Держи фенечку

***

      Парочка, что стояла на балконе и чарующе курили одну, за второй сигарету, вовсе забыли, что оставили на кухне человека с проблемной головой и человека с косячком меж зубов.       Поэтому звук разбившейся посуды, быстренько привело в чувство что Люсю, что и Ваню. Выскочив в коридор, оба обомлели. Ведь на кухонном столе стоял кучерявый, а рядом сидел расслабленный блондин держа между пальцами тлеющую бумагу. — А щас что ска-ажешь блондино-очка? — блаженно протянул Аньер, сощурив глаза, — не такая уж гадость? — Да-а, — Уйрлихт растерянно, восхищенно глянул на возвышающего друга, — О-ой, Лю-юся!       Девушка не знала куда деть весь контраст эмоций, сто процентов не на Ваню или ее малыша, а до Аньера там не достучаться, ведь он стал что-то напевать и пританцовывать.       Актриса недоверчиво хмыкнула глазея на своего молодого человека, каким образом недотрога смог сломить на это?! — Так, мальчики дискотека заканчивается, — сердито начал Иван. Подойдя ко столу, он поймал на себе любопытный, даже играющий взгляд Аньера, — Слезаем, дамы господа, — обвив руками того за ноги, Свободин приподнял над столом, спуская на пол.       Михаэлло звонко засмеялся, полностью не сопротивляясь действиям Вани.       Свобода сначала не понял, что это за покладистость появилась в поведение друга, но только поставив его на землю кареглазый убрал руки и тут же, тот повалился на пол. — Встаем, встаем, пора спать, — тихо пробурчала девушка, стараясь скрыть свое недовольство. Ведь лучше это будет приберечь на утро и только тогда выпалить все как есть, — Уйльчик, пошли в гостиную щас диван разложу и спа-атеньки. — А-ар Аньер, ну что за дела! Ты только что на столе танцевал, вставай, — Свободин наклонился к нему пытаясь поднять, но уже на это вся покладистость улетучилась и он стал сопротивляться. Ваня больше шутя это сделал, чем со зла или в «воспитательных» целях. Рука лингвиста громко шлепнула художника по мягкому месту.       Аньер посмотрел на него, как котёнок, которого ни за что дёрнули за хвост. Обиженный, совершенно не понимающий такой. Иван даже ощутил какое-то подобие укола совести. — Извини, — искреннее ответил парень, подобрав за подмышки утихомирившего соседа, — Пошли пошли…       Толкнув дверь в комнату своей задницей, Ваня приволок на кровать притихшего парня. Усадив, как можно устойчиво, около изголовья большой тахты, Ваня быстренько ретировался на кухню, так же подобрав немца и уже отворачивая его в гостиную. Собственно, Ваня оставил Уйль на попечительство Люси. — Так, я вернулся, — сказал Иван войдя в комнату и обалдев от картины: сидящий парень изогнулся в так называемый «мостик» пытаясь снять с себя брюки, — Не находишь, что, если бы ты расстегнул ремень, было бы удобней снять их? — Ремень? — поинтересовался зеленоглазый плюхаясь на спину. Изогнувшись всем телом, парень смог перевернутся на живот наклонив голову в бок, — Переспим?       Свободин чуть цыкнул языком об небо, ближе подходя к постели. Еще ему не хватало переспать с тем, кто не может контролировать себя. — Нет, вот с трезвой головой предложи, я может и подумаю, — откинув смятое покрывало, — дай, помогу с ремнем, и спать ложись ради бога. — Ты что у нас рыцарь? — с ухмылкой спросил Аньер, расположившись ногами к Ивану, — А где доспехи? — Доспехи постирал вечером, на балконе стоят сушатся, вставай а, — продолжая валятся на кровати, Аньер прикрыл глаза, хихикая и отнекиваясь, — Аньер, встань, я тебя раздену, и ты будешь спать своим сладким сном. Мне еще на кухне убираться.       