Дорога в бездну

4 декабря, 17:00

      Очередной чёртов рабочий день окончен. Сегодня же должна была быть вторая сделка, на которую мне придётся отправиться одному… но Федя ещё днём сказал, что в глубине его банды произошли какие-то неполадки, поэтому всё перенесли на час позже. Далеко не утешающая новость, но делать нечего. Напялив шапку, я уже собирался шагать домой, но тут сзади послышался голос: — Володя! — А? Оу… привет, Танк. — стоило вернуться, как внутри меня всё сжалось. От дурных предчувствий. — И тебе не хворать. — тот тоже был напряжён и, кивнув, сразу же продолжил. — Слушай, когда ты днём внезапно срулил от нас с ребятами, я пошёл тебя искать… С кем ты шептался?       Он обо всём узнал. И теперь будет подозревать в криминале и меня тоже. Вот дерьмо! — С Крысёнышем… — от произношения ублюдской клички Федьки по языку ударила неприятная горечь. Его тут никак иначе не называли, и это очень бесило. Чего он успел натворить, что его успели так обозвать и обращались с диким презрением?       Танк моментально нахмурился и, кажется, ему пришлось сдержать в себе всплеск явно не самых лучших эмоций. Помолчав некоторое время, он всё-таки спросил: — А о чём разговаривали? — Да так, глупости всякие. — конечно, врать было нехорошо и даже опасно, учитывая то, кто сейчас стоит передо мною… но не скажу же я ему, что обсуждал с Чуганиным сделку по продаже наркотиков, верно? — Слушай, Володь, это хорошо, конечно, что ты пытаешься подружиться здесь с кем-нибудь, — здоровяк тяжело вздохнул посреди своей речи, — но с Федькой Чуганиным лучше не водись. Не водись, слышишь? Он максимально мутный человек, и ни к чему хорошему точно не приведёт… — Я знаю, Танк. Всё хорошо. Тот вчерашний разговор абсолютно ничего не значит. — несмотря на абсолютно спокойный вид, во мне вдруг загорелось чувство опасности. Что, если коллега прав? Что, если наша с Фёдором зарождающаяся дружба — лишь фальшивка, которая окончательно сведёт меня на дно? А вместе со мной и сестру? Не зная, как отделаться от этих мыслей, я взглянул приятелю в глаза и произнёс: — Ладно, мне пора идти. — Угу, до завтра. — угрюмо ответил тот.       Тревога не покидала всю дорогу домой. Я чувствовал, что потерял одного из приятелей, что сделал между ними выбор, но не мог точно понять, был ли он верным. С одной стороны, ни один из них не был мне столь близок, чтобы чувствовать за это вину, но она всё равно настигла, только из-за другого. Слухи о тёмной стороне Чуганина ведь ходят далеко не первый год, и я лично убедился, что они правдивы… но не испугался. Не испугался преступления, за которое могу присесть в тюрьму лет на десять, и сломать жизнь и себе, и сестре. Я схожу с ума? Или новый «друг» запудрил мне мозги, чтобы потом вставить нож в спину, так же, как это сделал Зайцев? На оба вопроса ответов не было и, кажется, не могло быть.       Тем временем, передо мной уже возвышался дом. Войдя внутрь, я оказался там один, ибо Таня уже час как была на работе. Раздевшись и направившись в комнату родителей, мне хотелось только одного — плюхнуться на кровать и почитать какую-нибудь книжку, даже те дурацкие мамины романы, ибо они всё-таки неплохо отвлекали от реальности, если не обращать внимания на некоторые тупые моменты. Но тут послышался шум, который остановил меня, развернул и заставил пойти в комнату сестрёнки. Там моим глазам предстала следующая картина: около одного из двух окон, распахнутого, скорее всего, бушевавшим весь день ветром, крутилась какая-то смуглая белокурая девочка, тех же лет, что и Танька. — Таня?.. — буквально подкравшись к комнате, я остался стоять в проёме, чтобы не быть замеченным, и слушал, как незнакомка неуверенно зовёт мою сестру, причём с сильным американским акцентом. — Таня, ты слышишь меня? Т-ты здесь?       Спустя некоторое время мне всё-таки пришлось выйти из укрытия в поле видимости девочки, с вопросом: — Привет, ты кто?       