Константа Судьбы | Фэнтези роман о тяжести божественного бремени

В большом помещении, будто высеченном в скале, больше напоминающим тронный зал, перед центром которого стояли двое мужчин, чуть старше двадцати лет. На самом троне восседал другой, с виду лет на тридцать. Между ними разыгрался диалог. — Значит он в городе Нордвей. Где это? — задал вопрос самый молодой. — Западная империя. В южной части, близко к горам. — рассказал второй. Он был чуть старше первого года на три. Вёл себя строго и невозмутимо, словно его никоим образом не касалось происходящее. И лишь его милость – пояснить ситуацию. — Эх, Западная… у меня не очень приятные воспоминания о ней. — пожаловался молодой, будто уже устал от задания, протёр ладонью бедное лицо. — Всё равно условия Западной лучше, чем толпы пустынных бандитов в Южной или страшные холода в Северной. — высказал мнение второй мужчина. Воспоминания о родине сильнее разогрели итак не самое лучшее настроение. — Странно слышать это от тебя, выходца из Южной. Настолько не любишь родину, Кайл? — задорно спросил тот, что помладше. Он любил эдаким странным образом подшутить над сослуживцем, одним лишь взглядом бросал вызов. — А ты, я смотрю, прямо обожаешь Восточную Империю, Седьмой? — раздражённо ответил Кайл, которого коллега в последнее время подбешивал всё успешнее. — Может вы уже прекратите и послушаете про задание? — прервал их спор восседающий на троне. Он не любил быть строгим, но, наперекор себе, выпустил эту сторону своей личности. Казалось, от голоса дрожали стены пещеры. Оба упали на колено, в знак уважения. — Просим прощения, Глава. — сказали они в унисон. — Отлично. — сказал мужчина на троне, после чего стал на порядок тише и срокойнее. — Ваша цель — подросток шестнадцати лет по имени Зигфрид Амон. Сегодня довольно неплохая погода. Пары наконец закончились и можно было вздохнуть полной грудью. В центре искусств, или центре творческой деятельности, если угодно, я действительно чувствовал себя отлично. Вытащив из шкафа мольберт, я поставил его в наиболее удобном для себя месте, затем достал холст, нож для подточки карандаша, сам карандаш из кучи остальных. В общем, приготовился. Без дела я прождал ещё минут десять. — Ну и куда он делся? — спросил я непонятно у кого. Часы, казалось, назло тикали так громко, рассекая тишину помещения. Ответом была лишь тишина. — Зигфрид Амон? Из клана Амон? Я думал его уничтожили. — сказал Седьмой, вставая с колена и чуть отряхивая пыльные колени. — Да, уничтожили. Зигфрид единственный, кто выжил. Он студент академии наёмников. Один из лучших в ней. — ответил мужчина на троне, взвалив ногу на ногу. — Его стоит опасаться? — задал вопрос Кайл, хотя сам едва ли видел в нём смысл. — Нет, не стоит. В конце концов он всё ещё юноша, шестнадцати лет. Если сами не покажетесь, то он и сделать ничего не сможет. — А элемент у него какой? — с большим интересом, чуть ли не подпрыгнув на месте, спросил Седьмой. — Пространство. — ответил Глава, но заметив реакцию Седьмого сразу же добавил. — Даже не думай. Я запрещаю вступать в схватку с ним. Седьмой, услышав это, поник. — У него ведь должны быть какие нибудь специфические силы, раз он один из лучших учеников. — предложил догадку Кайл, тем временем отойдя и облокотившись спиной на одну из колонн. — Да, есть парочка. Помимо управления пространством, он обладает способностью видеть всё вокруг себя и внутри объектов. Я бы назвал это своеобразным «сканированием». — А вы не мало узнали Глава. — продолжил Кайл. Он беспечно ковырял чёрные ногти на одной из рук. — Ясно почему вас не было столько времени. — Я рад, что тебе стало понятно. Ещё одна специфическая способность — бесплотность. Зигфрид способен стать полностью неосязаемым. Не больше пяти минут в день. — закончил объяснение Глава. В памяти начали витать знакомые образы. — Зачем мы вообще это слушаем, если сражаться всё равно нельзя? — с грустью в голосе спросил Седьмой. Он всё никак не находил себе места. От нетерпения, казалось, мог стереть подошву ботинок, пока бродил по помещению из стороны в сторону. — Он может сбежать. Для этого я вам про него и рассказываю. — Всё таки, больно лёгкое задание, Глава. — обратился Кайл, наконец, втянувшись в разговор. — Если нужно просто поговорить с этим Зигфридом, то почему бы не отправить Абигейл? — Всё не так просто. Помимо Зигфрида есть те, с кем вы можете повстречаться. И одного из них стоит опасаться. Наконец я услышал звук