки желаемой реакции, оставлять ту хотя бы без одного пальца внутри нельзя, несмотря на то, что язык Саши явно не отличается от рук уровнем профессионализма.       Когда ладонь оказывается совсем близко и Саша, не медля, проводит средним пальцем между малыми половыми губами, собирая на него смазку, и наконец даёт девушке то, чего она так хотела.       Соня чувствуя стремительно растекающееся удовольствие, изгибается, когда девушка начинает набирать темп, и откидывается немного назад, теперь опираясь на спинку кушетки. Между ног становится всё жарче, и девушка не замечает, как начинает двигать бёдрами в ответ, желая получить что-то больше, чем один палец. Саша, словно почувствовав, чего не хватает девушке наклоняется ниже и дотрагивается языком до её клитора, отчего та вздыхает и из рта тут же вырывается стон, когда мастер, реагируя на каждый стон девушки, одновременно вылизывает её клитор и интенсивно теребить пальцами внутри.       Тело брюнетки просто обжигает от возбуждения, которое усиливается с каждым новым криком Сони. Та дрожит, когда Саша не до конца вынимает пальцы и всовывает свой язык внутрь неё, чтобы просто посмотреть на реакцию брюнетки. Несмотря на то, что цель татуировщицы — довести ту до оргазма как можно скорее, ей всё ещё до жути хочется продолжать наблюдать за тем, как краснеет лицо девушки перед ней и слушать насколько ей нравится всё происходящее. Белая одноразовая простынь, постеленная на кушетке, сейчас вот-вот порвётся от того, с какой силой в неё вцепились пальцы Сони. Она уже не видит никакой поддержки в самой кушетке и хватается за всё, что попадает под руку.       Свободная ладонь Саши, лежавшая на бедре, вдруг оказывается захваченной в плен брюнеткой. Та сжимает её, а иногда отпускает, когда мастер сбавляет темп. Заметив это, Саша перебарывает себя и продолжает теребить пальцами внутри девушки, нажимая на стенки уже с бóльшими усилиями. Реакция девушки незамедлительна: она хнычет, хватаясь за чужие пальцы; горло, скорее всего, будет болеть после «сеанса», а ноги — ныть от того, с какой силой Саша их сжимает их в ответ на действия брюнетки; в глазах до сих пор рябит, а голова начинает побаливать от своих же стонов.       Ни одна из девушек Саши не воплощала её фантазии так точно, как Соня. То, как она дрожит и буквально прижимается к ней, не отпуская ладонь — многого стоит. Мастер буквально впитывает атмосферу происходящего: внутри девушки жарко, скользко и при каждом толчке тесно сжимается. Соня покрывается мурашками от сбитого дыхания Саши, распространяющегося по её лобку, и смущается от очень смущающих хлюпающих звуков, которые появляются, когда брюнетка, усердно посасывает клитор. Она лишь иногда отстраняясь на секунду, чтобы передохнуть, и продолжает начатое.       Саша не останавливается, смотрит на брюнетку и замечает, как лицо девушки начинает меняться. Девушка, открыв рот, замирает и сжимается. Она чувствует, как боль от татуировки и вправду испаряется на некоторое время, и на её место приходит оргазм. По ногам растекаются волны удовольствия, заставляющие их неметь, а разум на секунду померк.       Когда большая часть дрожи в теле пропадает, а дыхание, наконец, выравнивается, девушка открывает глаза и встречается с бледно-голубым взглядом брюнетки. Выдержать такой пристальный взгляд, осматривающий её, не получается, и Соня опускает глаза вниз. Мастер, увлечённая видом, не желая тянуть, сама отстраняется от девушки, желая, пока есть время, заскочить в дамскую комнату. Но сейчас, больше для вида, начинает, как ни в чём не бывало, приводить рабочее место в порядок, несмотря на ту бурю, что происходит внутри неё.       — Вот памятка по уходу, но, думаю, ты всё и так знаешь. Хотя мне кажется, что это ни к чему, поэтому придёшь через время, — говорит Саша, протягивая инструкцию девушке.       По первому взгляду казалось, что девушка спокойна как удав, но стоило вглядеться в глаза, как сразу становилось понятно, что она далеко не пример спокойствия.       — В смысле, «придёшь»? — удивлению Сони не было предела, а в головы было столько мыслей и одна интереснее другой. Она еле-еле натягивает на себя одежду, обувается и поднимает смущённый взгляд на Сашу. Всё-таки смотреть без смущения после произошедшего не получается, а брюнетка только это и пытается делает, непроизвольно кидая девушке вызов.       — А ты не заметила, что нога не забита полностью? Я думала, мы и половины не сделаем от того, что ты принесла изначально, — говорит Саша, смотря на Соню, сидящую напротив. Она устало прикрывает глаза и тут же открывает их, дабы не уснуть и пересилить желание спать, ведь до дома придётся добираться ещё минимум полчаса. Её дыхание ещё немного шумное, но уже более менее спокойное уже успев хорошо успокоиться. Скомканная простынь, лежащая на кушетке, напоминает о том, что произошло.        — Заметишь тут… — бурчит Соня, отмечая, что до сих пор чувствует жар на своих щеках и ушах жар от румянца. Она всеми силами подавляла желание закрыть лицо ладонями, чтобы никто не видел насколько она покраснела. Особенно эта ухмыляющаяся морда напротив, которая была явно довольна проделанной работой.       — Рада, что тебе понравилось, — ухмыляется Саша, склонив голову вбок. Теперь она больше напоминала не хитрую лисицу, а любопытного котёнка.       Соня, которая казалось, вспыхнула румянцем с новой силой, возмущённо воскликнула:       — Я этого не говорила!       — Ты — нет, а твоё тело сказало об этом ещё… — Саша посмотрела на часы. -… сорок минут назад. Так что не имеет значения, что ты скажешь сейчас. Я уже всё увидела. — протянула девушка, подмигивая.       Соня недовольно засопела.       Девушка невзначай глянула на часы и чуть не поперхнулась — прошло уже больше трёх часов. Так что она встаёт с кушетки, желая испариться из этой студии, в которой каждая секунда молчания заставляет брюнетку испытывать чувство неловкости.       — Если будут вопросы по уходу за татуировкой, — слышится из-за спины ехидный голос. — Приходи, я смогу объяснить всё простым языком или на пальцах — сама выберешь. — двусмысленность фразы сразу же ударила в голову и Соне захотелось провалиться сквозь землю.       Скомканно попрощавщись с Сашей, Соня всё ещё ощущая в бёдрах мелкую дрожь, уходит из тату-салона. Чувства после произошедшего очень странные и неоднозначные. Девушка не представляла как должна себя чувствовать после такого.       Мысли о произошедшем крутятся в голове у Сони всю дорогу до дома, но тело настолько расслабленное, что обдумывать всё как следует стало невозможно. Подходя к подъезду, Соня шарится в сумке в поиске ключей и нащупывает деньги, которые так и не отдала Саше. Она понимает, что ей всё-таки придётся прийти второй раз, чтобы отдать новый долг.        Но уверена ли Соня в том, что Саша тоже забыла об оплате своей работы, а не просто взяла оплату натурой?