Та вдруг слегка отпрыгнула от окна и замерла, как вкопанная. Повисло молчание, долгое, неприятное. Девчонка нервно облизнула губы от волнения, глядя на меня, и, кажись, забыла русский. Походу, это та самая одноклассница из Америки, ещё не успевшая привыкнуть к иностранцам. Что-ж, ладно. Придётся включать свой английский. Не зря же его заставляли учить что в школе, что в училище, что в академии! — Hello, girl. Are you Tanya's classmate? — Yes, sir. — поняв, что я знаю её родной язык, девочка слегка выдохнула. — Where is she? Are you her father? — No, I'm her older brother! — честно, стало слегка смешно от того, что незнакомка посчитала меня отцом Тани. — She's at work now, and will turn home only late in the evening. — Oh, I see… — она погрустнела на мгновение, а потом вдруг улыбнулась. — By the way, I saw Tanya at her workplace few days ago! She seems to be a good seller! — Did you make friends with each other? — Hm… yes, I think. — What's your name? — с каждой секундой я всё шире улыбался девчонке. От неё несло добротой и таким светом, который сейчас встретишь в душе даже не каждого второго человека. — Kelly. — представившись, она стеснительно отвела взгляд светло-зелёных глаз. — And what's your name, sir? — Vladimir.       Снова повисла тишина, а затем Келли обернулась назад на мгновение и произнесла, вздохнув: — OK, if Tanya isn't here, then I shall go. Goodbye, sir!       Не дожидаясь реакции, она скрылась за считанные секунды. Мне оставалось лишь хмыкнуть себе под нос и закрыть окно, чтобы холод перестал заполнять комнату Тани.       Когда я наконец пошёл к себе, меня снова настигли мысли о ситуации с Танком и Федей. И почему-то, сейчас чувство вины практически полностью исчезло. Рассуждения в голове стали более холодными, расчётливыми, сконцентрировались на нынешнем финансовом положении и на том, как эти друзья могут помочь. И выводы не заставили себя долго ждать, наоборот, пришли даже слишком быстро:       Танк тут абсолютно бесполезен, он не то, что с деньгами, а даже в мелких вещах редко кому-либо помогает. Такой он человек, ему нет особого дела до чужих неприятностей. Да и нельзя сказать, что мы сильно друг другу нравимся, как друзья, скорее, общаемся просто ради того, чтобы не иметь дела с самыми отпетыми идиотами нашей бригады. Да что здесь можно вообще говоришь, если мужик даже имя своё мне до сих пор не сказал? Интересно, есть ли хотя бы один избранный, которому известна эта информация, или его все знают только под чёртовой кличкой, как и «Крысёныша»? Не удивлюсь, если это погоняло придумал сам Танк, а себя обозвал пафоснее всех! Характер у этого громилы в целом не ахти — он довольно вспыльчивый и любитель сам с кем-нибудь посраться, а потом жаловаться на этого человека или перемывать кости за его спиной со своими дружками. Как бабы, ей-богу! Даже меня пытался втянуть в эти сплетни, за что был вежливо послан. А то, как он смотрел, когда узнал о разговоре с Федькой… именно этот взгляд породил во мне мысли о том, что этот приятель уже потерян. Один чёртов взгляд.       С Чуганиным же всё несколько иначе. Он всегда был более простой и открытый, более спокойный, по моим наблюдениям, никогда не начинал конфликты с коллегами первым. Никогда никого не поливал грязью за спиной. Федя просто живёт как живёт, и пытается заработать себе на лучшую жизнь. Судя по некоторым нашим с ним случайным разговорам, он осознаёт, что делает, осознаёт всю возможную ответственность, но просто не видит для себя другого выхода. Да, это было странно и неправильно, но без знания того, что довело этого человека до такого отчаяния, я никогда бы не позволил себе осуждать его с таким рвением и презрением, как это делают наши коллеги. Особенно сейчас. Честно, когда я смотрю на этого тощего бедолагу, то хочется ему помочь. А он помогает мне. У нас с ним больше общего, похожие цели… и вместе мы сможем их добиться. Пусть и придётся замарать руки. Но, кому какая разница, кроме ментов, верно? Думаю, я всё-таки сделал правильный выбор.

