Новая Кровь

      Как Гермиона и ожидала, ни Дафна, ни Пэнси не сказали ничего о том, что Гермиона стала выглядеть иначе, но Гермионе было всё равно — в их взглядах появилось новое уважение, а ехидные замечания Пэнси в основном утихли. Остальные на её факультете смотрели на неё так, словно увидели её в новом свете, что раздражало её ещё больше — они замечали её внешность, но не её оценки? Её мозги?       Гермиона достала книгу о великих волшебниках и ведьмах всех времен и народов и изучила их портреты, после чего пришла к выводу, что объективно большинство из них выглядели очень сильными и поразительными, так или иначе. У некоторых были очень длинные, эффектные бороды, как у Дамблдора, у других — дикие, безумные, перекрученные волосы, а некоторые были просто очень, очень привлекательными. Гермиона посмотрела в пронзительные глаза одного из волшебников в книге, который ухмыльнулся, и поморщилась. Если они были великими волшебниками, то, вероятно, могли удерживать чары в течение длительного времени, чтобы запугивать людей и производить на них впечатление. По словам Миллисенты, это было продвинутое заклинание, так что Гермионе придётся поработать над ним.       Её распорядок дня изменился в четверг, когда в три тридцать часов дня класс Слизерина отправили на улицу для уроков полёта. Гермионе не терпелось попробовать свои силы в полёте, но, увидев гриффиндорцев, направляющихся к ним, она сразу же забеспокоилась.       Гермиона осторожно ходила по натянутому канату, дружа с гриффиндорцами, несмотря на невидимую, негласную линию, разделявшую факультеты. С одной стороны, она была слизеринкой с друзьями-слизеринцами и полной лояльностью к Слизерину. С другой стороны, её собственный факультет подвергал её отторжению, а другие факультеты, казалось, относились к ней как к исключению из правила, что Слизерин — это сплошной снобизм и подлость. До сих пор Гермиону не трогало соперничество факультетов, но Гермиона с тревогой ожидала, что может произойти здесь. Пока что урок зелий с гриффиндорцами проходил нормально — они были физически разделены, поэтому взаимодействие, которое могло бы стать проблематичным, было ограничено с самого начала в классе Снейпа.       Но здесь…       Здесь могут быть проблемы.       Гермиона наблюдала, как гриффиндорцы косо смотрят на оставленные метлы. Их метлы были явно менее хороши, чем те, которые слизеринцы забрали себе и обменяли — метла самой Гермионы выглядела потрёпанной, но ухоженной. Пришла учительница, мадам Хуч. У неё были короткие седые волосы, и Гермиона заметила её жёлтые глаза. Она мысленно отметила: либо эта женщина была старой и имела какие-то проблемы со здоровьем, либо она была не совсем нормальной. Насколько Гермиона знала, возможно, она была гарпией. Магия, похоже, не имела особых ограничений.       — Ну, чего вы ждёте? — рявкнула мадам Хуч. — Всем встать у метлы. Давайте, поторопитесь.       Гриффиндорцы, которые бездействовали, поспешили к оставленным метлам.       — Вытяните правую руку над метлой, — наставляла мадам Хуч, — и скажите «ВВЕРХ!».       — Вверх! — закричали все.       Гермиона с радостью увидела, что её метла поднялась в руку, хотя и с усталостью и неохотой. Многие другие не долетели до конца — метла Рона покатилась по земле, а метла Невилла вообще не сдвинулась с места. Она с радостью увидела, что Гарри удалось взять в руку свою, и улыбнулась ему, на что он ответил довольной ухмылкой.       Мадам Хуч начала ходить вокруг, показывая всем, как садиться на метлы и держаться за ручку, чтобы не соскользнуть. Гермиону это несколько насторожило — она предполагала, что в метлу встроен какой-то защитный амулет. Может быть, что-то вроде тренировочных колес на велосипеде — в конце концов, они должны были учиться правильно летать.       — Теперь, когда я свистну в свисток, вы отталкиваетесь от земли, сильно, — сказала мадам Хуч. — Держите метлы ровно, поднимитесь на несколько футов, затем опуститесь, слегка наклонившись вперёд. По моему свистку: три… два…       Но Невилл, нервничая, дрожа и боясь остаться позади, сильно оттолкнулся, прежде чем мадам Хуч успела поднести свисток к губам.       — Вернись, мальчик! — крикнула она, но Невилл продолжал лететь вверх с испуганным видом. Гермиона наблюдала, как Невилл посмотрел вниз, побледнел и соскользнул с метлы.       С неприятным треском и грохотом Невилл упал на землю лицом вперёд. Мадам Хуч склонилась над Невиллом, её лицо было белым.       — Сломанное запястье, — пробормотала она. — Ну же, мальчик, всё в порядке, поднимайся.       Она помогла Невиллу подняться на ноги и окинула взглядом весь класс.       — Никто из вас не должен двигаться, пока я веду этого мальчика в больничное крыло! Оставьте метлы там, где они есть, или вас вышвырнут из Хогвартса раньше, чем вы успеете сказать «квиддич». Идёмте, дорогой.       Гермиона закусила губу, пока Невилл ковылял с мадам Хуч, которая помогала ему пройти по траве.       Не успели они скрыться из виду, как Драко разразился хохотом.       — Вы видели лицо этого толстяка?       — Заткнись, Малфой, — огрызнулась Парвати Патил.       — О, заступаешься за Лонгботтома? — сказала Пэнси. — Никогда не думала, что тебе понравятся маленькие толстые плаксы, Парвати.       Гермиона обменялась грозным взглядом с Трейси, пока остальные продолжали препираться. Когда Драко схватил напоминалку Невилла, она чуть было не вмешалась, но Трейси удержала её.       — Это глупая игрушка, — шипела она. — Она того не стоит, Гермиона.       Гермиона заставила себя прикусить язык и не произнести ни слова, хотя это стало ещё труднее, когда Драко и Гарри каким-то образом перешли к столкновению на метлах. Наблюдать за ними было нереально: Гарри гонялся за Драко, каким-то образом умея летать так, словно делал это всю жизнь, а потом Гарри пикировал, мчался за напоминалкой быстрее самой гравитации и сумел поймать её…       — ГАРРИ ПОТТЕР!       Гермиона повернулась и увидела профессора МакГонагалл, мчащуюся к ним, её лицо было суровым, очки яростно сверкали.       — Никогда… за всё время моего преподавания в Хогвартсе…       Гриффиндорцы начали возражать, вскочив на защиту Гарри, но МакГонагалл схватила Гарри за руку, отталкивая его.