открывающейся двери. В аудиторию вошёл миловидный парень со светлыми, почти полностью белыми волосами. Они были завязаны в хвост. Сегодня, как и практически всегда, на нём была его любимая кофта серого цвета и тёмные штаны. Хоть и выглядел он совсем невинно, но это только на лицо. Сам он был в меру мускулист. Не то что бы гора мышц, но и не щепка. — Ты чем так долго занимался, Левкий? — недовольно встретил я друга, слегка разворачиваясь в сторону двери. — Забежал в цех, заказ отдать. — устало ответил парень, словно его больше интересовали руны и напильники. — Приспичило же тебе рисованием заняться, Амон. У меня столько заказов ещё. — Ладно тебе, успеешь ещё. Присаживайся. — сказал я, указав на стул перед собой. — И сколько это займёт? — Как всегда, минут пятнадцать не больше. — И чем же так опасен этот Левкий Баел? — продолжил расспрос Кайл. — У него элемент души. Этот парень может без особых усилий читать все ваши мысли. А ещё он кандидат. — начал рассказ Глава, особенно интонацией выделив последнее слово. Когда-то оно в самом деле навевало страх на людей. Сейчас же – лишь недоверие. — Стоп, кандидат? Это ведь просто легенда. Чёрт возьми, Глава, я думал вы шутили, когда говорили про то, что нам нужен один из них! — удивляясь сказал Седьмой, в моменте даже встав на месте от удивления. — Что за кандидаты? — спросил Кайл, внезапно, решив подойти ближе. — Ты серьёзно? — начал обвинение Седьмой, попутно пытаясь распознать шутит собеседник или нет. — Это же всем известная сказка. — Там где я рос сказки не рассказывают. — грубо ответил Кайл и тут же отвернулся. — Кандидаты — вместилища четырёх Древних. — Что-то такое я всё же слышал. Четыре первородных существа, родившихся вместе со вселенной и сделавшие мир таким, каким он является сейчас? — Всё верно, Кайл. — подтвердил Глава, вместе с этим кивая. — Четыре аспекта мироздания: Алое Пламя, Сияние, Бледный Свет и Пустота. Каждую тысячу лет они перерождаются в четырех людях, чтобы переизбрать того, кто будет вмещать себя всех четырёх. Собранные вместе Древние даруют существу силу бога. Безграничные возможности. — И как же их собрать? — Убить остальных кандидатов. — Так чей же кандидат этот Левкий Баел? — вмешался в разговор Седьмой, вновь чуть ли не подпрыгивая от предвкушения. — Бледного Света. На данный момент сильнейший кандидат из всех. Он полностью овладел всеми элементами своего Древнего: душа, время и бледная материя. — Какая материя? — вновь заинтересовавшись спросил парень. — Не сейчас, Седьмой. — отказал в рассказе Глава. — Есть ли ещё что то, что нам нужно знать? — поинтересовался Кайл, который сам порядком подустал от диалога и множества нюансов. — Есть ещё один кандидат. Я бы не назвал её опасной для вас, но проблем эта девица создать может. Прошло несколько минут с момента как я начал рисовать Левкия. На холсте уже видимо отражались его черты. Ещё немного и можно было бы закончить. Эх, давно я уже не занимался этим и довольно сильно соскучился по рисованию. В тишине и спокойной обстановке всё бы и продолжалось, если бы в комнату резко не ворвались. — Привет Душенька, привет Фокусник. Чем занимаетесь? – оглушительно громко. Как и всегда. Дайона Тейлор. Говорить о ней я мог бесконечно. Естественно наедине с собой. Она была невысокого роста, с прямыми чёрными волосами, которые спускались чуть ниже плеч. Кожа её была немного тёмная, а глаза были прекрасного янтарного цвета. Да и привлекательной фигурой она выделялась. Короче говоря, я на неё запал. — Да вот, Амон меня завлёк бессмысленно проводить время в полной тишине. — объяснил ей ситуацию Левкий, уже успевший изменить оговорённую для портрета позу. Я же тем временем глупо уставился на неё, даже не слышал о чём Дайона говорит с Левкием. Он же воспользовался возможностью и подорвался с места, не прекращая разговор. — Амон, ты сейчас дыру в ней взглядом сделаешь, прекращай. — послышался голос Левкия у меня в голове. Удобная всё-таки штука этот ваш элемент души. Послушав совет, взгляд я отвёл. — Портрет значит. — задумчиво протянула девушка. — Удивительно, что ты не голый сидишь, Душенька! — со смешинкой в голосе сказала она. — И правда, кстати. Ты через одежду подглядываешь, Амон? — тоже слегка усмехнувшись решил пошутить Левкий. Глупо пошутить! — Хватит уже об этом. — сказал я и подошёл к друзьям. — Ну чего ты, Фокусник. Ну изврат да изврат, ничего не поделать. — а она всё продолжает. Ради её улыбки можно и потерпеть