Не соглашаясь и не поддаваясь на уговоры, Аньер лишь лягнул ногой в живот Ивана, на это Свободин схватил того за голень. И с силой дернул на себя.       Такое «игривое» поведение соседа начинало доставать Ваню, отчего он уже пыхтел от злости и желания самому плюхнутся на свою кровать. А не уступать ее предмету воздыхания.       Михаэлло злорадно усмехнулся, падая с края кровати на пол. Охая от неприятного ощущения, он приподнялся на колени, взирая на Ваню. — Так ты любишь погрубей, так бы и сказал, — цепляет руками край рубашки. Ухмыляется, чувствуя себя хозяином положения. Свобода решает, что будет просто игнорировать. Перехватив чужие запястья, кареглазый присаживается рядом на корточки, соскользнув одним запястьем к чужому подбородку. — Прекращай свой погорелый театр, — раздраженно молвил Иван, стиснув чужие щеки пальцами, — Это уже смахивает на домогательство. УК РФ Статья сто тридцать третья. Понуждение к действиям сексуального характера, от года до двадцати. — Не ври, большой парень. Тебе же нравится на это смотреть, — с издевкой отозвался зеленоглазый, двусмысленно дернув бровями, — Небось, о пошлятине всякой думаешь?       Ваня покраснел до корней волос, растерянно опуская взгляд. Действительно, это по своему заводило, но чтобы воспользоваться так человеком нужно быть полной скотиной.       Мотнув головой и сведя брови домиком, Иван более сделал серьёзный вид. Сильнее сжал пальцами чужие щеки, так что губы произвольно стали в форме «уточка». — Отставить, у тебя два варианта: или ты встаешь и, естественно, раздеваешься, а потом спокойно спишь до обеда, или я беру тебя и связываю…— ехидные смешки сбили весь настрой, от чего не договорив свое предложение, Свободин резко встал, предварительно отпустив зеленоглазого. Тот недовольно сморщился, когда завалился на бок. Стащив с кровати пуховое одеяло, Иван его кинул в ноги, все-таки ожидая того, что Аньер соберёт свои остатки трезвого разума и сам разденется. Но, ах, этого не произошло.       Поэтому Иван взял всё в свои руки, в прямом смысле этого слова! Аньера раздеть было достаточно проблематично, так как он елозил, пинался и даже пяткой в глаз заехал, но все же Ваня справился, ведь какое-то время в Москве шатен работал нянем. Завернув в некий «рулетик» своего соседа, на всякий случай Свободин еще закрепил его ремнем.       Перевернув того к подушке, он заглянул в воронку из одеяла. Поймав на себе хищно полуприкрытые глаза, он похлопал его. «— Ему что это понравилось?» — Спокойной ночи, будет плохо кричи, — утомлённо выдохнув, лингвист отправился на кухню дабы прибраться, ведь все должно быть чистым! Услышав в гостиной комнате тоже звуки борьбы меж Лью и Уйлем, Ваня хотел вмешаться правда чуть погода услышал, как Уйрлихт вскрикнул от звонкого шлепка. «— Красотка.» Между прочим, что до пары в гостиной комнате все было намного проще, чем у Ивана. Уйль не то что бы был против лечь спать, после вертолетчиков перед глазами, просто он не ворочался. Лег как в гроб и лежит. Черевко и так, и сяк прыгала перед тем как отвесить леща. Лег как камень посреди маленького ручейка. Ни простынь нормально надеть, ни самой лечь! Поэтому хорошенько шарахнув по бедру своего бойфренда, Люся успела в момент шока и спихнула на пол того. — Надеюсь ты там не убился, — тихо пробурчала девушка, ползая по дивану и заправляя в щелочки простынь, — все залезай.