***

      Когда они ушли, Драко и остальные снова начали хихикать, но уже более приглушённо. Один учитель уже видел и вмешался, а слизеринцы были не настолько глупы, чтобы рискнуть ещё раз.       В тот вечер за ужином Гермиона подошла к гриффиндорскому столу, чтобы поговорить с Гарри и Невиллом. Разговор получился совсем не таким, как она ожидала.       — Она записала тебя в команду по квиддичу? — повторила Гермиона. — В команду по квиддичу?       — Самый молодой ловец за сто лет, — сказал Гарри, ухмыляясь. — Я начинаю тренироваться на следующей неделе.       Гермиона разрывалась между гневом на вопиющее нарушение правил и облегчением от того, что её друг отделался лёгкими испугом. Она остановилась где-то посередине.       — Ты хотя бы собираешься быть осторожнее в будущем? — со вздохом сказала Гермиона. — Не раздражая Драко и остальных?       — Это Малфой начал! — возразил Рон. — Он всегда так делает!       — Я слышал своё имя?       Гермиона повернулась и увидела Драко, идущего к ним с Грегом и Винсентом на буксире.       — Ужинаешь напоследок, Поттер? Когда ты сядешь на поезд обратно к магглам? — сказал Драко, усмехаясь.       — Ты стал намного смелее, когда вернулся на землю и с тобой твои маленькие друзья, — холодно сказал Гарри, и Гермионе пришлось подавить ухмылку. Судя по выражению лица Драко, он тоже это знал.       — Я бы в любое время справлюсь с тебой в одиночку, — возразил Драко. — Сегодня вечером, если хочешь. Дуэль волшебников. Только палочки — никакого физического контакта, — он ухмыльнулся. — В чём дело? Никогда раньше не слышал о дуэли волшебников, полагаю?       — Конечно, слышал, — огрызнулся Рон, оглядываясь по сторонам. — Я его секундант. А кто твой?       Драко внимательно оглядел своих приспешников, его взгляд остановился на Гермионе, а затем вернулся к Гарри и Рону.       — Грейнджер.       Гермиона замерла при этих словах, шок пронесся в её сознании, как молния. Она?       Гарри и Рон недоверчиво посмотрели на Малфоя, затем друг на друга, прежде чем одновременно запротестовать. Однако громкие возражения мальчиков были прерваны твёрдым заявлением Гермионы: «Ни в коем случае». Она пристально посмотрела в глаза Драко.       Драко поднял бровь.       — Почему нет, Грейнджер? Боишься?       — Я не собираюсь участвовать в такого рода мероприятиях, — твёрдо сказала она, — и уж тем более я не собираюсь принимать сторону против своих друзей или против своего факультета. Я приду на дуэль, но я буду наблюдать — я буду играть роль судьи. Это справедливо?       Гарри кивнул, и через мгновение Драко кивнул снова.       — Крэбб может быть моим секундантом, — сказал Драко. — В полночь? Мы встретимся в зале наград, она всегда открыта.       Они ушли, и Гарри повернулся к Рону.       — Что такое дуэль волшебников?       Пока Рон объяснял тонкости, Гермиона размышляла. Какие заклинания они вообще изучали на уроках, кроме Люмоса? Гермиона знала все заклинания из учебников по заклинаниям первого курса, но она сомневалась, что Гарри знает что-то большее, чем то, что они изучали на уроках.       — Скорее всего, вы просто будете посылать друг в друга искры, — заключил Рон, успокаивая Гарри.       Гарри не выглядел успокоенным.       Гермиона вздохнула.       — Послушай, — сказала она. — Что бы ни случилось, мы оба будем рядом, чтобы сбить с Драко спесь, если понадобится. Даже если ты не сможешь произнести ни одного заклинания, я смогу ударить его сглазом «Блокировки ног», если он будет выглядеть так, будто собирается причинить тебе вред, и тогда ты сможешь делать всё, что захочешь.       Гарри заметно развеселился. Он вернулся к разговору о квиддиче, а Гермиона ушла, закатив глаза.       Но всё же. Драко выбрал её первой, хотя он не хотел с ней разговаривать добровольно или даже соглашаться с её существованием, пока его не заставили. Но он выбрал её.       Если это не признание того, что она была лучшей ведьмой в их классе, то она не знала, что это.