эдакие насмешки. — Ладно, Дайона, перестань. Амон у нас на самом деле не такой. — решил поддержать меня Левкий, искоса метнув игривый взгляд. — По крайней мере теперь. — Ты уж определись на чьей ты стороне. — безынтересно ответил я ему. В моих глазах осталась лишь усталость от происходящего. Хотя, в чём то они определённо правы. Пару лет назад я действительно был озабочен противоположным полом. Прибавьте к этому возможность смотреть сквозь одежду и получите человека, который только и знает, что глядеть «под юбку» каждой фигуристой девице. Буду честным, это осталось до сих пор, но не в таких масштабах, в которых было раньше. — Ладно тебе, Амон, не дуйся. — сказала Дайона и обняла меня. Сердце забилось быстрее. — После этого ты явно не дуешься. — ехидно проговорил Левкий у меня в голове. — Да заткнись ты уже. — так же мысленно ответил я ему. — Ну чего ты? Скажу по секрету, она сама только искала возможности обнять тебя. К чему была последняя его фраза я не понял. Для Левкия понятия «личные границы» не существует. В голову он залазит абсолютно ко всем. Не подумайте, не из корыстных целей. Скорее, что бы развлечься. Конечно, уставом академии это запрещено, но Левкию без разницы. О том, что Дайона мне нравится он узнал довольно давно. И как назло, он не хочет рассказывать мне, что она чувствует на самом деле. Может она считает меня не более чем другом, что более вероятно. — Всё нормально. — сказал я, как только меня выпустили из объятий. — Надеюсь вы уже поворковали, голубки. — устало сказал, Левкий. Я метнул в его сторону гневный взгляд. Как оказалось, Дайона тоже. — Амон, давай садись, рисуй дальше. Чем быстрее закончим, тем быстрее я вернусь к работе. — О, Фокусник, а меня нарисуешь? — Значит она кандидат Сияния. — задумчиво произнёс Седьмой. — А какие у неё элементы? — Свет, скорость, звук и грёзы. — рассказал Глава. — Как-то… негусто. — разочаровался мужчина. — Только два боевых, а остальные… — Есть ещё элемент тепла, но она им не пользуется. — продолжил Глава. — Хоть она и не сильнейшая, но может оказать сопротивление. Да и элементом грёз она пользуется довольно неплохо. Это не элемент души, но ваши чувства она прочитает с лёгкостью. Не вздумайте сражаться хоть с одним из них! — Как скажете, Глава. — встрял Кайл, которому всё сильнее натерпелось уйти. — У нас интересная цель. Повезло ему так близко общаться с двумя носителями Древних. — С тремя. — поправил его Глава. — Есть ещё один — Ксанфий Экьюал, но его остерегаться не стоит, скорее всего вы его не встретите. — А он у нас кто по ориентации? — спросил Седьмой. На пару мгновений повисла тишина. — Очень смешно. — саркастично отреагировал Кайл, готовый задушить коллегу. — Ой, закройся. — ответил ему Седьмой, изображая недовольство. Его едва ли задевали подобные реакции. — Кандидат Алого Пламени. Пользуется элементами огня, его более сильной версией — алым пламенем, и энергии. Элементом равновесия не владеет. — Спасибо, Глава. — поблагодарил Седьмой. — Это всё что нужно знать? — Даже чуть больше. Седьмой, если не хватит сил, то можешь брать Пятого и Первую. Неизвестно, что может произойти. — Как скажете, Глава. Позволите откланяться? — Да идите. Оба мужчины слегка поклонились и ушли в свои комнаты. — А на моё место не хочешь? — спросил Левкий у девушки. — Ты издеваешься? Я почти закончил, посиди ещё немного! — ответил я, с долью раздражения в голосе. Хотя, признаться честно, хотелось накричать. — Ух ты, и вправду не голый. — проговорила Дайона, взглянув на холст. Её тёмные волосы упали мне на плечо, но я старался не подать виду, что заметил это. — Удивительно. — саркастично ответил я. Пускай сердце и бьётся чуть быстрее, обижаться мне это не мешает. — Всё же ты какой-то мрачный сегодня. — сказала девушка и обняла меня сзади за плечи. Я нервно сглотнул. — А если бы я позировала, хотел бы изобразить моё тело во всех подробностях? — прошептала она. — Дайона, прекращай. — категорично сказал Левкий, тут же переменившись в лице. — Ну ты глянь на его реакцию, Душенька! — она захихикала и тут же отлипла. — Делает вид, что ему всё равно, а у самого грёзы фиолетово-розовые! Я не слишком разбираюсь в значении цветов грёз, но вроде как это фиолетовый это смущение. — Мне это ничего не дало, Дайона. — Не делай вид, что не знаешь! А если даже не знаешь то можешь посмотреть, я же в курсе. — Даже силы тратить не буду. Мне хватает знания того, почему ты так поступаешь. Дайона только лишь