***

— Доброе утро, ты давно проснулась? — зайдя на кухню Ваня был удивлён, ранним пробуждением Лью. Ведь после таких «посиделок» девушка лежала до следующего дня, даже если чувствовала себя отлично. —О, приветик, будешь есть? Могу предложить яичницу, точней только желтки и-и припасенные закуски со вчерашнего вчера, — девушка стояла около плиты над сковородой и аккуратно вырезала на каждой глазуньи желтки, — да нормально, Уйль спал как мертвый, а ты как? Выспался со своим стриптизером?       Кареглазый любопытно глянул в сковородку, в которой был только белок. Щелкнув рядом стоящий чайник, Иван присел за стол. — Что угодно, а ты зачем желтки то вырезаешь? Да и еще в ручную, можно же было взять стопку и выдавить их, — приняв тарелку с одними желтками Ваня не вставая из-за стола достал вилку. Какая же удобная вещь иметь приборный шкафчик прям в столе, —На полу не очень удобно. — Уйль есть только белки, желтки терпеть не может, — прикрыв белки крышкой рыжая глянула в холодильник, — На полу? — удивлённо спросила выглянувшая голова из-за дверцы морозильника. — Ага, за то спина будет ровной, — аккуратно подцепив одно «солнышко», парень отправил его в рот, — Аньер во сне дерётся и долго он не мог уснуть. Я даже все успел помыть, убрать и протрезветь.       Открыв настенные шкафчики девушка достала оттуда четыре кружки разных форм, цветов и размеров. Кинув в первые две попавшиеся несколько ложек растворимого кофе и к нему в одну кусочек сахара. — Будешь с ним разговаривать насчёт ну. — Думаю да, скрывать тот факт, что он меня поцеловал, а потом предлагал переспать. — Он тебе предложил переспать? — воодушевленно вскинув брови Черевко захихикала сняв чайник и налив чуть воды в каждую чашку, — И как начнешь свой разговор с ним? Не забудь упомянуть, что он взял и дурь дал вообще самому безобидному человеку на земле!       Поставив кружки на стол, девушка нырнула вновь в холодильник выудив от туда бутылку молока попутно захватив со столешницы большие пластинки «Аспирин» — Не злись, Уйль взрослый парень он сам принял. — Ты щас Аньера защищаешь? — недовольно сморщилась рыжая подлив в две кружки с кофе молока, а в другие две кинула по одной шипучей таблеточки, — Одна Уйлю, вторая Аньеру.       Свободин кивнул не отвлекаясь от поедания «солнышек». — Считаешь, что аспирин, как капустный лист? От всех недугов, — с издевкой отозвался кареглазый, отхлебнув из кружки свой кофе, — можно еще сахара?       Девушка протянулась до самой столешнице, подцепив кончиком пальцы красную коробку с надписью «Сахар». Достав оттуда пару кубиков сладенького, она запросто кинула их в чужую кружку. В отличие от друга, рыжая не любила сахар в кофе или в чае. — Не знаю, на Аньере проверим. А моя блондиночка всегда начинает день не с кофе как мы, а с аспирина, — приподняв кружку, Луи тихонечко стала постукивать ложкой, — Ну так, как начнёшь с ним разговор? Ой кстати я еще тосты сделала! С клубничным джемом, как ты и Уйль любите, будешь щас?       Почесав затылок Иван согласился на эту вкусность, ведь он не дурак отказываться! Быстренько поставив тарелку с тостами, Черевко сама один успела утащить. — Думаю, спрошу сначала помнит что-нибудь он или нет, потом задам какой-нибудь наводящий вопрос по типу «помнишь что было четыре года назад». После как подогрею почву, — шатен поднялся с места сложив вилку на тарелку и «украв» с другой хрустящий и сладенький тост направился к раковине. Поставив грязную посуду и включив воду, Ваня задумался а как дальше то с ним говорить? Может прямо в лоб спросить «помнишь поцелуй?» или «может помнишь признании?»       Свободин после мытья посуды уж очень ушел в себя, задумчиво мерил кухню шагами, пожевывая тост с густонамазанным клубничным джемом.       