***

18:15

      Пришло время. Время моей первой самостоятельной сделки. Волнение потихоньку заполняло с каждым шагом, по спине бежал лёгкий холодок. Я уже морально готовился ко всему на свете… кроме того, что около машины, стоявшей на уже знакомом месте, меня встретит Федька. — Федька? Но… — Ты должен ехать на сделку один, да. — тот напряжённо покивал. — Однако я просто хотел убедиться, что хотя бы в начале всё пройдёт гладко. — В каком смысле? — бровь сама дёрнулась вверх от этих слов. — Ну… чтобы никто не увидел. — торопливо пояснил Федя. — Наши сраные коллеги, например. — А какое тебе дело до наших, тем более, в такое время? — моё недоумение росло с каждой секундой.       Дальнейшие его слова удивили ещё сильнее: — Я слышал твой разговор с Танком. Видел, как он смотрел на тебя. Даже испугался, что он порвёт тебя на мелкие кусочки или начнёт бить… как меня в своё время…       Только сейчас я заметил, что у него была куча небольших шрамов на обеих кистях, а так же слегка кривые пальцы. Даже не хотелось думать о том, как всё это получилось и давно ли приятель ходит с такими отметинами. Нужно было как-то его успокоить. — Не боись, Федь. — мои губы расплылись в слегка злобной ухмылке. — Если даже кто-то увидит нас и начнёт бузить, то после пережитого в свои армейские годы я смогу их раскидать! И за тебя, и за себя! — Ты умеешь утешать, Володя. — тот тоже ухмыльнулся. — То-то же! Отставить паранойю! — ухмылка стала только шире. — И, раз уж ты пришёл… что меня там ждёт? Кто сегодняшний клиент? Ты мне сразу ничего не объяснил!       Сегодняшние рассуждения помогли мне чувствовать себя более расслабленно рядом с Чуганиным. И он кажется, это чувствовал, потому что тоже был спокоен. До моих расспросов. — Да-а, извини, просто забыл… — друг неловко усмехнулся, но быстро посерьёзнел. — И разговор это был бы не совсем телефонный. В общем, дело такое: сегодняшние клиенты — небольшая группа бандитов, довольно недоверчивых и жёстких. Живут они не сильно далеко от той семейки, у которой мы были в прошлый раз, но вроде как не трогают там никого. И да, эти ребята — намного более частые клиенты, поэтому там особенно советую вести себя подобающе! Им полагается большее количество товара, но и оплата лучше. Ещё какие-то вопросы? — Нет вопросов! — Хорошо. Тогда, удачи!       Я тут же выдвинулся на эту чёртову сделку. В машине был даже установлен навигатор, от чего найти нужное место не составило труда. Спустя примерно полчаса справа красовалась заброшка, где эти бандиты, видимо, жили за неимением другой базы. Один из них уже ждал, стоя прям у дороги и скрестив руки на груди. Стоило подъехать прямо к нему и остановиться, как на меня был брошен самый недоверчивый взгляд в мире. Даже слегка злой. — Ты ещё кто такой?! — грубым голосом поинтересовался бандюган. — Где Чуганин?! — Я его сегодня заменяю. — нас в ГРУ учили сохранять спокойствие в любой ситуации, а после Чечни меня точно не напугали бы бандиты, поэтому мой голос даже не дрогнул при виде грозного главаря. — Сколько раз говорить вашему начальству, чтобы слали сюда только проверенных людей… — мужик вздохнул, потом продолжил чуть холоднее. — Ладно. Давай посмотрим, что там у тебя.       Я вышел из машины, открыл багажник, и когда бандит увидел то количество пластиковых мешков и ещё упаковок поменьше, которое там лежало, его взгляд моментально изменился из яростного на приятно удивлённый. Кажется, «начальство» умело извиняться, когда нарушало их просьбу. — Неплохо. — усмехнувшись, он достал стодолларовую купюру и протянул её мне. — Если уже знаком со своими главарями, передай им, что извинения приняты… в последний раз. — Понял.       Слова бандита сейчас не имели значения, были даже едва слышными. Перед моими глазами сейчас стояла только та сумма, которую он заплатил. Сто долларов! Одному человеку! За десять мешков наркоты! Снова казалось, что всё это — сон. Но как бы ни так. Обратно я вернулся счастливее некуда, что было сразу замечено Федькой, всё ещё стоявшим на том же месте. — Полагаю, всё прошло более, чем успешно. И их оплата тебя здорово обрадовала. — он усмехнулся. — Но, поверь мне, они могут дать и больше, когда убедятся в том, что ты — не крыса! — Честно, до сих пор не верю, что вся эта история — реальность… — признался я, не отрывая глаз от купюры. — Понимаю. — Чуганин кивнул. — Кстати, а во что ты вложил прошлые деньги? Ну, или вложишь, если ещё не успел этого сделать? — В основном, в долг.       Парень раскрыл было рот, чтобы спросить, что за долг, но вовремя захлопнулся. Он всегда избегал болезненных тем в нашем общении, даже про армию старался не упоминать… и это мне больше всего нравилось. Всё-таки, мы ещё не настолько близки, чтобы рассказывать друг другу о подробностях всего того дерьма, в которое вляпались. Как-нибудь потом расскажу. — Федь? — лишние мысли быстро ушли из головы, и мой взгляд устремился Фёдору в глаза. — Спасибо, что пришёл. Твоя поддержка действительно важна для меня. — Да не за что, Володя. — тот лишь улыбнулся в ответ.