смутилась, хотя и лёгкое непонимание на её лице проглядывались. Я же, в свою очередь продолжал молчать, увлечённый делом. Уже почти закончил. — Готово. — радостно воскликнул я и, случайно, чуть не выбросил карандаш, от чего заёрзал на стуле, стараясь держать равновесие. — Хочешь взглянуть? — Давай. — ответил Левкий и заулыбался, будто был моделью, которая позировала в мастерской именитого художника. Я развернул мольберт в его сторону. Пару десятков секунд он рассматривал результат. — Ого. Шикарно, Амон. — сказал друг, а в голосе не было и нотки фальши. — Ты серьёзно? — спросил я удивлённо. Такой уж характер, похвалу принимаю с трудом. — Конечно. Вот только… — Только что? — У тебя всегда получается шикарно, Амон. — ответил Левкий и улыбнулся. — У меня комплименты заканчиваются, понимаешь? — Пожалуй, мне и этого хватит. — Всё, теперь меня! — воскликнула Дайона, сорвалась с места и в секунду оказалась на противоположной от меня стороне. Подбежав к стулу, она спихнула с него Левкия, от чего он лишь недовольно посмотрел на неё, ничего не сказав. Дайона гордо расположилась, положив руки на бёдра и выпрямив спину. — Не буду я тебя рисовать. — сказал я, складывая мольберт. За секунды на лице девушки сменились удивление, возмущение и гнев. — В смысле не будешь?! — Меньше нужно людей извращенцами звать. — категорично ответил я, празднуя внутреннюю победу. — Да ты совсем, что ли?! — Всё, больше ничего слышать не хочу. — вновь изображая серьёзность и внутренне смеясь ответил я. — Мм, какой же ты мерзкий! — разочарованно вскрикнула Дайона и подорвалась с места, будто уже готовая испепелить меня. То ли взглядом, то ли элементом. Я демонстративно повернулся к ней спиной и ухмыльнулся. План её действий в таких ситуациях я выучил наизусть за всё время общения. То что не может взять просьбой, заберёт тем, что заставит самому делать то что ей нужно. Яркая вспышка света сзади. Можно было ожидать. Я стал бесплотным и Дайона, которая элементом скорости практически мгновенно приблизилась ко мне, не смогла схватить мои руки. Лёгким движением я зашёл ей за спину, и сам схватил её, выйдя из бесплотности. Моё довольное лицо нужно было видеть. — Ну и как? Получилось? — насмешливо спросил я, хотя внутренняя паника набирала обороты. Сверкнула ещё одна вспышка света. И, буквально через секунду, уже я был схвачен и прижат к ближайшей стене. В этот раз посмеивалась уже Дайона. Она положила ладонь на мою щёку и, демонстративно, видимо специально для Левкия, потянулась к моему лицу. Телепортацией я сбежал из очередной её издёвки. Она же залилась хохотом. — Можно спросить, что это было вообще? — подал голос Левкий. И он был явно недоволен. — Как всегда. Процесс окрашивания моих грёз. — со скукой в голосе ответил я. Какой это там проигрыш в наших с ней, хоть редких и шуточных, но всё же драках. — Ты бы видел его лицо, полное ужаса! — всё ещё хохоча, сказала Дайона. — «О боже, женщина! Чёрт возьми, женщина так близко, что делать?!» — ещё одна порция хохота. — Ты же специально? Не помню, чтобы ты так реагировал. — спросил Левкий в моих мыслях. — А хотя, можешь не отвечать, я уже знаю. Сам спросил, сам ответил. Великий и несомненно гениальный человек — Левкий Баел. — Ладно, давай уже портреты писать. — выбравшись из плена смеха, сказала Дайона. — Я же сказал, что не буду. — категорично ответил я, в этот же момент пытаясь угадать, что же задумала девица. Дайона взялась за подбородок, как люди делают при задумчивости. И было даже видно как в её глазах сверкнула идея. Еле заметная ухмылка это показала. — Левкий, идея. Поможешь? — воодушевлённо спросила она, повернувшись. — Смотря чем. — Плачу две серебряные. — сказала она и подбежала к Левкию, а затем, что-то прошептала ему на ухо. В ответ на это он улыбнулся. Вот чёрт, Левкий никогда не отказывался от денег. Может попробовать перекупить его? — Оставь себе эти деньги, не такой уж я и продажный. — немного недовольно, но всё же улыбаясь ответил Левкий. Никогда, кроме этого раза. Вот чёрт! Дайона усмехнулась другу в ответ. А в его руке вырос кусок белого вещества, которое начало быстро менять форму, пока наконец не стало… да она блять издевается. Левкий швырнул поделку в мою сторону. Решил дать мне шанс значит. Телепортировавшись поближе, я потянулся рукой к заветной победе. Она почти коснулась летящего предмета, но яркая вспышка перехватила его в самый последний момент. — Левкий, ты сдурел?! — крикнула на него Дайона, сжимая