Как вдруг из комнаты лингвиста стали доносится крики о помощи. Даже Черевко ощутила неприятный рой мурашек по спине, как будто Ваня ночью не мыл посуду и не спал на полу…       Свободин даже тост из рта выронил!       Вбежав в комнату Ваня думал о самом плохо, что типа он повесился на ремне или захлебывается рвотой, но было проще соседушка валялся на полу. Все еще крепко завернутым в одеяло. — Эй, гусеница, как настроение? — насмешливо начав диалог, кареглазый подошёл ближе и присел рядом. Прям над головой крутящейся недотроги, — Будешь слушаться? — Я очень хочу в туалет. Или ты меня развязываешь, или потом вытираешь лужу и сущищь свою ебучее одело! — яро высказался кучерявый получив недовольный цык об небо, — .Ладно. Ладно! Я буду покладистым! Первые десять минут.       Аньер выглядел забавно, поэтому улыбнувшись ему Иван все-таки помог выбраться из чужого кокона. — А чего это ты в бабочку непревратился? — шуточно спросил лингвист, наблюдая как «бабочка» упорхала голопом в ванную команту, — на кухню потом зайди.       Михаэлло ничего не ответил. Свободин вошел в кухню, заметив как тосты с джемом уменьшились в количестве.       А щеки и уголки губ девушки были перемазаны чем-то красным. Решив что упоминать желание о резком похудение будет не тактично, да и зачем? Если она захотела это съесть, значит так нужно. — Ну что? — спросила девушка глазея на застывшего друга. — Спящая красавица проснулась и захотела в туалет, он жив здоров. Щас придет, — на одном духу сказал Свободин подходя к чайнику и вновь его щелкая, — А твой жив? — Аm Leben* — голос воскрешеного Уйль чуть хрипел, а сам он выглядел замученным. Будто бы не спал, а всю ночь играл в футбол или воду на горбу возил, — добхрое утхро.       Черевко хотел крепко обнять свое чудо в перьях, но он сухо выставил руку перед собой давая понять, что не готов к утренним ласкам.       Уйрлихт был тем типом людей, что спросонья могут убить кого угодно или обидеть своей невнятной речью. Утро не для него. — Спасибо, за воду, — кротко поблагодарив девушку за такую любезность, немец сел на третью табуретку и залпом выпел целую кружку, — я пхроснулся от кхриков, вашего дхруга. Как его там.Ан Ан Ан. — Да че сложного пять букв, А Н Ь Е Р. Блондиночка ты меня обижаешь, — дополнив кухню еще одним человеком, Михаэлло шутливо подмигул своему новому знакомому.       Лютик удивлённо вскинул голову в сторону Михаэлло, как чуть повременив улыбнулся тому. Смотря на эту «сцену» Иван ощутил несвойственный укол ревности. Свободин не был собственником, ему было это несвойственно. Он всегда с чистой уверенностью доверял партнёру. Хотя возможно такой реакции посодействовал мозг, ведь он и Аньер не состояли в отношениях. — Э! Ты че с моим парнем флиртуешь?! Если ты гей, тебе не дает право заигровать с ним! — а вот Лью была еще той ревнивицей. Если кассирша не так посмотрела, то ее в этот же вечер ждет серьезный разговор с Люсей и её битой.       Все это поведение исходило их прошлого самой девушки, ведь как только начали встречаться она да блондиночка. Люся имела на другом фронте роман. О втором романе Уйль узнал случайно, как же тот на нее смотрел.       А произошло это так, девушка пригласила другого к себе забыв о назначенной встречи с Лютиком. А тот не боялся и пришел к ней с букетом ромашек и ее любимым безе. Открыв дверь в общую комнату девочек, в которой была девушка с ее вторым Лютик ничего не сказал, он просто стоял и ждал когда на него обратят внимание. Еще бы чуть-чуть и он бы расплакался, ведь его ненаглядная принцесса целовала другого позволяя тому трогать где только вздумается!       Несмотря на это, Уйль спустя молчание в несколько недель сделал вид, что того и не было. Стараясь обходить эту тему, всеми способами.       