Охота на Грейнджер.

      Расклад был таков, если буду сотрудничать, покажу все воспоминания и хоть в жопу дам себе залезть, прибавив ко всему прочему работу семейного адвоката, шансы на то что меня оправдают высокие. Но это только в том случае, если хоть кто-нибудь захочет слушать.       Изначально же меня без разбора бросят в азкабан, а до суда может пройти не один месяц и даже не два. Плавали, знаем. И всё это время я буду заперт в темнице, соседями в которой будут дементоры.       Написав письма отцу и адвокату, ждал разрешения покинуть Хогвартс. По договору моего условно-досрочного я не должен покидать школу без веской причины. Сначала поверенный должен прислать прошение дирекции, а Макгонагалл его одобрить. Если сбегу без предупреждения то, это только ухудшит моё положение.       Пока ждал, делал вид, что всё в порядке. Взял себя в руки и нацепил одну из своих лучших масок. Посетил пару уроков, сходил на обед. Грейнджер туда не явилась. В душе скребся альфа с переживаниями о оголодавшей Омеге. Только злился на себя за беспокойство о ней. Время неумолимо текло сквозь пальцы, и каждая минута могла стать последней. Внутренности делали кульбит каждый раз когда кто-то громко хлопал дверью. Казалось, что пришли за мной. Мой же альфа каждый раз надеялся, что пришла Гермиона. Тупой идиот. Ты не нужен своей омеге.       Пытался делать домашние задание, но только и пялился в книгу не разбирая слов. Не замечая людей вокруг. Кажется Пэнси мне что-то рассказывала, а Блейз или это был Нотт? Неважно, сейчас ничего не важно кроме моего скорого заключения и отказавшейся от меня омеги. Нет, Грейнджер тоже не важна, по ее милости тебя могут бросить гнить в тюрьму. Приходилось постоянно себя одергивать, чтобы не думать о ней.       За самобичеванием не заметил как пришло время ужина. Я жевал на автомате быстро работая челюстью, когда в большой зал вошла она. Я даже не видел, что Грейнджер пришла, а почувствовал всем своим существом. Гермиона ненадолго застыла в дверях, а затем направилась к гриффиндорскому столу. Происходившее казалось не реальным. Я понял что-то было не так.       Не в ней, в окружающих. Никто не обратил на неё внимание. По сути, что тут такого вполне логично что она пришла - на трапезы собирался весь Хогвартс. Но, с тех пор как Гермиона стала омегой все альфы, когда она заходила в помещение смотрели только на неё, в том числе и я. Оглянулся на других - всем было безразлично, как будто омега перестала быть для них интересной. Их больше не притягивает к ней как магнитом. Это повергло в шок, и порадовало одновременно. Мне не придётся постоянно за неё бороться, Гермиона теперь моя. Какой бороться?! Очнись, Малфой! Она ясно дала понять, что ненавидит тебя. Нужно всегда помнить об этом, а не пялиться на неё щенячьими глазами, выискивая хоть намек на взаимность. Над моей головой разверзлась гильотина, которая вот-вот рухнет, а мои мысли постоянно возвращались к чертовой Грейнджер.       Взгляд все время цеплялся за копну непослушных волос, как будто это единственная точка на которую я вообще мог смотреть. Что меня отвлекло, так это Макгонагалл собственной персоной. Решила сообщить, что после ужина я могу покинуть Хогвартс ровно на два дня. Чтобы она дала больше времени нужна более веская причина, чем расплывчатые "семейные обстоятельства". Кивал ей в такт ее заверениям, что она все выслушает и поймет, если я захочу поделиться. Интересно, если бы я рассказал, что сделал с ее любимой ученицей, она бы осталась такой же радушной? В любом случае, почувствовал облегчение - каких-то пару десятков минут и я буду в Мэноре. Старуха разрешила воспользоваться директорским камином.       Когда выходил из большого зала, кинул взгляд на гриффиндрский стол - Грейнджер уже не было. Чтобы не терять время направился прямиком в кабинет к директору. Вот будет потеха, если передо мной из камина выйдут авроры. За ближайшим поворотом увидел как моя омега, разговаривала с другим альфой. Внутри все заклокотало, от желания утянуть ее за собой. Успокойся, Ромео, это Лонгботтом - её дружок из гриффиндора. Если бы она хотела они бы давно были связанны. Попытался себя успокоить, но сильно замедлился, чтобы все таки услышать о чем они разговаривают.       - ...Прости, я думал о тебе ужасные вещи. Мне так стыдно перед тобой. И за то, что пытался напасть, тоже прости. - парень посыпал голову пеплом, нервно мямля.       - Все хорошо, Невилл, ты не виноват. - заверяла его девушка. Только усмехнулся, опять всепрощающая Грейнджер.       - Нет, Гермиона. Мне очень жаль и я надеюсь, что ты когда-нибудь простишь меня. И еще тебе пришло письмо, пока ты... отсутствовала.. - не понимаю как Лонгботтом оказался альфой. Прошел мимо них и больше диалога расслышать не удалось. Гриффиндорцы стояли от друг друга на расстоянии больше метра, но я все равно боролся с желанием подойти и заявить на омегу права.       Не дойдя до конца коридора услышал крик полный горечи и плача. Я знал кому принадлежит голос. Резко развернувшись увидел Гермиону осевшую там, где она и стояла. Девушка рыдала и раскачивалась. Оценил обстановку - рядом с ней Лонгботтом, он позаботиться о ней. А мне же нужно идти.       Развернулся, но так и не смог сделать шага в нужную сторону. Альфа должен позаботиться о своей омеге. Пришлось напомнить себе про азкабан. Меня посадят, если сейчас же не уйду. По костям пробежал могильный холод только от воспоминаний о дементорах. Сжал кулаки, и зажмурился до рези в глазах. Она моя семья, я не могу бросить семью. Рациональная часть уступила под натиском. Каждый шаг, что я делал в сторону Гермионы, был самопожертвованием и я это прекрасно осознавал. Какой же я все таки глупец.       Возле нее валялся вскрытый конверт, видимо новости были отвратительные. Запихнул письмо в карман мантии, чтобы потом ознакомиться. И оттолкнув Лонгоботтома, подхватил Гермиону на руки - ее следует отнести в больничное крыло. По всем признакам, у нее нервный срыв. Мадам Помфри сможет о ней позаботиться.