статуэтку, будто от этого зависела её жизнь. Она и впрямь была не готова к такому повороту. Обычно, после своих «пробежек» Дайона никак не менялась во внешнем виде. Сейчас же она напоминала взъерошенную кошку. Люблю кошек. — Надо же было дать Амону шанс. — усмехнулся Левкий и отвёл взгляд. Чуть переведя дыхание, Дайона спрятала кусок бледной материи за спиной, и, улыбаясь, подошла ко мне. — Эй, Фокусник. А у меня для тебя кое что есть! — лукаво заговорила она, пока в янтарном свете глаз уже мерцало ощущение победы. — И думать забудь. Не нужна мне эта статуэтка. — Ну ты взгляни поближе! — буквально пихая мне в лицо поделку, сказала Дайона. Это была небольшая, до мельчайших деталей точная фигурка, изображающая главную красавицу нашей академии — Эрато Вайнес. И, конечно же, она была полностью голой. Как Левкий её вообще сделал? — На основе твоих мыслей, Амон. — ответил он мне, сам внутренне смеясь. — Ты знал, что у тебя прекрасная память? — Без тебя в курсе. — метнул я в его сторону недовольный взгляд. — Зачем она мне, Дайона? — Ну, ты же изврат. Значит, что чем то подобным можно тебя задобрить. — Нет, нельзя. — Или подкупить. Повисло молчание и я задумался. Ненадолго правда. — Давай сюда. — очередное моё поражение. — Вот! Я же говорила! Душенька, видишь, я же говорила! — прокричала она, вместе с этим чуть подпрыгивая на месте. — Давай теперь рисуй меня. — За этим я точно наблюдать не хочу. — сказал Левкий, направляясь к двери. — Ci vediamo! — произнёс он и вышел за дверь. — И зачем это тебе? — утомлённо спросил я Дайону, уже размышляя, где бы припрятать такую находку. — А вот это тебе знать необязательно. — хихикнув, сказала Дайона. — Мне самой или ты справишься? — О чём ты? — недоумевая спросил я. Этот вопрос в самом деле завёл в тупик. Она не ответила и начала расстёгивать пуговицы рубашки. — Эй эй, ты чего творишь?! — чуть ли не прокричал я, останавливая руки девушки своими. — Неужели ты думал, что мне нужен обычный портрет? – сказала и рассмеялась Дайона. — Ну уж нет, голышом тебя рисовать я точно не буду. — понял я её намёк и тут же убрал руки. Возобладало смущение. – Голышом? – теперь уже она встала в ступор. Правда, всего на пару мгновений, вскоре её ехидная улыбочка начала расползаться от уха до уха. – Ты такой изврат, Фокусник! Это же уму непостижимо! Я хотела, чтобы ты нарисовал меня в нижнем белье, но никак не в неглиже. – Да я ведь итак кучу раз видел. Тишина в комнате воцарилась на добрые пару минут. Какой же, чёрт возьми, идиот! Это ж надо было додуматься такое ляпнуть! Зеркала не нужно было, чтобы понять насколько краснющим было моё лицо. Причём, озорная девица не отличилась реакцией, а это совсем ситуацию не улучшало. – Эм… круто? – тихо и неловко произнесла Дайона. Видимо, терпеть тишину ей было куда труднее. – Мне кажется, хватит на сегодня искусства. – Да ладно, господи. – пытается меня успокоить, а сама то сейчас, кажется, рассыплется на пол мелкой крошкой. – Я, вроде как, знала об этом. Ты же изврат. Понятно, что ты и меня не обошёл стороной. – Дайона, благодаря этой речи, уже успела вернуться в тонус и вновь сменить тон на насмешливый. – Но такое признание даже льстит, мерзкий извращенец. – Я хочу домой. – однако мне вернуться в колею, по всей видимости, не было позволено. — Тогда возвращай статуэтку. Снова пара секунд молчания. — Садись уже. — моё третье поражение за день. —И… я сам посмотрю, не утруждайся. Дайона захлопала в ладоши и радостно побежала к стулу. И тут возникает вопрос: «какого чёрта, Амон? Она прямо перед тобой раздеться хотела, а ты сомневаешься в её чувствах?». Так вот, она слишком хорошо меня знает. Все условия она подстроила, чтобы самой остаться в плюсе. Все её слова — не более, чем пустой звук. Это она меня так дразнит, по поводу того, что я в меру застенчив. Тут уже другой вопрос: «а почему бы тебе не согласиться на её эти предложения и не переиграть её?». Если переводить на наш случай, то почему я не дал ей раздеться? Во-первых, я не хочу становиться таким как она, а во-вторых, по вечерам сюда любит заходить охрана академии, и не думаю, что им понравилось бы увиденное. Ну и в-третьих, Дайона никогда не сделает того, о чём говорит. Может только притвориться. Хотя, кто её знает, я не проверял. «Она вот так просто может позволить тебе смотреть сквозь одежду?» – да может. И, вероятно, Дайона в курсе сколько раз я так уже делал, что частично подтвердила в нашем с ней диалоге. Она