Он любил ее, несмотря на все. Даже при встречи в университете с тем мужчиной, он опускал голову стараясь этого не видеть. Кстати, тот парень даже пытался поговорить с Уйлем, но он лишь делал вид что спешит и не может щас уделить внимание этому молодому человеку. — Аха-ха! Расслабься, не в моем вкусе блондиночки, да и еще похожие на зефир! Без обид Уйль, — плюхнувшись на местро Свободина, парень скрестил ноги облокотившись о стену. — Угу, — тихо ответил Лютик поедая оставшийся тост. — Я серьёзно, — сердито продолжила девушка. — Да я тоже, о это мне? Как мило, — забрав себе последнюю кружку, Аньер мельком взглянул на Ивана, что уставился на него, — тебя мама не учила, что пялится не хорошо?       Свободин по-детски передразнил соседа, наливая себе еще одну кружку кофе. — Смешно, ты для человека, что вчера был в состояние говна хорошо выглядишь. — Приму за комплимент, — кивнув зеленоглазый стал потихонечку пить воду, но тут же ощутил неприятный осадок на языке, — Аспирин? Лучше в таком случае, давать человеку молоко, но мерси боку.       Девушка взволнованно глянула на равнодушного Уйля. Спокойный как удав. Что не скажешь про Ваню, с приходом Аньера он стал пугающе двигаться. — Ты помнишь хоть что-то? — Урывками, — обяснил Аньер, поставив кружку рядом при этом придерживая ее, — А собственно, что такого? — Что такого?! — поднял голос Свободин, не сдерживая нахлынувших эмоций, — Ты обдолбался у меня в ванной комнате! Например это! А потом приставал и предлагал переспать!       Все трое вздрогнули и вылупили свои глазенки на Ваню. Особенно это был Аньер, у него аж слова застряли поперек горла. Шульц обеспокоенно обратилась взглядом сначала на нового знакомого, после на девушку, а в самом конце Ивана. Такой расклад переглядок рыжую не устроил, она громко встала со стула и без лишних слов ушла в гостиную. — Луи? — расстерянно спросил ухрдящюю девушку блондин, продолжая сидеть в полном раздрайве. — Ну-у это случилось случайно, — по идиотски оправдался румын. На это же в Свободине что-то яростное поднялось, что аж на шее выступили вены. —Случайно получилось? Охренеть можно! Сначала говоришь, что был влюблен и целуешь, а потом заигрываешь с парнем с которым знаком от силы пятнадцать минут?! Что-то меня берут сомнения, что твои чувства были «настоящими» — выпалил чернобровый.       На это не то чтобы Михаэлло дернулся, но и Лютик. Он как-то чувствовал себя виноватым, а вот Аньер почувствовал боль. Такую острую и неописуемую словами! Его искренние чувства сравняли с грязью!       То есть Аньер всегда старался быть хорошим другом и не засматриваться лишний раз, не вызывая чужое удивление и не смутить своим вниманием! Стараясь быть на расстояние и погруженным в свое одностороннее влечение. Только он сам. В эту страсть, обречённую остаться неразделенной. В свою безответную любовь! <      Та что трепетала у него в животе, а мурашки бегали каждый раз по спине. Но при этом, Аньер должен был его сдерживать, не выпускать наружу, чтобы оно не бросилось в глаза остальным. Потому что влевение — заметно.       Друг. Только друг, максимум близкий. Ведь Ваня должен чувствовать к нему только приятные чувства для общения! — Ты ошалел? — лишь это смог выдвить Михаэлло, переводя взгляд на растерянного Лютика.       Ведь Свободин был влюблен в другого…а зеленоглазый? А он? А он друг. — Что разве не так? Вся эта ситуация абсурдна! — заплетающимся языком тараторил взволнованный Свободин, — Я не помню, как ты сказал «выразился что мерзкое» я всегда был геем, этот момент бы я запомнил! Как минимум потому что мой друг это сказал!       Михаэлло истерично хихикнул, закатывая глаза. Все вились вокруг Вани. Приближались, старались привлечь внимание «царя», «включить» его. Даже те, кто играл безразличие, на самом деле притворялись, пытаясь пробудить его интерес к своим персонам. Что и девчонки, что и мальчишки.       