Дорога в бездну

12 июня, 9:00

      Первая неделя в госпитале была, мягко говоря, непростой. Пока все остальные раны заживали вполне нормально, проклятый ожог тормозила инфекция. Из-за неё меня каждый день пичкали антибиотиками, что помогало, но медленно. Врачи ставили на то, что эта дрянь продержится ещё минимум неделю, или даже больше, а я слушал их и начинал ещё больше ненавидеть и этот ожог, и все свои ранения в целом.       В очередной раз за дверью послышались чьи-то громкие шаги, а затем в палату вошла молоденькая блондинка — медсестра, которая обычно приносила мне таблетки. — Здравствуйте. — произнесла она, подойдя ближе к моей койке. — Как вы себя чувствуете? — Не очень, хотя бывало и хуже. — я лишь пожал плечами.       Так как садиться и даже переворачиваться я ещё не мог из-за дикой боли, которая появлялось при малейшем неосторожном движении, девушке пришлось самой перевернуть меня и помочь принять антибиотик. Когда дело было сделано, она сразу же ушла, слегка хлопнув дверью. Тогда воцарилась тишина, которую лишь спустя долгое время прервал Лёха. — Володь? — А? — О чём думаешь? — прапорщик внимательно глядел на меня. — Да так… ни о чём. Всё хорошо. — мои мысли в этот момент были мрачнее некуда, поэтому мне не очень хотелось делиться ими с другом, чтобы его не расстраивать. — А если серьёзно? — тот лишь прищурился. — Слушай, если я сказал, что всё нормально, то всё нормально! — не знаю, что на меня нашло, но я вдруг накричал на бойца. — Понял. — Котов лишь вздохнул и отвернулся. — Эй, я… я не хотел. — мне вдруг стало очень стыдно. — Прости… — Ничего. — тот кивнул. — Я прекрасно понимаю тебя, и не буду заставлять рассказывать. Но… если всё-таки захочешь выговориться, то я выслушаю тебя в любое время дня и ночи! Посмотрев друг другу в глаза, мы оба улыбнулись.       Прошло некоторое время, и всё стало только хуже. Врачи, видимо, заметили, что со мной что-то не так, ведь их взгляды были какими-то подозрительными и невыносимо тяжёлыми, при этом все эти люди почти не спускали с меня глаз. От этого было ощущение, будто я нахожусь под прицелами десяти пушек, и злость уступила место страху. Почему и врачи, и медсёстры смотрят на меня так, как будто я жестоко изрезал человека прямо у них на глазах? Из-за моей раздражительности они считают меня психом?       Эти мысли не давали мне уснуть ночью. Все нормальные люди, кроме дежурных работников госпиталя, уже давным-давно спали, а я тихо лежал в кровати и не мог даже глаз сомкнуть. В голове звенело множество разных мыслей, и большинство из них были совсем не весёлыми. Минут за двадцать до отбоя одна медсестра явно перешёптывалась с врачом насчёт меня, и пусть большинства слов слышно не было, в мои мысли намертво вбились слова о том, что мне обязательно нужен психотерапевт, а иначе со мной «станет всё совсем ужасно». Ха! Да я и так чувствую себя так, будто в аду нахожусь! Куда ещё хуже-то?! Однако вслух произносить это и спорить с ними не особо хотелось, поэтому я молчал. Будь уже что будет…

*** 13 июня, 10:00

      На следующее утро врач не забыл о словах медсестры, и сразу же «обрадовал» меня новостью, что сегодня тот самый психотерапевт должен прийти ко мне в палату. Конечно, ничего хорошего это не предвещало, но в палате всё же будет спокойнее, чем у него в кабинете, ведь здесь в любом случае присутствует Лёха. Не выгонят же они его на костылях бродить по больнице, например! Всё время до прихода врача, боец иногда поглядывал на меня, и, в конце концов, спросил: — Волнуешься? — Да. — я лишь вздохнул. — Не бойся, капитан. Я ведь с тобой! — друг внезапно встал на костыли, подошёл ко мне и положил руку на плечо. — Я знаю.       Боец быстро ушёл обратно, лёг на койку и просто уставился в потолок от скуки. Вскоре в палату вошёл мужчина лет пятидесяти на вид, с каким-то блокнотом и ручкой в руках. Он оглядел нас двоих и подошёл к моей кровати. — Вы — Владимир Макаров? — Да. — Что-ж… — психотерапевт смотрел на меня изучающим взглядом. — Мне сказали оценить ваше психическое состояние. Поэтому я буду задавать вам вопросы, а вы просто должны честно на них ответить. Хорошо? — Хорошо. — почему-то мне стало не по себе, но лёгкая улыбка скрывала это всеми силами. — Тогда приступим. — врач так же улыбнулся, совершенно неискренне. — Итак. Насколько мне известно, вы попали сюда прямиком из плена, где потеряли нескольких товарищей. Часто ли вы думаете о случившемся? — Да. Очень часто. — сразу же ответил я. — Чувствуете ли вы какую-то вину из-за этой ситуации? — Да… — этот ответ дался довольно тяжело. — Снятся ли вам кошмары об этом? — специалист слегка прищурился, не сводя с меня взгляда. — Нет… пока ещё нет. — я же наоборот отвёл взгляд, то ли от напряжения. то ли ещё от чего. — Но я не особо удивлюсь, если они начнутся позже… — Понимаю. — мужчина лишь кивнул, затем продолжил. — Мне рассказали, что в последнее время вы очень раздражительны и часто злитесь на всех подряд. Это правда? — Ну… честно говоря, да. Меня действительно часто всё раздражает. Почему — не знаю. — Такое бывает после сильного стресса и психических травм. — пояснил психотерапевт, что-то записывая в свой блокнот. — Скажите мне, а как часто ваше настроение меняется от одного к другому? — Очень часто. — Подтверждаю! — в разговор встрял Лёха, слегка хихикнув. Но, несмотря на смех, в его глазах читалось недоверие к старику, и он сверлил его этим взглядом всё время нашего «сеанса». Сам мужчина лишь пару секунд посмотрел на него, после чего снова переключился на меня. — Как часто вы думаете о мести тем, кто издевался над вами и вашими товарищами? — спросил он. — Очень редко. — я слегка фыркнул. — Не до этого сейчас. Мне бы для начала выздороветь и вернуться к своим бойцам… — Полагаю, вам очень одиноко без них? — взгляд врача стал ещё пристальнее. — Да. Вернее, я боюсь, что без меня с ними может что-то случиться… — из меня вырвался очередной тяжёлый вздох. — Не стоит. — вдруг ответил психотерапевт. — Их ведь всё равно не пошлют на какие-либо задания без командира.       Он помолчал несколько секунд, перечитывая свои записи, затем слегка хмыкнул, глядя мне в глаза. — Что-ж, всё не так ужасно, но всё-таки есть, с чем поработать. Однако это будет уже после того, как вы встанете на ноги, уже потом. А пока что — лечитесь. До встречи. С этими словами старик сразу же удалился, оставив меня в покое. Лёха проводил его всё тем же недоверчивым взглядом, а затем с тревогой взглянул на меня. — Слушай, Володь, что-то мне этот мужик не нравится… — произнёс он. — Почему? — я частично разделял его недоверие, но прапорщик сказал это так, будто врач был каким-то маньяком. — Не знаю. — Котов вздохнул. — Но с ним точно что-то не так. От него явно будут проблемы, когда ты начнёшь ходить к нему на сеансы… Мне не хотелось спорить с Лёхой или соглашаться с ним, поэтому ответ был один: — Посмотрим.