отнюдь не стесняется своей красоты, но и раздеваться перед первым встречным не станет. Вы не подумайте, она не издевается надо мной. Мы дружим с самого начала обучения, а эта мания «розыгрышей» появилась совсем недавно. И её это, по какой-то причине забавляет. Всё же, если не брать в расчёт того, что она мне нравится, я бы не стал с ней ссорится по поводу этих её шуточек. Тем временем, Дайона уже приняла свою позу на стуле, а я пропустил волны элемента через всё помещение, сканируя пространство. Было слегка неловко вырисовывать её обнажённое тело, но мне пришлось этим заниматься. Сначала я принялся рисовать очертания фигуры. Надеюсь Дайона прямо сейчас не глядит на мои эмоции, потому что, наверняка, я сейчас красный, как томат. Но она до сих пор не рассмеялась, даже наоборот, сидела смирно, словно неподвижный манекен. Видимо она тоже увлечена процессом. Всё же, я слегка сплоховал, что случается редко. Конкретно, когда я рисовал её бёдра. Пришлось стереть. Второй раз тоже получилось слегка криво. Только спустя ещё несколько попыток вышло более менее нормально. Почему то именно сейчас я совершаю столько ошибок? Когда я рисовал Дайону по памяти всё получалось идеально практически сразу. Почему это именно сейчас меня настигло странное желание рисовать максимально точно? То же самое случилось, когда я рисовал другие части её фигуры. Только одну лишь талию я переделывал с десяток раз. Так дотошно я не пытался нарисовать портрет никогда. Всё же, когда моя придирчивость к деталям прекратилась, я смог закончить портрет. Так долго рисовать было для меня совсем непривычно. — Готово. — Ну-ка покажи, покажи! — воодушевлённо попросила Дайона, нетерпеливо сжав кулаки. Я дал ей взглянуть. Почти минуту она разглядывала нарисованное, а затем лукаво улыбнулась. — А получилось классно. – меня потрепали за волосы. Это тоже было частью насмешек, хотя мои непослушные волосы итак никогда формы не держали. –Ты молодец, Фокусник. — Ага, сам себе завидую. — Мерзкий изврат. — усмехнувшись сказала она и полагала в сторону выхода. — Ты сама этого хотела! — начал я защищаться, чуть вскрикнув. — Нет. Я предложила и ты согласился. — и не поспоришь ведь. Я убрал все принадлежности на место, взял ключи со стола, и мы вышли из центра искусств. — Никому не слова, ясно? — я не верил, что она согласится, но всё же попробовал. — Ну да, разумеется. Но тебе ведь было весело, согласись! — Очень… — Не кипятись. Может, за следующий портрет я тебя даже поцелую. — сказала Дайона и ехидно улыбнулась, в привычной ей манере скрестив за спиной руки. — Очень жалкая попытка подкупить меня. — Или обычный флирт. — Твоя узколобая издевательская натура не способна на флирт. — Злюка. — Дайона злобно цыкнула. — Ладно, спасибо за портрет. — она обняла меня на прощание. — Пока, Фокусник. Девушка ушла, а я отнёс ключи охране академии. Знаете почему Дайона дала мне прозвище «Фокусник»? Ещё одной моей способностью был «фокус с дверью», название придумала Дайона (кто бы мог подумать). Я открывал любую дверь и она вела в то место, где я хочу очутиться. Открыв дверь из академии, я сразу шагнул домой. Обойдя всю академию, уставший охранник пришёл к главному входу. Развесив все ключи на место, он зевнул и потянулся, после трудного рабочего дня. Открыв глаза, охранник заметил мужчину, возникшего, казалось бы, из ниоткуда. Вздрогнув, охранник рефлекторно потянулся к поясу. — Привет! — радостно протянул незваный гость. — Как дела у тебя, служитель порядка? — Это несанкционированное проникновение! — пытаясь вселить в голос уверенность, охранник ответил мужчине. — Уходи, пока я не поднял тревогу! — Тише ты, тише. Я ведь всего лишь поздоровался! — осуждающе ответил пришедший, пальцами барабаня по навершию клинка. — Можно мне оставить кое что в одной аудитории? На мужчине, который выглядел чуть старше двадцати, был надет чёрный балахон. На самом балахоне были изображены много всем известных белых символов. Ромб, углы которого образуют ещё четыре ромба. — Я-я сказал уходи, пока я не поднял тревогу! — охранник обнажил меч. Он прекрасно понимал, что в одиночку ничего не сделает, но попытался отпугнуть преступника. — Эх, ничего не поделаешь. — разочарованно ответил мужчина. Его ни капли не пугало выставленное в его сторону лезвие. — А ты в довольно хорошей форме, Господин охранник. Такого рельефного тела не каждый сможет достичь, а я и подавно. — глаза преступника превратились в ярко-зелёные изумруды. — Я