А он просто наблюдал. Ведь знает, что он всем им нравится. Люди которые красивые и талантливые, это известно. Такая умиротворяющая уверенность. Сдержанный, умный, красивый такой. Михаэлло можно сказать восхищался своим другом, ведь тот так филигранно располагал властью. Всегда так аккуратно, словно и не он главный секс-символ.       Иногда Свободин кого-то и подпускал к себе. Те сразу начинали чувовать себя «золотой» жилкой в социальной лестнице. При этом он держал их на расстояние, кроме пары человек: Люси, Черники и одного парня. Аньер в близкий круг не входил. Несмотря на их такую дружбу, когда были помладше.       Ведь кареглазый предпочитал общество себе подобных, не то чтобы мелкие слизняки под белыми кедами. — Конченый, ты сидел тогда на лестнице курил. Ждал Семена Жерновского*, что был на класс младше. Он тебе нравился, ты всегда смотрел на него то на перемене, то на уроке физкультуры ведь у вас по средам были совместные игры в волейбол, — бесовски начал зеленоглазый. Внутренний обиженный подросток, так и рвался наружу, — это это была зима, февраль четырнадцатое число. Я подошёл с простой беседой, а ты молчал. Ты со мной неделями не говорил! А я что сделал то?! Ну я и достал открытку и протянул ее вместе с фенечкой, бля, а ты даже не посмотрел. Только после слов, что это на удачу на экзаменах ты поднял на меня взгляд и чётко оттарабанил «удача для лохов». Потом пришел твой ненаглядный гомофоб и стал шутить, а ты его поддержал с трепетом смотря на него. Потом ещё год я слышал свисты и предложения о том, что бы я отсосал у него!       Слушая это загривок у Ивана похолодел. Да этот Сема был тайной пассией Свободы. Не уж то так было видно? — Все бы блять ничего! Да мне даже было похуй на чужие оскорбления, но от тебя! Ты знаешь как это выглядело? Словно безногий, чмырит сидящего инвалида!       На это у Свободы не было ответов, лишь быстро вздымающаяся грудь. «— Мудак.» — А щас?! Щас я тебе нравлюсь?! — зачем-то спросил лингвист. — Ага, блять разбежался. Можешь поцеловать меня в зад! Кретин, — Михаэлло не рассчитал своей силы и в целом хрупкость ружки, поэтому швырнув в сторону Ивана парень подскочил. Пыхтя от ярости. Уйль на секунду даже хихикнул смотря на это, ведь Аньер походил на какого-то мультикаплиционного персонажа, у которого пар из ушей вот вот пойдёт. — Ты ебнутый?! — тут же отреагировал пригнувшийся от брызгов разбитой керамики, — Ты куда поперся! А ну вернись идиотина!       Зеленоглазый даже бровью не повел на возмущения соседа, лишь быстрей стал перебирать ногами к выходу из квартиры. Лучше ухажёр матери в трусах перед глазами, чем это смазливое лицо, эти дурацкие карие глаза и густая шевелюра! Михаэлло отделял от свободы из этой «коробки» лишь метр, но его сильно схватили за запястье и дернули в противоположную сторону. Болезненно припечатав художника головой, да и в целом телом к стене Иван сердито зыркнул тому в глаза. — Аньер! — умостив соседа между своих рук, так дабы тому было трудно выбраться из-под него. Иван фыркнул продолжая хмуриться и смотреть в зеленые глаза.       Только бы Аньер собралась со всеми запасами обидных шуток и аллегорий, как его губы перекрыли чужие пальцы. Свободин позволил себе взять инициативу на себя.       Ваня медленно провел пальцами по его губам, расслабив свои брови и в целом мимику. — Я тебе щас эти пальцы в твою задницу затолкну! Или обломаю их и потом тебе же скормлю, отвали, — со всего размаху толкнув в корпус тела Ивана, Аньер хотел уже слинять побыстрей. Сделав лишь полшага, Иван в ответ «приплюснул» художника к стене. Вызвав недовольное шипение со стороны соседа, — Да блять!       Пальцы рук грубо сжали чужую шею, сухие губы страстно впился поцелуем в губы бунтующего.       Михаэлло поперхнулся, даже попытался отстраниться, но стена все-таки из бетона, а не из дыма или ваты. Ваня держал крепко, поцелуй был удушающие глубоким, руки, сжимавшие шею, скользнули ниже по шее, ключицам и остановились плечах. Сжимая и «оседая» на них.       Аньер не выдержал и сдавленно вскрикнул, подавшись телом к нему. И что? Он ждал этот поцелуй четыре года назад, ну или хотя бы три! Уже слишком поздно!       Иван подумал, что такая реакция значит зеленый цвет, потому хмыкнул, обхватив его шею одной рукой, второй приблизил к себе, положив поцелуй. Язык более активного оппонента проскользил внутрь другого. Он извивался, щекотал, особенно уделяя внимание чужому языку, цепляясь за него и проскальзывая по нему вперед-назад. Но, кроме этого, он вжимался в губы.       Собственно, если кратко — это было мокро, страстно и даже в какой-то степени пошло! — Бля-я! — возразил зеленоглазый. Треснув куда-то в грудь, скорее всего солнечное сплетение художник шатнулся в сторону, растерянно, обалдевший, стараясь при этом не показать своей озадаченности, не выдать смятения.       Ивану на секунду показалось, что за такую дерзость ему щас с размаху засветят кулаком.       Если бы знал пятнадцатилетний Аньер о таком перфомансе от тайной любви, он бы сдох на месте. От счастья или оттого что сердце бы в порыве трепета сломает все ребра и выскочит наружу.       Вместо кулака в лицо, Аньер лихорадочно упорхал из квартиры. Точней выбежал босиком в мятых штанах и рубашке, без всего и побежал вниз. Черт знает куда! Одно тот знал, подальше от этой идиотины! — Аньер! — хотел следом выскочить Иван, но затормозил и схватил чужую обувь. Благодаря эху в подъезде до ушей Лютика дошли невнятные посылы далеко и надолго. <      Уйль тихонечко наблюдал за этим, не понимая их обоих. Хотя чего ему осуждать двоих? Он сам то не лучше. Их пара не лучше. — Лу? Могу войти, — отворив спросил блондин, заметив что его рыжая букашка качает пресс, — Что случилось? — А ты ебать не знаешь! — продолжая поднимать корпус ответила девушка. — Я же пхросил, не говохрить со мной так, — присев рядом на диван продолжил, — Ну так? — Что ну так! Пхосил пхосил! Ты говорить нормально для начала научись! — выпалила рыжая, резко подскочив, — Что это было! Ты почему ему улыбался? Ты вообще ког.. — Лю! — громко крикнул блондин, его белесые брови свелись домиком к переносице. А нежно голубые глаза, стали темно-синими, — Если это опять твои порывы хрености, то они совсем глупы! И ты меня обидела. Ничего не говохри, просто ничего. Ты сделаешь лишь хуже. — Ну да-а я же только хуже делаю! — Ну вот опять. Люсь, я не дехржу зла на тебя за тот случай, но таким поведением ты похртишь все. Честно, я только завожу друзей, а ты уже тут же в пхрипадке хревности! А насчёт говохрит, молодец. Хохрошо знаешь мои больные точки. Я пойду погуляю, — тихо выдохнул немец, поднимаясь с места и натягивая на себя свитер, — если что-то захочешь напиши.       Уйль под крики и присказки девушки, медленно стал одеваться на улицу. Парень ее совсем не слушал, ведь может услышать что-то обидное.       А разве это им двоим нужно? Нет, это сто процентов.       Лютик прекрасно знал, от чего девушка так могла вспылить и начать ревновать к столбу. Хотя повода никогда не было. Уйрлихт как аист — одна на всю жизнь. Даже если убьют, будет любить.       Она боялась, что ей оплатят той же монетой. Но это уже надоело блондину, он хочу дружить! Ведь от этих приступов, его старые друзья даже поздравлять на день рождение бояться!        Простая прогулка по бывшей столице, вот что щас больше всего привлекало немца. Ему было не по себе от всего, что уже успел услышать и от знакомого Аньера, и от Ивана, вроде бы такой умный парень...и от своей же девушки, которая опять начала нести полную ерунду. — Эх, духраки..— нацелив себя на стакан горячего чая с красными ягодками, которые чаще всего добавляли для «лечебного» применения.       На секунду Уйль задумался остановившись на пролете между вторым и первым. «— Аньер же это говорил Ване не от злости. А тот просто приревновал? Какая же глупая вещь эта ревность. »