так тебе завидую! Подобно глазам Седьмого, драгоценными камнями стали глаза охранника, и он упал без сознания. Через несколько секунд рядом с преступником появился второй мужчина. Просто появился, словно возник из воздуха. Выглядел он постарше первого года на три, а свой чёрный балахон мужчина вскинул на плечо. — И к чему весь этот спектакль, Седьмой? — недовольно возразил старший. — А что ты предлагаешь? Выломать окно, чтобы на следующий день во всех газетах трубили: «Было совершено проникновение в академию наёмников. Власти требуют срочно усилить охрану»? — второй мужчина злобно цыкнул в ответ. — Да и тем более, когда этот проснётся, то ничего не вспомнит. — глаза преступника вновь стали нормальными, и он слегка пошерудил ногой тело охранника. — По крайней мере, не должен вспомнить. — А если кто ещё захочет прийти сюда? Ты об этом не подумал? — Да не паникуй ты так, Кайл! Никого тут нет, кроме нас. Я всё проверил. Тебе вообще повезло, что Антон уехал к семье, и тебе на помощь послали меня, а не Пятого. — Сам себе завидую! — недовольно ответил второй мужчина. — Глава, конечно, очень разумен. Отправить отряд уничтожения для секретного проникновения. — Я — многофункциональная единица. Хотя, Первая для этого больше подходит. М-м-м, как же я завидую! — вредно протянул парень. — Кстати, ты вообще уверен, что тот мальчишка именно Зигфрид? В конце концов, ты же без одной способности остался. — Конечно, блять, уверен, Седьмой! Ты за кого меня держишь? И элемент металла к разведке никак не относится! – Я хочу домой. – однако мне вернуться в колею, по всей видимости, не было позволено. — Тогда возвращай статуэтку. Снова пара секунд молчания. — Садись уже. — моё третье поражение за день. —И… я сам посмотрю, не утруждайся. Дайона захлопала в ладоши и радостно побежала к стулу. И тут возникает вопрос: «какого чёрта, Амон? Она прямо перед тобой раздеться хотела, а ты сомневаешься в её чувствах?». Так вот, она слишком хорошо меня знает. Все условия она подстроила, чтобы самой остаться в плюсе. Все её слова — не более, чем пустой звук. Это она меня так дразнит, по поводу того, что я в меру застенчив. Тут уже другой вопрос: «а почему бы тебе не согласиться на её эти предложения и не переиграть её?». Если переводить на наш случай, то почему я не дал ей раздеться? Во-первых, я не хочу становиться таким как она, а во-вторых, по вечерам сюда любит заходить охрана академии, и не думаю, что им понравилось бы увиденное. Ну и в-третьих, Дайона никогда не сделает того, о чём говорит. Может только притвориться. Хотя, кто её знает, я не проверял. «Она вот так просто может позволить тебе смотреть сквозь одежду?» – да может. И, вероятно, Дайона в курсе сколько раз я так уже делал, что частично подтвердила в нашем с ней диалоге. Она отнюдь не стесняется своей красоты, но и раздеваться перед первым встречным не станет. Вы не подумайте, она не издевается надо мной. Мы дружим с самого начала обучения, а эта мания «розыгрышей» появилась совсем недавно. И её это, по какой-то причине забавляет. Всё же, если не брать в расчёт того, что она мне нравится, я бы не стал с ней ссорится по поводу этих её шуточек. Тем временем, Дайона уже приняла свою позу на стуле, а я пропустил волны элемента через всё помещение, сканируя пространство. Было слегка неловко вырисовывать её обнажённое тело, но мне пришлось этим заниматься. Сначала я принялся рисовать очертания фигуры. Надеюсь Дайона прямо сейчас не глядит на мои эмоции, потому что, наверняка, я сейчас красный, как томат. Но она до сих пор не рассмеялась, даже наоборот, сидела смирно, словно неподвижный манекен. Видимо она тоже увлечена процессом. Всё же, я слегка сплоховал, что случается редко. Конкретно, когда я рисовал её бёдра. Пришлось стереть. Второй раз тоже получилось слегка криво. Только спустя ещё несколько попыток вышло более менее нормально. Почему то именно сейчас я совершаю столько ошибок? Когда я рисовал Дайону по памяти всё получалось идеально практически сразу. Почему это именно сейчас меня настигло странное желание рисовать максимально точно? То же самое случилось, когда я рисовал другие части её фигуры. Только одну лишь талию я переделывал с десяток раз. Так дотошно я не пытался нарисовать портрет никогда. Всё же, когда моя придирчивость к деталям прекратилась, я смог закончить портрет. Так долго рисовать было для меня совсем непривычно. — Готово. — Ну-ка покажи, покажи! — воодушевлённо попросила Дайона, нетерпеливо сжав кулаки. Я дал ей взглянуть. Почти минуту она разглядывала нарисованное, а затем лукаво улыбнулась. — А получилось классно. – меня потрепали за волосы. Это тоже было частью насмешек, хотя мои непослушные волосы итак никогда формы не держали. –Ты молодец, Фокусник. — Ага, сам себе завидую. — Мерзкий изврат. — усмехнувшись сказала она и полагала в сторону выхода. — Ты сама этого хотела! — начал я защищаться, чуть вскрикнув. — Нет. Я предложила и ты согласился. — и не поспоришь ведь. Я убрал все принадлежности на место, взял ключи со стола, и мы вышли из центра искусств. — Никому не слова, ясно? — я не верил, что она согласится, но всё же попробовал. — Ну да, разумеется. Но тебе ведь было весело, согласись! — Очень… — Не кипятись. Может, за следующий портрет я тебя даже поцелую. — сказала Дайона и ехидно улыбнулась, в привычной ей манере скрестив за спиной руки. — Очень жалкая попытка подкупить меня. — Или обычный флирт. — Твоя узколобая издевательская натура не способна на флирт. — Злюка. — Дайона злобно цыкнула. — Ладно, спасибо за портрет. — она обняла меня на прощание. — Пока, Фокусник. Девушка ушла, а я отнёс ключи охране академии. Знаете почему Дайона дала мне прозвище «Фокусник»? Ещё одной моей способностью был «фокус с дверью», название придумала Дайона (кто бы мог подумать). Я открывал любую дверь и она вела в то место, где я хочу очутиться. Открыв дверь из академии, я сразу шагнул домой. Обойдя всю академию, уставший охранник пришёл к главному входу. Развесив все ключи на место, он зевнул и потянулся, после трудного рабочего дня. Открыв глаза, охранник заметил мужчину, возникшего, казалось бы, из ниоткуда. Вздрогнув, охранник рефлекторно потянулся к поясу. — Привет! — радостно протянул незваный гость. — Как дела у тебя, служитель порядка? — Это несанкционированное проникновение! — пытаясь вселить в голос уверенность, охранник ответил мужчине. — Уходи, пока я не поднял тревогу! — Тише ты, тише. Я ведь всего лишь поздоровался! — осуждающе ответил пришедший, пальцами барабаня по навершию клинка. — Можно мне оставить кое что в одной аудитории? На мужчине, который выглядел чуть старше двадцати, был надет чёрный балахон. На самом балахоне были изображены много всем известных белых символов. Ромб, углы которого образуют ещё четыре ромба. — Я-я сказал уходи, пока я не поднял тревогу! — охранник обнажил меч. Он прекрасно понимал, что в одиночку ничего не сделает, но попытался отпугнуть преступника. — Эх, ничего не поделаешь. — разочарованно ответил мужчина. Его ни капли не пугало выставленное в его сторону лезвие. — А ты в довольно хорошей форме, Господин охранник. Такого рельефного тела не каждый сможет достичь, а я и подавно. — глаза преступника превратились в ярко-зелёные изумруды. — Я так тебе завидую! Подобно глазам Седьмого, драгоценными камнями стали глаза охранника, и он упал без сознания. Через несколько секунд рядом с преступником появился второй мужчина. Просто появился, словно возник из воздуха. Выглядел он постарше первого года на три, а свой чёрный балахон мужчина вскинул на плечо. — И к чему весь этот спектакль, Седьмой? — недовольно возразил старший. — А что ты предлагаешь? Выломать окно, чтобы на следующий день во всех газетах трубили: «Было совершено проникновение в академию наёмников. Власти требуют срочно усилить охрану»? — второй мужчина злобно цыкнул в ответ. — Да и тем более, когда этот проснётся, то ничего не вспомнит. — глаза преступника вновь стали нормальными, и он слегка пошерудил ногой тело охранника. — По крайней мере, не должен вспомнить. — А если кто ещё захочет прийти сюда? Ты об этом не подумал? — Да не паникуй ты так, Кайл! Никого тут нет, кроме нас. Я всё проверил. Тебе вообще повезло, что Антон уехал к семье, и тебе на помощь послали меня, а не Пятого. — Сам себе завидую! — недовольно ответил второй мужчина. — Глава, конечно, очень разумен. Отправить отряд уничтожения для секретного проникновения. — Я — многофункциональная единица. Хотя, Первая для этого больше подходит. М-м-м, как же я завидую! — вредно протянул парень. — Кстати, ты вообще уверен, что тот мальчишка именно Зигфрид? В конце концов, ты же без одной способности остался. — Конечно, блять, уверен, Седьмой! Ты за кого меня держишь? И элемент металла к разведке никак не относится! — Ладно ладно, не кипятись. Пошли найдём его излюбленное местечко. На следующее утро никто не заметил следов проникновения.